Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Накануне
Сердце, якорь, крест
на тысячи лет вперёд,
там, где на круче конь,
над сопками самолёт,
всюду тебя найдёт.
Огненною тропой
легче чем парашют
спустится надо льдом.
Якорем зацепи
рвущийся дирижабль,
обледенел канат.
Рви на себя мечту,
рви на себя метель,
не отпускай лететь.
В треухе на катке,
с сумкою налегке,
ласточкой с бережка:
самый искусный врач,
самый надёжный друг,
самый весёлый джинн.
Если ладони жжёт,
если глаза слепит,
выдержи, потерпи.
Помни, что там вдали
слёзы мои кипят.
Здесь от Невы ещё
санок не волокли.
Джиннов недобрый смех
вьётся вокруг Земли.
#versos
Сердце, якорь, крест
на тысячи лет вперёд,
там, где на круче конь,
над сопками самолёт,
всюду тебя найдёт.
Огненною тропой
легче чем парашют
спустится надо льдом.
Якорем зацепи
рвущийся дирижабль,
обледенел канат.
Рви на себя мечту,
рви на себя метель,
не отпускай лететь.
В треухе на катке,
с сумкою налегке,
ласточкой с бережка:
самый искусный врач,
самый надёжный друг,
самый весёлый джинн.
Если ладони жжёт,
если глаза слепит,
выдержи, потерпи.
Помни, что там вдали
слёзы мои кипят.
Здесь от Невы ещё
санок не волокли.
Джиннов недобрый смех
вьётся вокруг Земли.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Ты мне подарил лопухи, речку,
мельницу, мельничные пороги,
зеркало с соснами, ведро лисичек и тыкву
дорогу на волшебную гору.
Человека, идущего по дороге
не спрячешь.
Дочь царя болотного, выйди из норки,
брось платок поперёк трассы
попроси покататься.
Если налево пойдёшь, что потеряешь
никогда заранее не известно,
только кот у двери воет,
кот что-то себе понимает.
Если ехать прямо, непонятно что выйдет,
потому то даже если нету обгона
кто-то обязательно да обгонит.
А на камне редко пишут, что будет дальше,
камни белы, камни горючи.
#versos
мельницу, мельничные пороги,
зеркало с соснами, ведро лисичек и тыкву
дорогу на волшебную гору.
Человека, идущего по дороге
не спрячешь.
Дочь царя болотного, выйди из норки,
брось платок поперёк трассы
попроси покататься.
Если налево пойдёшь, что потеряешь
никогда заранее не известно,
только кот у двери воет,
кот что-то себе понимает.
Если ехать прямо, непонятно что выйдет,
потому то даже если нету обгона
кто-то обязательно да обгонит.
А на камне редко пишут, что будет дальше,
камни белы, камни горючи.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Спрашиваешь в аптеке родной город,
спрашиваешь, не надеясь, что будет,
спрашиваешь, чтобы не забылось, не выцвело, не поблёкло.
Ессентуки четыре, а сегодня пять, ровно сегодня
я иду по аллейке в голубом платье,
Ессентуки семнадцать, я потерялась,
потому что школы больше не будет.
Ессентуки сорок скорость по трассе,
Ессентуки дальше, Ессентуки старше,
дай бутылку,
она минеральная, неживая
к северо-западу от рая.
#versos
спрашиваешь, не надеясь, что будет,
спрашиваешь, чтобы не забылось, не выцвело, не поблёкло.
Ессентуки четыре, а сегодня пять, ровно сегодня
я иду по аллейке в голубом платье,
Ессентуки семнадцать, я потерялась,
потому что школы больше не будет.
Ессентуки сорок скорость по трассе,
Ессентуки дальше, Ессентуки старше,
дай бутылку,
она минеральная, неживая
к северо-западу от рая.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Электричка с советскими стариками,
с грибами, яблоками,
скудными кошельками.
Время идёт кругами.
В семь утра июнь с травами и туманом,
Зеленоград не кошен,
родители идут на работу.
В девять бегу по подземному переходу,
штурмую сумрачный эскалатор,
ноябрь, звонок, на алгебру опоздаю.
Одиннадцать: жарит солнце,
это кладбище или площадь
в стране жирного чернозёма,
курортного помидорья.
