Красная площадь. 7 июня. Презентация книги Алексея Шорохова
7 июня 2024 года в Шатре № 20 (напротив Собора Василия Блаженного) в рамках книжного фестиваля «Красная площадь» один из лидеров современной российской прозы, герой СВО и автор «Камертона», секретарь Союза писателей России Алексей Шорохов представит свою новую книгу «Бранная слава».
Прозвучат песни на стихи автора, выступят известные современные писатели. Начало в 20:15.
Вход свободный.
7 июня 2024 года в Шатре № 20 (напротив Собора Василия Блаженного) в рамках книжного фестиваля «Красная площадь» один из лидеров современной российской прозы, герой СВО и автор «Камертона», секретарь Союза писателей России Алексей Шорохов представит свою новую книгу «Бранная слава».
Прозвучат песни на стихи автора, выступят известные современные писатели. Начало в 20:15.
Вход свободный.
«Хочу воспеть Свободу миру…» К 225-летию А.С. Пушкина
Памятная годовщина со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина (1799–1837) с новой силой ставит вопросы постижения неизведанных глубин творческого наследия гения.
<…> Поэта,
Быть может, на ступенях света
Ждала высокая ступень.
Его страдальческая тень,
Быть может, унесла с собою
Святую тайну <…>1, —
так провидчески писал Пушкин в «Евгении Онегине» (1823—1831). Этот роман в стихах с его обширными и многообразными лирическими отступлениями был справедливо оценен литературным критиком В.Г. Белинским (1811—1848) как «самое задушевное произведение Пушкина, самое любимое дитя его фантазии, в которой личность поэта отразилась с такой полнотой, светло и ясно. Здесь вся жизнь, вся душа, вся любовь его, здесь его чувства, понятия, идеалы».
Пушкин по-прежнему дарует всё новым и новым поколениям живущих — «племени младому, незнакомому» — радость приобщения к своему художественному миру, доброкачественную духовную пищу для сердца и ума. Читать далее…
#АллаНовиковаСтроганова
Памятная годовщина со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина (1799–1837) с новой силой ставит вопросы постижения неизведанных глубин творческого наследия гения.
<…> Поэта,
Быть может, на ступенях света
Ждала высокая ступень.
Его страдальческая тень,
Быть может, унесла с собою
Святую тайну <…>1, —
так провидчески писал Пушкин в «Евгении Онегине» (1823—1831). Этот роман в стихах с его обширными и многообразными лирическими отступлениями был справедливо оценен литературным критиком В.Г. Белинским (1811—1848) как «самое задушевное произведение Пушкина, самое любимое дитя его фантазии, в которой личность поэта отразилась с такой полнотой, светло и ясно. Здесь вся жизнь, вся душа, вся любовь его, здесь его чувства, понятия, идеалы».
Пушкин по-прежнему дарует всё новым и новым поколениям живущих — «племени младому, незнакомому» — радость приобщения к своему художественному миру, доброкачественную духовную пищу для сердца и ума. Читать далее…
#АллаНовиковаСтроганова
В.П. Астафьев — о М.А. Шолохове. Беседа с писателем
Самой большой роскошью в моей походной жизни были и остались книги. Ничто и никогда, кроме хороших книг и общения с интересными людьми, меня не привлекало и не заботило. В любом новом городе, где мне доводилось служить или бывать в командировках, первым делом я отыскивал книжные магазины. Часами рылся в выставленных на полках экземплярах, просматривая пухлые тома и тощие брошюрки в поисках пищи для ума и души. Конечно же, быстро "замыливал" глаз хозяйкам этих заведений и они, при очередном моём визите, сами уже пытались предложить что-нибудь стоящее, а то и сделать немыслимо роскошный по тем временам подарок — предоставить подписку на сочинения кого-либо из классиков или именитых современников.
Так в конце семидесятых годов, в небезызвестном городе Бердичеве на Украине, я стал счастливым обладателем "молодогвардейского" собрания сочинений Виктора Петровича Астафьева.
Какое же это было несказанное удовольствие — читать его рассказы и повести, расцвеченные всеми красками живого народного языка, видеть виртуозную работу над мельчайшими деталями, ощущать горьковатый аромат тонкого писательского юмора и иронии... Астафьев сразу же стал одним из самых любимых мною авторов, в одном ряду с Лесковым, Буниным, Шолоховым, Хемингуэем. Читать далее…
#ВалерийЛатынин
Самой большой роскошью в моей походной жизни были и остались книги. Ничто и никогда, кроме хороших книг и общения с интересными людьми, меня не привлекало и не заботило. В любом новом городе, где мне доводилось служить или бывать в командировках, первым делом я отыскивал книжные магазины. Часами рылся в выставленных на полках экземплярах, просматривая пухлые тома и тощие брошюрки в поисках пищи для ума и души. Конечно же, быстро "замыливал" глаз хозяйкам этих заведений и они, при очередном моём визите, сами уже пытались предложить что-нибудь стоящее, а то и сделать немыслимо роскошный по тем временам подарок — предоставить подписку на сочинения кого-либо из классиков или именитых современников.
Так в конце семидесятых годов, в небезызвестном городе Бердичеве на Украине, я стал счастливым обладателем "молодогвардейского" собрания сочинений Виктора Петровича Астафьева.
Какое же это было несказанное удовольствие — читать его рассказы и повести, расцвеченные всеми красками живого народного языка, видеть виртуозную работу над мельчайшими деталями, ощущать горьковатый аромат тонкого писательского юмора и иронии... Астафьев сразу же стал одним из самых любимых мною авторов, в одном ряду с Лесковым, Буниным, Шолоховым, Хемингуэем. Читать далее…
#ВалерийЛатынин
Просто дома. Просто лето.
Мамин чай из чабреца.
«Нэнси» — старая кассета
Отыскалась у крыльца.
Небо здесь совсем иное:
Разлилась в нём бирюза,
И уходит вдаль льняного
Поля светлая коса.
Облака смешные нежно
Обнимают горизонт,
Становлюсь, как в детстве прежней:
Если дождь — не нужен зонт.
