Когда-то давно мне близкий друг сказал, что я “сублимирую теплоту человеческого общения сладостями”. Я тогда не совсем понял, о чем он говорит. Но вспомнил об этом пару дней назад, когда сожрал в одно рыло два круассана с шоколадной пастой, пачку печения и тарелку карамельного попкорна.
Со мной все должно быть в порядке. У меня классная жизнь, куча возможностей, суперская работа, замечательные коллеги. Я недавно встал на сноуборд и влюбился в это дело. А красивейший горнолыжный курорт всего в полутора часах пути по горам, от вида которых дух захватывает.
А потом едешь туда и думаешь, а почему не она сидит рядом, а кто-то другой? Почему не она подключается к аудиосистеме или пытается снять всю окружающую красоту на телефон? Почему я смотрю, как на склоне рассекает кто-то другой? Ах да. Сам попросил. Так надо.
- “Сергей, привет! Моя дочь, (…ну допустим…) Яра, прилетает в Ташкент на следующей неделе. Твой папа любезно согласился приютить ее на несколько дней. Могу я тебя попросить, показать ей город, что-то интересное в Ташкенте, если у тебя будет время?”
И следующим сообщением в догоночку:
- “Яре 20 лет”
Знаете, что я ожидал? Я думал так: это дело вмастилось идеально. Мы с Ярой тусовались еще крохами. В моей детской комнате до сих пор висит фотография, где я воинственно поднимаю ее здорового плюшевого медведя, а она стоит и смотрит тем самым глубинно-грустным взглядом, который мне так запомнился. “Лермонтовский”, как говорила моя учительница по литературе. Мы не виделись с Ярой 15 лет, может больше. И вот сейчас она приезжает на неделю, как раз тогда, когда мне позарез нужно отвлечься. Я думал “шикарно! У меня целую неделю будет классная компания!”.
Я бы сказал, что мы провели часов пять-шесть наедине только в пути куда-то. Мы ездили в горы, мы ездили на винную дегустацию, мы ездили гулять по всяким паркам. Клянусь, разговаривали мы за это время минут 30-40. Некоторое время я пытался запустить какой-нибудь крутой и приятный разговор, но вскоре сдался. “Любишь тишину? Я тоже люблю тишину.” И больше мы друг-друга не испытывали.
Туман поднимался тут и там, снежные горы уверенно заявляли о себе с обоих сторон, уши начинало закладывать. Часы в машине пролетали как-то незаметно. Даже под музыку Яры. И я тогда подумал “а ведь она тоже слушает нечто похожее”. Яра снимала всю окружающую нас сказку на телефон. Как будто телефон передаст все это.
Прокат снаряги по дороге, переодевание на парковке, касса, фуникулер и вот мы уже поднимаемся на склон. Туман превратился в плотное молоко, мы вдвоем на фуникулере в разбивающей тишине. Я перешнуровываю ботинки.
А после, все стало не важно. Существовал только я, борд и снег. И все мысли только про одно: держать вес по склону. Почему вставая на борд лишь третий раз, я чувствовал что стоял на нем всю жизнь? И почему из всех людей, кто мог бы разделить со мной это воспоминание, со мной была Яра? Так много важных вопросов остаются без ответа, но это не важно, если под тобой доска.
Безумно уставшие мы сложили борды в багажник и пошли в кафешку. Тишина была для нас уже как вода для рыбы, каждый думал о чем-то своем. Безумно сладкий Узбекский чай уже не казался таким безумно сладким.
Выезжая с парковки, мы заметили, что туман рассеился, а снежные вершины стали фиолетовыми из-за заката. Яра снова попыталась все сфотографировать, но я знал, что это бесполезно. Снова включила свой плейлист и мы покатились домой петляя по серпантину, наблюдая как фиолетово-рыжие верхушки исчезают в темноте.
Наверное так и пройдет вся жизнь. В маленьких кармашках когда все “нормально”. Не катастрофа и на том спасибо. Спасибо, что “нормально”.

