— чтож, отлично.
Замечательно.
Теперь я знаю , что Эггман не просто встречался , но и по правде целовался с Ваниллой.
О ДА, КРУТО, Я НЕ ЗНАЮ ЧЕМУ УЖЕ ВЕРИТЬ ИЛИ УДИВЛЯТЬСЯ.
ЭТО МОЖЕТ БЫТЬ ЛОВУШКОЙ, ДА КТО ЕГО ЗНАЕТ.
НО то.. КАК ЛЕГКО ЕГО ПРИНЯЛИ И КАК ЛЕГКО ПРИНИМАЮТ СЕЙЧАС... ЭТО БЕЗОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
ОН... ОН ЗЛОДЕЙ.
ПОЧЕМУ ВСЕ ТАК НАИВНЫ, ЧТО ТВОРИТСЯ С НАШИМ МИРОМ, С НАШИМ ОКРУЖЕНИЕМ...

— " Может... Вам стоит довериться эггману? "
Конечно! Пойду и буду обнимать его как отца, доверюсь тому, кто резко из самого злобного и мощного злодея стал папочкой! СЕБЯ СЛЫШИТЕ? подключите свои чёртовы мозги. Вы наивные, Ванилла наивная, ТЕ, КТО ЕГО ПРИНИМАЕТ — НАИВЕН.

— кхм... Прошу прощения за вспыльчивость.
Эми, я не могу доверять ему, зная его статус и его поведение

— как вы не можете понять проблему...

ГАДЖЕТ.
СОБИРАЙСЯ.
И в штаб.
Обсудим план, и возможно будут приняты не лучшие меры, но они будут лучшие для других, хоть те этого и не поймут.
На всякий приготовь маленький отряд.

#RP

16:30.

Вот он. Эпицентр абсурда, завернутый в розовую обертку из чайных роз и белого штакетника. 

Ланолин остановилась у края живой изгороди, жестом приказав отряду рассредоточиться. Её сердце колотилось о рёбра с такой силой, что казалось, этот звук выдаст их раньше, чем они успеют развернуть блокираторы. Но это был не страх перед Эггманом — это был страх перед тем, что она окажется права. И ещё больший страх перед тем, что она может ошибаться, разрушая хрупкий мир своих друзей.

"— Проверить периметр" прошептала она в гарнитуру. Голос был сухим и резким. "— Установить подавители по углам участка. Ни один сигнал не должен покинуть этот сад. Ни один."

Она посмотрела на уютный домик. Из кухни доносился едва уловимый аромат свежего пирога. Этот запах казался Ланолин более зловещим, чем дым от заводов Эггмана. Это была идеальная маскировка.

"Они все смотрят на фасад", — подумала она, поправляя ремешок, который внезапно стал казаться слишком тяжелым. 
"— «Соник видит только то, что на поверхности. Эми видит только то, что хочет её сердце. Но кто-то должен смотреть в корень. Кто-то должен искать скрытые интерфейсы за цветочными горшками»."

Её взгляд замер на садовой дорожке. 
Ланолин почувствовала, как по спине пробежал холод. Нервное напряжение достигло пика. Она знала, что как только она сделает шаг за эту калитку, пути назад не будет. Но факты... факты кричали о том, что этот "мир"— всего лишь затишье перед бурей.

"— Группа, доклад о готовности"
скомандовала она, коснувшись наушника.

"оп:— Подавители установлены, командир. Периметр чист. Мы готовы к входу."

Ланолин глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в пальцах. Она выпрямилась, её лицо превратилось в непроницаемую маску сурового офицера. Вся её нервозность сейчас была упакована в стальную броню долга.

"— Входим. Спокойно, но решительно. Помните: мы здесь для защиты и разговоров. Если объект проявит агрессию или попытается активировать скрытое оборудование — нейтрализовать немедленно. "

Она толкнула калитку. Тихий скрип петель прозвучал для неё как раскат грома. Ланолин двинулась по дорожке, её взгляд прикован к двери.

"— Мисс Ванилла! "
её голос разрезал мирную тишину сада, как лезвие.
 "— Именем Штаба Восстановления и согласно протоколу безопасности, я требую, чтобы вы прекратили любую деятельность и подготовились к немедленному допросу. Что касается и Доктора Эггмана.
А точнее Доктора Айво Роботника."

Она не смотрела на ополченцев, которые испуганно, но серьёзно выглянули из спины. Она смотрела только на дом. Её рука лежала на поясе. Порядок должен быть соблюден. Истина должна быть вскрыта. Даже если для этого придется сжечь все мосты...


Стук в дверь.