Полдень - - взморье,
персик, слива, гуня на грязноватом песочке,
сестрица играет гаммы,
не ходит купаться.
Вечер, стеклянный учебный корпус,
воняющий табачищем и туалетом,
вечер - - лето,
карты, цикады, я расскажу вам сказку
про чёрных всадников и колечко,
я знаю и видела, я москвичка.
Утро, яблоки, электричка.
Если тебя отнимут, то не отнимут.
#versos
с грибами, яблоками,
скудными кошельками.
Время идёт кругами.
В семь утра июнь с травами и туманом,
Зеленоград не кошен,
родители идут на работу.
В девять бегу по подземному переходу,
штурмую сумрачный эскалатор,
ноябрь, звонок, на алгебру опоздаю.
Одиннадцать: жарит солнце,
это кладбище или площадь
в стране жирного чернозёма,
курортного помидорья.
Полдень - - взморье,
персик, слива, гуня на грязноватом песочке,
сестрица играет гаммы,
не ходит купаться.
Вечер, стеклянный учебный корпус,
воняющий табачищем и туалетом,
вечер - - лето,
карты, цикады, я расскажу вам сказку
про чёрных всадников и колечко,
я знаю и видела, я москвичка.
Утро, яблоки, электричка.
Если тебя отнимут, то не отнимут.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Насте Герасимовой
"Чужой"
Алиса, которой светло лицо,
не знающая конца,
белозубая,
без пороха, без свинца
покоряет сердца.
Тянется луч по ту сторону облаков
на миллион веков
вперёд,
утро, город, завод,
сигнал: вот мы, лидеры дня,
галактический центр, выбирай меня.
И пройдёт вот так поверх голов - -
не по головам,
ясная как судьба,
как Островский тверда,
радость, любовь, беда - -
всё из алмаза, из коктейльного льда,
искрящегося дождя.
Меня вело огородами, неврозами, осколками,
в зеркалах видела пустоту,
жалась кокетливо по углам.
Я, девушка, завидую вам,
потому что Алиса из этого улетит,
Алисе не по пути
со ржавым треснувшим кораблём,
который со сбитой программой кряхтит
в стороне от торных путей.
#versos
"Чужой"
Алиса, которой светло лицо,
не знающая конца,
белозубая,
без пороха, без свинца
покоряет сердца.
Тянется луч по ту сторону облаков
на миллион веков
вперёд,
утро, город, завод,
сигнал: вот мы, лидеры дня,
галактический центр, выбирай меня.
И пройдёт вот так поверх голов - -
не по головам,
ясная как судьба,
как Островский тверда,
радость, любовь, беда - -
всё из алмаза, из коктейльного льда,
искрящегося дождя.
Меня вело огородами, неврозами, осколками,
в зеркалах видела пустоту,
жалась кокетливо по углам.
Я, девушка, завидую вам,
потому что Алиса из этого улетит,
Алисе не по пути
со ржавым треснувшим кораблём,
который со сбитой программой кряхтит
в стороне от торных путей.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Я не то что бы человек,
из одного куска
воска
или доска
левкасная,
на которой соблазнительный образ
или фарфоровый с косметическим запахом
манекен.
Аll I can,
наслаивать город за городом,
сезон за сезоном,
Нарнию с Краснодоном.
С другой стороны войны
плачет моя бабушка,
потому что Майра и Китти
добродетели не верны.
#versos
из одного куска
воска
или доска
левкасная,
на которой соблазнительный образ
или фарфоровый с косметическим запахом
манекен.
Аll I can,
наслаивать город за городом,
сезон за сезоном,
Нарнию с Краснодоном.
С другой стороны войны
плачет моя бабушка,
потому что Майра и Китти
добродетели не верны.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Синий космос с искрами огоньков
и пурпурное зарево облаков,
голая Ева, придремавшая на заре,
возлежит как земля во зле.
Сотый в ад пойдёт в день сороковой,
ну же, как вам это,
кому не впервой
уговор чужой блюсти воровской
медальон снимать с головой.
Космос над степью и над рекой
голова сближается с головой,
и щека
с ощущением холодка
приникает к земле сырой.
