«Огромный грузовик ехал долго и остановился около бара»

Земля пухом, и самая светлая память.

https://youtu.be/8rVIp7VzbiU

К недавнему репосту с подборкой детских рисунков периода Первой мировой войны: на самом деле, они и другие подобные рисунки являются важными и интересными историческими источниками. Другое дело — как/каким образом подступаться к их исследованию, какой методологией вооружившись. Примеры тому есть, как бы это сказать, — разные.

Например, в 2016 году вышла в свет монография Э.-Б. М. Гучиновой:
Рисовать лагерь: Язык травмы в памяти японских военнопленных о СССР (Sapporo : Slavic-Eurasian research center, Hokkaido univ., 2016. — XII, 220 с.)

Автор подняла в архивах массу интереснейшего материала, но — откроем предисловие, а там:
"Через ГУЛАГ прошло 15 млн. по мнению А. Солженицына... (Серьезно?!) ...10 млн. по утвержданию Н. Хрущева и 8 млн. по итоговым результатам российского историка В. Земскова" (Спасибо, что Земсков был хотя бы упомянут).

"Статистика ГУЛАГа затрудняется документами разного подчинения и спецификой ведомственного языка. Тем не менее, трудно не согласиться с В. Подорога: «ГУЛАГ вполне сопоставим по тяжести преступлений с Освенцимом» [Подорога 2013: 21]..." (Во-первых, у меня в этом месте в ушах зазвучал Псой Короленко, если вы понимаете, о чем я, — ничего не могу поделать ни с собой, ни с ним. Во-вторых, опять-таки — серьезно?! В-третьих, какой вескостью суждения философа Подороги должны обладать, чтобы заместить в научном исследовании оценки историков-исследователей?).

"Начатый В. Шаламовым и А. Солженицыным процесс разоблачения ГУЛАГа был продолжен и другими... Но, несмотря на убедительность этих публикаций, они, тем не менее, не стали для российского общества решающим фактором разоблачения карательной лагерной системы. Память о ГУЛАГе и ГУПВИ как его части не является живой составляющей официального дискурса в России. Масштабы ГУЛАГа еще не осознаны российским обществом в должной мере" (Таким образом, автор постулирует своей целью не исследование, а разоблачение).

Среди привлеченной Гучиновой литературы на почётном месте - не только Солженицын, но и попросту похабный "Справочник по ГУЛАГу" Росси. Зато в тексте "дискурсов", "субъектностей", "маскулинностей" и прочего - в избытке. Там, где абсолютно нет необходимости мудрить.

Раскрыв книгу наугад, можно узнать из нее, например, что "в лагерях для интернированных японцев и американцев японского происхождения, организованных в Калифорнии и Техасе в 1942 г. после атаки на Пирл Харбор, в столовых также было принудительное меню. Но людей раздражало не только однообразное меню, но и то, что оно было бесплатным как подачка. Лагеря в Калифорнии были намного гуманнее ГУЛАГа". Между тем, что там с рисунками?

А анализ рисунков японских военнопленных (кстати, вы заметили, как автор ловко уравняла их с действительными жертвами репрессий?) - повторюсь, интересных первоисточников, выявленных в архивах, - подменяется придыханиями автора над ними, толкованием уровня школьных сочинений о картине Грабаря "Февральская лазурь": "На рис. 10 казарма лагерной колонны лагеря № 1 [Ф. 4/п. Оп. 30я. Д. 12. Л. 7]. Взгляните на лагерный барак из альбома отзывов. Он довольно чистый, как и полагается жилью японцев. Мы наблюдаем потуги на уют — тряпка вместо скатерти, напольный горшок с цветком на столе — не по-японски. Как будто даже уютно. Но что-то заставляет нас не верить этому уюту...".

Интересно, что же заставляет нас не верить этому уюту?! Ну, и да, цитируя одного уважаемого друга из одной там соцсети, "интуитивная реконструкция коллективного бессознательного по рисуночной проекции как исторический источник. ОК".

