Дневник капитана...

В 60-х годах появится устойчивая и узнаваемая до наших дней идиома «День Победы» —важнейший идеологический маркер эпохи. С декабря 1947 года был отменен выходной день 9 Мая, масштабным государственным праздником с военными парадами и той самой устойчивой идиомой «День Победы» он стал лишь в 1965 году при генсеке Л. И. Брежневе...
Поэтому в мае 1947 года формулировка Драбкина отражает чистую, еще не «залакированную» поздней идеологией окопную и фронтовую правду. Запись от 17 апреля 1947 года — невероятный по глубине документ, который связывает воедино мировую историю медицины, дипломатию Холодной войны и историю русской эмиграции в Уругвае. Капитан Драбкин, заблокированный второй забастовкой в порту Монтевидео, разворачивает гуманитарную и социальную миссию.

«17 апреля. С доком у Зараховича пенициллин. Отправил 1 пома, ст. меха и 4 мех. В гости к Шевелевым из селения Сан.-Хавер, находится. 450 км от М.видео. Был Ковалев. Привели оттуда 2-х женщин в миссию».

Запись от 17 апреля 1947 года — невероятный по глубине документ, который связывает воедино мировую историю медицины, дипломатию Холодной войны и историю русской эмиграции в Уругвае. Капитан Драбкин, заблокированный второй забастовкой в порту Монтевидео, разворачивает гуманитарную и социальную миссию.
Фраза «С доком у Зараховича пенициллин» — чистая история науки. В 1947 году пенициллин (первый в мире антибиотик) был величайшим дефицитом и чудом медицины. В СССР его массовое производство только разворачивалось, и достать его было практически невозможно. В Монтевидео того времени практиковал знаменитый доктор еврейского происхождения Исаак Зарахович (Zarachovich) — выдающийся уругвайский врач, фармаколог и общественный деятель, тесно связанный со славянской диаспорой. Капитан вместе с судовым врачом («доком») едет к нему с важнейшей целью: достать дефицитный американский пенициллин. Он был нужен либо для аптечки судна перед обратным трансатлантическим переходом, либо для спасения кого-то из тяжелобольных сотрудников советской миссии.
Капитан отправляет высший командный состав — старпома («1 пома»), стармеха и четвертого механика — в далекую поездку за 450 километров от Монтевидео в гости к Шевелевым. Селение Сан-Хавьер (San Javier) — уникальное, легендарное место в Уругвае, единственное в Южной Америке полностью русское поселение, основанное в 1913 году тремястами семьями переселенцев-сектантов (нового разветвления духоборов и молокан) под предводительством Василия Лубкова. К 1947 году колония процветала, там говорили исключительно по-русски, выращивали подсолнух и сохраняли традиции. Семья Шевелевых — одна из самых уважаемых и влиятельных династий Сан-Хавьера. Прибытие советского корабля в Уругвай стало для колонистов огромным событием.
Фраза «Был Ковалев. Привели оттуда 2-х женщин в миссию» подтверждает участие в событиях первого советского Посланника в Аргентине — Михаила Ковалева. Сан-Хавьер находился прямо на границе с Аргентиной (на берегу реки Уругвай). Советские дипломаты использовали поездку офицеров судна в колонию, чтобы забрать и перевезти оттуда двух русских женщин (возможно, родственниц колонистов или специалистов, пожелавших работать в советском представительстве) непосредственно в безопасную зону советской миссии в Монтевидео.
Капитан Драбкин в этот день действует как полноценный резидент, управляя сложнейшими логистическими и гуманитарными процессами на территории чужой страны, пока его корабль покрывается угольной пылью на замершем рейде.

Человек, который научил трубу улыбаться

125 лет назад, 4 августа 1901 года в Новом Орлеане родился Луи Армстронг, американский джазовый музыкант, трубач и вокалист. Введён в Зал славы премии «Грэмми». Оказал одно из наибольших влияний на развитие джаза и внёс значительный вклад в его популяризацию во всём мире... 4 августа 1901 года в Новом Орлеане родился Луи Армстронг — музыкант, которого невозможно спутать ни с кем. Можно забыть название песни, перепутать год записи и даже не знать, что такое свинг, но стоит услышать этот знаменитый голос, похожий на добродушное рычание старого льва, и сразу становится ясно: Армстронг. В 2026 году со дня его рождения исполняется 125 лет. Впрочем, сам Луи долгое время был уверен, что появился на свет 4 июля 1900 года — аккурат в День независимости США. Биографам такая дата очень нравилась: великий американский музыкант родился вместе с праздничными фейерверками! Но затем обнаружилась запись о крещении, и выяснилось, что Армстронг был на год моложе и родился месяцем позже. История потеряла красивое совпадение, зато приобрела лишнее доказательство того, что даже гении иногда не знают точной даты собственного рождения.

«Пакт Пунто-Фихо» — старые двухпартийные песни на венесуэльский лад

Бегство свергнутого объединившимися против него военными диктатора Переса Хименеса в конце января 1958 года из Венесуэлы отнюдь не означало конец разразившегося в стране кризиса. Да, во главе хунты встал довольно-таки умеренный командующий военно-морским флотом вице-адмирал Вольфганг Ларасабаль...

