Не обратив внимания на календарь, машинально, вернее, как там было у Шергина - мимодумно надел с утра футболку с Гаврилой.
Неплохо, дорогое Мироздание, неплохо.

Сегодня выстрел Гаврило Принципа и смерть Велимира Хлебникова сошлись в прошлом в сотый раз.

Не выли трубы набат о гибели:
«Товарищи милые, милые выбыли».
Ах, вашей власти вне не я —
Поет жестокий узор уравнения.
Народы бросились покорно,
Как Польша, вплавь, в мои обители,
Ведь я люблю на крыльях ворона
Глаза красивого Спасителя!
За ним, за ним! Туда, где нем он!
На тот зелёный луг, за Неман!
За Неман свинцовый и серый!
За Неман, за Неман, кто верует!

«Имею честь донести вашему Императорскому высочеству что мы с [неразборчиво, предположительно - "устроителем"] конок Давыдовичем Карпенко! Изобрели умственно изобретенный Аппарат!
Который можить сделать большие услуги при Армии!
Начало изобретения 4. февраля с.г. кончено 2. Мая с.г.
…Мая, мной ему было прыдложено ехать на позицию!
В чем он мне решительно отказал!
Был сделан мной вопрос почему?
Он заявил что униго шесть душ семьи и больная жена!
Поэтому случаю я – говорить и отказываю!
Сложность умственно изобретенного Аппарата такова!
Стикло вода огонь, дерево бумага компас перерезал!
Что мной, по вашему приказанию, будет доставлено на позицию!
По получении сиго донесения, Прошу вас тресовать что можно этим умственно изобретенным апаратам работать!
И прошу вас дать мне проезд по железной дороге!
Адрес мой для писем.
Кубанская воласть, станица Белоречинская, Мликонского отдела. Получить крестьянину Ивану Григорьевичу Гнида для телеграммы!
посылаю это донисения писмом заказным. Вслучае нивнимания слагаю с себя ответственность, пред законом!»
___________________________________
Подобные письма неизменно приводят меня в восторг, как и их контекст.
Вот этот вопль души, как видите, был адресован великому князю Николаю Николаевичу и поступил в Ставку в самый разгар Горлицкого прорыва. Разумеется, до самого НикНика эта бумага не добралась. Но вообразите, если бы в канцелярии сплоховали или случилось что-нибудь невероятное, и Иван Григорьевич Гнида удостоился внимания Верховного!
(Нет, увы - не имею ни малейшего представления, что за умственно изобретенный аппарат! получился у него с Давыдовичем Карпенко, да и не важно).

#Бестиарий_Великой_войны

Мой друг, исследователь истории Первой мировой войны рассказал об интересной архивной находке, сделанной совершенно случайно - из-за выдачи в архиве другого дела вместо заказанного.
Как известно, граф Фридрих-Вернер фон дер Шуленбург, посол нацистской Германии в СССР, 22 июня 1941 г. официально объявил Советскому Союзу войну уже после ее начала. Так же известно, хотя и не столь на слуху, что накануне Первой мировой он служил немецким консулом в Варшаве, а в 1911-1914 гг. – в Тифлисе. Вчера Константин случайно обнаружил любопытный документ – доклад начальника Тифлисского губернского жандармского управления начальнику штаба Кавказского военного округа, датируемый 3 октября 1914 г. (В архивохранилище перепутали номер фонда и вместо дела о крепости Осовец он получил увесистую подшивку переписки тифлисских жандармов с Кавказским военным округом за лето-осень 1914 г.
В докладе говорилось, что 28 августа в помещении германского консульства и на квартире самого графа Шуленбурга обнаружены: «Дело, озаглавленное "Секретные главные военные дела Императорского германского консульства в г. Тифлисе", 2) дело "Военные донесения 31а", 3) дело "Флотский союз", 4) печатная книжка на немецком языке "Дислокация русской армии", 5) секретная всеобщая карта центральной Азии, на которую были нанесены детали расположения русских войск, 6) дислокационная карта русских войск на Кавказе и в Азии (на ней были обозначены войска Закаспийского края и части Кавказа), 7) дислокационная карта русских войск Кавказского военного округа; на этой карте нанесены войска Кавказа». И еще множество других карт.
С Шуленбургом связывался немецкий подданный Александр Эдуардович Мослер (редактор немецкой газеты «Кауказише Пост»), который, по данным негласного наблюдения, занимался сбором данных и агитацией немецких колонистов на поддержку Германии.
К слову, в первый год Великой войны Шуленбург сражался на Западном фронте, а в августе 1915 г. был направлен в союзную Германии османскую армию, где одной из его задач было создание в ее составе антироссийского Грузинского легиона.

А вот – еще один сюжет из тех, что нарочно не придумаешь.