Человек, лежащий под одеялом в тепле,
видит человека, лежащего на столе,
на тротуаре в мае, августе, октябре, ноябре.
Звезда, ответьте земле.
#versos
и пурпурное зарево облаков,
голая Ева, придремавшая на заре,
возлежит как земля во зле.
Сотый в ад пойдёт в день сороковой,
ну же, как вам это,
кому не впервой
уговор чужой блюсти воровской
медальон снимать с головой.
Космос над степью и над рекой
голова сближается с головой,
и щека
с ощущением холодка
приникает к земле сырой.
Человек, лежащий под одеялом в тепле,
видит человека, лежащего на столе,
на тротуаре в мае, августе, октябре, ноябре.
Звезда, ответьте земле.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Кампус
Если любишь, если не повезло —
время урочное улетело и отошло
как дыханье от уст, —
становится всё нежнее
веретено-сверло
сокрушённых письменных упражнений.
Ломаная линия в летней мгле:
мы же рядом ходили, и в том тепле,
что за годы с июнем, июлем, августом отлетело,
были бы счастливы искрами в золотой золе,
алой полосой в Венериной пене,
родные в седьмом колене
как все русские на земле.
#versos #photo
Если любишь, если не повезло —
время урочное улетело и отошло
как дыханье от уст, —
становится всё нежнее
веретено-сверло
сокрушённых письменных упражнений.
Ломаная линия в летней мгле:
мы же рядом ходили, и в том тепле,
что за годы с июнем, июлем, августом отлетело,
были бы счастливы искрами в золотой золе,
алой полосой в Венериной пене,
родные в седьмом колене
как все русские на земле.
#versos #photo
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Ариэль
Не ищи меня больше на земле,
по ветру лечу к тёплым островам,
где
Стивенсон тропой вечною идёт
с добрых своих охот.
Господи, отчего нас гонят как скот,
хор громовой, вступи.
Мальчик кидает камешки в океан,
и над братской могилой стоит солдат,
каменный Глазго, хотя суров,
краше всех городов.
Холодно и нельзя
в сторону Ленинграда,
не оставляй следов.
Мальчик кидает камешки в океан,
женщина в пёстром парео ждёт,
всех прекрасней, всех моложе она,
друг, попутчик, жена.
И навстречу фосфорно-золотым волнам
я с тобой когда-нибудь поплыву,
чтобы больше холод не мучил нас,
чтобы все счастливые острова
отдали нам салют.
#versos
Не ищи меня больше на земле,
по ветру лечу к тёплым островам,
где
Стивенсон тропой вечною идёт
с добрых своих охот.
Господи, отчего нас гонят как скот,
хор громовой, вступи.
Мальчик кидает камешки в океан,
и над братской могилой стоит солдат,
каменный Глазго, хотя суров,
краше всех городов.
Холодно и нельзя
в сторону Ленинграда,
не оставляй следов.
Мальчик кидает камешки в океан,
женщина в пёстром парео ждёт,
всех прекрасней, всех моложе она,
друг, попутчик, жена.
И навстречу фосфорно-золотым волнам
я с тобой когда-нибудь поплыву,
чтобы больше холод не мучил нас,
чтобы все счастливые острова
отдали нам салют.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Sarva Mangalam
Не выбирает ящерка травы,
конь борозды,
и так же наугад
шагну в ночи по углям босиком
без деланного ужаса, но всё же
с привычным ощущением прыжка.
(Она ступает и огонь рисует
круг мандалы для рыжих Магдалин
как мандарин).
И глядя на костёр, на струи меди,
на зубы белые, кто не впадал
в соблазн открыть, чтоб изучить внутри.
Танцуй же на углях, танцуй, не медли,
пой, бабочка, гори.
Вот вокзал, жаркий воздух московских масс,
снова никто не сгубил и никто не спас,
мышцы утром будет ломить,
после крепкого сна
от крепкого кислорода.
Благодать красоты скорее струя воздуха, чем скала
и зависит не от оптического угла,
а от времени года.
Но ты-то знаешь теперь,
что внутри есть дверь,
за которой жива
сама по себе, без материнских материй
благородная дева в красном на золотом,
пишущая на чьей-то коже
страданье, глубокое как океан,
бьющийся в рифы у континента.