Нашел! Копался весь вечер, но я нашел эту хуйню!
В последнее время задумываюсь, а было ли вообще время, когда я был счастлив? Естественно, речь не о детстве, когда любая палка может быть источником безграничного вдохновения. Речь о примерах ситуаций, в которых я ничего не хотел менять и более того, расстроился бы, если что-то поменялось.
А еще я вел дневник с восемнадцатого года. Так что вот, полюбуйтесь. Представляю вам мое четвертое Мая двадцать второго:

4 мая 2022г.
“…Пока что, мы все еще живем в Мозжинке с Настей. Живем кстати, лучше, чем где-либо еще. Поразительно, но здесь всегда есть еда, всегда есть близкий человек, собака безусловно важная часть этого маленького сообщества. К нам бывает заезжают ребята, но редко. Сейчас, например, Дима остался здесь на пару деньков. В общем, моя жизнь, и я в целом, довольно полноценны....”

“…Я и моя жизнь довольно полноценны…”. Ахуеть. А можно еще более роботизировано?
У меня был один знакомый, который разводился с женой как раз в тот момент, когда она снялась в рекламе ЯндексТакси. Весь развод он ходил по городу, и на каждой автобусной остановке висел плакат с его, на тот момент уже бывшей, женой. А под ее счастливой улыбающейся фигурой красовался слоган Яндекса на тот момент: “Отпусти и двигайся дальше”. И так, дамы и господа, я узнал, что у Бога есть чувство юмора.

4 мая 2022г.
“…В общем, моя жизнь, и я в целом, довольно полноценны. Да, у меня есть поводы для беспокойств, но если подумать всерьез, ничего моему счастью не угрожает. Теперь, нужно сделать так, чтобы в случае чего, это все не разрушилось.”

Сделайте мне гигантское одолжение. Прям от всей души прошу, пожалуйста, не поленитесь, запомните и примените на свою жизнь. Если кто-то написал классный текстик, что-то классное придумал, написал, снял, нарисовал. И вам это понравилось. Не говорите об этом!
Держите свой восторг при себе. Не давайте бедолаге надежду, что его творчество кому-то нужно. Не дай Бог он подумает, что хочет этим заниматься по жизни!
Запоминаем движение: большой палец смотрит вверх, но неуверенно, как парашютисты-новички смотрят вниз. Брови подняты, глаза закрыты, кивок. И фраза: “хм, прикольно”. Все! Больше нельзя.
Если продолжит - значит жить без этого не может, будет писать вне зависимости от того, гавно он или нет. Если не продолжит - аллилуйя. Вы спасли человека от страданий.
Вы смеетесь, а я серьезно. Люди так могут провести десятилетия: тщетно гоняться за мечтой, не имея никаких средств к существованию, чтобы в итоге сдохнуть в канаве. Просто потому что их ввели в заблуждение.
Не говорите комплименты творческим людям. Спасем жизни вместе✊

(P.S. Мне говорите)

Я помню очень отчетливо, что когда я был совсем маленький, я надеялся, что родители повезут меня к какому-нибудь врачу и им скажут, что я умственно отсталый. Ну, потому что это многое бы объяснило. И никто бы меня больше не спрашивал, почему я снова принес двойку из школы. Или почему я туда вообще не пошел сегодня. Я просто стоял напротив здания, куда пылесосом засасовались полусонные школьники и думал: ”не сегодня”, а потом шел в книжный и макдональдс.
Каждая моя мысль опровергает какую-то другую мою мысль. Прямо противоположные высказывания живут в моей голове, как равнозначно правдивые (или не правдивые). Это двоемыслие или просто внутренний конфликт?
Я знаю, что пытаться насильно держать людей в своей жизни - не очень хорошая идея. Но я так же знаю точно, что если никого не держать, в какой-то момент ты поймешь, что все просто ушли.
Часто думаю о конце света. Может тогда, сидя в бункере, попивая травяной чай и слушая звуки катастрофы снаружи я бы вдруг осознал, что скрежетание между моими висками пропало. Потому что оно больше не нужно. Больше не нужно думать, есть ли у меня хоть капля таланта на самом деле. Больше не нужно ни перед кем пресмыкаться, чтобы что-то получить. Больше не нужно раздумывать над тем, как ко мне в действительности относятся люди. А самое главное - больше не нужно будет думать, почему если я такой дохрена умный, сижу в полной жопе. Тогда хотя бы будет понятно, почему я в жопе. Почему все в жопе.
Но я не могу забыть, что когда-то мне для счастья нужен был только пирожок из макдональдса и какая-нибудь книжка, с большой вероятностью краденая. Даже не смотря на собачий холод на улице или жесткие неудобные стулья, даже не смотря на то, что играют одни и те же 4-5 доставучих мелодий подряд. В момент когда смахиваешь крошки от пирожка со страницы и стараешься не заляпать ее джемом, потому что все еще наивно веришь, что вернешь ее, на душе почему-то становится очень тепло. Как сейчас бывает очень редко. Не знаю, может быть, в бункере это чувство меня бы тоже настигло.

