ПЕСНИ СИРЕН


Туман не рассеялся — весла в воду.
Среди простых людей, занятых рыбной ловлей, гончарным делом,
шитьем и припортовой торговлей,
больше здравого смысла, укорененности и земной тревоги, чем в нас.
Бушприт уходит в белесое облако —
не лучший момент — для постояльцев таверны наш бедный баркас
отчалил, если исчез из поля зрения.

Мы осваиваем неопределенность пробелов —
подходящее ремесло для исключенных из якобы общего дела.
Различение легче идет по свежим краям.
Все основания знаний в чем-то подобны друг другу;
у нас даже остается время для проведения веселого досуга,
но, видимо, не в этот раз.

Конечно, проще следовать за чем-то —
за ускользающим летом, адекватным приказом, попутным ветром;
но неопределенность пробелов, пауз, пустот вносит свои коррективы.
Прояснилось — держись курса,
пока нас не накрыли лунные приливы.

Тем не менее, трудность не столько в том,
что неопределенность пробелов работает на сжатие открытых содержаний,
уже через миг закавыченных школярами,
сколько в том, что состав нашего опыта, как богатая провизия в начале,
не избавляет от артрита, цинги и морской печали.
Да есть и сомнение в понимании предельных границ колебаний:
мы их определяем как будто по звучанию,
по узнаваемому звучанию песен сирен.

О, сирены, я помню вас поименно:
одержимость, гордыня и лень.


Виктория Мамонова

Об эвакуации детей из Ленинграда до начала блокады города, и особенно в период блокады, написано немало. В сознании исследователей утвердилось мнение о том, что государство полностью брало на себя все расходы по обеспечению вывоза детей на большую землю. Лишь в одной из публикаций М.В. Ежова со ссылкой на архивные источники отмечается, что исполнительные органы предлагали родителям эвакуированных детей озаботиться отправкой для них посылок с зимней одеждой, бельем, посудой и обувью. То есть речь шла о том, что родители также обязаны были принимать участие в материальной поддержке эвакуированных детей.

Недавно найденные документы коренным образом меняют представление о материальном обеспечении эвакуации детей из Ленинграда в период Великой Отечественной войны – как до блокады города, так и после того, как блокадное кольцо вокруг Ленинграда замкнулось. Денежные расходы на
обеспечение эвакуации детей и подростков родители и лица, их замещавшие, были обязаны брать на себя. Об этом, в частности, свидетельствуют материалы, публиковавшиеся в «Бюллетене Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся».
Постановления, публиковавшиеся в этом бюллетене в период с июля 1941 г. по ноябрь 1942 г., дают возможность проследить динамику развития событий.

О взимании платы с родителей за эвакуируемых детей свидетельствуют документы фонда 7384 «Секретная часть Ленгорсовета. Переписка по финансовым вопросам» Центрального государственного архива Санкт-Петербурга. Как отмечалось в объяснительной записке к проекту бюджета на I квартал 1942 г. по г. Ленинграду под грифом «совершенно секретно», которая была подписана народным комиссаром финансов РСФСР А. Посконовым и начальником военного отдела НКФ РСФСР А. Шитовым, «плата с родителей за эвакуированных за пределы г. Ленинграда детей предусмотрена в размере 11345 т.р.».

Также отмечалось, что по проекту бюджета на 1942 г. по АССР, краям и областям РСФСР, куда были эвакуированы дети из Ленинграда, расходы на содержание детей были приняты с учетом внесения родительских средств.
В документе под названием «Перечень разногласий с Наркомфином РСФСР по бюджету гор. Ленинграда на 1 квартал 1942 года» под грифом «секретно» указывалось на то, что в течение IV квартала 1941 г. на эвакуацию детей с родителей было взыскано 1 млн. 800 тыс. руб.

Выявленные документы позволяют утверждать, что финансовое обеспечение эвакуированных детей, имевших семьи, ложилось на плечи их родителей, в том числе и тех, кто воевал в тот момент в рядах Красной армии.

Зотова Анастасия
О взимании платы за эвакуацию детей из блокадного Ленинграда

я понятия не имею
когда здесь дадут воду
газ
свет
интернет
свободу
но на этой планете
однозначно теплится жизнь
иногда сквозь холод и жесть
пробивает её вайфай
так что ждём
и пока устраиваемся как есть
не умирай


Полина Синёва

В дискуссиях часто приходится слышать аргумент - "женщины глупее мужчин, потому что среди них меньше лауреаток Нобелевской премии". Ок, и правда, к данному моменту Нобелевской премии удостоилось всего 47 женщин, а количество нобелевок, выданных мужчинам, перевалило за 800 (при этом наши соотечественицы не получили ни одной). Ладно, мы глупые русские бабы. Но прежде чем переживать по этому поводу, давайте посмотрим, кто это нам говорит. Это нам говорят русские мужчины, среди которых лауреатов Нобелевских премий всего 22 (в 22 премии входит 15 премий, полученых при СССР и 7 - уже в России). 22 еще меньше, чем 47, не правда ли? ))


Хе, скажете вы, так не пойдет, женщин и мужчин примерно поровну, а русские - это далеко не половина населения мира, так что сравнивать абсолютные цифры бессмысленно. И тут мне стало любопытно, а насколько умны (или глупы) русские мужчины по сравнению с мужчинами и женщинами других стран, если судить по количеству полученных премий в пересчете на количество населения.