Муравейник тот же самый,
Как и двадцать лет назад,
Когда шла за руку с мамой,
Утром в яблоневый сад.
Просто дома. Просто лето.
Мамин чай из чабреца.
Лучше не найти сюжета —
Счастью заглянуть в глаза.
#ОльгаСтулова
Мамин чай из чабреца.
«Нэнси» — старая кассета
Отыскалась у крыльца.
Небо здесь совсем иное:
Разлилась в нём бирюза,
И уходит вдаль льняного
Поля светлая коса.
Облака смешные нежно
Обнимают горизонт,
Становлюсь, как в детстве прежней:
Если дождь — не нужен зонт.
Муравейник тот же самый,
Как и двадцать лет назад,
Когда шла за руку с мамой,
Утром в яблоневый сад.
Просто дома. Просто лето.
Мамин чай из чабреца.
Лучше не найти сюжета —
Счастью заглянуть в глаза.
#ОльгаСтулова
Серафим, Александр, Николай. Русское «Цельное дуновение»
Пушкину — 225 лет! «Магия числ и соответствий», как сказал наш современник, побуждает поглядеть на эту дату под несколько необычным углом. Вообще-то, Пушкин — человек майский, ибо родился 26 мая. Но мы уже целый век рвёмся жить, как «цивилизованное человечество», потому и календарь поменяли, перевели, так сказать, стрелки. Теперь празднуем Пушкина 6 июня. Как бы то ни было — празднуем, спустя два с четвертью столетья. И размышляем о нашем национальном гении, о его удивительном феномене.
Уроженец Киева Николай Бердяев в трактате «Смысл Творчества» (1916), в главе «Творчество и аскетизм. Гениальность и святость» сделал замечательное наблюдение: два величайших русских человека, Александр Пушкин и Серафим Саровский, жили в одно время в начале XIX в. Годы их кончин очень близки — 1837 и 1833! Но философ не ограничился простым называнием, а дал свою (разумеется, обсуждаемую) экспозицию:
Пушкин и св. Серафим жили в разных мирах, не знали друг друга, никогда ни в чем не соприкасались. Равно достойное величие святости и величие гениальности — несопоставимы, несоизмеримы, точно принадлежат к разным бытиям. Русская душа одинаково может гордиться и гением Пушкина, и святостью Серафима. И одинаково обеднела бы она и оттого, что у нее отняли бы Пушкина, и оттого, что отняли бы Серафима… Читать далее…
#СтаниславМинаков
Пушкину — 225 лет! «Магия числ и соответствий», как сказал наш современник, побуждает поглядеть на эту дату под несколько необычным углом. Вообще-то, Пушкин — человек майский, ибо родился 26 мая. Но мы уже целый век рвёмся жить, как «цивилизованное человечество», потому и календарь поменяли, перевели, так сказать, стрелки. Теперь празднуем Пушкина 6 июня. Как бы то ни было — празднуем, спустя два с четвертью столетья. И размышляем о нашем национальном гении, о его удивительном феномене.
Уроженец Киева Николай Бердяев в трактате «Смысл Творчества» (1916), в главе «Творчество и аскетизм. Гениальность и святость» сделал замечательное наблюдение: два величайших русских человека, Александр Пушкин и Серафим Саровский, жили в одно время в начале XIX в. Годы их кончин очень близки — 1837 и 1833! Но философ не ограничился простым называнием, а дал свою (разумеется, обсуждаемую) экспозицию:
Пушкин и св. Серафим жили в разных мирах, не знали друг друга, никогда ни в чем не соприкасались. Равно достойное величие святости и величие гениальности — несопоставимы, несоизмеримы, точно принадлежат к разным бытиям. Русская душа одинаково может гордиться и гением Пушкина, и святостью Серафима. И одинаково обеднела бы она и оттого, что у нее отняли бы Пушкина, и оттого, что отняли бы Серафима… Читать далее…
#СтаниславМинаков
Ангел Хранитель Пушкиногорья
К 225-летию со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина
Легендарный директор Пушкинского заповедника в Михайловском Семён Степанович Гейченко (1903—1993) — участник Великой Отечественной. Он был тяжело ранен под Новгородом и оттого так и не дошёл до Пскова, Святогорского монастыря, Михайловского и Тригорского...
Понимая значение Пушкиногорья для России, фашисты заминировали эти места с особой тщательностью — двойным слоем. Даже могила Александра Сергеевича была заминирована! При отступлении безжалостно разрушили заповедник. Они разгромили и сожгли огромное число уникальных экспонатов Пушкинской эпохи.
Возрождение Пушкинского заповедника было не только невероятно тяжёлой, но и опасной работой. Сапёры, обнаружив и обезвредив мины первого слоя, подрывались на втором. Так, только при разминировании могилы Пушкина в Святогорском монастыре погибло девять солдат-сапёров, в память о которых ныне ежегодно в обители служится лития. Читать далее…
#НиколайГоловкин
К 225-летию со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина
Легендарный директор Пушкинского заповедника в Михайловском Семён Степанович Гейченко (1903—1993) — участник Великой Отечественной. Он был тяжело ранен под Новгородом и оттого так и не дошёл до Пскова, Святогорского монастыря, Михайловского и Тригорского...
Понимая значение Пушкиногорья для России, фашисты заминировали эти места с особой тщательностью — двойным слоем. Даже могила Александра Сергеевича была заминирована! При отступлении безжалостно разрушили заповедник. Они разгромили и сожгли огромное число уникальных экспонатов Пушкинской эпохи.
Возрождение Пушкинского заповедника было не только невероятно тяжёлой, но и опасной работой. Сапёры, обнаружив и обезвредив мины первого слоя, подрывались на втором. Так, только при разминировании могилы Пушкина в Святогорском монастыре погибло девять солдат-сапёров, в память о которых ныне ежегодно в обители служится лития. Читать далее…
#НиколайГоловкин
Из Сибири — Пушкину, с любовью
31 мая 2024 г. в Государственной публичной исторической библиотеке (исторический зал «Под сводами») прошла презентация новых шедевров книжного искусства — изданий общественного благотворительного фонда «Возрождение Тобольска».