Сегодня без соплей. Без самобичеваний, рефлексий, самокопаний.
Когда отец ебнулся с лошади и ему выбило нахер сустав, я каждый день ездил к нему в больницу. Час пути от Ташкента в провинциальную больничку Узбекистана. И каждый раз я слышал ублюдский писк. Пик-пик-пик. Поразительно надоедающая хрень. Это был радар, который предупреждал о камерах. И каждый раз я его выключал, потому что всегда езжу в одной полосе и не превышаю скоростной режим. Пик-пик-пик. Нахер. Выключал громкость и ехал себе спокойно, пока все остальные проносились мимо меня, будто я на месте стоял. Радар - это больше для отца. Он любитель полихачить, когда есть возможность. Но не я, я другой.
По крайней мере, я так думал. Когда я был мелким, я думал, что у меня не получиться поступить в киношколу. Когда врачи сказали мне про тревожное расстройство, я думал, что никогда не получу права и никогда не буду водить. Когда я работал ассистентом, я думал, что никому никогда не будет интересно, что я пишу, и начать сценарную карьеру у меня не получиться.
А сейчас я сижу и думаю, есть ли вообще что-то, на что я действительно потратил силы и время и это правда обратилось провалом?
Я подъезжал к воротам больнички, куда пускают только скорую помощь и врачей, открывал окно, давал на лапу охраннику и проезжал. Думая в этот момент: “Как же в жизни все плохо. Почему у меня ничего не получается? Проект не запускается, девушка ушла, я хрен знает где нахожусь…”. Не знаю откуда этот голос. Он постоянно убеждает меня в том, что я - говно, что все вокруг - говно. И почему-то у меня никогда не возникало мысли, что он неправ.
Знаете кстати, кто довольно часто оказывается прав? Я, мать вашу! Я говорю людям что-то, они мне с поразительной уверенностью говорят, что я неправ. И я всегда ведусь на эту хрень. Я думаю “ну, этот человек видимо знает наверняка, он же так уверен в своих высказываниях, а я ни в чем не уверен, я всегда во всем сомневаюсь”. А потом выясняется, что я был прав. Что мое решение было лучше, что мое предположение является объективной правдой, что мое решение подходило больше всего для данной ситуации. Но я же не учусь на ошибках, правильно? Поэтому никогда не настаиваю. Зачем доверять внутреннему чутью, которое не раз доказывало свою пользу? Дебилизм какой-то.
И вот как-то я вышел из больнички, завел машину, выехал на дорогу и снова услышал “Пик-пик-пик”. Да блин! Снова выключил его, поехал дальше. Одна машина меня проехала, вторая. И когда я в зеркале увидел третью, что-то щелкнуло. Поворотник, руль влево, тапку в пол. Пролетел кобальт, за которым тащился уже километров тридцать. Две, три, четыре машины остались в зеркале заднего вида. Как там отец учил? “Пошли все нахуй”. И включил радар. Пусть впредь так и будет.
Пойду, получу права на мотоцикл.

Если и существует идеальный момент, чтобы начать принимать наркотики - это он. Но я только-только накачал руки до приемлемого состояния, и кокаин нынче не дешевый, а денег у меня практически нет и неизвестно когда появятся.
Ситуация - хуй в говне. И как ее исправлять я не имею ни малейшего понятия. Куда идти дальше - тоже не ясно, все дороги кажутся такими длинными, что хер дойдешь до конца. А у меня уже нет сил никуда идти. Нет сил выкапывать себя из огромной кучи дерьма. Я все, спекся.
Люди иногда умирают в поразительно неудачные моменты. На столько неудачные, что личная трагедия другого человека кажется дохрена ироничной шуткой от судьбы. Исключительно чтобы посмотреть, как я корчаюсь от злобы и отчаяния, потому что очередная крутая возможность не прокатила. И месяцы труда скорее всего выйдут в окно вместе с какими-либо дальнейшими перспективами.
Конечно, все это бред и есть множество причин почему что-то прокатывает или не прокатывает. И я никогда не узнаю, какая из них действительно повлияла на ход вещей. Но есть непреодолимое желание разбить ебальники провинившимся. А единственный провинившийся здесь - я.
Вера - это выбор. И мой выбор верить, что Господь есть и он любит меня. Но честное слово, я не понимаю, почему у него есть причины делать меня самым заторможенным в развитии среди моих сверстников. Каждый день я пытаюсь понять, в чем тут замысел и какой урок я должен извлечь. Но чем больше я пытаюсь понять урок, тем больше убеждаюсь, что никакого урока и нет вовсе.
Зато с таким раскладом все меньше и меньше пугает мысль разбиться на мотоцикле.