Я потратила часок и составила табличку. Данные о численности населения в разных странах я взяла отсюда данные по количеству нобелевских лауреатов отсюда, список лауреатов-женщин и то, какой стране они принадлежат, отсюда Дальше я грубо предположила, что в населении стран доля женщин и мужчин примерно 50 на 50 (думаю, в отношении населения трудоспособного возраста это примерно так и есть), разделила количество нобелевских премий, полученных женщинами в каждой отдельно взятой стране, на численность женской половины населения этой страны, и то же самое сделала для мужчин.

Дальше я поделила все полученные показатели на аналогичный коэффициент, рассчитанный для русских мужчин (22 нобелевки на 73 млн. русских мужчин)
Итак, что же получилось? Оказывается, если пользоваться коэффициентом Нобелевской премии, то русские мужчины в 6 раз глупее американцев, в 7 раз глупее немцев, в 8 раз глупее израильтян, в 10 раз глупее англичан и почти в 18 раз глупее шведов (короче, среди мужского населения они по интеллекту во второй половине списка).

То есть, получается, что русские мужчины, по сравнению со шведами, исландцами, швейцарцами, получили нобелевок во столько же раз меньше, во сколько раз меньше получили премий женщины по сравнению с мужчинами. Говорит ли это о природной глупости русских и незаточенности под науку? Или это говорит о тех условиях, которые существуют для занятий наукой в нашей стране? А может оно говорит о том, что на выдачу премий немало влияет политика? Забавно, когда у мужчин мало премий, то государство виновато, а когда у женщин мало премий, то невежественные субъекты сразу рвутся делать заявления космического масштаба и космической же глупости?

Но у нас еще есть женская половина списка и там тоже есть позиции, превышающие интересующий нас показатель, так что продолжим. Итак, русские мужчины в 1,5 раза глупее австриек, в 2 раза глупее шведок, в 2,5 раза глупее норвежек и в 3 раза глупее либериек. Ладно, опустим Либерию, это просто маленькая африканская страна. Но шведки и норвежки никуда не денутся. Они двигают мировую науку со скоростью, значительно превышающей ту, с какой ее двигают русские мужчины.

Так что, дорогие дамы, если вы услышите от вашего русскоязычного оппонента этот аргумент, то просто скажите ему, что если судить по количеству нобелевских премий, то вы, мой дорогой, в два раза глупее шведки, и, простите, лучше уж я буду ориентироваться на шведок, чем на ваше видение мира.


uniala

Воины Ирода не убивали младенцев
Пилат не распинал Христа
Всё это провокации и клевета
Евангелисты, распространяющие заведомо ложную информацию -
Иноагенты из недружественных стран
Нам остается только обороняться
Исследовать виды колотых ран
Вот посмотрите у пресловутого вашего Христа
Никаких трупных пятен, никакого окоченения
Опять постановка и вражеские сочинения
Мы заявляли и будем заявлять на старый и новый лад
Не было никаких насильственных действий
Да здравствует Понтий Пилат


Нина Фрейман

Я также хочу поговорить с вами о том, что необходимо фильтровать свою ленту во всех социальных сетях. Это я делаю легко и часто довольно самоотверженно, поскольку это действительно помогает и не требует больших усилий. Но не стоит приступать к этому, пока не разберетесь со своими триггерами. Так вам будет непросто понять, на какие аккаунты оставить подписку, а от каких отписаться совсем или же отключить уведомления. Когда вы определитесь со своими триггерами, поступайте так: если вы считаете, что какой-то человек или какая-то тема вас огорчают и вам сложно выкинуть их из головы, просто отключите уведомления о публикациях этого человека или откажитесь от определенного вида контента.

По мере развития соцсетей у нас появляется все больше возможностей, чтобы управлять настройками своей ленты, — не пренебрегайте этими опциями. Я делаю акцент на возможности отключить уведомления, не отписываясь от человека, потому что так вы сможете перестать читать публикации знакомого, не привлекая внимания к своему выбору. Вы просто перестанете видеть то, что этот человек публикует, но всегда сможете снова включить уведомления, когда почувствуете, что готовы к этому (но вы вовсе не обязаны это делать). Помните, как я говорила, что необходимо быть внимательными к тому, какую информацию мы поглощаем онлайн? Следите за тем, чтобы ваша лента состояла из того, что вам помогает и вас наполняет.

