В 1916 году сверявший копию сношения зауряд-военный чиновник - делопроизводителю: чего в шапке-то напечатали? Нам самим теперь по шапке дадут! Копия-то - в канцелярию Военного министерства пойдёт!
Исполняющий должность делопроизводителя капитан: ай, да ладно... Никто не заметит.
(Спойлер: никто не замечает. Более того, вся копия исчеркана карандашом с уймой примечаний на полях, для чего, собственно, и делалась).
Сто лет спустя какой-нибудь мамкин источниковед с Мнением в Интернете: опечатка! Опечатка в документе, направленном МИНИСТРУ! [они, знаете ли, любят КАПС пережимать, им так убедительнее кажется]. Значит, документ ПОДДЕЛЬНЫЙ! ФАЛЬШИВКА! А если копия подделана, то значит, и ОРИГИНАЛ подделан! А если оригинал, то!.. О-о-о-о, все, ВСЕ архивы подделаны!!!

Котик Гремлин мимо проходил и решил не проходить мимо. Спасибо за внимание!

Собственно, чтобы его собственнолапно написанные послания не канули в небытие, достал их из админки канала и делюсь одним постом:

орррррррррррррррррррррррр\ и444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444477777\з=0-3ж

,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,7\э=-т/

,щ\ж\3-дюъ

#котик_Гремлин

Каталог подписей генералов, офицеров [и чиновников] Русской императорской армии, ну да. Я в нём всерьёз и надолго, это уже понятно; предварительными планами недавно делился, а там уже насколько времени и здоровья хватит.

Вот, скажем, любопытный образец. Судя по контексту, служил при штабе инспектора инженерной части Приамурского военного округа. Да, как у Высоцкого, что-то весьма неприличное напрашивается. Но наверняка не скажу, так как персоналия не опознана. Пока что - не опознана.

Впрочем, чего там коллежские регистраторы: за неделю работы уже имеется пара "потерянных" генералов, которых либо нет в крупнейших сетевых картотеках (у Алексея Лихотворика или на ria1914), либо в канцелярии ещё тогда черт-те что натворили, сделав фамилии неопознанными. Понятно, что дело за списками по старшинству и будет ясность, но всё же. Что ж, тем интереснее!

Давно не выкладывал ничего из рубрики #Бестиарий_Великой_войны

Вот, например, один из тогдашних проектов разгрома неприятеля и завоевания победы, впечатляющий по размаху, – план партизанской войны на территории Царства Польского. Автор – забайкальский казак, судя по всему, участник еще Китайского похода и Русско-японской войны, на 1915 год – в чине капитана. Суть его предложения – прорвать Юго-Западный фронт «большой подвижной конной массой» киргизских всадников.

Слог военного мыслителя великолепен. Процитирую несколько отрывков: «Жизнь в степи с ее резкими переменами температуры лета и зимы, дня и ночи закалили киргиза, сделали его выносливым и нечувствительным к холоду и жаре. Значительная физическая сила, крепкое телосложение, здоровый желудок, превосходный слух, острое зрение и неутомимость в езде делают киргиза вполне пригодным для выполнения задач партизанской войны. Неприхотливость как самих киргиз, так и их лошадей, следствием чего нет надобности приурочивать места ночлегов к населенным пунктам, а можно останавливаться там где придется, выгодно выделяют киргиз от регулярной кавалерии. Киргиз, одетый в баранью шкуру, меховую с наушниками папаху, будет проводить дни и ночи под открытым небом...

Немецкой методичности, их фалангам, ураганному огню нужно противоставить легкость, подвижность, упругость детей степей. Бить немцев можно и должно в тех местах, где они не подготовлены. Польша, с ее населением безусловно расположенная к нам русским, будет благоприятным местом для партизанских действий...

В патриотизме киргиз и желании их жертвовать жизнью и имуществом в годину великого испытания на благо общей родине сомневаться нет никаких оснований. Нужен только зов, который бы раздался с высоты Престола».

Данный план интересен вдвойне с учетом событий следующего, 1916 года, а именно восстаний в Средней Азии. Но пока читал и конспектировал его, то сами собой припоминались строки – даже не «Скифов» Блока, а «Конницы» Алексея Эйснера:

«...Стучит обозная повозка.
В прозрачном Лувре свет и крик.
Перед Венерою Милосской
Застыл загадочный калмык...
Очнись, блаженная Европа,
Стряхни покой с красивых век, –
Страшнее труса и потопа
Далекой Азии набег.
Ее поднимет страсть и воля,
Зарей простуженный горнист,
Дымок костра в росистом поле
И занесенной сабли свист».