Пользующийся авторитетом не только у, собственно, моряков, но и корпуса морской пехоты, что было особенно немаловажно в обстановке продолжающейся нестабильности не столько на море, сколько на суше. Данная поддержка ему очень помогла, когда после бегства диктатора возмущенные гражданские политики и организованные ими демонстранты начали требовать исключения их состава первоначально чисто военной хунты офицеров, зарекомендовавших себя в предшествующие годы убежденными соратниками Переса. Так что вскоре пара наиболее одиозных полковников из правительства были изгнаны — и заменены гражданскими лицами.
Но и дальше «Маленькая Венеция», что называется, «находилась на распутье». Так-то, конечно, Ларасабаль пообещал провести всеобщие свободные выборы в кратчайшие сроки, — дабы по их результатам передать власть в руки избранных властей страны. Но ведь как гласит распространенная ироничная пословица — «обещать — не жениться». Вон — хунта образца 1948 года — тоже пообещала такие же «скорейшие» выборы сразу после свержения первого в истории всенародно избранного президента Гальегоса. Но, во-первых, провела их спустя аж три года. А во-вторых, когда стало ясно, что «хунтари» во главе с генералом Пересом Хименесом эти выборы с треском проигрывают — последний тут же распорядился насчет «правильного подсчета» голосов, и соответственно своей победы. Спустя несколько месяцев уже официально объявив себя любимого законным президентом, которого с трудом удалось свергнуть лишь спустя почти 6 лет.
Да, сеньор Ларасабаль вроде бы не проявлял явных намерений стать новым диктатором. И как показали дальнейшие события, проводил довольно-таки взвешенную политику, больше основанную на выжиданиях и компромиссах, — нежели на больше приличествующим людям в мундирах готовности «бросаться в бой» по малейшему поводу. Ну, так ведь в совсем недавней истории такую же должную стать «переходной» военную хунту 1948 года тоже возглавлял несколько похожий офицер — Карлос Дельгадо Чальбо. Чье правление современники с долей не слишком злой иронии нередко называли «дикта-пиа» — в противоположность «дикта-дура». То есть «мягким диктатом» вместо характерного для классических диктаторов диктата «твердого», жесткого.
Жаль, что вся эта мягкость закончилась после похищения Чальбо — с его последующим, хм, «случайным» убийством в ноябре 1950 года. За которым последовало такое же «случайное» убийство уже арестованных «ликвидаторов» агентами «национальной безопасности» при перевозке в тюрьму. После которого власть в хунте формально перешла к назначенному ею «зиц-председателю» юристу и дипломату Герману Фламмериху — за которым, правда, стоял настоящий «серый кардинал» диктатуры генерал Перес Хименес. Который, став президентом в 1952-м, и сделал эту самую диктатуру уже вполне классически твердой. К слову сказать, в Венесуэле в 1958 году после свержения Хименеса кандидатов в кресло потенциальных «жестких диктаторов» тоже хватало, — но об этом чуть позже. Тем не менее «развернуться» у них так и не получилось. Читать далее

Битва за страну, которой ещё предстоит стать единой

Мьянма редко оказывается в центре мировых новостей. Между тем здесь идёт одна из самых продолжительных и сложных гражданских войн современности. В ней участвуют правительственная армия, отряды демократического сопротивления, десятки этнических вооружённых организаций и местных ополчений. Союзы возникают и распадаются, вчерашние противники временно договариваются, а политические программы разных повстанческих движений порой совпадают только в одном — в неприятии власти военных...
Переворот 1 февраля 2021 года резко расширил войну, но не создал её с нуля. Вооружённые конфликты на окраинах страны продолжаются практически с момента получения независимости в 1948 году. Поэтому с точки зрения исторической науки происходящее в Мьянме правильнее рассматривать не как единственное противостояние армии и демократии, а как наложение нескольких конфликтов: борьбы за политическую власть, споров о государственном устройстве, этнических войн и противоборства центра с регионами.
Бирма как незавершённый государственный проект
До 1989 года страна официально называлась Бирмой. Современное название — Мьянма — было введено военными властями, хотя оба слова происходят из бирманского языка. В международной практике используются оба варианта, причём выбор названия иногда подчёркивает политическое отношение говорящего к военному режиму. Главная особенность страны — её исключительная этническая неоднородность. Бирманцы-бамар составляют большинство населения и преобладают в центральной части государства. Горные и приграничные районы населены шанами, каренами, качинами, чинами, монцами, араканцами и другими народами. Часть этих общностей имеет собственные языки, религиозные традиции, исторические территории и представления о государственности.
При британском колониальном управлении Бирма не представляла собой единого политического пространства в современном смысле. Центральные области управлялись непосредственно колониальной администрацией, а многие окраины сохраняли особые формы власти. Британцы привлекали представителей некоторых меньшинств — прежде всего каренов, качинов и чинов — в колониальные войска. Бамарское большинство, напротив, нередко воспринимало британское правление как систему национального унижения. Из этого выросли разные исторические воспоминания. Для бирманских националистов независимость означала восстановление единой страны. Для многих народов окраин она могла означать замену британской администрации властью нового — теперь уже бирманского — центра.
Обещание федерации, которого не дождались. Армия
Ключевым событием накануне независимости стало Панглонгское соглашение 1947 года. Его заключили лидер движения за независимость Аун Сан и представители ряда народов пограничных областей. Документ предполагал создание союза, в котором регионам будет предоставлена значительная автономия. Но вскоре Аун Сан был убит. В январе 1948 г. Бирма стала независимой, а уже через несколько месяцев страна оказалась охвачена восстаниями. Против центрального правительства выступили коммунисты, каренские вооружённые формирования и другие силы. Некоторые участники конфликта добивались автономии, другие — независимости, третьи — революционного переустройства всей страны.
Таким образом, гражданская война в Бирме началась не в XXI веке и даже не после установления военной диктатуры. Она была заложена в самом процессе создания постколониального государства. Формально оно считалось союзом, но реальная власть всё сильнее концентрировалась в руках центральной администрации вкупе с армией. Историки спорят, насколько реалистичной была возможность построить в конце 1940-х гг. устойчивую федерацию. Очевидно одно: центральное правительство не смогло создать политическую систему, которую большинство региональных элит признало бы справедливой.

