А, да, из мемориз, но поделюсь и здесь.
Кто не видел, кто не помнит фирменных ужимок и прыжков Евгения Вагановича? Ницше точно также скакал в базельском доме хи-хи, выпячивая плечо. Но прежде — прежде он философствовал молотом и в итоге сокрушил самое себя, а Петросян делал то же самое и в здравом уме, и за недурной гонорар. И до сих пор делает.
"Поистине, человек — это грязный поток. Надо быть морем, чтобы принять в себя грязный поток и не сделаться нечистым", — провозглашал Ницше. А Петросян просто знает, что никакого моря уже нет и в помине — так, лужица мельче Арала.
"Вы могли бы полюбить... радикала?" — мог спросить Ницше у Лу Саломе, когда та запрягала его с Паулем Рэ в повозку. Мог, мог, и кончики его усов подрагивали от волнения.
"Ради кого-о?" — не растерялся бы Петросян в схожей ситуации, непременно кривляясь и выламываясь.
Понимаете? Воплощением чего бы ни был Ницше, Петросян являет собой намного, гораздо более грозную и могущественную аватару той же сущности. И что страшнее всего, он еще не изрек самого главного на своем веку, не изронил свое корундовое слово. Потому что если Ницше предвосхитил XX век, выпустил его из колыбели, галантно придержав дверцу, а сам лег в ту же колыбель, точно в гроб, зная, что все и вся вернутся к нему, туда же, места хватит всем, но человечество, вопреки всему, тогда устояло, удержалось, — то подлинного Петросяна, если... когда он разбушуется, его последнего и главного фельетона для всех и ни для кого, мир сей уже не выдержит.
А это случится. Случится при нас. Пожалуй, уже вскоре.
(Было написано мною 11 января 2022 г.)
Кто не видел, кто не помнит фирменных ужимок и прыжков Евгения Вагановича? Ницше точно также скакал в базельском доме хи-хи, выпячивая плечо. Но прежде — прежде он философствовал молотом и в итоге сокрушил самое себя, а Петросян делал то же самое и в здравом уме, и за недурной гонорар. И до сих пор делает.
"Поистине, человек — это грязный поток. Надо быть морем, чтобы принять в себя грязный поток и не сделаться нечистым", — провозглашал Ницше. А Петросян просто знает, что никакого моря уже нет и в помине — так, лужица мельче Арала.
"Вы могли бы полюбить... радикала?" — мог спросить Ницше у Лу Саломе, когда та запрягала его с Паулем Рэ в повозку. Мог, мог, и кончики его усов подрагивали от волнения.
"Ради кого-о?" — не растерялся бы Петросян в схожей ситуации, непременно кривляясь и выламываясь.
Понимаете? Воплощением чего бы ни был Ницше, Петросян являет собой намного, гораздо более грозную и могущественную аватару той же сущности. И что страшнее всего, он еще не изрек самого главного на своем веку, не изронил свое корундовое слово. Потому что если Ницше предвосхитил XX век, выпустил его из колыбели, галантно придержав дверцу, а сам лег в ту же колыбель, точно в гроб, зная, что все и вся вернутся к нему, туда же, места хватит всем, но человечество, вопреки всему, тогда устояло, удержалось, — то подлинного Петросяна, если... когда он разбушуется, его последнего и главного фельетона для всех и ни для кого, мир сей уже не выдержит.
А это случится. Случится при нас. Пожалуй, уже вскоре.
(Было написано мною 11 января 2022 г.)
🔥15❤6👍5😁4
Письмо рядового Бельгийского бронедивизиона в июле 1916 года, задержанное военной цензурой. Прелесть что такое, с поправкой на явно беглый перевод, и во-многом благодаря ему.
Моя дорогая мамочка!
Не хватает того, что нам надоедает на фронте, начинает тоже самое делаться и в Киеве. Я испытал вчера самое большое унижение в моей жизни. Я был проведен через улицы Киева полицией, как злодей за ужасное преступление – курение на улице. Нас было 4 бельгийца, мы направлялись к бане, когда были остановлены русским генералом. Мы стали во фронт, как это полагается и вот этот диалог, который завязался:
«Почему Вы курите?»
«Потому что имеем на это право»
«Есть у вас на это удостоверение?»
«Это не необходимо»
«Офицеры вы или солдаты?»
«Мы солдаты».
