Произошёл очень странный диалог между прокурором и судьёй. Первый сказал, что использование Facebook и Instagram "не в целях экстремизма" не должно рассматриваться как экстремизм, а WhatsApp как мессенджер вообще выведен из-под требований.

Судья минут пять пыталась узнать у представителя Генпрокуратуры, как это вяжется с запретом деятельности платформ Meta. В итоге он вывел все к тому, что это ради россиян за рубежом и для тех, кто обходит блокировку (!).

Также он сказал, что в случае удовлетворения иска Meta не сможет открыть представительство России. (А как же "приземление"?)

Один из ключевых доводов представителей Meta: те права россиян, за защиту которых выступает Генпрокуратура, уже защищены, так как Facebook и Instagram уже заблокированы в России.

Генпрокуратура и судья пытались узнать у представителя Meta, кто им даёт право определять, какие СМИ связаны с государствами. "Вы замедляете трафик к СМИ?" — спросила она. (При чем тут замедление?)

Судья интересно описывает посты в фейсбуке, которые Генпрокуратура требовала удалить. Пост от 24 февраля, в её описании: "Красный фон, на нем — половина свастики и половина не могу говорить какого флага".

"Нужно как можно скорее и в полном объёме запретить деятельность Facebook и Instagram, иначе права будут нарушаться бесконечно".

Так представитель Генпрокуратуры ответил на довод Meta о том, что блокировка соцсетей нарушит принцип соразмерности и ограничит права россиян.

Суд завершил судебное следствие по делу Генпрокуратуры против Meta, начались прения.

До этого судья отказала Meta в переносе заседания для лингвистической экспертизы.

Обвинения в адрес Meta, по словам представителя, "безосновательны и призваны обойти порядок, прописаный в законе об информации".

Суд удалился для вынесения решения.

Пустили операторов. У некоторых из них — Z на рюкзаках. Операторам говорят не снимать председателя суда Ольгу Солопову, лично слушавшую дело Meta.

Пока я писал, работница суда расставила операторов так, чтобы председатель "не читала в спины", и таки разрешила им снимать её.

Суд удовлетворил иск Генпрокуратуры и немедленно запретил Meta осуществлять деятельность Facebook и Instagram в России.

Для WhatsApp было отдельно оговорено исключение. Про Messenger прокурор вспомнил непосредственно во время заседания, в иск никакие корректировки не вносились.

Пока мы в восемь рук пытались разобраться, что же на практике значит решение объявить Meta экстремистской (с подвывертом в сторону WhatsApp), Роскомнадзор сам уточнил некоторые моменты — по логотипам и по "приземлению".

Но тем не менее: мы — каждый из нас, и отдельно бизнес с инвесторами — опять на неизведанной территории. Юристы разводят руками и призывают не сильно надеяться на то, что было сказано прокурором во время заседания (про "неэкстремистское" использование через "технические средства").

Мы с коллегами уже писали, что то, как "ВКонтакте" реализовал импорт фотографий из Instagram*, вызывает вопросы у юристов и в целом относится к серым практикам. Ответа от Meta* мы тогда не получили.

Зато сейчас "ВКонтакте" заявляет, что Instagram мешает им скрапить фотографии. Тех, кто понимает, как на эту практику смотрят любые ресурсы в интернете, особенно крупные, могли предвидеть это.

Один, пока ещё лично не проверенный мной плюс в этой истории: российский сервис таки допилил возможность загрузить в него официальный архив из Instagram.

*) вынужден указывать, что Meta и Instagram были объявлены экстремистскими и запрещены.

Проблема с тем, что для значительного числа людей "официальный" — это синоним "достоверный" (а "отрицает" — синоним "опроверг"), была еще задолго до нынешней жести, особенно среди журналистов в регионах.

Читая очередное обоснование уголовному делу за журналистскую работу, которое сводится к "это ложь, потому что мы так сказали", понимаю: либо в какой-то момент эта пара синонимов сломается об реальность, либо окончательно закрепится в массовом сознании.

Последнего исхода я не прощу самому себе.