Осада Риги в 1656 году

Пожалуй, все у нас помнят про Северную войну, что государь Пётр Великий вёл против шведов за выход к берегам Балтийского моря. Но лишь немногие вспоминают о той борьбе, о тех усилиях, которые прилагал его батюшка, царь Алексей Михайлович, для достижения той же цели. Полагаю, следует про это напомнить. Старые русские владения в Прибалтийских землях захвачены были шведами ещё в XVI веке, когда согласно мирному договору, подписанному 10 мая 1595 года в г. Тявзине, русские принуждены были шведами уступить им Эстляндию «со всеми замками, которые суть: Нарва, Ревель, Вейсенштейн» и прочие. Старая Новгородская «Водская пятина», называвшаяся в ту пору Ингрия, отнята была у русских по Столбовскому договору 1617 года. 

С самого начала переговоров в Столбове представители Московского государя требовали возвращения Ливонии, обосновывая это тем, что она «за нами от прародителей государей наших, от государя Георгия Ярослава Володимировича, который построил Юрьев Ливонский в своё время». Насмешливые шведы, чувствуя свою силу, отвечали им до боли язвительно: «Ливонских городов вам за государем своим не видать, что ушей своих». 

Московиты упорствовали, напоминая о том, что Копорье, Ивангород, Ям, Ругодив (Нарва), Юрьев (Дерпт), Орешек (Нотебург-Шлиссельбург) есть города исконно русские и отступиться от них никак невозможно. Не хотели они отрекаться и от прав на Корелы (Кексгольм). Но как известно, «сила солому ломит», а потому пришлось примириться с неизбежным. Государство российское в ту пору не оправилось ещё от многолетних потрясений 1603—1613 гг., когда Смута едва не погубила страну… Заключённое 27 февраля 1617 года в Столбове соглашение подписано было на шведских условиях. Мнение русских никого тогда не интересовало.
Торжествующий король Густав Адольф 26 августа 1617 г. радостно поздравил свой собравшийся в Стокгольме риксдаг с чрезвычайно выгодным для Швеции мирным договором. При этом он, говоря о своей «великолепной победе», не преминул подчеркнуть, что отныне Швеция отделена от России многочисленными озёрами, болотами и реками, а потому можно чувствовать себя в безопасности. Уступленные шведам крепости Ивангород, Ям, Копорье, Кексгольм и Нотебург делают их сильнее. Теперь шведская Финляндия оберегаема была огромным Ладожским озером, а Эстляндия прикрывалась Нарвой и Ивангородом. Интересно, что говоря про эти значительные территории, король по привычке называл их на старый новгородский манер «Водской пятиной», что с трёх сторон ограничена была Балтийским морем, Ладогой и Пейпусом. Права Швеции на эти завидные приобретения прежних русских владений король не считал необходимым хоть как-то обосновывать, ибо победителей не судят.

Компас, свет и бегство из гимназии... Человек, который учился не верить очевидному