Машина гневно смотрит ситкомы.
Машине нужно научиться любить себя.
Машине нужно перестать говорить себе уничижительные вещи.
Машине нужно позволить себе отдохнуть и выйти из выгорания.
Машине нужно перестать направлять свой гнев на себя.

Как почувствовать себя богатой виноградной улиткой - предпринимателем:

Для того чтобы почувствовать себя виноградной улиткой - предпренимателем, не нужно никуда далеко ходить. Нам понадобятся обычные столовые приборы, которые есть дома у каждого.

Первое, что мы сделаем - мы пойдем на кухню и возьмем ложку. Желательно в купе с зажигалкой. Нет, мы не будем пускать по вене, ведь наши цели исключительно научные. Мы всего лишь разогреем ложку на зажигалке (опять же, мы ничего не кладем на ложку), а после этого легким отточеным движением прикладываем ее к глазу чтобы наши склеры превратились в горячий клей момент с легким ароматом жженого пластика. Рекомендуется использовать две ложки на двух глазах одновременно. Это сэкономит вам не только силы, но и время.

На данном этапе вы скорее всего усомнитесь в качестве эксперимента, но не надо, это лишнее. Настоящие экспериментаторы никогда не сдаются. Отбросьте сомнения! И переходите к следующему этапу.

Дальше нам в сущности понадобится любой острый предмет не превышающий в диаметре 4-5мм. Хорошо подходят спицы для вязания или, раз уж мы продолжаем тему столовых приборов - вилка с одним зубчиком (но не нужно излишней самодеятельности, лучше купить специализированную вилку с одним зубчиком. Она как раз есть в нашем магазине по ссылке в BIO.)

После того как вы вооружитесь подобающим инструментом, вам нужно будет вставить его в ухо. На этом этапе очень важно будет хорошо прицелится и упасть на пол ухом вниз, таким образом, чтобы ваш инструмент прошил вашу барабанную перепонку. Трудная часть заключается не только в том, что хорошо прицелится без глаз довольно сложновато, но и в том, что такую процедуру придется проделать дважды.

Для чистоты вашего эксперимента, вы можете вызвать нашего специалиста, который поможет вам провести эксперимент в комфорте и спокойствии. Услуга стоит всего лишь два миллиона бешеных денег. Но вы не беспокойтесь, настоящие улитки-предприниматели не страшатся рисков. Главное - верить в себя.

Теперь вам нужно вылить все соусы (вроде майонеза и кетчупа), которые есть в холодильнике на пол, лучше на кафель, а после раздеться, натянуть на себя большой рюкзак, и лечь в эту лужу.

Поздравляем! Теперь вы нихрена не видите и нихрена не слышите, вы склизкий и вонючий. Отталкиваясь ногами от стен, вы будете скользить туда-сюда. Для пущего эффекта важно прям там в процессе обоссаться. Это не только улучшит скольжение, но и добавит соответствующий целям эксперимента запах. Когда вы будете ерзать туда-сюда, нужно будет громко выкрикивать ключевые слова: “Лиды! Лендинг! Арбитраж!”. А также улыбаться и говорить всем, что вы безумно заняты очень важными делами.
Посмотрите на себя, это однозначно так и есть.

Трудности перевода

“Viragh cancer outpatient center” - написано на стеклянной табличке, на которую я пялюсь уже минут пятнадцать. Передо мной в инвалидном кресле сидит дед, тетки расположились дальше по светлому коридору. А за спиной у меня красивый солнечный Балтимор. И я думаю, зачем ставить стулья спиной к окнам? Тем более, если они панорамные.