Это исследование? Да, исследование. Но с тем же успехом, и с такой же предустановкой можно было бы подступиться к истории СССР через призму анализа манги "Танцевать! Кремль Дворёц". Не думаю, что оно оказалось бы намного менее научным.

Вчера сил и времени хватило на выкладывание только одной статьи:

Шекунова Л. В. Сталинские маргиналии как исторический источник // Власть и общество России. XX век: Сб. научных трудов / Под ред. В. П. Попова, А. Ф. Киселева, С. В. Мищенко. — М.; Тамбов: Изд-во Тамбов. гос. техн. ун-та, 1999. С. 171-180.

Статьи, вне всякого сомнения, небесспорной, но любопытной минимум по нескольким причинам: во-первых, как пример попытки автора подступиться к проблеме и источнику, не свалившись в публицистику, а это непросто (к сталинским маргиналиям подступались многие, и не всегда добросовестно - тот же Радзинский делал из них скорее панчлайны, нежели выводы);
во-вторых же, как образец историографии того периода, когда "архивная революция" уже состоялась и шла доброе десятилетие, но качественного скачка в ней еще не произошло. На тот момент библиотека Сталина хранилась в Архиве Президента РФ и РЦХИДНИ, а сегодня она отсканирована и общедоступна в Интернете, разумеется, вместе с пометами Сталина на страницах книг. Это делает возможной проверку и перепроверку приведенных автором цитат и степени добросовестности цитирования, корректности суждений и т. д.

Сегодня вечером постараюсь разместить на сайте ещё несколько статей и диссертационных исследований; тексты пары диссертаций, купленные и ранее не выкладывавшиеся в Сеть, отложу до выходных.

Тем замечательным людям в не менее чудесных редакционно-издательских центрах, что в сборниках статей, материалов конференций и т. д. с мягким переплетом и страницами на клее наряду с этим сажают их на тетрадную скобку, так, что книжку и на отдельные страницы не расклеить (к этому я уже был морально готов), а разве что разорвать их с мясом, и к самой скобке не подобраться, а с нею попытка отсканировать разворот издания превращает середину разворота и текст вдоль нее буквально в Dust in the wind, как поется в нетленной композиции группы Kansas, так что втрое-впятеро больше времени, чем на само сканирование, уйдет на правку начала и окончания каждой строки вручную, — так вот, этим славным, старательным людям следует Пожелать всего самого наилучшего, но убедительно попросить далее так не делать и либо обходиться клеем, либо уже их переплетаТЬ.

(Не выматерился здесь, набирая текст поста, только благодаря внутреннему цензору и потому, что изрядно выругался вслух. Вырезать страницы по одной пока не готов. И очень раздосадован. Оцифровка одного из приобретенных недавно сборников, притом с интереснейшими статьями, откладывается).

Страшно сказать, 700-я научная публикация.

Когда в уже далеком 2014 году я обнаружил во Франции уникальный архив генерала Носовича, я не предполагал, что эта тема станет одной из значимых в моей работе на предстоящее десятилетие. И вот уже выпущено научное комментированное издание воспоминаний и документов генерала («Белый агент в Красной армии»), увидела свет монография о его жизни и деятельности («Белый агент при Сталине»), а тема и не думает исчерпываться.
Представляю новую публикацию свежерассекреченных документов по делу ближайшего сподвижника Носовича в работе белого подполья в красном Царицыне полковника Чебышева. Этот военный специалист, племянник знаменитого математика, руководил артиллерийским управлением штаба Северо-Кавказского военного округа и едва избежал ареста, спешно покинув Царицын в августе 1918 года.
Его арестовали значительно позже, уже после побега Носовича к белым. Кстати, Чебышев, как и Носович, впоследствии стал одним из антигероев повести «Хлеб» писателя Алексея Толстого.
Публикуемые документы показывают связь подпольной организации Носовича с так называемым заговором инженера Алексеева, репрессии в связи с которым развернулись в Царицыне в августе 1918 года. Эту связь исследователи отрицали или не могли установить более века. Поиски продолжаются.
Подробности по ссылке:

Ганин А.В. Дело полковника В.П. Чебышева. К истории белого подполья в красном Царицыне. 1918 г. // Исторический архив. 2023. № 4. С. 160-179.

http://orenbkazak.narod.ru/PDF/Chebyshev.pdf

На фото и рисунке - полковник Чебышев, а также «артиллерийский» фрагмент картины Митрофана Грекова «Оборона Царицына».