Представлены живописно-графический альбом с пушкинским текстом «Моцарта и Сальери» и уникальное издание трагедии «Борис Годунов».
Гостеприимный хозяин, директор библиотеки Михаил Дмитриевич Афанасьев и Глава Фонда — Аркадий Григорьевич Елфимов [на фото обложки] раскрыли (сначала физически перелистав) эти шедевры российской полиграфии. А затем раскрыли их «виртуально», — проследив весь путь от замысла до нынешней презентации.
Мне доводилось присутствовать при торжественных дарениях книг Фонда — РГБ в «Пашковом доме», президентской Библиотеке на Старой площади и слышать немало восторженных оценок. Ныне традицию восхищенного перелистывания тяжелых страниц продолжил директор Музея истории русской литературы Дмитрий Бак Читать далее…
#ИгорьШумейко
31 мая 2024 г. в Государственной публичной исторической библиотеке (исторический зал «Под сводами») прошла презентация новых шедевров книжного искусства — изданий общественного благотворительного фонда «Возрождение Тобольска».
Представлены живописно-графический альбом с пушкинским текстом «Моцарта и Сальери» и уникальное издание трагедии «Борис Годунов».
Гостеприимный хозяин, директор библиотеки Михаил Дмитриевич Афанасьев и Глава Фонда — Аркадий Григорьевич Елфимов [на фото обложки] раскрыли (сначала физически перелистав) эти шедевры российской полиграфии. А затем раскрыли их «виртуально», — проследив весь путь от замысла до нынешней презентации.
Мне доводилось присутствовать при торжественных дарениях книг Фонда — РГБ в «Пашковом доме», президентской Библиотеке на Старой площади и слышать немало восторженных оценок. Ныне традицию восхищенного перелистывания тяжелых страниц продолжил директор Музея истории русской литературы Дмитрий Бак Читать далее…
#ИгорьШумейко
Песни нашего двора: Шизгара
Да уж, инструмент, — популярнее гитары в СССР, — трудно припомнить.
Конечно, музшколы регулярно выпускали в свет прекрасно подготовленных пианистов, баянистов-скрипачей. Они пополняли ряды студентов профильных искусствоведческих заведений, и далее — распределялись по оркестрам, всевозможным филармоническим ансамблям песен и плясок — вплоть до военных (что считалось высшим шиком!).
Но у простой дворовой пацанвы выбор был небольшой. Во-первых, доступность по цене и размеру (что немаловажно — в наших-то хрущёвках). Ну, и во-вторых, главнейшее: — походы!
Гитарист в походе — всё равно что маршал Советского Союза на параде — все на него смотрят и внимают, не отрывая глаз. Особенно деффчонки…
И не дай бог после «обязательной программы» — тоскливых лирических баллад: — ты перейдёшь на сокровенное девчачье «осенью в дождливый летний день…» — всё!! Выбирай любую. Читать далее…
#ИгорьФунт
Да уж, инструмент, — популярнее гитары в СССР, — трудно припомнить.
Конечно, музшколы регулярно выпускали в свет прекрасно подготовленных пианистов, баянистов-скрипачей. Они пополняли ряды студентов профильных искусствоведческих заведений, и далее — распределялись по оркестрам, всевозможным филармоническим ансамблям песен и плясок — вплоть до военных (что считалось высшим шиком!).
Но у простой дворовой пацанвы выбор был небольшой. Во-первых, доступность по цене и размеру (что немаловажно — в наших-то хрущёвках). Ну, и во-вторых, главнейшее: — походы!
Гитарист в походе — всё равно что маршал Советского Союза на параде — все на него смотрят и внимают, не отрывая глаз. Особенно деффчонки…
И не дай бог после «обязательной программы» — тоскливых лирических баллад: — ты перейдёшь на сокровенное девчачье «осенью в дождливый летний день…» — всё!! Выбирай любую. Читать далее…
#ИгорьФунт
225 лет назад, 1899 года родился Пушкин
Не помню времени, когда бы не знал Пушкина: он был всегда — как солнце, как ветер, как куры и собаки в увлекательнейшем пыльном переулке. Я знал, что у Лукоморья дуб зеленый, а на неведомых дорожках следы невиданных зверей, — но мир леших и русалок казался ничуть не более странным, чем заросли картошки, где можно было провести целую вечность, следя за неведомыми дорожками жуков и лягушек.
Я даже и не припомню, когда Пушкин превратился в школьный «предмет», который все проходят и проходят, и никак не пройдут: такое впечатление, что его каждый год начинали «учить» заново. Хуже того, стихи вообще превратились для меня в принудительную принадлежность школьных вечеров худсамодеятельности.
Но однажды вдруг застываешь в немом изумлении перед невероятной красотой простейших, казалось бы, строчек:
Сквозь волнистые туманы
Пробирается луна.
На печальные поляны
Льет печальный свет она.
Читать далее…
#АлександрМелихов
Не помню времени, когда бы не знал Пушкина: он был всегда — как солнце, как ветер, как куры и собаки в увлекательнейшем пыльном переулке. Я знал, что у Лукоморья дуб зеленый, а на неведомых дорожках следы невиданных зверей, — но мир леших и русалок казался ничуть не более странным, чем заросли картошки, где можно было провести целую вечность, следя за неведомыми дорожками жуков и лягушек.
Я даже и не припомню, когда Пушкин превратился в школьный «предмет», который все проходят и проходят, и никак не пройдут: такое впечатление, что его каждый год начинали «учить» заново. Хуже того, стихи вообще превратились для меня в принудительную принадлежность школьных вечеров худсамодеятельности.
Но однажды вдруг застываешь в немом изумлении перед невероятной красотой простейших, казалось бы, строчек:
Сквозь волнистые туманы
Пробирается луна.
На печальные поляны
Льет печальный свет она.
Читать далее…
#АлександрМелихов
Письмо Пюхтицкого монастыря архиепископу Эстонской Евангелическо-Лютеранской церкви, или Ответ министру внутренних дел Эстонии
От редактора: Это письмо Игумении Пюхтицкого ставропигиального монастыря Филареты с сёстрами в адрес Председателя Совета Церквей Эстонии архиепископа Урмаса Вийльма в редакцию «Камертона» передал русский православный житель Нарвы. Своё имя он не просил скрыть, это редакция проявила осторожность. Возможно, мы перестраховываемся, и ситуация в Эстонии может ещё не так опасна.