Ланолин не шелохнулась. Приветливый вид мисс Ваниллы, запах муки и домашнего тепла — всё это должно было расслаблять, но на Ланолин это действовало как красный флаг. В её мире "уют" был самой удобной ширмой для подготовки диверсии. Она не ответила на кивок, лишь зафиксировала каждое движение крольчихи, оценивая её состояние.
не расширены ли зрачки? Нет ли следов подавления воли?

Услышав имя "Айво", Ланолин едва заметно поморщилась, словно от зубной боли. Это панибратство с международным преступником заставляло её внутренний счётчик опасности зашкаливать.

" — Ланолин. Командир спецподразделения Штаба Восстановления" 
её голос прозвучал сухо и официально, резко контрастируя с мягким тоном Ваниллы.
" — в извинениях нет нужды, а в допросе, как раз таки будет."

Она сделала жест рукой своему отряду. Двое бойцов остались снаружи, занимая позиции у окон, а двое других, с блокираторами связи наготове, вошли в прихожую вслед за ней, стараясь не задеть идеально чистые ковры своими тяжелыми ботинками, после уже снимая их.

Ланолин переступила порог, но не расслабилась. Она не стала снимать перчатки или ослаблять ремень. Её взгляд мгновенно просканировал гостиную: нет ли здесь лишних проводов? Не слишком ли массивно выглядит та ваза? 
Ради уважения и культурности, она сняла обувь, показались носочки и- МОЛЧАТЬ.


Она повернулась в сторону кухни, откуда доносился шум посуды. Сердце Ланолин забилось быстрее, рука инстинктивно легла на пояс. Она чувствовала себя так, будто входит в клетку к затаившемуся хищнику, который зачем-то надел поварской колпак.

"— «На кухне», значит..." Ланолин бросила короткий взгляд на своих бойцов, давая знак прикрывать её. "— Посмотрим, какие «рецепты» он там готовит."

Она двинулась по коридору к кухне. Каждый её шаг был выверен. Она не собиралась быть "вежливой гостьей". Она была офицером на задании, и если Доктор действительно пёк пирог, ему придётся объяснить, не использует ли он при этом какую-то дичь.


Она вошла на кухню.

Ланолин замерла в дверном проеме, и её взгляд, острый как хирургический скальпель, прошелся по фигуре Эггмана — от кончиков напудренных мукой усов до завязок розового передника. Для любого другого это зрелище могло показаться комичным или даже трогательным, но для Ланолин это было высшей степенью издевательства. Она видела не "исправившегося соседа", а тактического гения, который решил, что может обмануть мир, просто сменив детонатор на скалку.

Она сделала шаг вглубь кухни, не обращая внимания на аппетитный запах выпечки. Её планшет в левой руке начал методично попискивать, проводя глубокое сканирование кухонной утвари на наличие скрытых интерфейсов.

"— Оставьте свои театральные реплики для тех, кто готов покупать билеты на это шоу, Роботник."
 её голос был ледяным и абсолютно ровным.
" — Розовый цвет не стирает вашу биографию, а наличие "морковного пирога" не аннулирует тот факт, что вы — самый разыскиваемый преступник на этой планете. "

"— Вы можете заваривать чай хоть до скончания веков, но пока я здесь, каждый ваш вздох фиксируется. По протоколу безопасности я обязана конфисковать все электронные приборы в этом помещении,но ради приличия мы просто подавили сигнал, не будем же мы отбирать чужое."

Ланолин подошла к кухонному столу, намеренно игнорируя предложенное гостеприимство. Её взгляд зацепился за лишние пироги.

" — «Слегка увлеклись»?"
 она прищурилась.
" — Избыточное производство ресурсов в условиях строгой конспирации — это классический признак подготовки к длительной осаде или снабжению скрытых юнитов... Кхм. "

Она обернулась к своим бойцам, которые застыли у входа.
" — Проверить. Просканировать пол под кафелем. Роботник, отойдите от ... Чайника, как бы странно это не звучало, но от вас можно ожидать чего угодно. Отойдите медленно. Руки за голову. Ваша чайная церемония официально отменяется по причине..."
она на секунду замолчала, её взгляд стал почти болезненно серьезным, "— ...моей неспособности верить в ложь, даже если она пахнет корицей."

Ланолин стояла посреди кухни, воплощение суровой реальности в этом доме фальшивых грез. Она не собиралась позволять Эггману чувствовать себя хозяином положения. Ни в переднике, ни без него.
"— сядьте за стол с миссис Ваниллой. Сейчас будет допрос."

#Саппорт

#НЕсмешноймем