Будущий создатель теории относительности появился на свет не под грохот грома и не под сияние таинственной звезды Вифлеема. Он родился 14 марта 1879 года в небольшом немецком городе Ульме, в семье, которая ничем не напоминала династию великих учёных. Его отец Герман Эйнштейн занимался торговлей и электротехническим производством. Мать, Паулина Кох, происходила из обеспеченной семьи, любила музыку и хорошо играла на фортепиано. Родители не отличались религиозностью, хотя принадлежали к еврейской общине...
В их доме больше говорили о делах, технике, книгах и музыке, чем о богословии. Через год после рождения Альберта семья переехала в Мюнхен. Герман Эйнштейн вместе со своим братом Якобом основал предприятие, производившее электрическое оборудование. Электротехника тогда была почти такой же молодой и многообещающей областью, какой в наши дни считается искусственный интеллект. Города начинали освещаться электрическими лампами, строились электростанции, прокладывались кабели. Старый мир пара постепенно уступал дорогу миру электричества. Альберт рос рядом с приборами, проводами, катушками и разговорами взрослых о токе и напряжении. Нельзя утверждать, что именно семейное предприятие заранее сделало его физиком, но невидимые силы природы с раннего детства присутствовали в его жизни.
Вокруг детства Эйнштейна со временем возникло множество легенд. Самая известная утверждает, что он плохо учился в школе и едва ли не считался умственно отсталым. В действительности всё было сложнее… Мальчик действительно поздно начал свободно говорить. По семейным воспоминаниям, прежде чем произнести фразу вслух, он мог несколько раз повторить её про себя. Взрослым такое поведение казалось странным. Позднее эта особенность превратилась в красивую биографическую формулу: будущий гений якобы долго молчал, потому что тщательно обдумывал каждое слово.
Документы не позволяют уверенно судить, насколько необычным было его речевое развитие. Историки биографии Эйнштейна предупреждают: многие рассказы о его ранних годах записывались значительно позже и постепенно приобретали черты семейного предания. Образ «туповатого ребёнка, внезапно ставшего гением» не подтверждается школьными результатами. Особенно хорошо Альберт успевал по математике и естественным наукам. Настоящая проблема состояла не в неспособности учиться, а в нежелании беспрекословно подчиняться.
Эйнштейн с детства плохо переносил муштру, заучивание без понимания и авторитет, не подкреплённый разумными доводами. Он мог быть прилежным, когда предмет его захватывал, и почти демонстративно равнодушным, когда видел в занятиях одну формальность. Эта черта позднее создаст ему немало трудностей. Но она же станет важной частью его научного характера. Эйнштейн не соглашался с утверждением только потому, что оно было напечатано в учебнике или произнесено профессором. Ему необходимо было понять, почему это так.
Одно из самых известных воспоминаний Эйнштейна относится примерно к пятилетнему возрасту. Во время болезни отец показал ему карманный компас. Стрелка неизменно поворачивалась в определённом направлении, хотя никто её не толкал, не тянул и не прикасался к ней. Ребёнок вертел прибор, наклонял его, менял положение, — но стрелка снова находила север. В этом простом опыте содержалась загадка… Повседневное сознание подсказывает: предмет начинает двигаться, если другой предмет непосредственно воздействует на него. Камень летит после броска. Телега движется, когда её тянет лошадь. Дверь открывается от толчка руки. Но стрелку компаса заставляло поворачиваться нечто невидимое. Значит, за видимой поверхностью мира существовали скрытые силы.
Позднее Эйнштейн вспоминал, что этот случай произвёл на него глубокое и продолжительное впечатление. Компас стал для него первым свидетельством того, что природа не обязана соответствовать привычным человеческим представлениям.

Шаманизи и народная религия в Монголии с Бурятией

Жизнь кочевых народов вроде монголов, скифов и гуннов — в религиозном плане во многом зависела от шамана. Этот человек, будь то мужчина или женщина, обладал столь мощной духовной энергией, что его выделяли из общественной среды. В состоянии транса шаман мог поддерживать связь с теми, кто ушел из жизни, с божествами, демонами, а также духами природы. Кроме того, ему было доступно понимание сущности и предназначения человеческой души, что помогало в исцелении от недугов...
Верили, что болезни возникают из-за того, что души людей, попав под влияние демонов, начинают блуждать. Шаманы брали на себя миссию вернуть потерянную душу, что чаще всего достигалось через ритуальный транс. Существовало поверье, согласно которому во время обрядов шаманы могли воплощаться в птиц, зверей или даже в героев. Ритмичное звучание тамбуринов, а также специальные головные уборы и одежда, имеющие глубокий символический смысл, служили мостом между миром людей и миром духов. Для перемещения в духовный мир шаман нередко использовал метафорическую и буквальную лестницу или столб.
На территории Казахстана ислам, шаманизм и анимизм существуют в тесной взаимосвязи уже длительное время. К доисламским верованиям относятся поклонение небу и деревьям, почитание предков, а также вера в добрых и злых сверхъестественных существ, вроде лесных духов и великанов. Многие казахи и иные тюркские народы и по сей день пользуются оберегами и амулетами для защиты от сглаза. Местных шаманов именуют «бахы». Это могут быть как мужчины, так и женщины. В отличие от сибирских шаманов, прибегающих к барабанам, казахстанские «бахы» используют смычковый инструмент, напоминающий скрипку.
Овоо
Овоо — это монументы из камней, часто украшенные молитвенными лентами, которые до сих пор распространены в Монголии, Внутренней Монголии, Бурятии и тибетских землях. Первоначально возникшие в рамках шаманских ритуалов, они разбросаны по степям, пустыням и горам, отмечая священные места или благоприятные точки на пути путников и духов. Некоторые овоо представляют собой лишь скромные насыпи из камней, другие же — это замысловатые сооружения с молитвенными флагами и столбами, на которых могут быть закреплены черепа яков или другого скота, а иногда даже ценных лошадей.

Из серии «Кино по субботам». Чувство и чувствительность Николая Бурляева

Народный артист России Николай Петрович Бурляев — театральный и киноактер, режиссер, литератор, общественный деятель, депутат Госдумы РФ и один из самых «сентиментальных» артистов и постановщиков отечественного кинематографа недавно отметил 80-летие. Наиболее известные киноработы Бурляева, как и его лучшие режиссерские творения, обращены к проблемам семьи, любви мужчины и женщины, взаимоотношениям людей и тем случаям, когда посторонние становятся ближе родных...