А может, и без «ещё» — т.е. не станет она более опасной в будущем. Надеемся, но «бережёного…». О нашем корреспонденте сообщу только, что он — крестник Патриарха: младенцем его крестил священник Алексей (Ридигер) тогда — благочинный Тартуского округа, а в будущем — Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй.
А о его городе упомяну лишь, что после окончания «визита» в эти края делегации Объединенной Европы I (Берлинской, — не путать с Объединенной Европой II, Брюссельской) на развалинах Нарвы оставалось по некоторым сведениям лишь шесть горожан — бои были долгие и жесточайшие. Восстанавливать город, Эстонию приглашали людей со всего СССР, и как следствие на 1991 год в Нарве 95 % населения принадлежало к НЕтитульной нации (не эстонцы). Читать далее…
От редактора: Это письмо Игумении Пюхтицкого ставропигиального монастыря Филареты с сёстрами в адрес Председателя Совета Церквей Эстонии архиепископа Урмаса Вийльма в редакцию «Камертона» передал русский православный житель Нарвы. Своё имя он не просил скрыть, это редакция проявила осторожность. Возможно, мы перестраховываемся, и ситуация в Эстонии может ещё не так опасна.
А может, и без «ещё» — т.е. не станет она более опасной в будущем. Надеемся, но «бережёного…». О нашем корреспонденте сообщу только, что он — крестник Патриарха: младенцем его крестил священник Алексей (Ридигер) тогда — благочинный Тартуского округа, а в будущем — Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй.
А о его городе упомяну лишь, что после окончания «визита» в эти края делегации Объединенной Европы I (Берлинской, — не путать с Объединенной Европой II, Брюссельской) на развалинах Нарвы оставалось по некоторым сведениям лишь шесть горожан — бои были долгие и жесточайшие. Восстанавливать город, Эстонию приглашали людей со всего СССР, и как следствие на 1991 год в Нарве 95 % населения принадлежало к НЕтитульной нации (не эстонцы). Читать далее…
Русский эстонец Георг Отс
В 1960—1970-х уникальный голос этого народного артиста СССР звучал по Всесоюзному радио и с экранов телевизоров, с грампластинок и концертных площадок, и всегда он производил яркое впечатление, какую бы тему певец ни затрагивал: патриотическую, антивоенную, лирическую, академическую.
Голос Георга Отса, «русского эстонца», уникален: неповторимую отсовскую певческую интонацию невозможно спутать ни с какой другой. Спародировать манеру пения Отса, тепло и по-доброму, удавалось только Муслиму Магомаеву.
Поражает диапазон певческого репертуара: Отс пел и ведущие оперные арии для баритона, и арии из оперетт, и классические романсы как русских, так и зарубежных композиторов, и песни советских композиторов, и народные песни (русские и эстонские). При этом что бы он ни пел — его голос всегда звучал совершенно. В «золотой коллекции» этого мастера, наряду с песнями «Бухенвальдский набат» и «Хотят ли русские войны», мы слышим много других известных песен с военной тематикой. Эти песни в его исполнении звучат сдержанно, строго, но с таким глубоким проникновением в смысл содержания, что сильно впечатляют. И лучшее исполнение трудно представить. Можно сказать, что интерпретация этих песен Георгом Отсом стала канонической.
Голос Георга Отса в кино был услышан довольно широкой аудиторией после выхода на экраны кинотеатров эстонского фильма «Последняя реликвия». А поскольку фильм стал лидером кинопроката в 1971 году, его увидела шестая часть населения СССР — 44,9 млн. человек: считают, что ленту посмотрело наибольшее количество зрителей среди всех фильмов, снятых на киностудиях Прибалтики во времена СССР. Читать далее…
#СтаниславМинаков
В 1960—1970-х уникальный голос этого народного артиста СССР звучал по Всесоюзному радио и с экранов телевизоров, с грампластинок и концертных площадок, и всегда он производил яркое впечатление, какую бы тему певец ни затрагивал: патриотическую, антивоенную, лирическую, академическую.
Голос Георга Отса, «русского эстонца», уникален: неповторимую отсовскую певческую интонацию невозможно спутать ни с какой другой. Спародировать манеру пения Отса, тепло и по-доброму, удавалось только Муслиму Магомаеву.
Поражает диапазон певческого репертуара: Отс пел и ведущие оперные арии для баритона, и арии из оперетт, и классические романсы как русских, так и зарубежных композиторов, и песни советских композиторов, и народные песни (русские и эстонские). При этом что бы он ни пел — его голос всегда звучал совершенно. В «золотой коллекции» этого мастера, наряду с песнями «Бухенвальдский набат» и «Хотят ли русские войны», мы слышим много других известных песен с военной тематикой. Эти песни в его исполнении звучат сдержанно, строго, но с таким глубоким проникновением в смысл содержания, что сильно впечатляют. И лучшее исполнение трудно представить. Можно сказать, что интерпретация этих песен Георгом Отсом стала канонической.
Голос Георга Отса в кино был услышан довольно широкой аудиторией после выхода на экраны кинотеатров эстонского фильма «Последняя реликвия». А поскольку фильм стал лидером кинопроката в 1971 году, его увидела шестая часть населения СССР — 44,9 млн. человек: считают, что ленту посмотрело наибольшее количество зрителей среди всех фильмов, снятых на киностудиях Прибалтики во времена СССР. Читать далее…
#СтаниславМинаков
Ввожу термин «Хронологический сепаратизм» — разделы страны «по оси времени»
О попытках разделить Россию по, так сказать, осям пространства мы слышим с начала лихо-святых 1990-х. Сами помните: отделение территорий на Кавказе, Уральская республика и прочие приметы того времени. Но есть и другой набор идей и речей — разделение страны по оси времени.