Он потом позвал городового и отправил нас в участок. Так как мы совсем не были с этим согласны и т.к. к тому же один из наших /в отпуску в сей момент/ не курил, генерал раскричался и не смотря на то, что мы не понимали то что он говорит, мы все же схватывали ясно, что он нас ругал. Приведенные в участок, нам предложили сказать наши фамилии и к какой армии мы принадлежим. Затем нас хотели отвести в казармы. Но среди нас находился наш начальник; последний сказал им, что бесполезно туда идти, так как это он командует бельгийцами в казарме, но что если они хотят быть уверенными в правде наших показаний, нас можно повести на частную квартиру нашего лейтенанта. И нас туда повели под эскортом, как банду опасных бандитов. Там мы объяснили историю лейтенанту, дали необходимые бумаги полиции и хорошее на чай хорошему эскорту, которым нас удостоила полиция.
Тот, кто с нами обращался так маловежливо, непочт[ительно] и некорректно – это ген[ерал-]майор …… командир …… площадь …… Какая ирония. Это ничего не говорит в его пользу. Мы составили рапорт ядовитый, который пойдет к командиру корпуса, а отсюда в Ставку, в Главную квартиру, где, я надеюсь, Начальник военной бельгийской миссии сможет вступиться за нас. И все это за то, что мы сотворили преступление курить, быть их союзниками. Так как курить нам не могут запретить, это антиконституционно.
Надо было бы уничтожить [далее пробел в тексте] чтобы вотировать этот закон, который не прошел бы. Мне кажется мы не приехали сюда затем, чтобы терять наши права Бельгийцев, достаточно того, что мы знаем, что наша страна занята Бошами, быть без семьи, оторванными от всего и от всех, в стране, которой мы не знаем, языка которой не понимаем и народ которой так мало дружелюбен.
…Вчера один из наших находился в трамвае; последний был полон. Капитан видя, что нет больше мест, приказал этому бельгийцу сойти. К несчастью он плохо понял. Бельгиец не двинулся с места, как будто был одной из подставок Эйфелевой Башни. Офицер поднялся, схватил солдата и захотел силой спустить его, закричав ему по русски «Пошел, грязный бош». Его заблуждение было велико. Поворотом руки и под впечатлением оскорбления, солдат высвободился и офицеру пришлось провести скверные ¼ часа, если бы не вмешательство полковника и русских солдат. Дело на этом остановилось. Офицер исчез.
И так каждый день испытываем унижения и оскорбления, так как для союзника название «бош» разве не является самым большим оскорблением, которое доходит до сердца каждого доброго патриота. А штатские в подобных случаях не вмешиваются. Ни у одного из них нет храбрости открыть рот. Значит случай этот действительно немец. Я их ненавижу со всей силой моего существа и сказать, что это наши союзники. Они хороши.
Итак, если это будет продолжаться я охотно подам прошение о возврате на бельгийский фронт без сожаления, поверьте. Оно /прошение/ прибавится к большому числу ранее поданных. А теперь много шансов за то, что это письмо к вам не дойдет. Я вас целую. Ваш сын, который хотел бы вернуться в прекрасную Францию, и который очень печален.
[РГВИА. Ф. 2067. Оп. 1. Д. 3868. Л. 56-57об]
Моя дорогая мамочка!
Не хватает того, что нам надоедает на фронте, начинает тоже самое делаться и в Киеве. Я испытал вчера самое большое унижение в моей жизни. Я был проведен через улицы Киева полицией, как злодей за ужасное преступление – курение на улице. Нас было 4 бельгийца, мы направлялись к бане, когда были остановлены русским генералом. Мы стали во фронт, как это полагается и вот этот диалог, который завязался:
«Почему Вы курите?»
«Потому что имеем на это право»
«Есть у вас на это удостоверение?»
«Это не необходимо»
«Офицеры вы или солдаты?»
«Мы солдаты».
Он потом позвал городового и отправил нас в участок. Так как мы совсем не были с этим согласны и т.к. к тому же один из наших /в отпуску в сей момент/ не курил, генерал раскричался и не смотря на то, что мы не понимали то что он говорит, мы все же схватывали ясно, что он нас ругал. Приведенные в участок, нам предложили сказать наши фамилии и к какой армии мы принадлежим. Затем нас хотели отвести в казармы. Но среди нас находился наш начальник; последний сказал им, что бесполезно туда идти, так как это он командует бельгийцами в казарме, но что если они хотят быть уверенными в правде наших показаний, нас можно повести на частную квартиру нашего лейтенанта. И нас туда повели под эскортом, как банду опасных бандитов. Там мы объяснили историю лейтенанту, дали необходимые бумаги полиции и хорошее на чай хорошему эскорту, которым нас удостоила полиция.
Тот, кто с нами обращался так маловежливо, непочт[ительно] и некорректно – это ген[ерал-]майор …… командир …… площадь …… Какая ирония. Это ничего не говорит в его пользу. Мы составили рапорт ядовитый, который пойдет к командиру корпуса, а отсюда в Ставку, в Главную квартиру, где, я надеюсь, Начальник военной бельгийской миссии сможет вступиться за нас. И все это за то, что мы сотворили преступление курить, быть их союзниками. Так как курить нам не могут запретить, это антиконституционно.