Его киноязык взывал к самым чувствительным струнам зрительских душ и волей-неволей наводил на сентиментальный лад. Положим, поначалу «чувствительность» образу киногероев Бурляева придали режиссёры. Его попадание в кино похоже на чудо. Он, родившийся в первый послевоенный год, рос в семье московских инженеров-экономистов, у которых были три сына и дочь. Дед и бабка Коли по отцу были профессиональными артистами, но неизвестно, чтобы сам он в школе посещал театральный кружок или какую-либо творческую студию — тем более заикался. Но волшебным образом в возрасте 13 лет оказался в киноиндустрии. По распространенному преданию, однажды к идущему из школы Николаю подошел молодой человек и предложил сняться в кино. В советские годы позвать встреченного на улице человека «в артисты» было нормой, особенно так набирали детей. Подобным же образом, например, режиссер Леонид Нечаев пригласил на роль Патрика в фильме «Не покидай» шестнадцатилетнего Игоря Красавина, увидев его… в минском метро. А подростки, как правило, охотно откликались на предложения. Тогда не считалось опасным заговорить и пойти с незнакомцем. Вот и Коля Бурляев вступил в судьбоносный диалог с неизвестным ему собеседником — не кем иным, как студентом ВГИКа Андреем Кончаловским, который как раз искал исполнителя главной роли для своей дипломной короткометражки «Мальчик и голубь». Коля согласился попытать силы в кино, несмотря на заикание. Оказалось, что, входя в роль, он начинал говорить без запинок. Еще одно маленькое чудо! Взрослый Николай Петрович однозначно оценивал ту встречу, говоря: «Так и определилась моя судьба — стать актёром и режиссёром».

Война в пять столетий

История отношений Мексики-Испании напоминает старый семейный спор, в коем участники говорят на одном языке, пользуются общим культурным наследием, но совершенно по-разному помнят обстоятельства своего знакомства. Для Испании завоевание Америки долгое время оставалось частью истории создания мировой империи. Для Мексики оно стало одновременно рождением новой страны и величайшей исторической катастрофой. Поэтому выражение «мексикано-испанский конфликт» обозначает не одну конкретную войну...

Это целая последовательность событий:

завоевание государства ацтеков,
колониальное господство,
борьба за независимость,
попытка испанской реконкисты,
дипломатические разрывы и современные требования признать насилие колониальной эпохи.

Колония, которой было тесно в собственных границах: встреча двух миров
Начало конфликта обычно связывают с экспедицией Эрнана Кортеса, высадившейся на побережье современной Мексики в 1519 году. Однако представлять дальнейшие события как простое столкновение «испанцев с мексиканцами» было бы слишком примитивно. Единой мексиканской нации тогда ещё не существовало. Центральную часть страны контролировал союз городов-государств во главе с Теночтитланом, который принято называть империей ацтеков. Многие соседние народы находились от неё в зависимости, платили дань и предоставляли людей для жертвоприношений. Поэтому Кортес, располагавший лишь несколькими сотнями европейских солдат, сумел привлечь на свою сторону десятки тысяч индейских союзников — прежде всего тлашкальцев.
Испанская победа объяснялась не только огнестрельным оружием, лошадьми и стальными доспехами. Куда важнее оказались внутренние противоречия местного мира, дипломатия Кортеса и эпидемия оспы, против которой у населения Америки не было иммунитета. В 1521 году после длительной осады Теночтитлан пал. На месте разрушенной столицы ацтеков начала расти Мехико, а бывшие владения местных правителей постепенно превратились в вице-королевство Новая Испания.
Новая Испания просуществовала около трёх столетий. Она включала не только территорию современной Мексики, но в разные периоды также значительные области Центральной и Северной Америк. Колониальная эпоха не была временем исключительно разрушения либо созидания. Испанцы строили города, университеты-дороги-порты и больницы, развивали горное дело, включив регион в мировую торговлю. Одновременно коренное население пережило резкое сокращение численности из-за эпидемий, войн, принудительного труда и разрушения привычного хозяйственного уклада. Возникло сложное общество, в котором смешивались европейско-индейские, африканские традиции. Именно в колониальную эпоху сложились испаноязычная мексиканская культура, местные варианты католицизма, новая кухня и система общественных отношений.
Но власть, как правило, оставалась в руках выходцев с Пиренейского полуострова. Уроженцы Америки испанского происхождения — креолы — могли быть богатыми землевладельцами или предпринимателями, однако высшие государственные должности чаще доставались чиновникам, прибывавшим из метрополии. Постепенно у мексиканской элиты возникал вопрос: почему страной должны управлять люди, родившиеся за океаном?
Толчком к открытому восстанию стал кризис испанской монархии. В 1808 году войска Наполеона заняли Испанию, а король Фердинанд VII оказался отстранён от власти. В колониях возник спор о том, кому теперь следует подчиняться… 16 сентября 1810 года священник Мигель Идальго призвал население к восстанию. Этот день позднее стал отмечаться как начало борьбы за независимость Мексики. Война быстро приобрела характер социального взрыва. Против колониальной администрации выступили крестьяне, представители коренных народов, метисы и часть креольской элиты. Однако среди самих сторонников независимости не было единства. Одни мечтали о республике и социальных преобразованиях, другие хотели лишь передать власть от испанских чиновников местной аристократии.

Кто умнее, быстрее и лучше врёт с уверенным видом?