Их штамп (тезис) под названием «1991»: «СССР развален преступно — значит, нынешняя РФ нелегитимна». Некоторые из этих хроносепаратистов, драпирующихся в красные флаги, доводят свою логику до предела: «Принявшие присягу в Российской армии изменили советской присяге». Досье не заводил, но, думаю, вспомните галерею героев, гордо ронявших: «Я присягал только единожды! Триколор — белогвардейская и власовская (армии РОА генерала Власова) тряпка!» И респект/восторг аудиторий: «Вот человек принципа!»
Штамп под названием «1917»: «России больше нет. Атеизм, цареубийство, масоны, крах империи, культуры. Красный флаг — символ геноцида русского народа».
Эдакое эстетство: «Я в этом киоске себе цветок выбрал, прочие игнорирую». Истоки сего синдрома, первое прочеркивание границы поперек истории России, — славянофильское неприятие петровских реформ. Да, всегда случались недовольные каким-либо событием в истории страны, чьим-то правлением. Но то были единицы. И критика этих нескольких ворчунов не была тотальной. В сущности, мы все не лишены дара критического восприятия: составляем рейтинги, антирейтинги исторических деятелей, эпизодов в истории страны. Но… славянофильское неприятие реформ Петра впервые возвысилось до построения в мечтах, а затем и мозгах огромного числа сограждан и последующих поколений россиян — другой, параллельной, «идеальной допетровской Руси». Читать далее…
#ИгорьШумейко
О попытках разделить Россию по, так сказать, осям пространства мы слышим с начала лихо-святых 1990-х. Сами помните: отделение территорий на Кавказе, Уральская республика и прочие приметы того времени. Но есть и другой набор идей и речей — разделение страны по оси времени.
Их штамп (тезис) под названием «1991»: «СССР развален преступно — значит, нынешняя РФ нелегитимна». Некоторые из этих хроносепаратистов, драпирующихся в красные флаги, доводят свою логику до предела: «Принявшие присягу в Российской армии изменили советской присяге». Досье не заводил, но, думаю, вспомните галерею героев, гордо ронявших: «Я присягал только единожды! Триколор — белогвардейская и власовская (армии РОА генерала Власова) тряпка!» И респект/восторг аудиторий: «Вот человек принципа!»
Штамп под названием «1917»: «России больше нет. Атеизм, цареубийство, масоны, крах империи, культуры. Красный флаг — символ геноцида русского народа».
Эдакое эстетство: «Я в этом киоске себе цветок выбрал, прочие игнорирую». Истоки сего синдрома, первое прочеркивание границы поперек истории России, — славянофильское неприятие петровских реформ. Да, всегда случались недовольные каким-либо событием в истории страны, чьим-то правлением. Но то были единицы. И критика этих нескольких ворчунов не была тотальной. В сущности, мы все не лишены дара критического восприятия: составляем рейтинги, антирейтинги исторических деятелей, эпизодов в истории страны. Но… славянофильское неприятие реформ Петра впервые возвысилось до построения в мечтах, а затем и мозгах огромного числа сограждан и последующих поколений россиян — другой, параллельной, «идеальной допетровской Руси». Читать далее…
#ИгорьШумейко
Дело Фрича-Бломберга: как Гитлер при помощи «аморалки» боролся с военной оппозицией
Январь 1938 года выдался для военной верхушки Германии во многом судьбоносным. Правда, больше со знаком «минус». Что даже потом было названо некоторыми комментаторами «сухой революцией» — с намеком, что «обезглавливание» Вермахта произошло бескровным путем. Данная шутка, кстати, нисколько не выглядит натянутой — или малообоснованной. В 1935 году в Третьем Рейхе уже происходила одна подобная «революция» — с уничтожением верхушки СА.
Тех самых «коричневорубашечников», цвет формы которых даже несмотря на их формальный роспуск, стал причиной для наречения германского национал-социализма «коричневой чумой».
Руководивший «штурмовиками», созданными для силового захвата Гитлером власти в Веймарской республике, Эрнст Рем после формально мирного обретения своим фюрером кресла канцлера, возомнил себя слишком уж важной и самостоятельной фигурой. За что и поплатился вместе в парой сотней единомышленников из верхушки СА — в ночь с 29 на 30 июня 1935 года, потом прозванной «ночью длинных ножей».
В противовес этому события зимы 1938 года протекали намного более мирно — хоть и не без скандалов. А начинались, чуть раньше, как романтическая история о влюбленных, которые, несмотря на колоссальную разницу в общественном положении сумели преодолеть сословные предрассудки и вступить в брак.
Именно так начиналась интрига с военным министром Германии Вернером фон Бломбергом. Овдовевший еще в 1932 году 54-летний фельдмаршал, после назначения Гитлера рейхс-канцлером ставший 30 января 1933 года военным министром, вскоре познакомился с обаятельной секретаршей из военного ведомства Евой Грун. А в начале 38 года не только предложил красавице руку и сердце, но и попросил «благословить» этот брак высших «бонз» Рейха — Гитлера и его официального преемника Геринга. Читать далее…
#НиколайВознесенский
Январь 1938 года выдался для военной верхушки Германии во многом судьбоносным. Правда, больше со знаком «минус». Что даже потом было названо некоторыми комментаторами «сухой революцией» — с намеком, что «обезглавливание» Вермахта произошло бескровным путем. Данная шутка, кстати, нисколько не выглядит натянутой — или малообоснованной. В 1935 году в Третьем Рейхе уже происходила одна подобная «революция» — с уничтожением верхушки СА.
Тех самых «коричневорубашечников», цвет формы которых даже несмотря на их формальный роспуск, стал причиной для наречения германского национал-социализма «коричневой чумой».
Руководивший «штурмовиками», созданными для силового захвата Гитлером власти в Веймарской республике, Эрнст Рем после формально мирного обретения своим фюрером кресла канцлера, возомнил себя слишком уж важной и самостоятельной фигурой. За что и поплатился вместе в парой сотней единомышленников из верхушки СА — в ночь с 29 на 30 июня 1935 года, потом прозванной «ночью длинных ножей».