Ну-с, есть миллион просмотров отдельного видеоролика, можно и похвастаться у себя. (Насколько могу судить, первый из видеозаписей передач, лекций и т. д., моих соло или с моим участием, что есть в Интернете, набравший больше миллиона просмотров; телепередачи не учитываю — возможно, было и много больше глаз, и давно, ну да было и было).

С учетом, что эти записи посвящены определенным, подчас не слишком широко известным эпизодам истории Великой Отечественной войны или конкретных машин, возможно, о каких-то из них так, пусть и кратко, но для большой аудитории никто пока еще не рассказывал. Если кого-нибудь из миллиона не только развлекут на пару десятков секунд, но и разбудят в нем, или в ней интерес к истории, — буду очень рад.

Гугл-переводчик — не переведёт опись одного из фондов Люблинского архива, так хоть потешит.
Надеюсь, коту выдали-таки кредит, приматов спасли и научили, а с обоими, проказниками такими, разобрались.

(Спасибо исследователю Н. В. Родину, доставил так доставил)

Новый кинообзор Бэдкомедиана, на мой взгляд - отличный, хотя очевидно, что не все его досмотрят в один присест в силу хронометража, - любопытен в том числе цитированием некоей телепередачи Андрея Малахова о Матроне Московской, в которой, оказывается, участвовал и такой видный эксперт, как Арсен Беникович Мартиросян, заявивший, что, мол, судя по всему, что он "прочитал и, так сказать, исследовал" (!), ему "кажется, что этот случай все-таки имел место быть" [речь о визите Сталина к Матроне]. И дальше что-то там еще про "провидцев".

В свое время Алексей Исаев совершенно справедливо заметил, что даже если Мартиросян скажет, что Солнце встает на востоке, а садится на западе, в его словах впору усомниться или их следует проверить (за стопроцентную точность цитаты по памяти не поручусь, но около того). Однако эту характеристику впору счесть преуменьшением. Движение небесных тел, в том числе Солнца, все же лежит в плоскости науки, именуемой астрономией. Мартиросян же... Впрочем, ничего нового: суждения оного и иже с ним об истории были и остаются образцами магического мышления, кажущегося забавным, если забыть о десятках тысяч обманутых ими доверчивых читателей, для которых что о прошлом сердцу мило, то и правда.

Дв. К вопросу о розгах // Земщина. СПб., 1913. № 1209, 09 (22).01, с. 3.

Прозорлив был Дв.
Актуализируем: "...То не мѣшало бы подвести подъ него и, такъ называемыхъ, "самокатчиковъ".

...Во избежание каких-либо инсинуаций: у меня на юзерпике изображен русский военный человек не на [электро]самокате каком-нибудь, а на "Бегунке", оснащенном одноцилиндровым четырехтактным бензиновым мотором воздушного охлаждения. Это другое, понимать надо!

На этот раз субботняя раздача диссертаций будет достаточно скромной, но все же тексты двух из пяти работ опубликованы мною в Интернете впервые, будучи для этой цели и приобретены: диссертации С. П. Еремина и И. И. Щерова (его диссертация это одно из крупнейших исследований проблематики беженства в годы Первой мировой войны, и не только). В общей сложности, две диссертации по истории Крымской войны, одна о военной миграции, еще одна — об офицерском корпусе Русской императорской армии, и об истории Средневековья, конечно.
На следующей неделе ожидается больше новых статей, и уже чуть меньше диссертаций, чем на этой.

Еремин С. П. Английская армия в Восточной войне 1853—1856 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук: 07.00.03 — Всеобщая история. — М.: Московский педагогический государственный университет, 2004. — 279 с.