15 июня 1917 года комиссар 7-й русской армии Савинков (Борис Викторович, разумеется) телеграфирует военному министру Керенскому: «Поручик 33-го этап[ного] бат[альона] Цицерон отказывается служить, ссылаясь на присягу принесенную им Николаю Второму, утверждая, что отказ его от военной службы должен быть рассматриваем как отказ по религиозным убеждениям. Прошу указаний».
В моих отдаленных творческих планах есть книга об истории Первой мировой войны в судьбах и эпизодах из жизни ее неизвестных участников и современников. Поручику Цицерону заранее обеспечено место в ней, даже если очерк о нем по объему не превысит абзаца.

Генерал Слащев, украинские националисты и будущий организатор Пивного путча в 1921 году

Нередко бывает, что какие-то значимые документы удаётся обнаружить уже после выхода книги. Так случилось и с изданной в ноябре прошлого года биографией генерала Якова Слащева-Крымского.
Буквально через месяц после того, как эта книга увидела свет, мне довелось найти новые и очень важные документы, касающиеся короткого, но малоизученного эмигрантского периода жизни и деятельности Слащева.
Причём в полном смысле слова это абсолютно сенсационные документы - а именно договоры Слащева с представителями украинского вольноказачьего движения, заключённые весной 1921 года. Стороны договаривались о вторжении на советскую территорию Слащева во главе белых и в союзе с украинцами. Конечно, это было малореальное прожектерство. Парадокс в том, что Слащев являлся одним из архитекторов победы белых над украинскими войсками осенью 1919 года. Договоры заключались в Германии представителями Слащева, которые оказались довольно занятными фигурами. Одним из них, к примеру, был Э. фон Прош - любовник и соратник лидера нацистских штурмовиков Э. Рема, один из организаторов Пивного путча 1923 года. В переговорах участвовал и советский агент Лев Бармаш. Неудивительно, что заключённые договора не были реализованы и, видимо, тут же стали известны в Москве.
Параллельно Слащев вёл тайные переговоры с советскими агентами о возвращении на родину, приведшие к тому, что матерый враг большевиков Слащев приехал в Советскую Россию и даже официально признал новую власть. Думается, обнаружение тайных договоров о вторжении делает истинные мотивы возращения генерала еще более очевидными. Подробности в публикации.

Ганин А.В. Тайные договоры генерала Я.А. Слащева-Крымского с украинскими националистами в 1921 г. // Славянский альманах. 2022. Вып. 1-2. С. 353-374.
http://orenbkazak.narod.ru/PDF/Slashev_dogovor.pdf

Day Before Us - By Pledge Divine (2019)

Illuminated with a sparkling light,
We retreat from the doors of darkness...

Day Before Us - неофолк-дуэт французского этнолога и композитора Филиппа Блаше (Philippe Blache) и русской певицы и поэта Натальи Ромашиной. Замечательный.

#с_песней_по_смерти

Отечественная война 1812 года как фигура умолчания во время Первой мировой войны.

Весьма любопытный документ - приказ командующего 10-й армией генерала от кавалерии А. А. Цурикова № 1635 от 4 (17) ноября 1916 года (доступен по ссылке в оцифрованном варианте).
С одной стороны это рассуждения «за всё хорошее против всего плохого» с многократным апеллированием к заветам Суворова, но вместе с тем - подчёркнуто комплиментарное, если не апологетическое отношение к Наполеону и игнорирование Отечественной войны 1812 года: она даже не названа в череде войн начиная с эпохи Петра I и до Русско-турецкой 1877-1878 годов. Упомянут только Аустерлиц с примечанием в скобках: «(По чешски - Славков: край чисто чешский, славянский)». Никаких намёков на союз России с Пруссией в составе ряда антифранцузских коалиций тоже, понятное дело, нет: нынешний союзник таких отсылок, пожалуй, не оценил бы.
Несколько цитат из приказа:
«За отступничество от великих заветов Петра I, Екатерининских орлов, мы заплатили Севастополем, сравнительно малыми, медленными успехами в 1877-1878 гг., неудачей войны с Японией; и то же отступничество от этих заветов – причина наших временных неудач в текущую великую войну. Мы уже не имеем права сказать, как Суворов, что "русские прусских всегда били". Чаще – наоборот. А между тем мы должны и можем, по завету и примеру предков, бить прусских и будем их бить. <…>
Величайший полководец Наполеон сказал: "На войне обстановка повелевает". <…>
Маршалы Наполеона изумлялись его гениальной способности угадывать планы противником, считая это особым даром ясновидения, присущим Великому Полководцу. "Ничего подобного" отвечал Наполеон. "Я внимательно изучаю карту, и она мне говорит, что будет делать противник". Вот оценка карты Великим Полководцем, и притом карты далеко не такой совершенной, какую мы имеем теперь».