Надо было бы уничтожить [далее пробел в тексте] чтобы вотировать этот закон, который не прошел бы. Мне кажется мы не приехали сюда затем, чтобы терять наши права Бельгийцев, достаточно того, что мы знаем, что наша страна занята Бошами, быть без семьи, оторванными от всего и от всех, в стране, которой мы не знаем, языка которой не понимаем и народ которой так мало дружелюбен.
…Вчера один из наших находился в трамвае; последний был полон. Капитан видя, что нет больше мест, приказал этому бельгийцу сойти. К несчастью он плохо понял. Бельгиец не двинулся с места, как будто был одной из подставок Эйфелевой Башни. Офицер поднялся, схватил солдата и захотел силой спустить его, закричав ему по русски «Пошел, грязный бош». Его заблуждение было велико. Поворотом руки и под впечатлением оскорбления, солдат высвободился и офицеру пришлось провести скверные ¼ часа, если бы не вмешательство полковника и русских солдат. Дело на этом остановилось. Офицер исчез.
И так каждый день испытываем унижения и оскорбления, так как для союзника название «бош» разве не является самым большим оскорблением, которое доходит до сердца каждого доброго патриота. А штатские в подобных случаях не вмешиваются. Ни у одного из них нет храбрости открыть рот. Значит случай этот действительно немец. Я их ненавижу со всей силой моего существа и сказать, что это наши союзники. Они хороши.
Итак, если это будет продолжаться я охотно подам прошение о возврате на бельгийский фронт без сожаления, поверьте. Оно /прошение/ прибавится к большому числу ранее поданных. А теперь много шансов за то, что это письмо к вам не дойдет. Я вас целую. Ваш сын, который хотел бы вернуться в прекрасную Францию, и который очень печален.
[РГВИА. Ф. 2067. Оп. 1. Д. 3868. Л. 56-57об]
👍19😁2😢1
Forwarded from Герценовец
Я принёс вам новый скан!
Фишер Ф. Рывок к мировому господству. Политика военных целей кайзеровской Германии в 1914-1918 гг. М.: Политическая энциклопедия. 2017.
Скан лежит здесь: https://vk.com/doc28797168_674161866
Хотя книга издана в серии "Современная немецкая историография", к современным работам отнести её сложно. Ведь на немецком её впервые издали аж в 1961-м году. Так что это уже давно - классика.
Книга известная. Нашумела она уже в 61-м. На тот момент в западногерманской историографии (а в межвоенный и военный период в германской в целом) в вопросе об ответственности за развязывание Первой мировой войны господствовала апология Второго Рейха. Воспроизводился тезис о том, что в войне виноват кто угодно, но не Германия. И тут появляется здоровенный труд Фишера, где говорится о захватнических целях Германской империи и о вине германского руководства за начало войны... И труд этот становится вехой...
Но на русском языке эту книгу сподобились издать только в 2017-м году. А в Интернете русского издания до этого дня не было. И я решил эту ситуацию исправить.
Аннотация от издательства:
"В этом знаменитом анализе дискуссионной политики военных целей кайзеровской Германии гамбургский историк впервые поставил круг вопросов, которые, как показывает Фишер, занимали центральное место в германской политике в ходе Первой мировой войны. Выводы Фишера, оказавшие значительное воздействие на исследования, историографию и общественность, основаны на до сих пор не изучавшихся документах".
Фишер Ф. Рывок к мировому господству. Политика военных целей кайзеровской Германии в 1914-1918 гг. М.: Политическая энциклопедия. 2017.
Скан лежит здесь: https://vk.com/doc28797168_674161866
Хотя книга издана в серии "Современная немецкая историография", к современным работам отнести её сложно. Ведь на немецком её впервые издали аж в 1961-м году. Так что это уже давно - классика.
Книга известная. Нашумела она уже в 61-м. На тот момент в западногерманской историографии (а в межвоенный и военный период в германской в целом) в вопросе об ответственности за развязывание Первой мировой войны господствовала апология Второго Рейха. Воспроизводился тезис о том, что в войне виноват кто угодно, но не Германия. И тут появляется здоровенный труд Фишера, где говорится о захватнических целях Германской империи и о вине германского руководства за начало войны... И труд этот становится вехой...
Но на русском языке эту книгу сподобились издать только в 2017-м году. А в Интернете русского издания до этого дня не было. И я решил эту ситуацию исправить.
Аннотация от издательства:
"В этом знаменитом анализе дискуссионной политики военных целей кайзеровской Германии гамбургский историк впервые поставил круг вопросов, которые, как показывает Фишер, занимали центральное место в германской политике в ходе Первой мировой войны. Выводы Фишера, оказавшие значительное воздействие на исследования, историографию и общественность, основаны на до сих пор не изучавшихся документах".