Щеров И. И. Военная миграция в России (1914—1922 гг.). Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук: 07.00.02 — Отечественная история. — Смоленск: Смоленский государственный педагогический университет, 2001. — 516 с.

Гуменюк А. Ю. Особенности оккупационной политики союзнических войск в Крыму в 1854—1856 гг. во время Восточной (Крымской) войны. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук: 07.00.02 — Отечественная история. — Симферополь: Крымский федеральный университет имени В. И. Вернадского, 2018. — 211 с.

Походяев С. В. Профессионально-педагогическая подготовка офицеров Русской императорской армии во второй половине XIX — начале XX веков (1855—1914 годов). Диссертация на соискание ученой степени кандидата педагогических наук: 13.00.01 — Общая педагогика, история педагогики и образования. — Омск: Омский государственный педагогический университет, 2015. — 207 с.

Портных В. Л. Крестовые походы на Ближний Восток (1095—1291 гг.): идейное содержание пропаганды. Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук: 07.00.03 — Всеобщая история. — Новосибирск: Новосибирский национальный исследовательский государственный университет, 2016. — 434 с.

Перечитываю многотомный роман "Емельян Пугачев" Вячеслава Шишкова, уже не в первый раз в жизни — до того хорош. Действительно масштабный, эпический — классическая школа романистики, образцов коей сейчас почти нет. И да, если сравнивать с Ивановым и его "Золотом бунта", то Шишков превосходит его на голову, и как исторический роман, и как литературное произведение в принципе. (Притом, что на мой взгляд "Золото бунта" — это наиболее удавшееся произведение Иванова, и мне оно нравится больше "Сердца пармы", "Тобола", и других романов; "Бронепароходы" и что-то там немцефильское у него не читал).

Помимо всего прочего, роман Шишкова очень кинематографичен, он буквально просится на экран, с нынешними возможностями киноделов / телевизионщиков. Бунты и бунтишки в преддверии Пугачевщины. Придворные интриги. Чума в Москве (как тут не вспомнить ковид). Углежоги в своем аду. Инфернальный Хлопуша, чудь белоглазая, крушащий черепа безменом, и многие, и многие другие. От вельмож до крепостных, от фельдмаршала Салтыкова до служак, ветеранов Семилетней... Да много, считай в каждой главе — и это я даже не беру главных "героев".

Понятно, что сейчас экранизировать этот роман никто не станет, а — жаль. Пока что единственную попытку, двухсерийный фильм по мотивам с Евгением Матвеевым в главной роли, я не смотреть и бросил, до того он никакой.

И да, чем дальше перечитываю, тем больше укрепляюсь во мнении, что сам Шишков работал над романом, борясь с большой личной неприязнью к Пугачеву. С самого начала арки самозванца он предстает голимым аферистом; авторские вставки же в текст с рассуждениями о героическом образе народного вождя и т. д. — дань тогдашней "повесточке". И прямо как в каких-нибудь современных западных сериалах, куда "повесточку", только иного рода (половую, расовую и т. д.) подчас предельно топорно вклинивают, убери ее — и ни зрелище, ни, в данном случае, текст не изменятся ни на йоту, и не станут хуже.

Хороший роман. Надо будет еще поискать информацию об истории работы писателя над ним: хотя бы несколько публикаций об этом должны быть.

Предлагаю разгадать загадку

Вот — фото писаря при контрразведывательном отделении штаба Главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта. Условно назовём его Иваном Иванычем Ивановым. 29 марта 1916 года, дежуря в канцелярии КРО, Иван Иваныч вооружился револьвером и долотом, при помощи какового долота оторвал от крышки стола привинченную к ней шкатулку (в документах фигурирует как "малая стальная железная касса").
В шкатулке хранились казенные и частные деньги в сумме более 1700 рублей, а также документы — расписки "в выдаче авансов и вознаграждений некоторых агентов за секретные услуги", шифры для секретных сношений и т. д.
"В дальнейшем выяснилось, что одновременно со шкатулкой из Отделения бесследно скрылся и названный..." Иван Иваныч. Все-таки даже канцелярит той эпохи прекрасен... Но — к делу.