Эта рекомендация плавно перетекает в следующий совет: всегда проверяйте, как чувствуете себя перед тем, как входите в соцсети и выходите из них. Если настроение на нуле или вы чем-то расстроены, возможно, стоит проверить новостную ленту в другое время. Вероятно, лучше погулять или побеседовать с кем-то из друзей. Весьма соблазнительно отключить голову и проигнорировать свое настроение, но, поверьте, лучше от этого не станет. А вот намного хуже стать может. Ровно так же, как человеческий мозг ищет везде угрозы и поэтому замечает больше негативного, так и наше плохое настроение может стать причиной того, что в Сети мы увидим больше ненависти и боли, ведь это соответствует нашему самочувствию. Проверяя свое текущее состояние, вы оставляете себе выбор: выходить в интернет или нет, если вы посчитаете, что вам от этого станет хуже. Такой подход поможет избежать ухудшения самочувствия и позволит принять более взвешенное решение.

С другой стороны, проверка самочувствия после использования соцсетей может подсказать, насколько хорошо вы отфильтровали свою ленту. Что вы чувствуете, проведя онлайн час или два? Вдохновение? Наполненность и воодушевление? Или же вы ощущаете себя удрученным и расстроенным? И понимаете, что встретились со своими триггерами? Если вы не получаете от пребывания в Сети того, что вам необходимо, возможно, стоит вернуться на шаг назад или сделать перерыв. Мы слишком многое в жизни делаем на автопилоте, не задумываясь, приносит ли это нам пользу, а затем недоумеваем, почему так плохо себя чувствуем. Сделав шаг назад, проанализировав свои действия и их влияние на нас, мы можем изменить и свое настроение, и взгляды на жизнь.

Раз новости и истории других людей заставляют нас чувствовать себя беспомощными и лишают надежды, важно определиться с тем, что мы в силах контролировать, а что — нет. Я знаю, это может быть сложно в те моменты, когда вас что-то расстраивает и вы испытываете потребность помочь или предотвратить что-то, но, увы, это не всегда в нашей власти. Именно поэтому полезно составить список вещей, которые мы можем сделать, чтобы не тратить время и энергию на то, что мы не в состоянии контролировать. Ненавижу сообщать плохие новости, но в реальной жизни контролировать мы можем лишь самих себя.

Я знаю, нам всем нравится думать, что, если мы будем вести себя определенным образом или говорить то, что нужно, мы сможем получить от других людей то, что хотим. Но это не так. Разумеется, мы можем убедить других в правильности своих взглядов или же уговорить к нам присоединиться, но контролировать свои мысли и поступки могут только сами люди. Чем раньше мы избавимся от иллюзии, что можем заставлять других что-то делать, тем лучше.

Кэти Мортон
Исцеление от травмы. Как справиться с посттравматическим стрессом и вернуться к полноценной жизни

Плач о потерянном будущем


1.

Россия великая страна
говорят нам постоянно
страна с великим прошлым
и не менее великим будущим
весь мир смотрит на Россию
защитницу ценностей
хранительницу традиций
великая русская культура
великая русская литература
не говоря уже о балете
живописи и архитектуре
всему миру есть чему
поучиться у нас
и мы не откажем
всем желающим
приобщиться к нашему
бесценному опыту

2.

Евгения Гинзбург
описывает как в 44-м году
в теплице агробазы поселка Эльген
повесилась
Полина Мельникова
бывшая переводчица-китаистка
которая вместе с ней ехала
на Колыму через всю страну
в вагоне с надписью
«СПЕЦОБОРУДОВАНИЕ»
Полина Мельникова
поверила в революцию
получила образование
много училась
много работала
приносила пользу стране
и советской культуре
но все это было не нужно
все это не имело ровно
никакой цены
не имело никакого будущего
«Прямо над высоким стеллажом с капустной рассадой
тихонько свисало с потолка что-то длинное и тонкое.
Это что-то заканчивалось лагерными бутсами.
Они намертво промерзли и сейчас оттаивали.
С них сочилась на стеллаж грязная сукровица.
На стеллаже, под самыми Полиниными ногами,
лежал обрывок бумаги,
закрепленный на месте
двумя торфяными горшочками.
Тут же валялся синий обгрызенный карандаш… <…>
«Хватит»… «Надоело»… <…>
Кто знает, почему человеку вдруг
становится ясно, что хватит…
Вот уже обрезана веревка,
и Полина лежит на стеллаже
среди этих полуобгорелых горшочков…»
а дальше Евгения Гинзбург
пишет о смерти Аси Гудзь,
свояченицы Варлама Шаламова

3.