👍20❤1
Отсканировав для сайта несколько статей из приобретенного в прошлом году редкого сборника «Первая мировая война. История и психология» (1999), включая статью Б. Г. Кипниса о генерале Ренненкампфе, припомнил несколько эпических мест из мемуаров вдовы генерала Веры Николаевны Эдлер фон Ренненкампф.
...Бомба упала позади П. К. Ренненкампфа и его спутников. Она долго находилась на морозе, промерзла и разорвалась частично – оглушила генерала на одно ухо, взрывной волной отбросила в сторону одного из адъютантов, а другому опалила шинель. В целом все обошлось благополучно.
Генерал, как всегда, не растерялся и бросился за преступником. Увидев солдата, идущего навстречу бежавшему революционеру, генерал крикнул, чтобы тот поставил подножку. Ренненкампф знал, что перепуганный, спасавшийся революционер не услышит этих слов, а солдат исполнит приказание, т. к. он внимательно следил за приближавшимся генералом, чтобы стать во фронт. Расчет оказался верным: революционер упал от подножки. Ренненкампф быстро подошел к преступнику, велел ему встать и, наведя на него револьвер, приказал поднять руки вверх.
Солдат, по приказанию генерала, обыскал карманы революционера и извлек из них еще одну круглую бомбу и револьвер. Генерал спросил, почему он ее не бросил. По словам революционера, он «потерялся» и, волнуясь, не разобрал, сделала ли первая бомба свое дело. «Мужества нет у вас, а беретесь за такое дело», – сказал ему генерал. Тогда революционер указал на своего убегавшего помощника, который должен был его подстраховать в случае неудачи.
<...>
Незадолго до нашей свадьбы муж рассказал мне об одном случае из своей жизни. Революционеры решили не выпустить его из Сибири в Россию (он жил тогда в Иркутске и командовал 3-м армейским сибирским корпусом). В этой связи в старом деревянном домике на окраине было назначено заседание боев[ого] революционного комитета. Случайно об этом узнал жандармский полковник Спиридович, если память мне не изменяет и я верно называю его фамилию. Мужу моему посоветовали быть осторожным, готовым дать отпор в случае нападения. Жандармы, конечно, приняли и свои меры. Полковник знал от своих негласных сотрудников пароль для пропуска на это заседание, где и в котором часу оно будет, и другие подробности. Муж мой поинтересовался всем этим и запомнил пароль. Генерал задумал попугать заговорщиков. Никому ничего не говоря, решил тайно туда отправиться.
В назначенный день и час П. К. Ренненкампф один, с револьверами в обоих карманах отправился верхом на окраину города. Привязал коня невдалеке от дома и с нагайкой в руках смело зашагал к нему. Постучал легонько в дверь, на вопрос: «Кто такой?» сказал пароль.
Дверь приоткрылась. Генерал широко распахнул ее и появился на пороге в казачьей форме Забайк[альского] войска со своей характерной нагайкой и громадными усами. Раздался его голос: «Господа революционеры, вот я сам пришел к вам…». Не успел он кончить фразы, как началась паника. Уже одно его неожиданное появление было для революционеров, как разорвавшаяся бомба.
Началось вавилонское столпотворение, визг и крик: «Спасайся, кто может…». В несколько секунд все разбежались, повыпрыгивали в окна и… он остался один. Хохотал до слез. Подошел к столу, взял несколько бумаг на память о своей шутке, так напугавшей заговорщиков. Вернулся к своей лошади, которая была цела и невредима. Сел на нее и уехал домой.
_____
[Там же упоминается еще один эпизод; если в паре слов, революционер, который должен был убить генерала Ренненкампфа, покончил с собой].
(Эдлер фон Ренненкампф В. Н. Воспоминания. М., 2013. Litres-версия. С. 28, 30-31).
...Бомба упала позади П. К. Ренненкампфа и его спутников. Она долго находилась на морозе, промерзла и разорвалась частично – оглушила генерала на одно ухо, взрывной волной отбросила в сторону одного из адъютантов, а другому опалила шинель. В целом все обошлось благополучно.
Генерал, как всегда, не растерялся и бросился за преступником. Увидев солдата, идущего навстречу бежавшему революционеру, генерал крикнул, чтобы тот поставил подножку. Ренненкампф знал, что перепуганный, спасавшийся революционер не услышит этих слов, а солдат исполнит приказание, т. к. он внимательно следил за приближавшимся генералом, чтобы стать во фронт. Расчет оказался верным: революционер упал от подножки. Ренненкампф быстро подошел к преступнику, велел ему встать и, наведя на него револьвер, приказал поднять руки вверх.