Первый этаж
За оконной рамой в трещинах краски, за паутиной
в ветреном сентябре время идёт вперёд:
разом вращался с гуденьем машинным осиным
вкруг меня круг земной и небесный свод
в комнате проходной;
и хозяин старик ворочался за стеной.
Мимо смотрели глаза,
белела в сумраке кожа
и спина накатывала волной.
Вяли листья, сладким мусором пах подоконник
как киношной осенью
перед ядерною войной.
После которой уже ничего не будет.
***
Земля страдания, земля
зим неоконченных,
зажги звезду в ночи.
Белы широкие поля,
гроздь виноградная,
рука желанная
свет белый выключит.
Прольётся мгла на Ленинград
холодной водкою,
лизни железо,
запомни лето.
1 февраля 2023
#versos
Не выбирает ящерка травы,
конь борозды,
и так же наугад
шагну в ночи по углям босиком
без деланного ужаса, но всё же
с привычным ощущением прыжка.
(Она ступает и огонь рисует
круг мандалы для рыжих Магдалин
как мандарин).
И глядя на костёр, на струи меди,
на зубы белые, кто не впадал
в соблазн открыть, чтоб изучить внутри.
Танцуй же на углях, танцуй, не медли,
пой, бабочка, гори.
Вот вокзал, жаркий воздух московских масс,
снова никто не сгубил и никто не спас,
мышцы утром будет ломить,
после крепкого сна
от крепкого кислорода.
Благодать красоты скорее струя воздуха, чем скала
и зависит не от оптического угла,
а от времени года.
Но ты-то знаешь теперь,
что внутри есть дверь,
за которой жива
сама по себе, без материнских материй
благородная дева в красном на золотом,
пишущая на чьей-то коже
страданье, глубокое как океан,
бьющийся в рифы у континента.
Первый этаж
За оконной рамой в трещинах краски, за паутиной
в ветреном сентябре время идёт вперёд:
разом вращался с гуденьем машинным осиным
вкруг меня круг земной и небесный свод
в комнате проходной;
и хозяин старик ворочался за стеной.
Мимо смотрели глаза,
белела в сумраке кожа
и спина накатывала волной.
Вяли листья, сладким мусором пах подоконник
как киношной осенью
перед ядерною войной.
После которой уже ничего не будет.
***
Земля страдания, земля
зим неоконченных,
зажги звезду в ночи.
Белы широкие поля,
гроздь виноградная,
рука желанная
свет белый выключит.
Прольётся мгла на Ленинград
холодной водкою,
лизни железо,
запомни лето.
1 февраля 2023
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
И скажут вдруг, сиятельный Меркурий,
что служишь ты лишь спеси чародея,
причудам короля.
Не отрицай.
Ты с неба наблюдал степные травы,
и лог покатистый, где ветер пел,
и звякали пустые стремена,
ты видел гору, поле и роддом,
хрущёвку и окошко, и кровать,
того кто пел, того кто спал в кровати.
И как теперь мне перед миром встать.
Как в этом герметическом хлеву сказать звезде,
что для неё живу.
#versos
что служишь ты лишь спеси чародея,
причудам короля.
Не отрицай.
Ты с неба наблюдал степные травы,
и лог покатистый, где ветер пел,
и звякали пустые стремена,
ты видел гору, поле и роддом,
хрущёвку и окошко, и кровать,
того кто пел, того кто спал в кровати.
И как теперь мне перед миром встать.
Как в этом герметическом хлеву сказать звезде,
что для неё живу.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Бог создал Арракис,
чтоб верность взрастить в человеке,
дал дюны, стилсьюты, червей и песочные реки.
Бог создал Арракис,
чтоб жить с синевою,
текущей из глаз,
и сурьмой на морщинистом веке.
Бог создал Арракис,
оазис,
цветёт мушмулла, и черешня, и сливы,
мёд тает во млеке,
а мог бы
создать нарративы.
#versos
чтоб верность взрастить в человеке,
дал дюны, стилсьюты, червей и песочные реки.
Бог создал Арракис,
чтоб жить с синевою,
текущей из глаз,
и сурьмой на морщинистом веке.