Да, и автор проекта писал о нескольких тысячах партизан, но оговаривался там же, что держит в уме четыре миллиона (!) киргизов.

Отыскал списки личного состава контрразведывательных отделов при штабах фронтов, армий и военных округов на 1916 год. Просто очень интересно, к тому же не уверен, что они вообще публиковались (по крайней мере, вместе, списком же, а не по отдельности). И там же - перечни имён и филеров, и секретных агентов. А вот по ним, возможно, даже сделал бы научную публикацию (другое дело, в какой журнал это можно предложить, кому было бы интересно; в деле есть и некоторое количество фотографий).

Имеются - имена, клички/псевдонимы, краткие справки о роде занятий (иногда - о внешности), и характеристики почти каждого именно в качестве агента. Например: "Исполнительный, но вялый". "Вялый, но честный". "Развитой, способный, но любящий кутить". "Трус и лгун". "Хороший работник". "Обладает осведомленностью в сфере коммерческо-поставщической". "Большое знакомство среди отбросов общества и беженцев" (кстати, псевдоним агента - "Клубный"). "Довольно опытный, хотя немного бестолковый". "Склонен к шантажу, хотя в руках работает". "Неаккуратный и трусливый работник, но незаменим, так как он единственно вхож во многие дома и заведения". Встречается и такое: женщина-агент "работает совместно с мужем достаточно хорошо как филерша". И такое: "Казнен германцами".

А ещё одного, нештатного помощника начальника КРО в чине прапорщика - переосвидетельствовали и признали годным к несению службы в дествующей армии на передовых позициях, и целый начальник штаба армии хлопотал по поводу него в рапорте начальнику штаба фронта, что уход на службу в армию этого офицера, "являющегося одним из наиболее деятельных, знающих и опытных работников контрразведывательного отделения Штаба армии, несущего усиленную и ответственную работу, как по заведыванию архивом названного отделения, так и по ликвидации и регистрации лиц, заподозренных по шпионажу, не может не отразиться на успешной деятельности отделения...". Сразу представляется этакий имперский ассасин из Warhammer 40000 / архивист по совместительству, в пенсне и нарукавниках, с арсеналом в картонке и тетрадью Смерти Ягами Лайта под мышкой.

Великий князь Николай Николаевич 2 марта 1917 года был назначен Николаем II Верховным главнокомандующим (повторно, после отстранения 23 августа 1915 года). Это общеизвестно. Но не столь широко известно, что великий князь на посту Главковерха в 1917 году успел отдать всего два приказа.

№ 1 - 10 марта 1917 года: "Сего числа я прибыл в Ставку и вступил в исполнение должности Верховного Главнокомандующего".

№ 2 - 11 марта 1917 года: "Письмом от 9-го сего марта Министр Председатель князь Львов уведомил меня, что при создавшемся положении Временное Правительство считает неизбежным оставление мною поста Верховного Главнокомандующего как члена Дома Романовых. Применительно к Ст. 47-й Положения о полевом управлении войск, предписываю во временное исполнение обязанностей Верховного главнокомандующего вступить генерал от инфантерии Алексееву". (Да, в машинописном подлиннике за подписью самого великого князя содержится опечатка: "генералъ", не "генералу").

Могло бы получиться любопытное исследование в жанре микроистории: один день Николая Николаевича - в его жизни, в истории Ставки и Первой мировой войны в целом. Или роман, замахнись у нас кто-нибудь на Джойса.

«Канун Рождества я провел один. Меня давила тоска и хотелось поделиться с близкими, своими мыслями и переживаниями. Я принялся писать своей любимой бабушке письмо, стараясь вложить в него больше души; и никогда в жизни не чувствовал я себя таким одиноким, забытым, как в этот момент, который каждый из нас привык проводить в тесном кругу своих родных.
Я уже кончал писать, когда незнакомая голова просунулась между 2-мя снопами ржи, заменявшими дверь, и попросила разрешение войти.
Вошедший оказался присланным из штаба полка с рождественскими подарками от матери командирши. Тут на первом плане лежала бутылка кахетинского вина, 1/3 большого Варшавского торта, всякие сладости и деликатесы. Мне тотчас же пришла в голову мысль — недаром же сложили наши прадеды название для командирских жен «мать командирша». Сейчас это название я символизировал, переживал и мысленно тепло приветствовал. Немедленно была передана м-м Мдивани благодарственная телефонограмма и поздравление с праздником. Такая неожиданность сильно приподняла нервы. Я вылез из теплой маленькой норы и пошел по окопам. На дворе было препротивно. Дул пронизывающий ветер. Один за другим обходил я взводы. Часовые бодрствовали, переминаясь с ноги на ногу; из нор землянок несся густой храп.
«Ну что», — спрашивал я часовых, — «что-нибудь видишь?» — «Никак нет, Ваше Благородие, мы слушаем. А когда немец пущает ракету, то смотрим». К сожалению, мы пользовались немецким освещением, ибо своих ракет у нас не было.
Подойдя к пулемету, я увидел притаившуюся фигуру дежурного номера. В моей роте пулеметы были Грузинского полка.
«Как твой пулемет, исправен?» — задал я вопрос. — «Так точно, пулемет хороший, только тот, что при Вашей 6-ой роте бьет еще резче», — был ответ.
«Святые люди», — думал я».