Солдат, по приказанию генерала, обыскал карманы революционера и извлек из них еще одну круглую бомбу и револьвер. Генерал спросил, почему он ее не бросил. По словам революционера, он «потерялся» и, волнуясь, не разобрал, сделала ли первая бомба свое дело. «Мужества нет у вас, а беретесь за такое дело», – сказал ему генерал. Тогда революционер указал на своего убегавшего помощника, который должен был его подстраховать в случае неудачи.
<...>
Незадолго до нашей свадьбы муж рассказал мне об одном случае из своей жизни. Революционеры решили не выпустить его из Сибири в Россию (он жил тогда в Иркутске и командовал 3-м армейским сибирским корпусом). В этой связи в старом деревянном домике на окраине было назначено заседание боев[ого] революционного комитета. Случайно об этом узнал жандармский полковник Спиридович, если память мне не изменяет и я верно называю его фамилию. Мужу моему посоветовали быть осторожным, готовым дать отпор в случае нападения. Жандармы, конечно, приняли и свои меры. Полковник знал от своих негласных сотрудников пароль для пропуска на это заседание, где и в котором часу оно будет, и другие подробности. Муж мой поинтересовался всем этим и запомнил пароль. Генерал задумал попугать заговорщиков. Никому ничего не говоря, решил тайно туда отправиться.
В назначенный день и час П. К. Ренненкампф один, с револьверами в обоих карманах отправился верхом на окраину города. Привязал коня невдалеке от дома и с нагайкой в руках смело зашагал к нему. Постучал легонько в дверь, на вопрос: «Кто такой?» сказал пароль.
Дверь приоткрылась. Генерал широко распахнул ее и появился на пороге в казачьей форме Забайк[альского] войска со своей характерной нагайкой и громадными усами. Раздался его голос: «Господа революционеры, вот я сам пришел к вам…». Не успел он кончить фразы, как началась паника. Уже одно его неожиданное появление было для революционеров, как разорвавшаяся бомба.
Началось вавилонское столпотворение, визг и крик: «Спасайся, кто может…». В несколько секунд все разбежались, повыпрыгивали в окна и… он остался один. Хохотал до слез. Подошел к столу, взял несколько бумаг на память о своей шутке, так напугавшей заговорщиков. Вернулся к своей лошади, которая была цела и невредима. Сел на нее и уехал домой.
_____
[Там же упоминается еще один эпизод; если в паре слов, революционер, который должен был убить генерала Ренненкампфа, покончил с собой].
(Эдлер фон Ренненкампф В. Н. Воспоминания. М., 2013. Litres-версия. С. 28, 30-31).
🔥20👍5😁5
Так-с, то ли Вордпресс, то ли автор стиля, который я использовал и в своем сайте, умудрился запихнуть рекламу аж в виджеты, доступные только из-под админки (т. е. только мне).
На случай, если реклама вылезет где-либо еще, в общедоступном месте на сайте: это будет означать, что ее разместил не я; если так случится, то буду признателен за сообщение и решу, как с этой дрянью быть.
Какой-либо зависящей от меня контекстной или любой иной рекламы третьих лиц или организаций ни на сайте (ни в "шапке", ни в "футере", ни между строк), ни здесь (речь о рекламных постах) нет и не будет. Кроме: того, что я сам сочту необходимым сугубо безвозмездно прорекламировать, как то – новые книги, Телеграм- или Ютуб-каналы коллег, краудфандинговые сборы наподобие проводимых замечательным "Пятым Римом" и т. д.
На случай, если реклама вылезет где-либо еще, в общедоступном месте на сайте: это будет означать, что ее разместил не я; если так случится, то буду признателен за сообщение и решу, как с этой дрянью быть.
Какой-либо зависящей от меня контекстной или любой иной рекламы третьих лиц или организаций ни на сайте (ни в "шапке", ни в "футере", ни между строк), ни здесь (речь о рекламных постах) нет и не будет. Кроме: того, что я сам сочту необходимым сугубо безвозмездно прорекламировать, как то – новые книги, Телеграм- или Ютуб-каналы коллег, краудфандинговые сборы наподобие проводимых замечательным "Пятым Римом" и т. д.
👍22
Уселся посмотреть "Легенду о самбо", что уже давно собирался сделать.
В начале третьей минуты создатели по-своему честно продемонстрировали, что сняли стыдное грёбаное шапито. Для понимания: это у них – Мукден. Более внимательное рассматривание скриншота чревато ударами ладони по лбу; меня предупредить об этом было некому.
Продолжу просмотр из любопытства, граничащего с guilty pleasure: прыгнут ли еще ниже головы? Все-таки только третья минута.