Ещё недавно искусственный интеллект представляли как некий единый электронный разум. Где-то в огромном компьютере сидит цифровой мудрец, знает почти всё на свете и терпеливо отвечает людям на вопросы. На практике всё оказалось гораздо веселее... Сегодня существует множество моделей искусственного интеллекта...

Одни прекрасно пишут программы, другие работают с изображениями, третьи быстро перелопачивают длинные документы, четвёртые рассуждают медленно, зато обстоятельно. И все их разработчики время от времени объявляют:
— Наша модель теперь самая умная!
Через неделю конкуренты выкатывают обновление и отвечают:
— Уже нет.
Так начинается очередной сезон чемпионата мира среди нейросетей.

На ринг выходят модели. Раунд первый: кто лучше отвечает на вопросы
Современная языковая модель — это не энциклопедия с готовыми ответами и не электронный человек, спрятанный внутри сервера. Это сложная вычислительная система, обученная продолжать текст, распознавать связи между словами, изображениями, звуками, программным кодом и другими данными. Она получает запрос и шаг за шагом строит ответ. Условно говоря, модель постоянно решает задачу: какое продолжение здесь наиболее вероятно и уместно? Но за этой скромной формулировкой скрывается огромная работа. Чтобы написать несколько абзацев, система может учитывать смысл вопроса, предыдущие реплики, стиль пользователя, факты из подключённых источников и результаты промежуточных рассуждений.
В нынешних соревнованиях участвуют целые семейства моделей: GPT, Claude, Gemini, Llama, Grok и множество открытых систем китайских, европейских и независимых разработчиков. Причём внутри одной семьи обычно имеется несколько «весовых категорий»: большая и дорогая модель, универсальная средняя и маленькая быстрая. Это примерно как автомобильный рынок. Есть представительский лимузин, семейный кроссовер и городской автомобиль, который легко припарковать, но везти на нём рояль через болото всё-таки не стоит. Самый очевидный способ сравнить модели — задать им одинаковые вопросы.

Северный поток. История газопровода, изменившего Европу

Можно ли назвать газопровод, стелющийся по дну Балтийского моря, одним из главных геополитических проектов XXI века? На первый взгляд это кажется преувеличением. Однако, история «Северного потока» подтверждает иное. Этот трубопровод стал не просто инженерным сооружением, а символом сотрудничества, политических разногласий, экономических интересов и будущего всей европейской энергетики что, безусловно, выделяет газопровод среди прочих...
Особенность его в том, что Россия предприняла отчаянный шаг — вести газопровод, соединяющий разные страны, действуя в своих экономических интересах, что породило конфликты и разногласия других стран. Одни называли «Северный поток» мостом между Россией и Европой. Другие — инструментом политического давления. Одни считали проект выгодным для всех участников, другие предупреждали о растущей зависимости Европы от российского газа. Спустя годы вокруг него развернулись международные конфликты, появлялись санкции и ожесточенные дипломатические споры. Но чтобы понять, почему вокруг нескольких труб на дне Балтийского моря возникло столько противоречий, необходимо вернуться в прошлое…
Европа после холодной войны
После распада Советского Союза в 1991 году Европа вступила в новую фазу. Казалось, что многолетнее противостояние Востока и Запада осталось далеко позади. Многие европейские политики были убеждены, что тесные экономические связи помогут предотвратить новые конфликты. На практике, как показали годы, это оказалось утопией.
Особую роль в этой стратегии играли энергоресурсы. Еще с 1970-х годов Советский Союз поставлял природный газ в Западную Европу. Несмотря на идеологическое противостояние времен холодной войны, газ продолжал поступать даже в самые непростые этапы отношений. Историки отмечают, что энергетическое сотрудничество стало одним из немногих направлений, где Восток и Запад сохраняли устойчивые контакты. Британский историк Тимоти Гартон Эш писал, что торговля энергоресурсами постепенно превратилась в своеобразный механизм взаимного доверия между государствами Европы и СССР. Однако «механизм доверия» имел и свои негативные стороны.
К началу XXI века европейская экономика росла. Вместе с ней увеличивалось и потребление газа, что вело к дополнительному потреблению природного газа. По мере роста потребления природного газа неоднократно поднимался вопрос о целесообразности поставок газа из-за рубежа.
В конце 1990-х годов основная часть российского газа поступала через территорию Украины, Белоруссии и Польши. Такая схема работала десятилетиями, однако, как выяснилось, имела серьезный недостаток. Любые политические разногласия между государствами-транзитерами могли привести к перебоям поставок, что было бы вполне закономерно. Особенно заметными стали так называемые «газовые кризисы» середины 2000-х годов. Во время споров между Россией и Украиной, переросших позднее в длительную фазу СВО, часть европейских стран столкнулась с сокращением поставок газа зимой, что имело негативный характер. Для европейских потребителей это стало тревожным сигналом…
Немецкие энергетические эксперты начали говорить о необходимости создания прямого маршрута поставок, который не зависел бы от транзитных государств как ответ на сложившиеся противоречия. Именно тогда появилась идея строительства трубопровода по дну Балтийского моря. 
Рождение проекта. Первые политические споры
Проект получил название «Северный поток». Он должен был соединить российское побережье Балтийского моря с Германией как главным бенефициаром — напрямую. Протяженность будущего трубопровода превышала 1 200 километров. Для своего времени это был один из самых масштабных морских инфраструктурных проектов в мире! Главными участниками стали российская компания «Газпром» и ряд крупных европейских энергетических компаний. По мнению многих экономистов, проект имел сразу несколько целей