17 апреля того же года Иван Иваныч был задержан в Киеве, в гостинице "Пти-Отель". При нем имелось 249 рублей 32 копейки (остальные деньги прокутил), и "Смит-и-Вессон". Насчет долота дело умалчивает.
Как выяснилось в ходе следствия, после побега Иван Иваныч обзавелся формой военного чиновника штаба армии в чине коллежского регистратора, каковым чином вкупе с фамилией "Сергеев" в дальнейшем и представлялся вплоть до задержания.
Приказом генерал-квартирмейстера штаба Главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта от 20 апреля 1916 года Иван Иваныч Иванов был предан военно-полевому суду при штабе армий фронта. Заседание суда открылось в 10 часов утра следующего дня. Разумеется, его признали виновным.

Внимание, вопрос: как вы думаете, к какому наказанию был приговорен военно-полевым судом Иван Иваныч с учетом содеянного, и (подвопрос со звездочкой) за что именно? Отгадку опубликую позже, либо завтра.

(Инкриминируемые ему статьи "Воинского устава о наказаниях" не называю. Это было бы чересчур легко).

Петров Ю. А. К вопросу о финансовом положении России в годы Первой мировой войны // Россия и Первая мировая война: экономические проблемы, общественные настроения, международные отношения: сб. ст. / сост. С. М. Исхаков; отв. ред. Ю. А. Петров. — М., 2014. С. 9-19.

...[Иоффе] извещал руководство в Москве, что по заключенному им предварительному соглашению «мы должны были уплатить немцам 3,5 млрд марок». Иоффе исходил из того, что «весь наш долг оценивается в 5 млрд. марок, из них 1,5 млрд. на Украину и Финляндию и 3,5 млрд. на нас, т. е. 2,5 млрд. заем и только 1 млрд. наличными и товарами». Далее он сетовал, что «комиссия сама изменила это известным Вам образом, полагая, что на Украину нам выгоднее возложить всего 1 млрд. и требуя включения в паушальную (покрывающую все претензии, от нем. Pauschale. — Ю. П.) сумму нашего декрета 28-го». Речь шла о декрете СНК от 28 июня 1918 г. о национализации промышленности в Советской России, который стал очередным этапом экономической политики большевиков, начатой национализацией банков в конце 1917 г. и аннулированием государственных обязательств в начале 1918 г.

Таким образом, на переговорах в Берлине советская делегация сама предложила включить в счет претензий «отступные» за национализированные предприятия, принадлежавшие германским владельцам. Иоффе констатировал, что «комиссии таким образом удалось за 750 млн откупить всю германскую промышленность в России». На этом решении, очевидно, настоял Ларин, который, как иронически заметил Иоффе, «по моему мнению, стоит нам эти % млрд., а по его мнению спас Россию от великой ошибки, допущенной мной». В итоге советской делегации пришлось пойти на подписание соглашения, общая сумма которого серьезно превысила обсуждавшийся в Брест-Литовске максимум германских претензий.

Подводя итог своему письму от 6 августа 1918 г., Иоффе призвал адресатов, Ленина и Чичерина, осознать, что «все это является максимумом уступок со стороны немцев. Существенных изменений внести ни в коем случае не удастся. Если не считать мелочей, то нужно либо принимать все это соглашение, либо отвергать его целиком и оставаться при Брестских условиях, дающих нам возможность передавать почти все вопросы на обсуждение комиссий и тянуть целый ряд лет. Поскольку это политически целесообразно, судите сами».

Правительством Ленина выбор был сделан в пользу скорейшего заключения соглашения, несмотря на гораздо более тяжкие его условия по сравнению с первоначальным планом Иоффе.