В начале третьей минуты создатели по-своему честно продемонстрировали, что сняли стыдное грёбаное шапито. Для понимания: это у них – Мукден. Более внимательное рассматривание скриншота чревато ударами ладони по лбу; меня предупредить об этом было некому.
Продолжу просмотр из любопытства, граничащего с guilty pleasure: прыгнут ли еще ниже головы? Все-таки только третья минута.
😱3👏2😐1
(Спойлеры к картинке в предыдущем посте, поберегу ваши глаза: даже не всматриваясь в униформу и забыв про время года – например, убитый насмерть манекен с надвинутой на глаза фуражкой и имперские флажки в роли русских знамен. А еще за пару секунд до того в кадр вошёл отечественный Урук-хай наоборот)
👍13😱3
А этот юноша - Анатолий Харлампиев, к тому времени вообще-то уже тридцатилетний мужик, окончивший Институт физической культуры, но для "Легенды о самбо" пусть он будет щенком и незадачливым ворюгой, попавшимся при попытке обчистить склад.
"Браток, - говорит Анатолий Аркадьевич милиционеру, - ты шепни, стрелять ведут или как?".
(Далее, он же, в ответ на предложение номинально включить его в состав ПСО "Динамо": "Мусором не буду").
"Браток, - говорит Анатолий Аркадьевич милиционеру, - ты шепни, стрелять ведут или как?".
(Далее, он же, в ответ на предложение номинально включить его в состав ПСО "Динамо": "Мусором не буду").
🤣17😱2👍1
Я не стал досматривать «Легенду о самбо», а прощелкал ее до конца, чтобы узнать, как киношники в итоге обошлись с В. С. Ощепковым и его судьбой. Узнал. Обошлись бессовестно, подверстав его и его судьбу к вымышленной советско-немецкой... Спартакиаде 1936 года?!, для недопущения к которой Ощепкова, дескать, и арестовали. Зато добавили «соплю» в сахарном сиропе в виде проникновенного (нет) монолога Спиридонова, как бы отдающего Ощепкову должное. Ну-ну.
В целом о фильме: это калька с «Кобры Кай» и чего-то ещё в обстановке условного СССР 1930-х гг., в котором почему-то нет Сталина (совсем, всюду только Ленин), напрочь перепутаны и перемешаны годы и десятилетия, ведомства, народные комиссариаты и министерства, Красная и Краснознаменная Армии, а также униформа, знаки различия, отличия и т. д. История даже с поправкой «по мотивам» в нем чудовищно исковеркана. Зато там есть оперативник Люба (да, мужчина) с хаером, перековавшийся блатной жиган Харлампиев и условные немецкие борцы (хотя и со свастикой: «В чем дело? — сказал Ляпис. — Дело происходит, конечно, у нас, а фашист переодетый»).
Сцены борьбы, приемы и т. п. в фильме в большинстве случаев напоминают невнятную возню, а то и клоунаду. Это не реклама, а, скорее, антиреклама спортивных единоборств, если только последняя не являлась целью создателей фильма. (Желающие взглянуть, как можно и нужно бы, — посмотрите «Гения дзюдо» ещё 1965 года).
Согласно Кинопоиску, в прокате он собрал около 23,1 млн рублей. Если даже минимальные оценки бюджета, встречающиеся в Сети (115 млн), верны, то это провал с треском, что, конечно, не может не радовать. Говно должно лететь только вниз.
Иллюстрации к посту:
№1: идеальный постер для этого фильма, вся суть.
№ 2: впрочем... Ничего нового. Всегда найдется, кому и его похвалить.
В целом о фильме: это калька с «Кобры Кай» и чего-то ещё в обстановке условного СССР 1930-х гг., в котором почему-то нет Сталина (совсем, всюду только Ленин), напрочь перепутаны и перемешаны годы и десятилетия, ведомства, народные комиссариаты и министерства, Красная и Краснознаменная Армии, а также униформа, знаки различия, отличия и т. д. История даже с поправкой «по мотивам» в нем чудовищно исковеркана. Зато там есть оперативник Люба (да, мужчина) с хаером, перековавшийся блатной жиган Харлампиев и условные немецкие борцы (хотя и со свастикой: «В чем дело? — сказал Ляпис. — Дело происходит, конечно, у нас, а фашист переодетый»).
Сцены борьбы, приемы и т. п. в фильме в большинстве случаев напоминают невнятную возню, а то и клоунаду. Это не реклама, а, скорее, антиреклама спортивных единоборств, если только последняя не являлась целью создателей фильма. (Желающие взглянуть, как можно и нужно бы, — посмотрите «Гения дзюдо» ещё 1965 года).
Согласно Кинопоиску, в прокате он собрал около 23,1 млн рублей. Если даже минимальные оценки бюджета, встречающиеся в Сети (115 млн), верны, то это провал с треском, что, конечно, не может не радовать. Говно должно лететь только вниз.