(Попов К. С. Воспоминания кавказского гренадера. 1914-1920 гг. Белград, 1925. С. 73-74).

С Рождеством, православные.

Насоздавал черновиков страниц на сайте под часть разделов будущего каталога подписей (по факту — веб-энциклопедии, в которой подписи будут служить только одним из разделов наряду со справочной информацией, штатами и т. д.). Оценил размах замаха.

В общем, показать, что получается, смогу не ранее весны; возможно, обнародование и до годовщины начала Первой мировой отложится. Во-первых, планов уйма и кроме этой задумки, прежде всего в части написания всякого научного (своего); во-вторых, необходимо продолжать выкладывать научное других авторов в своей Интернет-библиотеке. И поскольку я занимаюсь всем этим сугубо в своё личное время и за свой собственный счёт, то предпочёл бы делать это с удовольствием для себя, даже засидевшись за столом до четвертого часа ночи, но не загоняясь, лишь бы успеть до марта или апреля, и т. д. Ну, и замысел насчет каталога/энциклопедии — он в любом случае на годы работы.

Для тех, кто уже прочитал в библиотеке "Военно-Ученого Архива" всё: планирую мало-помалу возобновить её обновления на следующей неделе.

Начальник: Чем это ты, любезнейший, бьешь козырного туза?
Подчинённый: Визитной карточкой-с вашего превосходительства.
Начальник: Хе, хе, хе!

(Лемке М. К. Очерки по истории русской цензуры и журналистики XIX столетия. СПб., 1904. С. 26)

В новый год на белом коне первым постом стремительно врывается белый генерал Скобелев. Точнее, его отношения с Александром III. О сложившейся легенде и реальных переменах во взглядах Скобелева уже был пост.
Но тут как Монарх, ещё будучи цесаревичем и командиром Рущукского отряда, крайне негативно относился к Скобелеву, считая его неразборчивость в средствах ради популярности, а также готовность идти в "мясные штурма" - "скотиной", "дрянью" и прибавляя, что:

подлее и отвратительнее личности я не видал

Победоносцев был в курсе такой горячей нелюбви, и увещевал, пусть Скобелев "человек безнравственный" но он имеет серьезный вес в обществе, поэтому нужно быть к нему поласковей.
А дальше император, который терпеть не мог, когда ему навязывают какое-либо мнение, взял и вернувшемуся с триумфом из Туркестана Скобелеву, устроил холодный приём, на котором и не предложил сесть и выговорил за потери. Скобелев, которого так триумфально встречали в Москве, и так окатили холодным душем в Петербурге смертельно обиделся. Даже когда император решил исправить ошибку, и пригласил генерала на завтрак в Гатчину, тот демонстративно отказался, и начал всем жаловаться, договариваясь до двусмысленных угроз:

Полетит, и скатертью дорога. Я, по крайней мере, ничего против этого лично иметь не буду.

Или, нанеся визит Лорис-Меликову, угрожал устроить выходку:

Я ему устрою так, что если он приедет смотреть 4 корпус, то на его «здорово, ребята!» ответом будет гробовое молчание

Обида, ставшая достоянием гласности, сдабриваемая угрозами Скобелева, и дала почву для слухов о перевороте. Но Скобелева больше беспокоило внешнее положение страны, чем сведение счетов с монархом, поэтому его энергия была направленна в русло подготовки к войне с Германией, в том числе и в общественно-политическом плане. Тут он оказался в любопытном положении - с одной стороны, его антигерманские речи 1882 года, на фоне подписания договора с Германией и Австрией, были демаршем резко ухудившие отношения с ними России, с другой, он говорил о том, о чем император только думал. Поэтому, когда Скобелева возвращали из Парижа, Воронцов-Дашков настоятельно советовал императору если и сделать внушение, то несильно, а потом обласкать. Скобелев сам был готов идти с повинной, так как соприкоснувшись с революционной эмиграцией, и оценив петербургскую бюрократию, он резко меняет свое отношение к монарху. Судя по всему, вторая аудиенция Скобелеву, прошла более удачно, чем первая. Вопреки угрозам засадить его за бумажную работу, монарх внял словам Воронцова-Дашкова, что Скобелев непригоден для бумажной работы, и ему надо оставить корпус. Конфликт угас, но последовавшая почти сразу смерть Скобелева с его репутацией "демократа" и породила легенду о его отравлении "реакционерами".