я часто думаю
об этом эпизоде
а также о том
что именно тогда и закончилось
великое будущее России
оно было закопано под сопками
с биркой на холодной окаменелой руке
Полины Мельниковой

ведь не может быть
великого будущего
у страны старательно
и с явным удовольствием
убивающей своих детей
да и
никакого вообще будущего
быть не может


Анна Голубкова
22 января 2022 – 117 лет Кровавому воскресенью

Комплекс мизогинии завернут в блестящую обертку под названием «институт галантного этикета», несущий несколько патриархат-консервирующих функций.

Во-первых, это программирующая функция. Институт галантности, при всей внешней слащавости, задает жесткий сценарий гендерных отношений. На базе концептов «рыцаря» и «джентльмена» выводится якобы лучший вариант отношений между мужчиной и женщиной. Это известный демагогический прием ложной альтернативы: модель отношений «галантный попечитель / благодарная подопечная» в патриархатном этосе задан как полюс добра, в буквальном смысле предел мечтаний. Любой другой вариант (например, равноправное партнерство) – по умолчанию хуже.

Программирующую функцию можно также назвать аффирмативной: задается ценностная планка, выше или мимо которой мечтать запрещено. Подобной непререкаемой ценностью наделена также «традиционная», или «полная» (парная, гетеросексуальная, детная, совместно проживающая) семья, единственная одобряемая патриархатом форма совместности. Исследования, демонстрирующие, что семья – благодатная почва психологического и физического насилия (по некоторым данным, больше половины умышленных убийств обусловлены семейно-бытовыми причинами), да и обычная эмпирика «семейных проблем», воспринимаются как несущественные отклонения от идеала. Люди больше верят имиджу (улыбающиеся папа – мама – двое разнополых ребятишек на фоне домика и авто), чем своим глазам и опыту.

Реальное положение дел никого не интересует. Семья имеет презумпцию непогрешимости, – как жена цезаря, она вне подозрений. Это предзаданный идеал любви и щастья, а насилие мужей над женами и родителей над детьми – принимай они хоть 100-процентный вид – в общественном сознании не ставят под сомнение эту идеальность и безальтернативность.

Подобный эталон являет и институт галантности. Семья – сфера близких отношений, галантный же комплекс шире, он выходит за частные рамки, распространяясь на незнакомок/незнакомцев. Это высокий стандарт отношения всех мужчин ко всем женщинам (именно в такой грамматической конфигурации), – покровительство всех мужчин над всеми женщинами, однако аккуратное и церемонное, обусловленное не только межгендерными конвенциями, но и внутригендерным кодексом. Галантное покровительство тонко балансирует между: маскулинной претензией на женщину как на оберегаемую собственность и опасением покуситься на собственность другого (галантное поведение допустимо и со своей любовницей, и с чужой женой).

Галантный мир, как и семья в ее мыслимом идеальном формате, предельно гармоничен, лишен конфликтов и противоречий. Там нет насилия и грубости – только нежные улыбки, поклоны, розы в петлицах, меха. Все довольны: джентльмен – гигант гардероба, леди – хрупкие плечики. Это витрина патриархата, его розовый фантазм. Побои, изнасилования, шутки про тупую пизду, «ябвдул» и «самадуравиновата», – которыми набиты онлайн и офлайн, – как бы не имеют к этому сиропу никакого отношения. Здесь к аффирмативной функции примыкает компенсаторная: галантный мираж призван облагородить и брендировать патриархатное статус-кво, привязать к мусорке бантик. Одного без другого не бывает. Цветы на 8 марта и тычок в зубы от мужа – следствия единого идейного комплекса, представляющего женщину как объект руководства, – до такой степени недееспособный, что она даже одеться не может самостоятельно. То есть общество символически помещает женщину на уровень движимого имущества:

– Помни, что сама по себе, «по модулю», ты ничто – держись за мужскую ладошку, не то свалишься с трамвая. Можно бить бабу по ебалу, можно подавать манто и украшать фиалками – кукла все стерпит, на то она и недвижный объект. Так что цени благодушие покровителей, готовых ради тебя на подвиги геракла – придержать дверь (наверное, вне галантного канона надо было заехать этой дверью тебе по носу?), подать руку из автобуса (которую ты не смеешь игнорировать, – джентльмен может оскорбиться и справедливо назвать тебя сукой) или надеть на тебя верхнюю одежду (навязанный тактильный контакт – часто утомительно неумелый, когда почти невозможно попасть рукой в рукав, иногда – просто форма харрасмента).

Объясняется вся эта галантерея, как известно, любовью и почтением к женщине. Но почему-то любовь обязательно предполагает патриархатную субординацию. Кто запрещает проявлять уважение, чуткость и внимание в равноправных субъектно-субъектных отношениях, без деления на априорных опекунов и воспитанниц? Не отменяет феминизм и повседневной вежливости: придержать дверь перед тем, кто идет вслед за тобой – очевидность, не нуждающаяся для своей легитимации в культе прекрасной дамы.