Иллюстрации к посту:
№1: идеальный постер для этого фильма, вся суть.
№ 2: впрочем... Ничего нового. Всегда найдется, кому и его похвалить.
👍31😢3
Несколько статей, накануне выложенных на моем сайте:
Кипнис Б. Г. Август 1914 г. Восточная Пруссия. Генерал Ренненкампф — миф и реальность // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 89-94.
Егоров А. Ю. Наследники Дениса Давыдова (Обзор партизанских действий Русской армии во время Великой войны 1914-1918 гг.) // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 94-96.
Веременко В. А. Первая мировая война и проблема совместного обучения полов в высшей школе // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 69-73.
Куликова О. Ю., Куликов Ю. Н. Настроения русской армии и тыла в Первой мировой войне // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 58-60.
Дубровская Е. Ю. Российские военнослужащие в Финляндии в годы Первой мировой войны (По материалам солдатских писем) // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 62-64, 69.
Гостенков А. В. «Военный совет» 8 декабря 1912 г. в Берлине: курс на войну? // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 73-78.
_____________________
Да, статьи отличаются между собой и по объему задействованных источников и литературы, и по аналитике (а там, в сборнике, есть и совсем странные статьи и тезисы, я их и выкладывать, наверное, не стану), но важно помнить и учитывать, что это публикации времени, когда постсоветской историографии Первой мировой войны не было и десяти лет от роду, не говоря о доступности книг и документов в Интернете и т. д. С учетом крохотного тиража (100 экземпляров) — пусть живут в Сети и пригодятся.
Насчет статьи Б. Г. Кипниса, пожалуй, наиболее медийно известного автора в этом списке: назвал бы ее классическим примером «Товарищ Эренбург упрощает». Борис Григорьевич горячо возражает очевидно необъективным суждениям о Ренненкампфе в БСЭ и БВЭ, хотя объективности взяться там было неоткуда, но и счесть действия командующего 1-й армией в ходе Восточно-Прусской операции 1914 г. безупречными никак нельзя. Автор пользуется несколькими изданиями ещё межвоенного периода, но следует учитывать, что к тому моменту в России с 1991-го вышла, если не ошибаюсь, всего одна биография того же Ренненкампфа — очерк в сборнике Португальского, Алексеева и Рунова (тоже планирую выложить его у себя). Т. о., эта статья — тоже примета времени и этапа в отечественном изучении истории 1914-1918 гг.
Кипнис Б. Г. Август 1914 г. Восточная Пруссия. Генерал Ренненкампф — миф и реальность // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 89-94.
Егоров А. Ю. Наследники Дениса Давыдова (Обзор партизанских действий Русской армии во время Великой войны 1914-1918 гг.) // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 94-96.
Веременко В. А. Первая мировая война и проблема совместного обучения полов в высшей школе // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 69-73.
Куликова О. Ю., Куликов Ю. Н. Настроения русской армии и тыла в Первой мировой войне // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 58-60.
Дубровская Е. Ю. Российские военнослужащие в Финляндии в годы Первой мировой войны (По материалам солдатских писем) // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 62-64, 69.
Гостенков А. В. «Военный совет» 8 декабря 1912 г. в Берлине: курс на войну? // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 73-78.
_____________________
Да, статьи отличаются между собой и по объему задействованных источников и литературы, и по аналитике (а там, в сборнике, есть и совсем странные статьи и тезисы, я их и выкладывать, наверное, не стану), но важно помнить и учитывать, что это публикации времени, когда постсоветской историографии Первой мировой войны не было и десяти лет от роду, не говоря о доступности книг и документов в Интернете и т. д. С учетом крохотного тиража (100 экземпляров) — пусть живут в Сети и пригодятся.
Насчет статьи Б. Г. Кипниса, пожалуй, наиболее медийно известного автора в этом списке: назвал бы ее классическим примером «Товарищ Эренбург упрощает». Борис Григорьевич горячо возражает очевидно необъективным суждениям о Ренненкампфе в БСЭ и БВЭ, хотя объективности взяться там было неоткуда, но и счесть действия командующего 1-й армией в ходе Восточно-Прусской операции 1914 г. безупречными никак нельзя. Автор пользуется несколькими изданиями ещё межвоенного периода, но следует учитывать, что к тому моменту в России с 1991-го вышла, если не ошибаюсь, всего одна биография того же Ренненкампфа — очерк в сборнике Португальского, Алексеева и Рунова (тоже планирую выложить его у себя). Т. о., эта статья — тоже примета времени и этапа в отечественном изучении истории 1914-1918 гг.