В противовес этому события зимы 1938 года протекали намного более мирно — хоть и не без скандалов. А начинались, чуть раньше, как романтическая история о влюбленных, которые, несмотря на колоссальную разницу в общественном положении сумели преодолеть сословные предрассудки и вступить в брак.
Именно так начиналась интрига с военным министром Германии Вернером фон Бломбергом. Овдовевший еще в 1932 году 54-летний фельдмаршал, после назначения Гитлера рейхс-канцлером ставший 30 января 1933 года военным министром, вскоре познакомился с обаятельной секретаршей из военного ведомства Евой Грун. А в начале 38 года не только предложил красавице руку и сердце, но и попросил «благословить» этот брак высших «бонз» Рейха — Гитлера и его официального преемника Геринга. Читать далее…
#НиколайВознесенский
К юбилею А.С. Пушкина. О последней сказке великого поэта
В этом году исполняется 225 лет со дня рождения великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина, о котором другой также очень известный поэт Апполон Григорьев (1822—1864) сказал: «Пушкин — наше всё».
Продолжая эту фразу, ставшую у нас «крылатой», Григорьев писал:
«Пушкин — представитель всего нашего душевного, особенного, такого, что остаётся нашим душевным, особенным после всех столкновений с чужим, с другими мирами… Сфера душевных сочувствий Пушкина не исключает ничего до него бывшего и ничего, что после него было и будет правильного и органически нашего…».
Уже на протяжении двух столетий русский читатель знакомится с произведениями А.С. Пушкина — стихами, поэмами, драматическими произведениями, рассказами и повестями, работами в жанре журналистики, литературной критики, публицистики. И каждое новое поколение читателей находит в творческом наследии Александра Сергеевича что-то новое и что-то «свое» (присущее данному времени). Без преувеличения можно сказать, что творческое наследие Пушкина бездонно. Были, есть и будут «открытия» нового в пушкинском наследии. А все потому, что оно имеет духовное измерение, которое, как известно, не имеет границ. Читать далее…
#ВалентинКатасонов
В этом году исполняется 225 лет со дня рождения великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина, о котором другой также очень известный поэт Апполон Григорьев (1822—1864) сказал: «Пушкин — наше всё».
Продолжая эту фразу, ставшую у нас «крылатой», Григорьев писал:
«Пушкин — представитель всего нашего душевного, особенного, такого, что остаётся нашим душевным, особенным после всех столкновений с чужим, с другими мирами… Сфера душевных сочувствий Пушкина не исключает ничего до него бывшего и ничего, что после него было и будет правильного и органически нашего…».
Уже на протяжении двух столетий русский читатель знакомится с произведениями А.С. Пушкина — стихами, поэмами, драматическими произведениями, рассказами и повестями, работами в жанре журналистики, литературной критики, публицистики. И каждое новое поколение читателей находит в творческом наследии Александра Сергеевича что-то новое и что-то «свое» (присущее данному времени). Без преувеличения можно сказать, что творческое наследие Пушкина бездонно. Были, есть и будут «открытия» нового в пушкинском наследии. А все потому, что оно имеет духовное измерение, которое, как известно, не имеет границ. Читать далее…
#ВалентинКатасонов
9 июня 1672 года родился Пётр Первый
Позитивисты давно вынашивают мечту о социальной физике, которая бы опиралась исключительно на наблюдаемые факты и была столь же достоверной, как обычная, «физическая» физика. Однако никакого заметного прогресса ни в прогностических способностях социальных наук, ни даже в согласии ученого сообщества не наблюдается.
Монархисты и анархисты, индивидуалисты и коллективисты, демократы и аристократы не только не приближаются друг к другу в своих мнениях, но хорошо еще, если не считают друг друга идиотами или чьими-то наймитами. Похоже, что дальше всех по этому пути зашел марксизм, ультрабуржуазное учение, возводящее корысть — не властолюбие, не честолюбие, не страх, не этику, не эстетику и не эротику — в главный двигатель человеческой души. Правда, корысть не индивидуальную, а классовую, которая каким-то мистическим путем претворяется в индивидуальное бескорыстие.
Одной этой примитивности уже было бы достаточно, чтобы сделаться популярным учением наравне хотя бы со столь же примитивным фрейдизмом, но марксизм шагнул гораздо дальше — под маской квазинаучного занудства он подарил миру грезу о будущем земном рае, которого все-таки не обещали его соперники. Коим, в отличие от физиков, тоже никогда не сойтись друг с другом. Потому что физические теории основываются на нашем физическом опыте — на различении мягкого и твердого, горячего и холодного, близкого и далекого, тяжелого и легкого и так далее. А физический опыт у всех нас примерно один и тот же вследствие примерно одинакового устройства нашего физического тела. Социальные же теории пытаются обобщить социальный опыт, а этот опыт у разных аналитиков может отличаться самым радикальным образом. Читать далее…
#АлександрМелихов
Позитивисты давно вынашивают мечту о социальной физике, которая бы опиралась исключительно на наблюдаемые факты и была столь же достоверной, как обычная, «физическая» физика. Однако никакого заметного прогресса ни в прогностических способностях социальных наук, ни даже в согласии ученого сообщества не наблюдается.
Монархисты и анархисты, индивидуалисты и коллективисты, демократы и аристократы не только не приближаются друг к другу в своих мнениях, но хорошо еще, если не считают друг друга идиотами или чьими-то наймитами. Похоже, что дальше всех по этому пути зашел марксизм, ультрабуржуазное учение, возводящее корысть — не властолюбие, не честолюбие, не страх, не этику, не эстетику и не эротику — в главный двигатель человеческой души. Правда, корысть не индивидуальную, а классовую, которая каким-то мистическим путем претворяется в индивидуальное бескорыстие.
