10 марта погиб мой товарищ и собрат - прекрасный Женя «Гайдук» Николаев, воин, офицер, герой.

Сегодня 40 дней.

Этому горю нет ни конца, ни предела.

Смерть есть. Я не люблю всех этих ненужных слов. Смерть есть. На этой земле против смерти у нас только победа и память.

Как там дальше, я не в курсе.

Надеюсь, Женю хотя бы там берегут, знают хотя бы там его огромную цену.

Один чудесный товарищ по-братски поддержал меня - нынче 40-й день после гибели командира подразделения «Родня» Евгения «Гайдука» Николаева - человека, с которым я дружил четверть века.

Но товарищ мой, поддержав меня, сделал как бы маленькое замечание.

Я написал в своем поминальном слове, что не очень понимаю нынче распространенную традицию писать в таких случаях: «Смерти нет».

Товарищ в ответ написал: жизнь вечная есть.

Может и есть. Хорошо, если есть.

Но я говорил о другом.

«Смерти нет», как по мне, имеют право писать только сами военнослужащие, рискующие собой. Которые куда реже подобное произносят, как я заметил.

Близкие родственники находящихся на фронте - тоже могут писать: «Смерти нет». Но я, кстати, и за ними такой привычки не замечал.

Могут писать подобное матери, отцы, вдовы, дети погибших. Но они тоже пишут подобное крайне редко.

Посему возведённая в обыкновение привычка сопровождать этой фразой разговор о погибших - она царапает мне слух.

Если нет смерти, где тогда Злой, Мотор, Воха, Кубань, Граф, Гайдук и все они, мои родные?

Если «смерти нет», давайте все подпишем контракты да повоюем вместо Жени Николаева и тех, кто нынче штурмует лесополки. Чего терять-то.

А если не штурмуем, то, как по мне, не стоит походя эти слова растрачивать.

Эдак можно что угодно сказать. Смерти нет. Боли нет. Ампутаций нет. Инвалидов нет. Сирот нет. Пропавших без вести, которых больше не встретить и не найти - нет.

Без обид! Знаю, что никто ничего плохого не хочет сказать.

Но мне от «риторической веры» иной раз на душе тоскливо. Смерти нет у Господа. Людям же она дана в самом конкретном виде. И мы ещё не на небесах.

Мы среди тех, кто идёт на смерть.

Избранное от Германа Садулаева – одного из главных русских писателей XXI века.

В серии «Почти Собрание Сочинений» — новая книга прозаика и поэта Германа Садулаева.

Называется она — «Осенние крепости». И под словом “крепости” стоит понимать как твердыни и кремлёвские сооружения, защищающие от внешнего воздействия, так и дух самой высшей пробы, помогающий держаться при обороне и сражаться до конца, а помимо того — и запредельный градус осмысления бытия. “Осенние” же они потому, что осенены Словом.

🔆 Ознакомительный отрывок
ТРУСКАВЕЦ🔆

Раз в году или, может быть, раз в два года, мама уезжала на лечебный курорт. Обычно это был Трускавец. Городок в Львовской области Украины. Мама возвращалась отдохнувшей, поздоровевшей и повеселевшей, поэтому мы все очень любили Трускавец — город, где никто из нас не был, мы любили его, то место, в котором нашей маме было хорошо. Но как мы тосковали, когда она была в отъезде!

На отрывном календаре мы отмечали день, когда мама вернётся. И каждый день считали, сколько ещё осталось листиков. Мы скучали по маме, мы не понимали, как можно без неё жить.

Папа готовил нам завтраки. Жарил колбасу. Или яичницу. Иногда вбивал яйца в колбасу, и получалась жареная колбаса с яйцами. Завтраки от папы были очень жирными, вкусными и питательными, но мы всё равно скучали по маме. Папа всё время, пока мамы не было, не пил. Потому что на нём была большая ответственность — дети. Когда мама возвращалась, он немедленно начинал праздновать. Однажды он начал праздновать чуть раньше, за день до того, как мама вернулась. Папа встречал маму добрый и пьяный. Но мама была недовольна им, и папа чувствовал себя виноватым.

Из Трускавца мама привозила фотографии. На них было нарисовано фотохудожником — Трускавец. Так что не ошибёшься. Мама на этих фотографиях в роскошной шубе и большой меховой шапке. Это был зимний курорт. И ещё керамику. Какую-то особенную, сувенирную. Мама привозила её на память. Керамика была в виде каких-то загогулин и не имела никакой практической пользы. Просто для красоты.

<...>

Однажды мама лежала в шалинской больнице, папа сварил куриный бульон и отправил меня с кастрюлей к маме. Или это не папа сварил, а сестра? Почему папа не отвёз меня с бульоном на своей машине? Не знаю. Но я шёл с тяжёлой сумкой, в которой была кастрюля с бульоном, замотанная полотенцем, и бульон проливался, и полотенце желтело от жира. А я чувствовал себя очень важным и нужным. Я несу бульон, чтобы покормить маму, мама покушает бульон и поправится.

Больше никогда в жизни я не чувствовал себя таким нужным и важным.