По поводу возникших в комментариях к предыдущему посту вопросах о том, что ждало бы Ивана Иваныча из загадки в случае, скажем, оскорбления портрета императора, — безусловно рекомендую всем к внимательному и вдумчивому чтению великолепное исследование доктора исторических наук Бориса Ивановича Колоницкого «Трагическая эротика»: Образы императорской семьи в годы Первой мировой войны (первое издание этой монографии вышло в 2010 году, а затем она неоднократно переиздавалась).

Верноподданным российского императора следовало не только почитать своего государя, но и любить его. Император и члены его семьи должны были своими действиями пробуждать народную любовь. Этому служили тщательно продуманные ритуалы царских поездок и церемоний награждения, официальные речи и неформальные встречи, широко распространявшиеся портреты и патриотические стихи. В годы Первой мировой войны пробуждение народной любви стало важнейшим элементом монархически-патриотической мобилизации российского общества. Б. И. Колоницкий изучает, как пытались повысить свою популярность члены императорской семьи — Николай II, императрица Александра Федоровна, Верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич, вдовствующая императрица Мария Федоровна.Автор исследует и восприятие образов Романовых. Среди многочисленных источников, на основе которых написана книга, — петиции, дневники и письма современников, материалы уголовных дел против людей, обвиненных в заочном оскорблении членов царской семьи.

Уникальный труд как по степени охвата источников, прежде всего архивных, так и по их аналитике.

Надысь вечером добрался до нескольких интересных сборников статей, а также монументального "Энциклопедического словаря военной медицины" — и вот, пожалуйста.
(Тем же вечером, поразмыслив, добавил к статьям из оного словаря дисклеймер: планирую публиковать и скорее медицинские, нежели исторические статьи из него, и не хотелось бы, чтобы кто-нибудь, начитавшись их, принялся за самолечение, потому как "нынеча не то, что давеча, вот давеча умно писали!").

Хасанская операция 1938 г. // Энциклопедический словарь военной медицины / Гл. ред. Е. И. Смирнов, ген.-полк. мед. сл. Т. 5: Сахар — Ящур. — М.: Государственное издательство медицинской литературы, 1948. Стб. 840—844.

Тепловой удар // Энциклопедический словарь военной медицины / Гл. ред. Е. И. Смирнов, ген.-полк. мед. сл. Т. 5: Сахар — Ящур. — М.: Государственное издательство медицинской литературы, 1948. Стб. 456—462.

Склады военно-санитарные // Энциклопедический словарь военной медицины / Гл. ред. Е. И. Смирнов, ген.-полк. мед. сл. Т. 5: Сахар — Ящур. — М.: Государственное издательство медицинской литературы, 1948. Стб. 139—144.

Чудовища // Словарь средневековой культуры / Под ред. А. Я. Гуревича. — М., 2003. С. 578—582.

Зиняков Н. М. Технология производства железных предметов Елыкаевской коллекции // Южная Сибирь в скифо-сарматскую эпоху. Кемерово, 1976. С. 106-114.

Кочуков С. А. Проекты подготовки войны с Германией в конце XIX в. // Доклады Академии военных наук. Военная история. № 5 (23). Первая мировая война поиски новых подходов к исследованию, приглашение к диалогу. — Саратов, 2006. С. 27-31.

Крючков О. А. Особенности медицинского обеспечения воздушно-десантных войск в ходе Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. // Материалы VI Всероссийской конференции с международным участием «Исторический опыт медицины в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.» / Под ред. К. А. Пашкова. — М.: МГМСУ, 2011. С. 97-99.

Бобков Е. В., Почанин А. В. Вклад ученых-медиков Южного Урала в исследование алиментарно-токсической алейкии в годы Великой Отечественной войны // Материалы VI Всероссийской конференции с международным участием «Исторический опыт медицины в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.» / Под ред. К. А. Пашкова. — М.: МГМСУ, 2011. С. 24-26.

Садовский Д. В. Лекарственная терапия при ранениях в годы Великой Отечественной войны // Материалы VI Всероссийской конференции с международным участием «Исторический опыт медицины в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.» / Под ред. К. А. Пашкова. — М.: МГМСУ, 2011. С. 145-147.