Одной этой примитивности уже было бы достаточно, чтобы сделаться популярным учением наравне хотя бы со столь же примитивным фрейдизмом, но марксизм шагнул гораздо дальше — под маской квазинаучного занудства он подарил миру грезу о будущем земном рае, которого все-таки не обещали его соперники. Коим, в отличие от физиков, тоже никогда не сойтись друг с другом. Потому что физические теории основываются на нашем физическом опыте — на различении мягкого и твердого, горячего и холодного, близкого и далекого, тяжелого и легкого и так далее. А физический опыт у всех нас примерно один и тот же вследствие примерно одинакового устройства нашего физического тела. Социальные же теории пытаются обобщить социальный опыт, а этот опыт у разных аналитиков может отличаться самым радикальным образом. Читать далее…
#АлександрМелихов
Оглянулась на горестный дом
И сошлись однажды наши да враги,
призывает каждый: «Боже, помоги!»
Все несут иконы, крестятся пучком,
все кладут поклоны, падают ничком...
Магазин заряжен, через грудь калаш,
наши в камуфляже, вражий камуфляж.
Если глянуть с неба — как одна семья!
Что вам: мало хлеба, люди-братовья,
нету в реках рыбы, зверя нет в лесах,
овоща в садыбах, солнца в небесах?!
Не сыскали слова, чтобы мир сберечь —
чи скiнчилась мова, аль иссякла речь?
Голубые очи, светлые чубы —
и никто не хочет утром лечь в гробы,
серые, зелёные, в ранней седине —
словно спепелённые в проклятом огне,
чёрные да карие, волосы как смоль —
всем одно мытарить, всем едина боль.
Завтра снова битва, затишь недолга.
Слышится молитва в лагере врага,
наши в храмах тоже, наших не сломать!
Вот кому Ты, Боже, будешь помогать?..
#НатальяЛясковская
И сошлись однажды наши да враги,
призывает каждый: «Боже, помоги!»
Все несут иконы, крестятся пучком,
все кладут поклоны, падают ничком...
Магазин заряжен, через грудь калаш,
наши в камуфляже, вражий камуфляж.
Если глянуть с неба — как одна семья!
Что вам: мало хлеба, люди-братовья,
нету в реках рыбы, зверя нет в лесах,
овоща в садыбах, солнца в небесах?!
Не сыскали слова, чтобы мир сберечь —
чи скiнчилась мова, аль иссякла речь?
Голубые очи, светлые чубы —
и никто не хочет утром лечь в гробы,
серые, зелёные, в ранней седине —
словно спепелённые в проклятом огне,
чёрные да карие, волосы как смоль —
всем одно мытарить, всем едина боль.
Завтра снова битва, затишь недолга.
Слышится молитва в лагере врага,
наши в храмах тоже, наших не сломать!
Вот кому Ты, Боже, будешь помогать?..
#НатальяЛясковская
Амфора
Теки, вино, струёю пенной
В честь Вакха, муз и красоты!
А.С. Пушкин. "Торжество Вакха", 1818
Был амфоре дивной,
лежавшей в глубинах морских,
доверен, как тайна,
поэта безвестного стих.
Полжизни учёный отдал
и сей стих был прочтён.
Смысл вечен, прекрасен:
«Люблю! Красотой опьянён…».
А пена морская,
сменившая пену вина,
на берег катилась...
Любовь пробуждалась от сна!
И к амфоре старой,
забывшей веселье пиров,
весь мир потянулся
испить тех спасительных слов.
#НиколайГоловкин
Теки, вино, струёю пенной
В честь Вакха, муз и красоты!
А.С. Пушкин. "Торжество Вакха", 1818
Был амфоре дивной,
лежавшей в глубинах морских,
доверен, как тайна,
поэта безвестного стих.
Полжизни учёный отдал
и сей стих был прочтён.
Смысл вечен, прекрасен:
«Люблю! Красотой опьянён…».
А пена морская,
сменившая пену вина,
на берег катилась...
Любовь пробуждалась от сна!
И к амфоре старой,
забывшей веселье пиров,
весь мир потянулся
испить тех спасительных слов.
#НиколайГоловкин
Бухарская Народная Советская Республика: что это было?
Бухарский эмират — начало. Раз пришёл вопрос о Бухарской народной республике, и также кто из нынешних государств ЦентрАзии от неё пошёл, то по прошествии ста лет самое время разобраться. Вначале о названиях.
Немного предшествующей истории… Ко времени продвижения Российской империи в осёдлые регионы ЦентрАзии там существовало, без территории нынешнего Туркменистана: три крупных государственных образования. Бухарский эмират, Хивинское ханство и Кокандское ханство. Каждое из них контролировало крупные — по меркам региона — города. Каждое из них опиралось на развитое и весьма производительное поливное земледелие. И — что важно для мусульманского региона — каждое крупное государственное образование контролировало несколько святынь. Признанных не только соседями, но и всей мусульманской уммой.
Соперничество между этими тремя центрами региональной силы было свирепым. И посему русские войска насладились быстрыми победами и покорением края. Из списка живых было вычеркнуто Кокандское ханство. По своим неадекватным делам оно оказалось недоговороспособным. А вот Бухара и Хива-Хорезм получили статус полного внутреннего самоуправления. Протектораты Российской империи.
Поэтому когда Империя стала распадаться, ещё при Временном правительстве, Бухарский эмират не подавал голос на выход. В отличие от Польши, Финляндии, Закавказья и Малороссии, эмира Бухарского всё устраивало. А революции он не хотел, собственное самодержавие собирался сохранять и в рамках «демократической» России Керенского. В ходе Октябрьского переворота, — кстати, официальное название той самой революции Ленина-Троцкого, — большевики не покушались на самоуправление эмира Бухарского. Да и он, эмир, при Ленине был готов сохранять старые имперские правила отношений с центром. Читать далее…
#СергейСолодовник
Бухарский эмират — начало. Раз пришёл вопрос о Бухарской народной республике, и также кто из нынешних государств ЦентрАзии от неё пошёл, то по прошествии ста лет самое время разобраться. Вначале о названиях.
Немного предшествующей истории… Ко времени продвижения Российской империи в осёдлые регионы ЦентрАзии там существовало, без территории нынешнего Туркменистана: три крупных государственных образования. Бухарский эмират, Хивинское ханство и Кокандское ханство. Каждое из них контролировало крупные — по меркам региона — города. Каждое из них опиралось на развитое и весьма производительное поливное земледелие. И — что важно для мусульманского региона — каждое крупное государственное образование контролировало несколько святынь. Признанных не только соседями, но и всей мусульманской уммой.
