— Имеет ли право один человек вершить власть над судьбами сотен других? Справедливо ли отдавать свою волю ради человека, который не видит в тебе ничего, кроме ресурса?
— Нет, не имеет. Нет, не справедливо.

Ариум, сын знатной особы, покинувшей наш мир раньше, чем той было положено, с ранних лет познал горечь утраты и лицемерие сильных. Потеряв отца, но сохранив мать, он отверг путь, уготованный ему кровью, и стал ярым противником властей Рима и его религии, готовой жертвовать невинными жизнями ради бессмысленной войны.

Но гнев его был холоден и расчётлив. Для окружающих — тех, кого он брался защищать, — Ариум оставался справедливым и добрым, тихим наследником с печальными глазами. Его истинное лицо проявлялось лишь в борьбе. Когда речь заходила о защите народа, о подрыве устоев несправедливой веры, в нём просыпалась хитрая, изворотливая натура. Он становился тенью, мастером манипуляций, лисой, что плетет сети с улыбкой и незаметно направляет клинки врагов в их же собственные сердца. Его доброта была щитом, а хитрость — лезвием, спрятанным в бархатных ножнах.