Сижу, стучу палкой. Это стандартный набор у нас на каждую поездку. Инвалидное кресло, две палки для хайкинга, подушка. Такие своеобразные обвесы на деда. А он сидит, думает о чем-то. Я знаю, потому что он жестикулирует руками время от времени. Но вслух ничего не говорит. Я тоже иногда так делаю. А потом смотрит на меня и спрашивает: “Ну че?”. Это уже второе или третье “ну че?” за последние пятнадцать минут. Каждый раз не знаю, как ему отвечать, так что идем по классике: “Ниче…”

Черная медсестра с фигурой бабы клавы и ярко желтой прической Уилла Феррела вышла из двери коридора.

-Uhhhm… Last name…. Novikov….?

Каждый раз они так неуверенно произносят нашу фамилию. Я встаю, тетки фуриями подлетают к деду, начинают его одевать. И в этом тетковороте я даже не знаю, как мне подступиться чтобы помочь. Поэтому просто стою, смотрю на деда. Тетки подобно работникам формулы-1 цепляют на него пиджак, шарф, кепи (именно кепи, как у грузинских таксистов, ему так нравилось), подбирают подушку, палки. Я берусь за ручки кресла и мы с дедом летим в белый коридор сразу за тетей-медсестрой, которая вызывала нас по фамилии. Нас суетливо догоняют тетки.

Паркую деда рядом со стульями в кабинете врача… (далее - https://dzen.ru/a/Z7nu-JBHR1RdbpyT?share_to=link)

Концы света

Я помню, как в 2012 году, в день конца света по всезнающему и всепредсказывающему календарю Майя… меня заставили идти в школу. Уровень наглости упрямых взрослых просто непостижим.

Сказать, что я был в бешенстве, — ничего не сказать. Туча летала надо мной в то тёмное раннее утро, и на туче циркулем было выцарапано: «Вы сумасшедшие!? Конец света, але! Всё! Финита ля комедия. Никакой школы нет и не будет больше! Какая школа!?».

В тот день на уроках мы с одноклассниками переглядывались и кивали друг другу: «Сегодня?» — мол. «Да, да, сегодня! Сегодня тот самый день!».

А потом, где-то к пятому уроку, все поняли, что ничего не будет, и подуспокоились. В воздухе даже витало лёгкое разочарование, что всё не сгорело к херам собачьим.

Это был первый случай, когда я думал, что мне пiздец и, в целом, дальше стараться жить эту жизнь не имеет никакого смысла. Это положило начало традиции, которую я соблюдаю (хочется мне того или нет) минимум раз в год.

И чем старше я становился, тем больше эти случаи переходили из категории «опаньки, чё-то происходит, ну-ка посмотрим» в категорию «блятьблятьблятьблятьблять!!!». Как будто чем выше ты становишься, тем отчётливее видишь, как «Титаник» наполняется водой, и единственное, что остаётся, — трясущимися пальцами играть на скрипке. Смирно стоять на стуле и смотреть, как твой палач растягивает удовольствие, медленно подходя к заветному рычагу.

А потом, как по волшебству, приходит озарение. И ты понимаешь, что уже здесь был. Ты уже стоял, как мудак, посреди палубы со своей маленькой скрипкой, толкаемый паникующими бабками и огромными мужиками в пенсне. Ты уже наблюдал, как вода поднимается и становится всё выше и выше. Крики, угрозы, драки, молитвы — всё это с тобой уже было. И люди были те же.

У концов света есть поразительная особенность — они… не наступают. Вот одновременно и пугающая, и успокаивающая мысль: после Третьей мировой войны… будет Четвёртая. Конец придёт всему: всем хорошим историям приходит конец, всем плохим — тоже. Конец будет и у очереди в банке, и у шикарного отпуска, и даже у твоей зависимости от порнухи тоже будет конец. И мне придёт конец в какой-то момент. Но конец света? Не-а.

Поэтому единственное, что можно сделать, стоя связанным на стуле с канатом вокруг шеи, — это посмотреть на своего трясущегося соседа обезоруживающе-успокаивающей улыбкой Джеймса Франко и сказать: «В первый раз?».

(https://dzen.ru/b/Z82kVJJx4kvW4irx?share_to=link)

Видос глубочайшего содержания

Если вы не знакомы с моим отцом, его очень просто распознать: обычно он — самый крутой мужик в любой комнате, в которую заходит. И одновременно — самый параноидальный.