Соперничество между этими тремя центрами региональной силы было свирепым. И посему русские войска насладились быстрыми победами и покорением края. Из списка живых было вычеркнуто Кокандское ханство. По своим неадекватным делам оно оказалось недоговороспособным. А вот Бухара и Хива-Хорезм получили статус полного внутреннего самоуправления. Протектораты Российской империи.
Поэтому когда Империя стала распадаться, ещё при Временном правительстве, Бухарский эмират не подавал голос на выход. В отличие от Польши, Финляндии, Закавказья и Малороссии, эмира Бухарского всё устраивало. А революции он не хотел, собственное самодержавие собирался сохранять и в рамках «демократической» России Керенского. В ходе Октябрьского переворота, — кстати, официальное название той самой революции Ленина-Троцкого, — большевики не покушались на самоуправление эмира Бухарского. Да и он, эмир, при Ленине был готов сохранять старые имперские правила отношений с центром. Читать далее…
#СергейСолодовник
11 июня 1811 года родился Виссарион Григорьевич Белинский
Его дед-священник слыл аскетом и праведником, отец же бросил духовное поприще ради карьеры лекаря, но в захолустном Чембаре публика чуралась открытого вольнодумца и безбожника.
«Мать моя, — вспоминал Белинский, — была охотница рыскать по кумушкам; я, грудной ребенок, оставался с нянькою, нанятою девкою; чтоб я не беспокоил ее своим криком, она меня душила и била. Впрочем, я не был грудным: родился я больным при смерти, груди не брал и не знал ее… сосал я рожок, и то, если молоко было прокислое и гнилое — свежего не мог брать… Отец меня терпеть не мог, ругал, унижал, придирался, бил нещадно и ругал площадно — вечная ему память. Я в семействе был чужой».
В полуголодные годы в Московском университете, добившие остатки его здоровья, Белинский сотворил пламенную трагедию «Дмитрий Калинин», за которую был отчислен «по слабости здоровья и притом по ограниченности способностей». Помимо чахотки Белинский заразился еще и гегельянским афоризмом «всё действительное разумно» и впал в исступленное примирение с «действительностью», хотя если бы даже какой-то высший разум и существовал, все равно было бы неизвестно, угодно ли ему примирение или протест. Не мудрено, что гегельянство сменил социализм, ставший для Белинского «идеею идей, бытием бытия, вопросом вопросов, альфою и омегою веры и знания». Веры без берегов: «Я начинаю любить человечество по-маратовски: чтобы сделать счастливою малейшую часть его, я, кажется, огнём и мечом истребил бы остальную»; «Да и что кровь тысячей в сравнении с унижением и страданием миллионов?». Задумываться ли, что его греза принесет унижения и страдания именно миллионам?
К счастью, весь жар своей души ему удалось вложить только в критику: «Литературе расейской — моя жизнь и моя кровь». С обычной своей безоглядностью и отсутствием сомнений Белинский превозносил «реалистов», объявлял Пушкина отставшим от современной науки и превозносил Гоголя, изображающего жизнь как она есть. Хотя задача искусства отнюдь не в отражении жизни, а в ее художественном преображении, и оба русских гения именно в этом и остались непревзойденными — Пушкин преображал страшное в прекрасное, а Гоголь противное в забавное.
Некрасивый, болезненно застенчивый, не знавший женской любви, потерявший во младенчестве двух детей, впадавший в отчаяние от пустякового карточного проигрыша, этот вечный ребенок сжег себя в служении великим химерам. Ницше считал такую судьбу наипрекраснейшей участью смертного.
Его дед-священник слыл аскетом и праведником, отец же бросил духовное поприще ради карьеры лекаря, но в захолустном Чембаре публика чуралась открытого вольнодумца и безбожника.
«Мать моя, — вспоминал Белинский, — была охотница рыскать по кумушкам; я, грудной ребенок, оставался с нянькою, нанятою девкою; чтоб я не беспокоил ее своим криком, она меня душила и била. Впрочем, я не был грудным: родился я больным при смерти, груди не брал и не знал ее… сосал я рожок, и то, если молоко было прокислое и гнилое — свежего не мог брать… Отец меня терпеть не мог, ругал, унижал, придирался, бил нещадно и ругал площадно — вечная ему память. Я в семействе был чужой».
В полуголодные годы в Московском университете, добившие остатки его здоровья, Белинский сотворил пламенную трагедию «Дмитрий Калинин», за которую был отчислен «по слабости здоровья и притом по ограниченности способностей». Помимо чахотки Белинский заразился еще и гегельянским афоризмом «всё действительное разумно» и впал в исступленное примирение с «действительностью», хотя если бы даже какой-то высший разум и существовал, все равно было бы неизвестно, угодно ли ему примирение или протест. Не мудрено, что гегельянство сменил социализм, ставший для Белинского «идеею идей, бытием бытия, вопросом вопросов, альфою и омегою веры и знания». Веры без берегов: «Я начинаю любить человечество по-маратовски: чтобы сделать счастливою малейшую часть его, я, кажется, огнём и мечом истребил бы остальную»; «Да и что кровь тысячей в сравнении с унижением и страданием миллионов?». Задумываться ли, что его греза принесет унижения и страдания именно миллионам?
К счастью, весь жар своей души ему удалось вложить только в критику: «Литературе расейской — моя жизнь и моя кровь». С обычной своей безоглядностью и отсутствием сомнений Белинский превозносил «реалистов», объявлял Пушкина отставшим от современной науки и превозносил Гоголя, изображающего жизнь как она есть. Хотя задача искусства отнюдь не в отражении жизни, а в ее художественном преображении, и оба русских гения именно в этом и остались непревзойденными — Пушкин преображал страшное в прекрасное, а Гоголь противное в забавное.
Некрасивый, болезненно застенчивый, не знавший женской любви, потерявший во младенчестве двух детей, впадавший в отчаяние от пустякового карточного проигрыша, этот вечный ребенок сжег себя в служении великим химерам. Ницше считал такую судьбу наипрекраснейшей участью смертного.