Во время Великой войны императрица Александра Федоровна и старшие великие княжны трудились сестрами милосердия. Это общеизвестно. Анастасия и Мария Николаевны также навещали русских солдат на излечении в госпиталях. Великая княжна Анастасия выучила свою маленькую собачку Швибсика плясать на задних лапках и приводила ее с собой, развлекая выздоравливающих раненых.
Мария Николаевна рассказывала в письме отцу о случившемся однажды конфузе: «Маленький Швибсик только что устроил "губернатора" на мамин ковёр, и теперь Анастасия пытается ему объяснить, как следует себя вести».

В 1906 году в Армии США была введена дактилоскопия новобранцев: антропометрия стала требовать чрезмерных времени и труда.
Отпечатки пальцев изначально были призваны помочь с упорядочением выплаты жалованья и пенсий. Затем их стали использовать для выявления дезертиров и изгнанных с позором, но стремящихся возвратиться на службу. После вступления же Штатов в Первую мировую войну с помощью дактилоскопии начали опознавать погибших. Правоохранительные органы взяли дактилоскопию на вооружение лишь несколько лет спустя.
После войны, в 1924 году, Бюро ветеранов требовало сдачи отпечатков пальцев для начисления пенсий и льгот участникам Великой войны: "Это может показаться не слишком важным в настоящее время, пока живы однополчане ветеранов, но через двадцать лет многие из товарищей, способных опознать их, скончаются. Запись отпечатков пальцев упростит эту задачу".
Ну, зато честно.

(На фото: медкнижка американского солдата Второй мировой - ровесника участия США в Первой, с отпечатками пальцев правой руки).

Если верить мемориз из ФБ, два года тому назад, выздоравливая от ковида и ломая глаза, я разбирал автограф одного якута, предлагавшего ледяную броню - не личную, а для защиты позиций. И на том, как говорится, спасибо.
Автора откровенно несло, от стрельбы по ледяным глыбам из дробовика - к преимуществам громкого треска известняка, добываемого по Лене. Он по итогу и вырулил никуда, вернее, к рассуждениям о громкости треска материалов при попадании в них пуль (вообще такое чувство, что писал экспромтом). Однако где-то в середине я споткнулся о рассуждение - мол, замерзшая вода это хорошо, но ничем не хуже "банальная слеза". Протер глаза, перечитал каракули - естественно, речь шла о "батавской слёзке". Ледяная броня превратилась, таким образом, в идею брони из каленого стекла. Тоже неплохо, хотя глыбы из замерзших слёз вдоль траншей - это было бы что-то совсем особенного. Совсем.
Каких-либо иллюстраций к предложению не прилагалось, а жаль.
Думаю, что включу его в Книгу Воды Бестиария Великой войны.

#Бестиарий_Великой_войны

"Замечательная" в своем роде последовательность документов. Первая мировая война в миниатюре со всеми ужасами ее быта.
Первый - протокол "главнейших недочетов за Декабрь месяц 1916 г." по 73-й пехотной дивизии, находившейся тогда на Стоходе, составленная корпусным врачом 3-го армейского корпуса Бельдюгиным. На трех страницах машинописного текста описано состояние землянок, окопов, отхожих мест, белья, питания нижних чинов, и состояние околодков. Командир 3-го армейского корпуса генерал-лейтенант Г. Е. Янушевский читал этот документ с пером в руке, сделав пометы напротив наиболее вопиющих мест. Далее в кавычки взяты цитаты из текста, взяты в скобки и подчеркнуты же маргиналии Янушевского.
«Землянки на плацдарме во всех полках тесны, малы, низки, темны, сыры… Под нарами протекает вода… (Начальнику дивизии обратить на это внимание. По соглашению с Коринж привлечь гидротехнический отряд для устранения стока вод). Полов, вентиляции, окон нет, нар мало… Потолки землянок покрыты плесенью и сыростью… В районе передков и резерва мусор выбрасывается в землянки (Нужно с наступлением весны перестроить. А что же смотрит ближайшее начальство?)».
«Окопы везде на низкой нездоровой местности, по большей части сыры, в особенности в 289 полку… /вода по колено/. Котлованов мало… Убежищ почти нет, вместо них низкие, тесные, сырые нары и то не везде. Мусорных ям нет в 289 и 291 полках /нельзя на болоте сделать/. (Многократно обращал внимание на устройство сносного [нрзб] Когда же наконец это будет исполнено). Ходы сообщения в 1 и 2 батал. 290 полка были загрязнены. Ниши для кипятильников только в 289 полку. Убежища врачебные в виде тяжелого типа блиндажа устраиваются».
«Отхожие места везде в виде примитивных ровиков без козел: грязны, загажены и в окопах и в обозах 289 полка… В 3 и 4 баталионах 290 полка ровики быстро наполняются водой и не поддаются вследствие этого закапыванию, отбросы всплывают на поверхность; много в этом районе старых отхожих мест (Взыскать с виновных. От этого-то и заболевания. 289-й требует особого наблюдения со стороны нчка дивизии во всех отношениях)… Бочек с кипяченой водой в большинстве рот всех полков нет, так как нет посуды и она замерзает…».
«Пища. Варка пищи в 289 полку одна. Каша редко. Пища жидковата, водяниста, кроме одной 5 роты… (Где командир полка нчк хоз. части заботливы, там каша имеется ежедневно. Нужно заставить всех быть заботливыми о солдатах, хотя бы для этого пришлось прибегнуть к самым энергичным мерам). Кислые щи только два раза… Во всех полках количество фляг значительно не полное. Мусорные ямы плохи… Ежемесячная полуда котлов и кухонь только в 290 и 292 полках… Кипятильников в каждом из 289, 290 и 291 полков по одному на роту…».
«Белье. Во всей дивизии люди имеют только по одной смене очень поношенной и заношенной, и только в 292 полку около половины людей имеет по две смены. Встречаются во всех полках… люди, совсем не имеющие белья или же только одну рубаху или подштанники (Немедленно получить от интендантства. О чем же заботятся командиры полков?)».