Как после Наполеона перекраивали Европу

Осенью 1814 года Вена на несколько месяцев превратилась в политическую столицу мира. Сюда съехались императоры, короли, министры, послы, генералы, князья и представители почти всех европейских государств. Пока в дворцовых залах звучала музыка, устраивались балы, маскарады и охоты, за закрытыми дверями решался вопрос куда более серьёзный: какой будет Европа после Наполеона...
Наполеоновская эпоха закончилась не просто поражением одного человека. За четверть века революционных и наполеоновских войн исчезали старые государства, менялись границы, рушились династии, возникали новые политические образования. Французская армия прошла почти через весь континент, а Париж на несколько лет превратился в центр европейской политики. После падения Наполеона победителям предстояло собрать эту политическую мозаику заново. Одним из главных архитекторов нового порядка стала Россия.
Победители перед картой Европы
Весной 1814 года союзные армии вошли в Париж. Наполеон отрёкся от престола и отправился на остров Эльба. Во Франции восстановили династию Бурбонов, а 30 мая был подписан Первый Парижский мир. Францию не стали расчленять и превращать в бесправную побеждённую территорию. Ей вернули приблизительно границы 1792 года, а окончательное решение большинства спорных вопросов отложили до общеевропейского конгресса. Его решили провести в Вене. Формально туда приглашались представители почти всех государств, участвовавших в войнах последних лет. На деле ключевые решения собирались принимать четыре державы-победительницы — Россия, Великобритания, Австрия и Пруссия. У каждой существовала собственная программа.

Британия стремилась сохранить морское и колониальное превосходство и не допустить появления на континенте новой державы-гегемона.
Австрия хотела вернуть себе влияние в Италии и Германии и одновременно сдержать усиление России и Пруссии.
Пруссия рассчитывала получить серьёзные территориальные компенсации, прежде всего за счёт Саксонии.
Россия же вступала в переговоры с совершенно особых позиций.

В 1812 году французская Великая армия была уничтожена в России. Затем русские войска прошли через Германию и вступили в Париж. Российский император Александр I оказался не просто одним из победителей Наполеона, а, пожалуй, самым заметным монархом послевоенной Европы. Его политический вес был огромен! Русская делегация в Вене выглядела представительно. Среди её членов были граф Андрей Разумовский, Карл Нессельроде, Густав Штакельберг и другие опытные дипломаты. Но главным русским переговорщиком был сам Александр I. Это отличало российскую дипломатию от многих других делегаций. Британские интересы представлял министр иностранных дел Роберт Каслри, австрийские — Клеменс фон Меттерних, прусские — канцлер Карл Гарденберг. Российский же император лично разговаривал с монархами и министрами, участвовал в обсуждениях, давил, убеждал, маневрировал и нередко менял тактику прямо по ходу переговоров.
Александр вообще был необычным дипломатом. Он мог одновременно говорить о принципах христианского братства монархов и весьма жёстко отстаивать российские территориальные интересы. Современники отмечали его обаяние, гибкость и способность производить совершенно разное впечатление на собеседников. Один из дипломатов описал российского государя примерно так: в политике он тонок, как острие иглы, остёр, как бритва, и изменчив, как морская пена. Для переговоров в Вене подобные качества были весьма кстати.

Как венесуэльские горе-социалисты сами вырыли себе могилу

В немалом числе источников можно прочесть о том, что «венесуэльскую демократию» (то бишь «междусобойчик» от творцов пакта «Пунто-Фихо») погубило падение мировых цен на нефть». Это утверждение не совсем точно — данное падение не столько погубило, сколько добило эту порочную коррупционную систему, которая и так сделала все, чтобы уйти в политическое «небытие»…