Откуда вообще берутся эти попытки напугать женщин отказом всех мужчин от всех добрых чувств/поступков под угрозой демонтажа патриархата? Очевидный рессентимент и защита гендерных привилегий. Анти-феминистские выпады демонстрируют святую веру сексистов в то, что для женщин галантный комплекс имеет большую ценность, чем для мужчин (логично – компенсаторная функция работает в основном для женщин), и это бесценное сокровище выступает гарантом патриархата.


Извечные вопросы феминисткам: Пальто-автобус-сумки-армия

опять человечество справиться не сумело
стоит человечество белое белее мела
стоит, смотрит на разруху, руками разводит,
войск не отвести – глаз не отводит.
стоит и смотрит, как пустой ребенок
прозрачными синими глазами, смотрит с пеленок,
глазами синими – не понимает,
хватает ручонками – и ломает, ломает.
что построено прежде – ломает, ломает,
что написано нарисовано - не понимает,
просит у Бога, сделай как раньше было,
подуй на горячее, чтоб быстрее остыло,
зашей, оживи, почини все что ломали веками
стоит человечество, злится, трясет кулачками.


Людмила Херсонская
2015

Немецкий антрополог Томас Видлок заинтересовался группой племен сан – охотниками и собирателями, которых раньше называли бушменами и которые живут на территории Ботсваны, Намибии и Замбии, – и в 1993 г. отправился на север Намибии, чтобы изучить навигационные способности племени хайлъом (на месте твердого знака в латинской передаче названия племени стоят две вертикальные черты – так передается один из щелкающих звуков, используемых в языках бушменов: в данном случае язык на короткое время прижимается к зубам и резко отводится).

Группа хайлъом численностью около 15 тысяч человек живет в бассейне Калахари, и среди остальных племен сан их способности к навигации овеяны едва ли не легендарной славой. Видлок познакомился с литературой, в которой описывались их навыки. Один из охотников утверждал, что его проводник определял направление точнее, чем портативный прибор GPS. Видлок также знал, что во время пограничной войны между Анголой и Северной Намибией в середине XX в. армия Южной Африки создала целую идеологию вокруг этих навыков и использовала их для преследования противника в буше. Видлок писал, что бушменов изображали как сверхлюдей или скорее как ужасных диких существ, обладавших сверхспособностями. И более того, белые армейские чины, подобно антропологам XIX в., приписывали племенам сан животное начало. Со стороны бушмены казались не «обладателями природного дара – напротив, это природа еще не полностью освободила их от своей хватки».

По своему опыту Видлок знал, что хайлъом могут решать навигационные задачи, которые ему казались неразрешимыми. Например, они с легкостью находили места, в которых никогда не были. Но какую роль в этих навыках играет язык хайлъом? Видлок взял прибор GPS, отправился в национальный парк Мангетти и приступил к исследованию, в котором участвовали шестеро мужчин, три женщины и двенадцатилетний мальчик. Они бродили по саванне: когда пятнадцать километров, когда – почти пятьдесят. Видлок просил их указать направление на двадцать разных мест на расстоянии от двух до двухсот километров. Видимость в буше не превышала двадцати метров, и никаких ориентиров не было видно. «Покажите мне, где находится Х», – просил Видлок, а затем отмечал направление, в котором они указывали, и сравнивал с показаниями прибора GPS. И он раз за разом убеждался, что, по данным статистики, хайлъом владеют навигационным счислением ничуть не хуже, чем группа испытуемых гуугу йимитир.

Данные Видлока выявили кое-что еще. В отличие от Левинсона, он включил в свое исследование женщин. В культуре хайлъом искусными охотниками и следопытами чаще всего становятся именно мужчины, однако Видлок обнаружил, что женщины счисляли путь даже лучше их. Вполне возможно, предположил он, что эти различия нивелируются при большем объеме выборки. Однако есть и другое объяснение. Западные исследователи долгое время считали пол важным фактором в пространственной ориентации и памяти, и исследования показали, что в среднем мужчины лучше женщин справляются с задачами на нахождение пути и пространственное воображение. И действительно, психолог Кэрол Лоутон из Университета Индианы указывала, что эксперименты с пространственным воображением часто использовали как свидетельство гендерных различий в восприятии – в основном потому, что другие различия минимальны. Они приводили пример исследований, в которых мальчики успешнее девочек решали задачи на мысленное вращение объектов – испытуемому требовалось определить, как будет выглядеть объект, если его повернуть, – и другие задачи на ориентацию в пространстве. Девочки превосходили мальчиков только в способности запоминать местоположение объектов.