Бог создал Арракис,
оазис,
цветёт мушмулла, и черешня, и сливы,
мёд тает во млеке,
а мог бы
создать нарративы.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Не таская чужих историй,
по углам стрекочу сверчком,
и со мною никто не спорит.
Кот на печке, уши торчком:
что ты видишь в углу закута?
Иль грядёт великая смута?
С кручи сверзится белый царь,
расписав кровавый словарь?
Будет русская рать побита?
Не тревожься и ешь досыта.
Не гляди на тёмный восток
не гляди на закатный свет,
не гляди на кровавый юг.
Ты на север, наверх гляди,
там сияния синий столб
в небеса вонзился иглой.
#versos
по углам стрекочу сверчком,
и со мною никто не спорит.
Кот на печке, уши торчком:
что ты видишь в углу закута?
Иль грядёт великая смута?
С кручи сверзится белый царь,
расписав кровавый словарь?
Будет русская рать побита?
Не тревожься и ешь досыта.
Не гляди на тёмный восток
не гляди на закатный свет,
не гляди на кровавый юг.
Ты на север, наверх гляди,
там сияния синий столб
в небеса вонзился иглой.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Облачные титаны бились вверху,
гильзы лежали, греючись на боку,
россыпь охотничьей злой забавы.
Царствует солнце на этом краю земли.
Я иду и со мною Радостный зверь,
который ест человечину.
Тот, кто взлетел высоко-высоко
слышит не славы далёкую поступь,
видит не ясное солнце борьбы.
Тот, кто взлетел высоко-высоко
думает, то ли сорваться разбиться,
то ли расплавиться в свете небес.
Радостный зверь, так пойдём же со мной.
Может быть, наконечник найду во мху,
ржавый меч, жемчужную шелуху
чешую серебряную чернёных рыбин,
исторический реквизит,
утопленный для забавы.
Я иду, и со мною белый дракон,
который ест человечину.
Тот, кто взлетел высоко-высоко
видит, как синим внизу и зелёным
мир нарисован, как птицы летят.
Тот, кто взлетел высоко-высоко,
знает, что рядом с блестящей водою
белый свивается радостный хвост.
Радостный зверь, поприветствуй его.
#photo #versos
гильзы лежали, греючись на боку,
россыпь охотничьей злой забавы.
Царствует солнце на этом краю земли.
Я иду и со мною Радостный зверь,
который ест человечину.
Тот, кто взлетел высоко-высоко
слышит не славы далёкую поступь,
видит не ясное солнце борьбы.
Тот, кто взлетел высоко-высоко
думает, то ли сорваться разбиться,
то ли расплавиться в свете небес.
Радостный зверь, так пойдём же со мной.
Может быть, наконечник найду во мху,
ржавый меч, жемчужную шелуху
чешую серебряную чернёных рыбин,
исторический реквизит,
утопленный для забавы.
Я иду, и со мною белый дракон,
который ест человечину.
Тот, кто взлетел высоко-высоко
видит, как синим внизу и зелёным
мир нарисован, как птицы летят.
Тот, кто взлетел высоко-высоко,
знает, что рядом с блестящей водою
белый свивается радостный хвост.
Радостный зверь, поприветствуй его.
#photo #versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Каждый раз идёшь по Москве,
вроде бы узнаёшь, но в общем не узнаёшь,
потому что нет такого, что вот деталь,
зацеплюсь за неё.
Нет деревяшек, железок, деталей нет,
абрис, забранный в пластик и вот гляди,
верь и не вспоминай.
Жар до костей,
столько огней,
боги из золота и тряпья.
Это не я и тысячу раз я.
#versos
вроде бы узнаёшь, но в общем не узнаёшь,
потому что нет такого, что вот деталь,
зацеплюсь за неё.
Нет деревяшек, железок, деталей нет,
абрис, забранный в пластик и вот гляди,
верь и не вспоминай.
Жар до костей,
столько огней,
боги из золота и тряпья.
Это не я и тысячу раз я.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Hola, hola mi onda
на языке фронды.
Международный язык фронды,
второй в Интернете
с палестинским флагом на юзерпике,
с фигой
в кармане джинсов
выходит вечером на крылечко
родина сахара.
Смотрит Señor de los anillos,
где Боромир умирает
как католический рыцарь,
исповедуясь капеллану.