В комментариях к посту Александра Дюкова еще в пятницу отписался насчет абсурдности веры во вбросы фальшивых документов в архивы, хотя адептов этой веры до сих пор хватает — тех, кому не хватает духу принять прошлое как есть: им некомфортно от этого, возможно, даже больно, вот и приходится объявлять неприятные для них и их воззрений документы поддельными.

"что б их опубликовать, они сначала должны отлежаться в архиве. и тогда очередной исследователь может их там "случайно" найти и опубликовать" — солидно, со знанием дела заметил в ответ на мой комментарий один явно сведущий пользователь.

"Иными словами, условный фальсификатор вместо того, чтобы взорвать условную информационную бомбу в печати здесь и сейчас, предпочтет припрятать её в некоем фонде некоего архива, а также внести её в опись (между нами говоря, сделать это незаметно для остальных не очень просто) для того, чтобы кто-нибудь спустя 10, 20 или 50 лет её, возможно (не факт, что вообще когда-либо — не говоря о вероятности пожара, затопления и т. п. бедствий) нашёл, поверил и взорвал-таки наконец в печати на радость детям или внукам фальсификатора? Оригинально", — откликнулся я, добавив, что один их самых вопиющих примеров фальшивок, "документы Сиссона", изначально были именно опубликованы, раскритикованы и только после этого припрятаны в сейф, откуда их потом извлек и разобрал Джордж Кеннан, а В. И. Старцев уже в 1990-е годы установил личность фальсификатора.

"ничего оригинального, — веско замечает мой собеседник. — это системная работа. и не нужно 10-50 лет. достаточно и полугода. главное что потом подделку достают именно из архива, а не нашли за углом. конкретно я про вброс "документов" по "катынскому делу".

А, говорю, всё, вопросов нет, ибо ну какие тут могут быть вопросы, но не таков мой собеседник. "сюда же, — добавляет он, выдержав некоторую паузу. — секретные протоколы к пакту Молотов-Риббентроп".

Что называется, человек пришел и проиллюстрировал вышесказанное личным примером. Поблагодарил его, пожелал беречь себя. С таким некомфортным прошлым — знаете ли, нелишнее пожелание.

И, конечно, всех причастных — с Днем археолога! Мирного неба и грунта и, конечно, побольше керамики, датирующих монет и прочего в ваших раскопах.

(На этом фото 2008 года запечатлены прекрасные археологини, еще продолжающие работать, несмотря на поднявшийся Афганец — через полчаса с раскопа все же пришлось уйти и поснимать трубы с буржуек в палатках, от греха подальше).

Накануне вечером я выложил на сайте всего-навсего одну публикацию, потому что наткнулся в Интернете на другую статью — и всё, вечер был то ли потерян, то ли сделан, это уж как посмотреть.

Конечно, сайт РИНЦ, он же elibrary, полным-полон еще и не такими перлами, но и это, скажу я вам, пример из ряда вон, да и публикация вышла не в теперешних "Вопросах истории", а во вполне солидном Вестнике СПбГУ.

Петров В. В., Марусенко М. А., Пиотровская К. Р., Маньяс И. Н., Мамаев Н. К. Об авторстве "писем Берии из заточения" // Вестник СПбГУ. Серия 14. Право. 2019. №3.

Решив тряхнуть стариной, приступил к разбору статьи, каковой накануне дописать не успел, а сейчас, наконец, закончил. С текстом разбора можно ознакомиться по этой ссылке.

Если он окажется интересен вам, готов попробовать делать подобные разборы на канале примерно раз в неделю. Так, может быть, и свою давнюю задумку о написании "Фолк-истории России" реанимирую.

Исследователь Алексей Русанов поделился любопытным документом, найденным в делах партархива ИМЛ при ЦК Компартии Молдавии.

"Некоторые подпольные группы, действующие на территории Бессарабии, имели весьма специфические представления об агитации и пропаганде. Среди прочих, местному населению попадали рукописные листовки вот такого содержания (текст был расшифрован и набран на печатной машинке уже в конце 1980-х гг.)".