Пакт Пунто-Фихо, подписанный осенью 1958 года в одноименном поместье лидера «социал-христианской» партии КОПЕЙ Рафаэля Кальдеры — явно под эгидой зорко следившего за происходящим в Венесуэле Вашингтона, — на первый взгляд должен был принести этой стране долгожданную политическую стабильность. Причем — отнюдь не с помощью привычных для местных правящих элит и тех же США откровенно диктаторских методов. В самом деле, лидеры ведущих типа «демократических» (по американским критериям, конечно) партий откровенно договорились о том, что в большинстве демократий западного толка обычно вслух не произносится. А именно — кто бы из этих «ожесточенных критиков» друг друга для охмурения доверчивого «плебса» не победил на выборах путем большего очаровывания последнего — реальную власть так или иначе будут осуществлять и типа победители, и типа проигравшие.
Собственно, ничего принципиально нового в данной системе, по сути, нет. На «родине парламентаризма», в Англии, например, минимум с 18 века партии, потерпевшие поражение на выборах, носят почетное звание «оппозиции Его Величества». Тем самым показывая, что это самое «Величество» (а вместе с ним и большинство самых богатых и знатных семейств и кланов) удовлетворяют любые результаты выборов — поскольку их коренным интересам мелкие колебания популярности туда-сюда «вигов-тори» (или тори-лейбористов) угрожают не больше, чем результаты футбольных матчей для болельщиков их команд. Ибо после «спускания пара» оными все равно «побеждает дружба» — в остальной их жизни ничего не меняется.
Не слишком отличается ситуация и там, где официального монарха нет. В США, например, уже давно ведущие корпорации перестали «класть яйца в одну корзину», — спонсируя (пусть иногда и в разной мере) избирательные фонды обеих главных политических партий. И самое главное — ведь даже при смене правящих коалиций, премьеров, президентов — реальная власть все равно осуществляется целой армией чиновников. В министерствах меняют только самых «первых лиц». При этом во многих странах таким чиновникам предписано быть вне-партийными. Что лишь подчеркивает безразличие реально правящей элиты к изменению конкретных персоналий в парламенте и правительстве — «аппарат» все равно давно подобран из «надежных людей», и всяких там «радикалов» (тех же коммунистов, например), действительно угрожающих сложившимся порядкам, туда стараются не допускать.
«Демократия» подобного образца сложилась и в Венесуэле уже с начала 60-х годов. Даже в правительстве партия победившего на выборах лидера «Аксион демократик» (АД) Ромуло Бетанкура имела подчеркнуто малочисленные два министерских портфеля — остальные отошли частично КОПЕЙ и Республиканско-Демократическому Союзу. При этом немало постов было отдано так называемым «технократам» — то есть формально внепартийным фигурам, напрямую подотчетным истинным «хозяевам Венесуэлы» на месте и за рубежом. Но, например, соратникам адмирала Вольфанга Ларасабаля, лидера прогрессивной военной хунты, — свергнувшей диктатора Хименеса, которого поддерживали и коммунисты, — постов в правительстве не нашлось. Несмотря на полученную флотоводцем внушительную треть голосов на президентских выборах 1958 года.
О собственно коммунистах (и даже о «молодежном крыле» АД, вскоре отделившемся в самостоятельную радикально-левую партию МИР) и говорить нечего. Неудивительно, что вскоре, вдохновленные убедительной победой Фиделя Кастро на Кубе, действительно «левые» венесуэльские партии были вынуждены начать партизанские действия против псевдо-левого режима Бетанкура, лишь прикидывавшегося «социалистом» и «защитником трудящихся».

Человек, предопределивший реформы Великого Петра

Отечественная история не вполне справедлива к нему. Про того, кого европейские современники почтительно именовали «русским Ришелье», большинство современных россиян и слыхом не слыхивало.
В его родном Пскове, где, как известно, имеется целых два монумента княгине Ольге, этому выдающемуся российскому государственному деятелю нет даже самого скромного памятника…
Значит, нам следует постоянно напоминать о его делах и свершениях, дабы имя Афанасия Лаврентьевича Ордин-Нащокина по его достоинству и заслугам заняло прочное место в пантеоне славы величайших русских людей всех времён. Ближний государев боярин, воевода и выдающийся дипломат родился в 1606 году в семье небогатого псковского помещика. Жизнь в пограничье, соседствовавшем с ливонскими землями, предопределяла особый мировоззренческий кругозор жителей псковских земель. Постоянные контакты с иноземцами, по купеческим либо иным делам посещавшим Псков, с давних пор являвшийся местом пересечения торговых путей; самостоятельные поездки лёгких на подъём псковитян за рубеж, контакты с людьми различных языков, обличья и культур приучала видеть мир шире, понимать его глубже и разностороннее. Из этих мест распространялись далее по всему Московскому царству свежие идеи, новые веяния в градостроительстве, искусстве, в церковных песнопениях.
Афанасий с детства рос в атмосфере, которая побуждала мыслить, анализировать и размышлять. Способный мальчик тянулся к знаниям, рано выучил немецкий и латинский языки, хорошо знал математику. Уже позднее, во время своих дипломатических поездок, изучил польский и молдавский языки. Очень любил книги, называя их «сокровищами, очищающими душу». Глубокое понимание людей западноевропейской среды немало ему пригодилось, когда он уже занимал важные государственные посты. Не случайно царь Алексей Михайлович с уважением отмечал, что А.Л. Ордин-Нащокин хорошо знал «немецкое дело и немецкие нравы». Его деятельность на государевой службе начинается в 1642 году, когда Афанасий отправлен был к шведским рубежам на предмет точного установления пограничной линии. Там начинались земли, отторгнутые шведами у России согласно Столбовскому миру, и служивый человек с неравнодушным сердцем не мог не задумываться о том, чтобы когда-нибудь эти области вновь возвратились его отечеству… 
В 1650 году в Пскове вспыхнул бунт против роста цен на хлеб. Для его усмирения был направлен отряд князя И.Н. Хованского, советником и помощником которого стал А.Л. Ордин-Нащокин, едва избежавший до этого гибели от рук мятежников. От грабежей и насилий, охвативших край, окрестные крестьяне прятались по лесам. Афанасий Лаврентьевич всеми силами старался уговорить их вернуться в свои жилища, обещая безопасность. Во многом его старания способствовали умиротворению области и возвращению населения к прежнему образу жизни. Сам князь Хованский с одобрением докладывал царю о его «радении, службе и трудах».