Для объяснения этих гендерных различий выдвигались разные гипотезы, от гормональных различий и их влияния на гиппокамп до строения больших полушарий нашего мозга и эволюционных причин. Возможно, в древности мужчинам требовалось уходить далеко от дома, чтобы охотиться, искать себе пару или сражаться, тогда как занятия женщин были ограничены сбором еды и защитой потомства. Но, как отметила Лоутон, у нас нет явных свидетельств того, что в доисторические времена обязанности распределялись именно так. Интересно, что разница в навигационных способностях исчезает при тестировании мальчиков и девочек из низших социально-экономических слоев общества. Более того, когда женщинам рассказывают о пространственной визуализации и дают потренироваться, разница в способностях тоже не выявляется. В одном из экспериментов Ариан Берк из Монреальского университета проверяла теорию о разнице в способности охотников и собирателей к ориентированию в пространстве и обнаружила, что мужчины и женщины с одинаковым опытом в равной степени хорошо справляются с навигационными задачами – после учета физических различий.

Результаты исследования языков с абсолютной системой отсчета, похоже, указывают, что гендерные различия определяются скорее культурой, чем полом. Возможно, если женщины говорят на языках с абсолютными пространственными координатами и вынуждены непрерывно ориентироваться, чтобы говорить, они справляются с навигационными задачами не хуже мужчин. Эта гипотеза получила поддержку после того, как в дополнение к экспериментам с племенами гуугу йимитир, цельталь и хайлъом были проведены исследования в Голландии и Японии, призванные оценить способности местных жителей к навигационному счислению. Только в группе голландцев, язык которых опирается исключительно на относительные эгоцентрические термины и которые с трудом понимали абсолютную систему координат, проявилась разница между мужчинами и женщинами.


Маура О’Коннор
Как мы ориентируемся. Пространство и время без карт и GPS

если это игра, то я не выбирал такой стиль:
кроме графики, довольно мрачной, но реалистичной, тут авторы постарались,
здесь все как будто из прошлого века:
неинтуитивный интерфейс, неясно, куда бежать и чего делать...
но, в общем, мы упрямые геймеры, мы разобрались.
уровень сложности вот еще резко поменялся с "I Can Win" (это легкий, если кто не в курсе)
на "Hurt Me Plenty",
потом на "Hardcore".
ничего.
и не такое видали.

если это фильм, то все, как водится, сложно:
хотелось бы, чтобы были Кэмерон или Вачовски,
с инопланетными аватарами, slow-motion и спецэффектами, йоу!
но выходят все больше Тарковский и Линч.
(ничего, зато, может, потом -
внезапный cut-out,
надпись "Directed by Robert B. Weide",
саундтрек - Frolic by Luciano Michelini,
потому что сколько же можно на серьезных щах.)

если это книга, то хотя бы тут можно не думать про жанр:
никаких мэрисьюшных попаданок в магическую академию,
хотя попадания - есть,
и в институты, и в школы, и в прочие заведения.
а с магией... не знаю.
это к Роулинг
(она бы написала лучше)
или к Профессору
(он бы точно написал лучше, он знал об этом не понаслышке)
но когда тебе везет успеть до воздушной тревоги на пять минут,
до отключения света на десять секунд,
до отключения связи на три главных слова -
это ли не магия?

мой счетчик страниц давно сбился,
мой перечень серий зациклен на восемнадцатом сезоне,
мое игровое время зашкаливает.
но у меня с детства была глупая привычка:
дочитывать, досматривать, доигрывать
до конца.

ради редкой ачивки,
эпилога,
дурацкой сцены после титров,
в которой, может быть, окажется, что я внезапно жив,
что все живы,
все хорошо,
а на дворе июнь и одуванчики.


Анастасия Шакирова

Чтобы меры поддержки женщин были по-настоящему действенными, они должны быть направлены на преодоление барьеров, возникающих на всех трех уровнях: на уровне страны или вуза, на уровне общества и культуры и, наконец, на уровне индивида. Всеобъемлющие меры национального уровня, непосредственно направленные на снижение гендерного неравенства, могут способствовать культурным и структурным изменениям.

Институциональные меры нужны для обеспечения справедливости на уровне регламента: речь может идти, например, о правилах, касающихся отпуска по уходу за ребенком, о распре-делении рабочей нагрузки, о правилах привлечения, подбора, найма и продвижения кадров. Вузы и страны должны вести статистику с разбивкой по полу, чтобы принимать адекватные решения о мерах поддержки женщин на каждом из вышеперечисленных уровней.Если спуститься на уровень отдельного индивида, то в некоторых странах уже действуют специализированные программы развития лидерских качеств и навыков и различные наставнические программы.

Еще одним высокоэффективным механизмом поддержки женщин на руководящих позициях в сфере высшего образования являются профессиональные сетевые сообщества, складывающиеся внутри или вне институциональных или национальных структур и предлагающие раз-личные программы подготовки и наставничества для женщин, занятых в высшем образовании. Однако индивидуальной поддержки отдельным женщинам, пытающимся сориентироваться в тех структурах, где они оказались, может быть недостаточно. Со структурно обусловленной несправедливостью нужно бороться путем обеспечения процедурной справедливости на национальном и институциональном уровне.