Джей Уоллер как-то сказал, что настоящий мужчина должен быть в состоянии перерезать глотку и успокоить младенца в один день. Я точно знаю, что у папы была, как минимум, парочка таких дней. Будучи одним из младенцев, которых он успокаивал, я безмерно благодарен, что он ничего не перепутал.

Одна из моих больших мечт заключается в том, что в какой-то момент я смогу позвонить ему и сказать, что всё хорошо. Что работать ему больше не придётся. Я понимаю, что даже в этом случае он не остановится. Такой уж он. Танкер, пробивающий многолетние льдины толщиной в метры — хрен он там остановится. Но позвонить и сказать всё равно хочется. Будто у меня есть какой-то контракт, который я должен выполнить.

Вот только это неправда. Я понятия не имею, сколько труда, любви, заботы и терпения он вложил в воспитание своих детей, но я точно знаю, что оно ему никогда не вернётся. Никогда не будет ничего, что могли бы сделать его дети, чтобы выплатить этот долг. Но оно и хорошо. Потому что если бы мы рассчитались, это бы подразумевало, что наши отношения на этом закончены. А оно, мало того что никому не нужно, так ещё и невозможно. Весь этот труд, вся любовь и вся забота вернутся не ему. Они вернутся только его внукам. Видит Бог, он всё для этого сделал.

Я рад, что в бесконечном долгу именно перед тобой,
С днём рождения, пап

“Серёжа, привет, сейчас на рынке кризис, закрыты более 100 проектов. Даже не знаю. Что тебе сказать . У меня все проекты заморожены”

Забить хер на свой блог на два месяца - не в моем стиле. Но так же не в моем стиле пустые обещания непонятно чего. Я не забил хер. Просто мне было нехера вам рассказать.

Так проходят мои последние месяцы: в пустых разговорах. Гигантский кризис задел всю киноиндустрию, не только в РФ такая жопа. На западе выпускают только сиквелы, в РФ выпускают только сказки и ремейки советских мультиков. И судя по всему, это не проблема денег. По крайней мере, не в той степени, в которой мы все это себе представляем. Да, сметы продюсеров не внушают спокойствия, но есть ощущение, что проблема все-таки немного глубже.

Слухи с запада говорят о том, что вся схема запуска проектов крутанулась на сто восемьдесят. Если раньше креативные профессионалы приходили к студиям и продюсерам с живими концептами, то сейчас продюсеры возомнили себя креативными профессионалами, сами же запускают свою фигню и нанимают сценарных негров писать их пошлятину. А негры соглашаются, потому что кушать хочется. Причем негры эти очень прикормленные и новых людей к себе не берут. Хер знает, почему.

Сверх идет вся катавасия с искусственным интеллектом, которым никто не знает как пользоваться. Дальше все усугубляет общая политическая ситуация в мире. Короче, на сколько именно мы застряли в этой жопе никто не знает.

Моя догадка - лет на десять. К тому моменту как раз вымрут мамонты, которые затеяли весь этот пиздец. И те мамонты, которые весь этот пиздец поддерживали рублем. К тому моменту люди наконец поймут, что искусственный интеллект - это не замена креативного персонала, а просто его дополнительный инструмент. Раза два или три зритель всерьез взбунтуется и это даст увесистого пинка продюсерам. Дальше чтобы выжить придется все-таки немного довериться коллегам из авторских комнат.

Пугает во всем этом еще и состояние машины, которая выпускает креативный персонал. И то, что получается на выходе. Есть одна беседка, где все сценаристы из РФ выкладывают свои работы на продажу. Я регулярно читаю эти сценарии. И понимаю, почему продюсеры перестали доверять сценаристам. Каждая работа попадает в одну из двух категорий: “тягомотина” или “пошлятина”. Иногда и туда и туда. Соответственно автор либо додик, либо ебнутый, либо ебнутый додик. И очень часто этот ебнутый додик безвкусно умничает с уверенностью профессора. Естественно их всех турнули, поставили куда подальше, чтобы не мешались, и не вспоминают про них. А искать действительно талантливого профессионала в этом потоке говна крайне сложно.

Как во всем этом климате случился замечательный “Подслушано в Рыбинске”, остается только догадываться. И не забывать благодарить судьбу, что новое поколение зрителей поддерживает чуть более сложные по настроению проекты, а наш рынок наконец делает первые шаги в сторону мультижанровости.