Буквально только что, разбирая копии архивных документов, встретил наглядное свидетельство того, что затеяв каталог подписей, я занялся по крайней мере небесполезным делом и для историков, и для широкого круга любителей истории.
См. подпись и попытку расшифровки, сделанную справа от подписи карандашом. Неудачную. Взятую в скобки.
Да их даже тогда, в годы Первой мировой войны иной раз толком разобрать не могли! Причём те, кому по службе полагалось разбирать; в отличие от недавно приведенной мной машинописной копии для пометок с "Промыленным отделом", это официальный рапорт с номером и печатью. И командира Запасной броневой автомобильной роты капитана Халецкого могли нечаянно переиначить в "Фалевского" (завитушки, выдающаяся буква "к", вот это вот всё).
Нет-нет, кому-нибудь, когда-нибудь - точно пригодится.

Коменданту крепости Осовец, 21 декабря 1914 г.

Возвращая наградной лист на прикомандированного к управлению Осовецкого крепостного интенданта 162-го пехотного Ахалцыхского полка штабс-капитана Альфреда Данкера, сообщаю, что Командующий армией нашел недопустимым и умаляющим значение боевых наград представление к ордену с мечами и бантом "за полное сбережение казенных гуртов скота".

Подписали: и.д. начальника штаба 10-й армии, генерал-майор барон Будберг; и.д. дежурного генерала, полковник Жнов.

Во всяком случае, год спустя Альфреду Карловичу Данкеру, уже в чине капитана, командующим той же 10-й армией был пожалован орден св. Станислава 3-й степени за "отлично-усердную службу и труды, понесенные во время военных действий".

День кряду дописываю рукопись книги о военном изобретательстве в годы Первой мировой войны в сфере огнемётно-зажигательного оружия. Многолетний долгострой, конец - делу венец которого уже виден вдали.
С утра только успел посопоставлять данные по боевому составу 1-й армии в августе-сентябре 1914 года в первоисточниках - и в приложениях к хорошо известному и действительно важнейшему сборнику документов конца 1930-х годов по Восточно-Прусской операции. Вежливо и вкратце, там местами причудливые разбежки с документами и по составам корпусов, и по числу штыков, орудий и т. д. Но предметнее - после доделки рукописи.
А пока - вот вам лапки и пунькоприёмник спящего котика Гремлина.

#котик_Гремлин

Заказал справочник К. Б. Стрельбицкого о потерях русского флота в Первую мировую войну. Поскольку достать его в бумаге считалось почти нереальным, увидев в продаже, немедленно купил. И только после прочёл в Сети, что в прошлом году Константин Борисович умер. Вечная память!

Его справочник имеется у меня в сканах; в Интернете же его, насколько понимаю, сейчас нет. Что ж, теперь, располагая экземпляром в бумаге, смогу с чистой совестью отсканировать и выложить его. Помню, что на Цусиме к этой книжке были вопросы, но всё же - пусть, при всех этих вопросах, она будет приносить пользу всем любителям истории.

И чтобы два раза не вставать, такой вопрос к уважаемым мореманам: как я сам есть не флотофил, и на Цусимы с Кортиками давно уже не ходок, и вообще, так вы меня просветите - есть ли по РИФ, или по РККФ, или по тому и другому сегодня в Рунете сетевой справочник наподобие https://ria1914.info/ по РИА? Или наподобие того, что делал и делает Ректор на Регименте: https://regiment.ru/upr/B/0.htm

То есть, с разблюдовкой флотов и Морведа, с управлениями, штатами и составами; с именами и чинами; возможно, с краткими биографическими справками... Ну и т. д. Есть ли такой Интернет-ресурс? И если нет, то нужен ли он такой был бы?

Отсканировав для сайта несколько статей из приобретенного в прошлом году редкого сборника «Первая мировая война. История и психология» (1999), включая статью Б. Г. Кипниса о генерале Ренненкампфе, припомнил несколько эпических мест из мемуаров вдовы генерала Веры Николаевны Эдлер фон Ренненкампф.