Культурные изменения могут начаться прямо с вузов, являющихся в каком-то смысле пространством контркультуры, как показывает Ренн в своей статье об управлении колледжами для женщин в International Brief for Higher Education Leaders. Справедливости как таковой можно добиться путем культурной трансформации нашего подхода к женщинам-руководителям, например путем активно поддерживаемых текущим руководством изменений на уровне институциональной политики.Поддержка отдельных женщин на их карьерном пути может приносить хорошие плоды, но наибольшую пользу она приносит только в сочетании с выработкой соответствующей политики и программ поддержки женщин на институциональном и национальном уровне. Как утверждает Регульска в своей статье в последнем выпуске International Brief for Higher Education Leaders, обеспечение гендерного равенства требует индивидуальных и коллективных действий.


Тесса ДеЛакуил
Не до конца реализованный потенциал женщин в управлении высшим образованием

Королева глядит на речной разлив, на волну и ее курсив,
Она бы этой сырости предпочла свой теплый голландский дом,
Ее муж нечасто пишет с фронта, но пишет, а значит – жив,
И это все, что ей нужно знать о противнике и о нём.

Ее семья за нее решила – в тяжелые времена
Откупилась принцессой от дракона, и не нашелся рыцарь или герой…
А дракон не ест, что ему не мило, и ему не нужна жена,
А нужен – надежный зампотылу, товарищ, равный, второй.

Теперь они правят в ее дому, и утром, глядя на тень свою,
Королева видит острые крылья, ламеллярную чешую.
Еще столетие до порога, столько работы, города, законы и корабли,
Но ей уже слышно, как страна понемногу отрывается от земли.

Королева подбирает к пудре нужный оттенок «руж»,
Подбивает баланс, исправляет проект закона, компромиссную точку определив,
И думает, если супруг Марии был таким же, как ее муж,
Как они, наверно, шли сквозь ту Иудею, борт о борт, на прорыв.


Елена Михайлик

Один из менее известных, но также достойных внимания аспектов наследия шумеров связан с открытием: в домах повелителей женщины учились читать. У них был собственный диалект (Emesal, «эме-саль», или «возвышенный язык», в отличие от стандартного диалекта Emegir, «эме-гир», «благородный язык»).

Женский диалект отличался уникальным произношением множества слов, свойственных лишь ему. Мы можем только представить себе когнитивные трудности, которые нужно было преодолевать ученикам, вынужденным перескакивать с диалекта на диалект, когда в одном абзаце богини говорили на «возвышенном языке», а в другом абзаце боги использовали свой «благородный». Замечательное свидетельство этой древней культуры видится в том, что некоторые из самых первых в мире записанных любовных песен и колыбельных были написаны женщинами.

Сон, приди, сон, приди,
Приди к моему сыночку.
Поторопись, сон, к моему сыночку,
Усыпи его неугомонные глазки,
Прикрой рукой его сияющие глазки,
А его лепечущий язычок
Пусть не мешает ему спать


Марианна Вулф
Пруст и кальмар. Нейробиология чтения

Нашу подругу Инну,
репрессированную через месяц после рождения
как члена семьи (а точнее — дочь)
изменника Родины,
расстрелянного в сорок три года
без суда и следствия, —
недавно реабилитировали
и дали льготу:
теперь она ездит в метро бесплатно,
еще и не пенсионерка — а вот поди ж ты!
Ей все завидуют.


Марина Бородицкая

Насколько веселой, блистательной и яркой была жизнь афинского юноши, настолько унылой, серой и скучной была жизнь афинской женщины. Мальчика с младенчества окружала всеобщая любовь, его рождение было величайшим праздником для всей семьи, он учился у лучших учителей, каких только мог достать ему отец, а затем слушал лекции философов, знаменитых ораторов, математиков и вел тонкие диспуты то в кругу друзей, на пирах-симпосиях, то прямо на площади, среди теснившейся пестрой толпы слушателей.

А девочка была лишена всего этого. Ее рождение мало радовало родителей. В школу она не ходила и, сидя дома, обучалась только ткать, шить и вести хозяйство. Все время она проводила в гинекее, женской половине дома, и только по великим праздникам вместе с родителями и подругами выходила взглянуть одним глазком на пляски и веселье. В 14–15 лет родители выдавали ее замуж. Но жизнь ее мало менялась и ничуть не становилась свободнее — из родительского гинекея она переходила в гинекей мужа. По-прежнему она жила затворницей. Если к мужу приходили гости, она поспешно удалялась в свою комнату; если муж отправлялся в гости, жена не могла его сопровождать. Ее не видел никто, кроме ближайших родственников. Перикл прямо говорит, что лучшая слава для женщины — если о ее существовании знают только члены ее семьи.