Военно-Ученый Архив |
Кипнис Б. Г. Август 1914 г. Восточная Пруссия. Генерал Ренненкампф — миф и реальность | Военно-Ученый Архив
Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 89-94. Поход 1-й и 2-й русских армий в Восточную Пруссию, победа 1-й армии под Гумбинненом и Гольданом 7 августа{1}, катастрофа…
👍30
Мысль не новая, сформулировал ещё в 2020 году, но тем не менее:
Сколько графоманов, окучивающих оскудевающую грядку попаданчества, успели переселить кого-либо в императора Николая II? Не считал, если знаете, то подскажите, но явно же больше одного.
И при этом никто из них не заметил цитаты из письма Александры Федоровны царственному супругу от 14 декабря 1916 г.: «Будь Петром Великим, Иваном Грозным, императором Павлом - сокруши их всех...».
Ни один не заметил и не обыграл. А ведь в одной только этой цитате заложен потенциал на несколько томов с путешествием по всей истории России. Каждые два слова как готовые названия для очередного романа, итого минимум четырехтомник. Но куда там, какое там...
Сколько графоманов, окучивающих оскудевающую грядку попаданчества, успели переселить кого-либо в императора Николая II? Не считал, если знаете, то подскажите, но явно же больше одного.
И при этом никто из них не заметил цитаты из письма Александры Федоровны царственному супругу от 14 декабря 1916 г.: «Будь Петром Великим, Иваном Грозным, императором Павлом - сокруши их всех...».
Ни один не заметил и не обыграл. А ведь в одной только этой цитате заложен потенциал на несколько томов с путешествием по всей истории России. Каждые два слова как готовые названия для очередного романа, итого минимум четырехтомник. Но куда там, какое там...
😁33👍8❤2
Выступая 15.11.1915 г. на заседании думской церковной комиссии, протоиерей А. Г. Альбицкий, подкрепляя тезис о враждебности немцев, заявил о том, что «в воске, получавшемся ранее из Германии, оказывались сплошь и рядом не только камни и тому подобные предметы, но однажды был найден даже труп негра».
(См.: Коцюбинский Д. А. Отношение русских националистов к российским немцам и его эволюция в годы Первой мировой войны // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 57. Со ссылкой на: ГА РФ. Ф. 102, ДП-ОО. 1916. Д. 307. Л. А. Т. 3. Ч. II).
Безотносительно того, вправду ли такое произошло и был ли о. Александр очевидцем этакой находки, — она любопытным образом рифмуется с известной «уткой» периода Первой мировой войны о переработке немцами трупов убитых в бою солдат «для добычи стеариновых и жировых веществ». Мне оная попадалась даже в секретной сводке сведений Главного Управления Генерального Штаба июня 1917 года. Причем, насколько помню, автором этого сюжета стал А. А. Милн, автор «Винни-Пуха» собственной персоной.
Надо будет выкроить время и копнуть его несколько глубже. Насколько опять-таки помню, наиболее ранние сообщения в La Belgique о переработке трупов немцами относятся к 1917 году, тогда как слова о. Александра Альбицкого опередили их на год-полтора.
(См.: Коцюбинский Д. А. Отношение русских националистов к российским немцам и его эволюция в годы Первой мировой войны // Первая мировая война: история и психология: Материалы Российской научной конференции / Под ред. В. И. Старцева и др. — СПб., 1999. С. 57. Со ссылкой на: ГА РФ. Ф. 102, ДП-ОО. 1916. Д. 307. Л. А. Т. 3. Ч. II).
Безотносительно того, вправду ли такое произошло и был ли о. Александр очевидцем этакой находки, — она любопытным образом рифмуется с известной «уткой» периода Первой мировой войны о переработке немцами трупов убитых в бою солдат «для добычи стеариновых и жировых веществ». Мне оная попадалась даже в секретной сводке сведений Главного Управления Генерального Штаба июня 1917 года. Причем, насколько помню, автором этого сюжета стал А. А. Милн, автор «Винни-Пуха» собственной персоной.
Надо будет выкроить время и копнуть его несколько глубже. Насколько опять-таки помню, наиболее ранние сообщения в La Belgique о переработке трупов немцами относятся к 1917 году, тогда как слова о. Александра Альбицкого опередили их на год-полтора.
🤔12🔥7👍4😁2
«Бродячий поэт Линь втерся в доверие великого и влиятельного мандарина, а потом однажды ночью сбежал, прихватив с собой тысячу золотых юаней и бесценную жадеитовую статуэтку льва. Его вероломство повергло мандарина в такое отчаяние, что за одну ночь старик поседел, и с тех пор до конца жизни он целыми днями сидел на пыльном полу в своей спальне и задумчиво теребил свою косичку, приговаривая: “Что за странный поэт?”».
(Томас Пинчон, «V»).
(Томас Пинчон, «V»).
😁17👍8❤2