(Продолжение - в следующем посте).

(Начало - в предыдущем посте).

«Околодки. В 73 дивизии в общем все, кроме 289 полка, хороши, производят несравненно лучшее впечатление в смысле помещений и благоустройства, чем околодки в 100-й дивизии. Наилучшим из всех околодков является околодок 290 полка; его постройки высоки, светлы, сухи, подразделяются из разного рода больных, при амбулатории особая ожидальня для больных… Большую по переустройству помещений работу желательно совершить во врачебном околотке Коротоякского полка. Большинство помещений здесь, как для больных /напр. офицерская землянка/, так и для служащих настолько низки, что не позволяют при стоянии выправления во весь рост. Кубатура воздуха в них недостаточна… Подавляющее большинство помещений сырые. Вода стекает с потолка по стенам возле самого изголовья больных… Стены плохо законопачены и через образовавшиеся щели дают доступ холодного наружного воздуха к раздетым больным… На весь околоток вырыт один колодец. Отхожих мест 3, все вырыты недостаточно глубоко и заметно переполнены… (Прошу начальника дивизии обратить на это внимание и приказать привести в должный порядок. Подобное отношение к больным недопустимо. Осматривал ли когда-нибудь околодок дивиз. врач и какие принял меры?)».
Генерал Янушевский оставляет на обороте последнего листа протокола следующую резолюцию: «Очень уж много непорядков в санитарном отношении. Настоятельно прошу начальника дивизии обратить на них внимание и понудить врачебный персонал, во главе с дивизионным врачом, к исполнению своих прямых обязанностей. На виновных наложить взыскания по усмотрению начальника дивизии. Больше всего непорядков в 289м Коротоякском полку. Предупредить командира полка, что я не допущу на будущее время подобных непорядков в полку».
Корпусной врач 3 арм. Бельдюгин дает телеграмму: «Протокол получен перепечатан и немедленно разослан всем дивизионным врачам от меня непосредственно с предписанием к строжайшему руководство все указанные в протоколе меры в 3 арм корпусе уже более 3-х месяцев проводятся они по собственному почину как это можно видеть из присылавшихся в отдел приказов корпусу и отчетов комиссии и санитарно гигиенического отряда несмотря на это цинга растет неудержимо и имеется уже положительно во всех частях корпуса т.к. подобные меры только паллиатив при отсутствии рационального и достаточного питания света сухости и тепла в окопах и землянках плацдарма и наличии поистине каторжного труда днем и ночью по моему убеждению сейчас можно ожидать массовой вспышки болезни единственно рациональною мерою было бы вывоз корпуса с плацдарма в хорошие жилищные условия для более продолжительного отдыха при усиленном питании».
А вот как на эту телеграмму реагирует начальник штаба 3-й армии, генерал-лейтенант А. К. Байов, до войны – профессор Николаевской академии Генерального штаба по кафедре русского военного искусства: «Все это известно, но невыполнимо, так как зависит от общей обстановки, а потому такие телеграммы только загромождают телеграф, если же корп. врач все же хочет лишний раз высказать то, что всем известно, то пусть пишет почтой».

И ведь он прав, во всяком случае касаемо невыполнимости благих пожеланий корпусного врача. Другое дело, что последний документ датирован 20 марта 1917 года. Всё уже полетело к чёрту.