Все это придавало афинской жизни какой-то странный колорит. Общество словно состояло из одних мужчин. На улицах, в гостях, на вечерах мужчины встречались только с мужчинами. Афинский юноша не виделся со сверстницами своего круга. Мы почти не слышим, чтобы кто-то из них влюбился в дочь или жену своего знакомца. И молодые люди стали влюбляться в прекрасных женоподобных юношей. Со страниц греческой литературы встает перед нами образ этих мальчиков. Они нежны и красивы, их окружают толпы поклонников, которые провожают их в палестру или на площадь и оказывают тысячи мелких услуг. Им дарят изящные безделушки, часто красивых птичек, а они капризничают и упрямятся, точь-в-точь как в других странах избалованные, кокетливые женщины.

Кроме того, молодежь часто проводила время в обществе гетер. У них обыкновенно собирались юноши, с ними они ходили на пиры. О гетерах написано много. И некоторые читатели до сих пор представляют себе этих дам в некотором романтическом ореоле. Считают, что они, как японские гейши, учились в специальных школах и получали там самое изысканное воспитание; что они прекрасно знали литературу и философию и были блестящими собеседницами. Словом, что они не только телом, но и духом были настоящими подругами мужчинам, которые ради них бросали своих скучных, глупых жен. Естественно, гетерами становились самые умные и независимые женщины, которым невыносимы были унылые оковы домашнего рабства. Увы! Ничего этого мы не находим в действительной жизни.

Из Лукиана мы узнаем, что гетерами обычно становились девушки из бедных семей, вовсе не из стремления к эмансипации, но толкаемые нуждой.
Естественно, гетеры не пользовались доброй славой. Их дружно называют бездушными и жадными. Говорили, что они умудряются в короткий срок обобрать своего поклонника, а потом безжалостно бросают его на произвол судьбы и уходят к более богатому. И они только укрепляли то презрение, с которым греки относились к женщинам. Их почитали существами низшими, грубыми, необразованными, неразвитыми.


Татьяна Бобровникова
Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена

За те годы, что я веду курс «Этика истины в мире постправды», студенты постоянно удивляли и впечатляли меня, разрабатывая такие темы, как «субъективная правда в сравнении с объективной», «истина и идентичность», «подлинность» и «истина и история».
Кульминацией курса становится написание работы на тему «Имеет ли значение истина? И если да, почему и каким образом?». Пока что только один человек попробовал доказать, что истина не имеет значения. Вывод моих студентов сводится вот к чему: такого понятия, как этика, построенная на альтернативных фактах, не существует.

В этой главе доказывается, что для этичного принятия решений важным фундаментом является истина. Истина поддерживает этическую систему и распределение ответственности за этику, а также обеспечивает позитивное развертывание остальных пяти сил. И наоборот, на передовой мы сталкиваемся с беспрецедентными угрозами истине и опасной нормализацией идеи, что истина не обязательна. В следующих историях мы также затронем ключевые вопросы, в частности «Кто будет решать, что для нас правда?» и «Каковы наши этические обязательства перед обществом в отношении истины?».

Эпидемия «альтернативных фактов», или того, что я называю «скомпрометированной истиной», представляет собой один из наиболее пагубных и опасных глобальных системных рисков нашего времени. Скомпрометированная, искаженная правда – самая большая угроза человечеству: такое искажение лишает нас способности принимать этичные решения. Оно подрывает доверие, не дает нам различать добро и зло. Оно приводит в действие все и каждую из движущих сил заражения – распространения неэтичного поведения, что ослабляет нашу способность подключать при принятии решений остальные пять сил. И именно оно лежит в основе всех социальных рисков, с которыми мы имеем дело, от изменения климата до глобальной пандемии и упадка демократии.

Во многих философских и исторических работах авторы изучали понятие правды или истины, давали ему определение. Здесь я сосредотачиваюсь на связи между истиной и принятием этичных решений. Я исхожу из того, что истина означает объективный факт, который можно проверить, то есть, согласно удачному определению из словаря Macmillan English Dictionary, это «истинные факты или информация о чем-либо, а не то, что люди полагают, ожидают или придумывают». Хочу прояснить: подход к пониманию истины, основанный на понятии факта, не исключает того, что разница во мнениях, эмоциях и личных предубеждениях может привести к различиям в восприятии реальности. Как сказал один из моих студентов, если термометр
показывает +16, это будет +16 для всех, даже если одним при такой температуре тепло, а другим холодно. Никакой личный опыт не может изменить научного факта – того, что температура равна +16 °С. Если чуть перефразировать высказывание сенатора Дэниэла Патрика Мойнихэна, каждый имеет право на собственное мнение, но не на собственные факты.


Сьюзан Лиото
Сила этики. Искусство делать правильный выбор в нашем сложном мире