...Бомба упала позади П. К. Ренненкампфа и его спутников. Она долго находилась на морозе, промерзла и разорвалась частично – оглушила генерала на одно ухо, взрывной волной отбросила в сторону одного из адъютантов, а другому опалила шинель. В целом все обошлось благополучно.

Генерал, как всегда, не растерялся и бросился за преступником. Увидев солдата, идущего навстречу бежавшему революционеру, генерал крикнул, чтобы тот поставил подножку. Ренненкампф знал, что перепуганный, спасавшийся революционер не услышит этих слов, а солдат исполнит приказание, т. к. он внимательно следил за приближавшимся генералом, чтобы стать во фронт. Расчет оказался верным: революционер упал от подножки. Ренненкампф быстро подошел к преступнику, велел ему встать и, наведя на него револьвер, приказал поднять руки вверх.

Солдат, по приказанию генерала, обыскал карманы революционера и извлек из них еще одну круглую бомбу и револьвер. Генерал спросил, почему он ее не бросил. По словам революционера, он «потерялся» и, волнуясь, не разобрал, сделала ли первая бомба свое дело. «Мужества нет у вас, а беретесь за такое дело», – сказал ему генерал. Тогда революционер указал на своего убегавшего помощника, который должен был его подстраховать в случае неудачи.

<...>

Незадолго до нашей свадьбы муж рассказал мне об одном случае из своей жизни. Революционеры решили не выпустить его из Сибири в Россию (он жил тогда в Иркутске и командовал 3-м армейским сибирским корпусом). В этой связи в старом деревянном домике на окраине было назначено заседание боев[ого] революционного комитета. Случайно об этом узнал жандармский полковник Спиридович, если память мне не изменяет и я верно называю его фамилию. Мужу моему посоветовали быть осторожным, готовым дать отпор в случае нападения. Жандармы, конечно, приняли и свои меры. Полковник знал от своих негласных сотрудников пароль для пропуска на это заседание, где и в котором часу оно будет, и другие подробности. Муж мой поинтересовался всем этим и запомнил пароль. Генерал задумал попугать заговорщиков. Никому ничего не говоря, решил тайно туда отправиться.

В назначенный день и час П. К. Ренненкампф один, с револьверами в обоих карманах отправился верхом на окраину города. Привязал коня невдалеке от дома и с нагайкой в руках смело зашагал к нему. Постучал легонько в дверь, на вопрос: «Кто такой?» сказал пароль.

Дверь приоткрылась. Генерал широко распахнул ее и появился на пороге в казачьей форме Забайк[альского] войска со своей характерной нагайкой и громадными усами. Раздался его голос: «Господа революционеры, вот я сам пришел к вам…». Не успел он кончить фразы, как началась паника. Уже одно его неожиданное появление было для революционеров, как разорвавшаяся бомба.

Началось вавилонское столпотворение, визг и крик: «Спасайся, кто может…». В несколько секунд все разбежались, повыпрыгивали в окна и… он остался один. Хохотал до слез. Подошел к столу, взял несколько бумаг на память о своей шутке, так напугавшей заговорщиков. Вернулся к своей лошади, которая была цела и невредима. Сел на нее и уехал домой.
_____

[Там же упоминается еще один эпизод; если в паре слов, революционер, который должен был убить генерала Ренненкампфа, покончил с собой].

(Эдлер фон Ренненкампф В. Н. Воспоминания. М., 2013. Litres-версия. С. 28, 30-31).

Приказ 198-го пехотного Александро-Невского полка 6 (19) января 1917 г. № 923, п. 1

Усы — украшение мужественного лица. ВЫСОЧАЙШИМ повелением ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ ПАВЛОВИЧА, в виде особой милости, повелено было носить усы всем господам офицерам гвардии, армии и флота, до этой милости право ношения усов имели только гусары. ВЫСОЧАЙШЕЕ повеление это доныне не отменено, и «брить их не разрешается». К сожалению, за последнее время под влиянием декадентов появилась среди молодых офицеров, особенно — прапорщиков, мода брить усы «а ля евнух», оставляя только под носом клочки волос.
Мода сама по себе нелепа, некрасива и свидетельствует об извращении вкуса, а при боевых условиях службы полка противозаконна и недопустима.
Обращаю на это внимание господ батальонных и ротных командиров, а также и старших коренных товарищей Александро-Невского полка.
Командир полка полковник Максимов

(РГВИА. Ф. 2812. Оп. 1. Д. 531. Л. 20).

Приказ выявлен и опубликован С. Г. Нелиповичем.