И это очень хорошая новость! Потому что возможно… Возможно… к тому моменту, когда все это дело наконец устаканится…, когда мы все усвоим уроки, которые нам надо усвоить…, подрастет тот самый зритель, который будет брызгать слюнями и просить того, что сейчас кладется в стол, хоть и с восторженными комплиментами, но без полноценного запуска. Пока что.

Я с раннего детства борюсь с инстинктивным желанием портить настроение окружающим. Поэтому быть хорошим человеком дается мне с большим трудом.

Когда мне было пять, мы с няней собирались идти на прогулку. Я сидел на своем стульчике, полностью укутаный, оставалось только нацепить на меня ботинки. Чем и занялась моя няня. Бедная женщина… Она завязывала мне шнурки для того чтобы мы пошли погуляли, поиграли в снежки, слепили снеговика. Сделали что-то вместе, как близкие люди, как друзья. Но я, по какой-то причине решил все похерить, поэтому посмотрел ей в глаза и сказал: “Туго вяжешь, сука.”.

Это стало катализатором для гигантского приключения под названием “Серег, давай хотя бы постараемся не быть последним мудилой при каждой возможности”. И, должен сказать, я делаю большие успехи. Спустя двадцать лет я научился некоторым базовым навыкам:
1. Закрывать хлебальник в нужный момент, чтобы не получить в табличку. (Потому что получал)
2. Закрывать хлебальник в нужный момент, чтобы не обидеть людей, которых люблю. (Потому что обижал и было неприятно)

Но поверх того, за последние года три к списку добавились некоторые серьезные скилы:
1. Улыбаться не надменно. (Поначалу было очень неудобно, но потом стало легче).
2. Быть открытым к вещам, которые многие бы назвали бредом сумасшедшего. Типа астрологии или другой фигни, которой пытаются оправдать чей-либо дерьмовый характер.
Оказывается, если что-то имеет смысл, оно не обязательно правда. А если что-то не имеет смысла, у этого чего-то есть серьезные шансы стать президентом США или генеральным продюсером какого-нибудь телеканала. Удивляться уже нечему. Никто не прав и все правы одновременно. Даешь хаос.
3. Делать комплименты. Оказывается, важно и ценно.
4. Делать ебало попроще. Я увидел как-то свое “сосредоточенное” лицо на записи и это пролило свет на многие вещи.

И вот я теперь совершенно другой человек. Практикую благодарности каждый день. Говорю про всякую хиппарскую шнягу вроде “вселеной” или “энергии”. Но все равно время от времени приходиться прям сильно натягивать поводья.

Я ведь до сих пор вижу. Вижу какие конкретно иллюзии о себе люди внушают окружающим. Вижу как они пытаются запихнуть всю свою личность в один ярлык типо “так я ж экономист”, “ну, я ведь инженер”, “так я этим занимаюсь”. И чем больше они настаивают, тем больше палятся. Я вижу этот пиздеж. Жопой чую. Вижу уязвимость. Как стакан, который я могу разбить, ведь вот он уже стоит на краю столешницы, мне просто надо его чуть-чуть подтолкнуть. И все стекляшки разлетятся, как миллион маленьких серферов, оседлавших волну.

Но я улыбаюсь, даже не надменно. Делаю ебало попроще и комплименты раскидываю. И стаканы их не трогаю. Вдруг там кроме стаканов больше и нет особо ничего.

По-настоящему любить людей - тяжелейший труд. Особенно, когда ты выбираешь делать это впервые в жизни. Любовь - это не чувство. Любовь - это выбор.

Не поймите меня неправильно. Я люблю злобу. Злоба всю жизнь меня оберегала. Злоба давала мне сил, давала направление. Я обожаю чувствовать этот затмевающий всеразрушающий огонь внутри. Только в этот момент в моей жизни нет никаких сомнений, самокопаний. Но злоба так же единственное, что заставляло меня делать поступки, о которых я всерьез жалел. Я по пьяне столько дров не ломал сколько со злобы.

Но в последние пару лет я начал задумываться, это она мне служит или я ей? Ответов не нашел. Но точно знаю, что нам с госпожой надо сделать перерыв в отношениях. Так или иначе, вернуться я всегда успею.