Сейчас я чувствую себя совершенно не важным и никому не нужным. Мне кажется, я занимаю чьё-то место. Но со временем я занимаю всё меньше и меньше места. Я как бы уменьшаюсь. Я теперь не занимаю места рядом ни с какой женщиной, с ними рядом другие, которые, наверное, лучше, чем я. Я не играю в политику, и без меня хватает кандидатов в депутаты всех уровней. Не пишу колонок в газеты, там толпится очередь колумнистов, умеющих быть более яркими и актуальными. Я всё ещё пишу книги, но мои книги почти не занимают места на полках магазинов. Они быстро кончаются, а новых не заказывают — некуда поставить. На полках много книг, ярких, интересных, новых. Человек сейчас должен сам быть своим мерчендайзером, он должен поставить себя на самое видное место. А я не хочу. Мне нужен мой маленький уголок с диваном, чаем и томиком Мишеля Уэльбека. Но и его я занимаю не по праву, а так, по недосмотру вселенной.

Я хотел бы когда-нибудь приехать в Трускавец. Но теперь это можно сделать только на танке.

📖 Ozon
📖 WB
📖 Читай город

Сегодня на литургии в Фомино воскресенье батюшка сказал: "История Фомы - это история всех нас. Почему Фома усомнился? Потому что увидел учеников, принесших весть о воскресении Спасителя, с прежними лицами. Вы только представьте! Спаситель уже воскрес, а лица его ближайших учеников остались без изменений. И как с такими лицами было поверить? Так и мы. Выходим из храма, а лица наши прежние. И дела наши прежние. Так что урок Фоме - это урок всём нам". Так сказал батюшка.

Потом я причастился. И словно тёплый кулак ударил в грудь. И слезы к глазам. Давно такого чувства не было.

Пусть Пасха продолжается всегда!

Дмитрий Филиппов, «Промка»

ВНИМАНИЕ: В тексте будут спойлеры.

Новый роман Дмитрия посвящён штурму авдеевской промзоны. Название, вроде бы, очевидное: люди воюют на промке, среди руин. Но в нём есть второй слой. Промка — это не просто территория. Промка здесь — главный герой повествования.

В книге есть несколько персонажей, названных по позывным — Спрут, Инженер, Гувер, Калина, Чиж… Есть и Вожак, альтер-эго самого Филиппова, который был главным героем предыдущего романа, «Собиратели тишины». Но он — просто есть, как и все остальные. Над всеми ними безраздельно властвует её величество Промка. А по-другому говоря — Смерть.

Разбитые ангары, улицы, цеха и редкие, относительно безопасные подвалы и прочие укрытия, между которыми можно перемещаться исключительно перебежками, складываются в единое пространство, которое обладает своей волей. Промка и Смерть тождественны: Её невозможно обмануть, Её можно только победить, как говорит Вожаку солдат с позывным Шаман перед тем, как погибнуть.

Первая часть романа посвящена боевой работе сапёрной роты. Они запускают по позициям хохлов «Змея Горыныча», готовят к запуску дроны, дистанционно минируют подходы к вражеским укрепам… В конце первой части от удара дрона погибает Калина, и во второй для его друга, Вожака, начинает повторяться один и тот же день. Я ещё не видел, чтобы подобным приёмом пользовались в такой ситуации. Вожак просыпается одним и тем же утром, когда они идут на выполнение одного и того же задания, после которого погиб Калина. Вожак знает это. Вожак помнит каждый шаг, каждый выстрел. И он начинает метаться, словно в невидимой клетке, пытаясь сломать ход событий, чтобы Калина не погиб. Но каждый «нестандартный» ход ведёт за собой ответную реакцию Смерти, и всё происходит так, как хочется Ей: она всё равно забирает своё. Потому что Смерть обмануть нельзя. Потому что это по прихоти Промки ты сегодня вернулся с задачи.

А заканчивается роман неожиданно: забрав жизнь одного, Смерть дарит её другому, и в этом, на первый взгляд, чувствуется несправедливость. Должно быть наоборот! Это неправильно! Но Смерть захотела вот так, и никак иначе.

Это тяжёлая книга, особенно есть знать, что Калина — не выдуманный персонаж, а вполне реальный погибший военнослужащий, товарищ Вожака. Мне не представить, каково Дмитрию было писать её. Это похоже на прощание с другом и окончательное принятие свершившегося факта.

Пожалуй, это лучший памятник, который можно было бы ему поставить.

#НикольскийПрочитал

Смотри наверх, на небеса отверстые,
На связи Бог,
с солдатскими невестами
о будущем толкует золотом,
нескором, очевидно, но зато
в любви и мире – божьи обещания,
Ну, а теперь историй нет печальнее,
чем эти,
недовенчанные сплошь,
 
На плач земной ответит вешний дождь
звонкоголосо и без промедления,
зальет проспект Героев,
площадь Ленина,
сквер Чкалова,
Почаинский бульвар,
Запишет Бог –
Андрей, Богдан, Захар,
Матвей и Святослав нижегородские,
И каждый люб, и каждый ему родственен,
и каждого желает он спасти,
 
Стихает дождь,
и плач рождает стих,
строку одну, слезами напоенную
покинутых невест, не ставших женами
пока еще,
но свой всему черед,
Смотреть наверх, но выступать вперед,
идти к любви,
дойти
и, глядя под ноги,
свои увидеть воинские подвиги...