Протестует
против новых учебников сексуального воспитания,
дежурно хвалится
красотой красавиц,
топит за радости феминизма,
пишет,
что fiestas patrias устарели
или наоборот вечны.
Благословения вашей семье от нашей,
и если сознательность нам повысить
и больше любить свою идентичность,
то грабить на улицах перестанут.
Моя пятая стихия -- не любовь, а слякоть.
Она вездесуща
как малолетний грабитель,
даже если ты не в окопе,
и не сиделец в киоске,
ты всë равно ей сдаëшься.
Если смотреть немного
с той стороны мира,
где слякоти не бывает,
ты немного потусторонний.
Смотришь потусторонним и ясным взглядом,
взглядом короля-капеллана.
Ничего нет проще,
чем присяга и брак законный,
и возвратить владенья
от проклятых мавров вселенской церкви.
Как же, король кастильский,
сероглазый сеньор Вигго,
ты одолеешь слякоть.
#versos
на языке фронды.
Международный язык фронды,
второй в Интернете
с палестинским флагом на юзерпике,
с фигой
в кармане джинсов
выходит вечером на крылечко
родина сахара.
Смотрит Señor de los anillos,
где Боромир умирает
как католический рыцарь,
исповедуясь капеллану.
Протестует
против новых учебников сексуального воспитания,
дежурно хвалится
красотой красавиц,
топит за радости феминизма,
пишет,
что fiestas patrias устарели
или наоборот вечны.
Благословения вашей семье от нашей,
и если сознательность нам повысить
и больше любить свою идентичность,
то грабить на улицах перестанут.
Моя пятая стихия -- не любовь, а слякоть.
Она вездесуща
как малолетний грабитель,
даже если ты не в окопе,
и не сиделец в киоске,
ты всë равно ей сдаëшься.
Если смотреть немного
с той стороны мира,
где слякоти не бывает,
ты немного потусторонний.
Смотришь потусторонним и ясным взглядом,
взглядом короля-капеллана.
Ничего нет проще,
чем присяга и брак законный,
и возвратить владенья
от проклятых мавров вселенской церкви.
Как же, король кастильский,
сероглазый сеньор Вигго,
ты одолеешь слякоть.
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Пахмутова_2023.pdf
108.9 KB
Все мои стихи за 2023 год одним файлом, вариант для устройств.
#versos
#versos
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Forwarded from The Light Side (Nadezda)
Стихи Новикова, посвящённые Кибирову. Дата — 1989 год, но всё здесь, всё есть, в горчичном зерне и в чашечке цветка. Самое важное — Дунай, война, венок.
Мы не вселенского, мы ничего, областного.
Наши масштабы до той вон горелой берёзы.
Свяжется как-то, уцепится зá слово слово,
тут и прихватят врасплох его наши морозы.
Мы кулики на болоте своём куликовом.
Этот шесток я в любом состоянье узнáю.
А перехожим каликам скажу: далеко вам,
если и впрямь подались к голубому Дунаю,
к Тибру надменному и легкомысленной Сене.
Не оставляйте в дороге вещей без присмотра.
Здесь мужики изъясняются бегло по фене.
Бабы нарочно таскают порожними вёдра.
Коли воды зачерпнёте Дуная и Тибра,
так самоходное вспомните слово с мороза,
нас, домоседов, районного скальдов калибра.
В проруби нашей дунайская выплывет роза.
#versos
Мы не вселенского, мы ничего, областного.
Наши масштабы до той вон горелой берёзы.
Свяжется как-то, уцепится зá слово слово,
тут и прихватят врасплох его наши морозы.
Мы кулики на болоте своём куликовом.
Этот шесток я в любом состоянье узнáю.
А перехожим каликам скажу: далеко вам,
если и впрямь подались к голубому Дунаю,
к Тибру надменному и легкомысленной Сене.
Не оставляйте в дороге вещей без присмотра.
Здесь мужики изъясняются бегло по фене.
Бабы нарочно таскают порожними вёдра.
Коли воды зачерпнёте Дуная и Тибра,
так самоходное вспомните слово с мороза,
нас, домоседов, районного скальдов калибра.
В проруби нашей дунайская выплывет роза.
#versos