Посоны,
Я - авакада

С Коляном (не геи)

S3EP01
Германн - немец, он расчетлив, вот и все!

Вот уже почти неделю я просыпаюсь в одной постели с другим мужиком. Он очень красивый, сволочь, предки из Германии, воспитанный. Не побоюсь этого слова — «джентльмен».

Правда, у него почему-то хватает наглости тырить у меня одеялко всю ночь или приземлиться своей накачанной тушей прямо на середину кровати и раскидать повсюду свои конечности, так что мне приходится пинать его в бок, чтобы этот балбес подвинулся. Так и проводим ночи, пихая друг друга и попердывая поочерёдно.

Каждый день мы просыпаемся: он целует меня в нос и отправляет на кухню готовить завтрак, а сам, падла, остаётся в кровати, потягивается и зевает. Но я его всё равно очень сильно люблю.
В общем, это мой каминг-аут. Я — собачник!

Нет, наверное, больше похожих по темпераменту существ, чем мы с ним. Ему не интересны мячики. Палки интересны совсем чуть-чуть. Другие собаки — только если девочки. Другие маленькие собаки — там что крыса, что утка: один хрен, надо запихнуть в пасть и принести хозяину, желательно без пульса. Ему только бегать в парке да валяться на диване, уперевши жопку в свою человеченку, и периодически пафосно выглядеть на фотографиях.

У меня в ногах — пёс. Мэддокс, не Лайма. Мощный пёс. Охотничий пёс. Статный красавчик, горный баварец — пёс-преследователь по кровяному следу.
Когда стоишь на улице с Лаймой, ощущение, как будто твоя дама попросила подержать её женскую сумочку. Ты не знаешь, как это сделать, чтобы не выглядеть как сучка. И молишься, чтобы тебе не пришлось протаскаться с ней весь день. (Не с Лаймой — с сумочкой. Таскаться с Лаймой весь день я всё равно люблю. И плевать, что моя репутация на улицах страдает.)

Но когда ты стоишь с Мэддоксом, он добавляет тебе брутальности, как взрыв на фоне или спорткар. Особенно когда он в своей чёрной тактической разгрузке-шлейке и с намордником. Он выглядит как важная породистая ракета.
Гулять с ним, кстати, приятнее. Я думал, что он стоит на втором месте после Лаймы — вовсе нет. С Лаймой сложнее, потому что она, хоть и старается держаться рядом, нарушает натуральный темп ходьбы. Она часто не может тебя догнать, и приходится останавливаться, чтобы её дождаться. Зимой даже кровоток замедляется — больше мёрзнешь.

Но с Мэддоксом вообще другое дело. Он, сволочь, быстрый и юркий. Он любитель бежать впереди. Или сбоку. Или сзади. Главное — бежать. Я не помню, какую скорость он развивал на бегах, но при мне Марк садился на самокат и разгонял его до 30 км/ч. И эта охотничья колбаска с обвисшими ушами за ним поспевала.

Все предполагают, что он служебный. Всё правильно: он служит на благо моей кукухи. Когда она периодически улетает, он догоняет её и возвращает, хотя и отдаёт не сразу.

Современным гопникам, далеко до бывалой воинственности их сородичей, но всё равно проходить рядом со стайкой таких ребят бывает напряжённо. Но не с Мэддоксом. Полное спокойствие. Моё полное спокойствие, не их. Когда этот, хоть и нежный, но всё же зверь выходит из-за угла в разгрузочном жилете и наморднике, маленькие гопочата начинают подссыкивать потому что думают, что этот бравый служитель закона сейчас вынюхает их наркотики.

Правда, на наркотики этой колбаске совершенно плевать. И служит она не закону, а исключительно моему хорошему настроению. И иногда дичь выслеживает — но это так, по обстоятельствам.

Интересно вот так наблюдать за взрослением собак и экстраполировать всякое. Вот злая собака — она же злая не потому, что ей в какой-то момент всё объяснили, рассказали, как в принципе можно жить, и она приняла осознанное решение быть злой собакой. Она злая, потому что быть злой лучше, чем быть избитой или мёртвой.

А хорошая собака — она почему хорошая? Моя теория: бочка любви и ложка дисциплины (электрошоковый ошейник входит в ложку дисциплины — это плата за свободное передвижение по парку).

Вот бы такого же хорошего, только человека встретить.