Я ещё в первом посте в этом канале говорил, что планирую писать здесь в том числе об истории технологий. Не рассчитывал, что начну с сообщений о разрушении музея компьютеров в Мариуполе вместе с домом его куратора…

«Все что осталось от моей коллекции, которую я собирал 15 лет — это лишь обломки воспоминаний на странице ФБ, сайт и радио станция музея. Я постараюсь и дальше поддерживать сайт и радио RetroBit, но жизнь теперь будет иметь совершенно иные приоритеты»,— указано на странице музея в Facebook* (узнал через ЗаТелеком).

Согласно сайту, коллекция собиралась с 2003 года и насчитывала более 500 экспонатов, начиная с 1950-х. Очень много советских машин, дорогих артефактов вроде компьютеров от Silicon Graphics.

*) вынужден указывать, что Meta и Facebook были объявлены экстремистскими и запрещены.

Кто ожидал мотивировочную часть решения по объявлению Meta экстремистской организацией — можете не ждать. Суд сослался на положение закона, запрещающее публиковать судебные акты по делам, "затрагивающим безопасность государства".

Reuters распространяет среди корпоративных клиентов не только свои новости, но и материалы других СМИ и агентств: DPA, PA Media, CNBC — всего около 90. Сегодня из этого списка вылетел ТАСС, соглашение с которым было подписано в 2020 году.

Это не первый случай с начала военных действий на Украине, когда зарубежные компании прекратили релицензировать ТАССовский контент: ранее о разрыве соглашения сообщила фотослужба Getty Images.

Кстати, как сейчас у российских госСМИ дела с лицензированием контента AP, Reuters и т.д. для себя? Еще в августе 2021 года RT была уличена за прифотошопливанием автоматов к рюкзакам беженцев из Афганистана (пытались оправдаться, что это сарказм!). Все известные мне контракты на лицензирование редакционных фото запрещают манипуляцию.

Российские госсайты подгружают шрифты через Google Fonts — спустя две недели после того, как они должны были убрать внешний код

В начале марта Минцифры поручило отвязать сайты государственных органов от внешних ресурсов сторонних компаний. Мы решили проверить, было ли это сделано, и увидели на отдельных сайтах целый зоопарк зависимостей. Минцифры, что примечательно, оправдывает неисполнение своего же поручения проблемами с поиском подрядчиков.

Особой любовью среди вебмастеров, на чьих сайтах был замечен код с иностранных серверов, очевидно пользуется Google Fonts. И это несмотря на то, что ещё недавно, во времена борьбы с Telegram, сервис был задет ковровой блокировкой Роскомнадзора.

В своём твиттере я всегда ограничивался формальным описанием Роскомнадзора как «медиарегулятора» — неважно, что в этом же предложении я писал о блокировках честных СМИ, убийстве свободного доступа к интернету или фриках среди их судебных экспертов.

Сегодня я плюнул и написал «цензор». Не пытаетесь даже придумать какое-то оправдание своим действиям, даже сослаться на какой-нибудь завалявшийся закон, при этом уже угрожаете «определением степени ответственности» — ну и получайте соответсвующее описание.

А интервью с президентом Украины Владимиром Зеленским уже доступно на «Медузе» и в прочих местах — но не на “Ъ” (надеюсь, пока что).

Гитлер может спать спокойно: клерк Тверского суда Москвы защитил его персональные данные!

(Из ранее закрытого, но теперь неожиданно опубликованного решения о запрете Facebook и Instagram в России как экстремистских.)

В полном решении суда есть фраза, которая потенциально может служить послаблением для рядовых пользователей Instagram и Facebook:

«Данные меры судебной защиты не ограничивают действий по использованию программных продуктов компании Мета физических и юридических лиц, не принимающих участие в запрещенной законом деятельности».

Что считается «использованием» и будет ли конкретно ваше использование считаться незаконным — не решусь объяснять. До публикации мотивировочной части юристы объясняли нам, что, скорее всего, пассивное чтение ленты будет приемлемо, а постинг «не на отвлеченные темы» — нет.

Ждём прецедентов; параллельно думаем, как мы вообще здесь оказались.