Поговорили с Юрием Татаренко о литературе, о войне, о новом романе "Промка".

"Вообще, я не сторонник смаковать кровищу, грязь войны. Для меня принципиально писать художественный текст без мата. И наши великие предшественники, писавшие «лейтенантскую прозу», прекрасно обходились без использования обсценной лексики."

https://portal-kultura.ru/articles/person/376440-pisatel-dmitriy-filippov-mechtayu-ostatsya-zhivym-i-raduyus-kazhdomu-prozhitomu-dnyu/

О ТЁМНОМ ЛЕСЕ И ЧИЖИКАХ

– Анатолий Квашин (для портала "Ваши Новости") написал рецензию на новый роман Дмитрия Филиппова.

«Промка» – это не столько какая-то часть истории взятия Авдеевки, сколько история опыта (в том числе личного) экзистенциального столкновения с Небытием, со Смертью, как минимум единожды проявившейся во плоти. Что интересно, действие происходит на очень четко ограниченном участке земной поверхности, буквально «в трех соснах» (вернее, Осине, Сливе, Дубе и т. д.). Именно четким обозначением границы и открывается роман: «Промка начиналась с Локомотива». И вот эта принципиальная локализованность вкупе с тем, что данной территории приписывается некая своя, не-человеческая непостижимая Воля, и позволяет авторам аннотации сравнивать Промку с Зоной из «Сталкера» или «разумным океаном» Соляриса.

Однако, лично мне подобные сравнения кажутся не вполне корректными. Да, природа и происхождение Зоны или океана неясны и недоступны человеческому понимаю, они чужды ему, но они не являются неким злом априори. Воля Промки наоборот – однозначно враждебна человеку, это главное Зло, испокон веков знакомое человеку, это главный источник человеческого страха, на генетическом уровне заложенного в каждого из нас – страха смерти.

Поэтому, на мой взгляд, тут нам нужно обратиться уже к вечным образам. Промка – тот самый Темный лес, откуда придет Серенький Волчок и укусит за бочок. Правда, не волчки из него приходят, а более технологичные кошмары, но от этого только страшнее и внезапнее. Действительно – Темный лес, в котором Осины, Дубы, Сливы – лишь иллюзия безопасности. И лесной дух там пострашнее обычного лешака – сама Смерть, которую, в отличие от Лешего, нельзя обмануть, но лишь победить. Но как? Как можно победить Смерть, если не смертию смерть поправ? И в этом отношении символична гибель Калины, после которой «день сурка» у Вожака заканчивается. Но победил ли Калина? Или вырос еще одним деревом в этом страшном Темном лесу?

Читать дальше...

▪️WB
▪️Ozon
▪️Читай город
▪️book24

Захар Прилепин в интервью «ЛГ» рассказал о своём друге, боевом товарище, писателе Евгении Николаеве.
Евгений Николаев, позывной Гайдук, командир добровольческого отряда «Родня» героически погиб в марте этого года.
Его книга «Моя Новороссия» (издательство «КПД») вошла в лонг-лист премии «Литературной газеты» «Гипертекст».
В беседе с Натальей Курянской, собкором «ЛГ» в Донбассе, Захар Прилепин рассуждает об отражении темы СВО в современной литературе и кинематографе. О том, как связан военный опыт и мастерство художника, стоит ли ждать великих произведений искусства от нынешних участников боевых действий, делится впечатлениями о сериале «Ополченский романс», снятому по его книге.
 

КОРОТКИЙ ВРЕДНЫЙ СОВЕТ

Я считал и продолжаю считать, что писатель, плюнувший в лицо своей стране, своему народу, своим читателям, уехавший из России после 22 года, - не должен продолжать зарабатывать в нашей стране. Как минимум до момента публичного покаяния. Словом и делом. Это даже с человеческой точки зрения вызывает брезгливость: если ты плюнул в колодец, не надо из него пить. А Остер пусть и дальше пишет свои вредные советы. Желательно на латышском.

День рождения Владимира Ильича Ленина — это хороший повод вспомнить о том, что значит это имя для нас, современных жителей России.

Я сегодня принципиально не буду говорить о высоких материях философии и политического анализа. Ленин был не только политиком, но и блестящим философом, социологом, экономистом, историком и, конечно, выдающимся государственным деятелем. Но нам, простым людям, свойственно любого деятеля оценивать через призму личного. Что Ленин в моей жизни?

☆ Ленин — это 8-часовой рабочий день, утверждённый ленинским декретом. Мы как-то забыли, что в империи на фабриках и заводах с посменной работой самым распространённым был 12-часовой рабочий день. Иногда он был непрерывным. Поэтому часто день делился на две смены по шесть часов каждая (то есть шесть часов работы, шесть — отдыха, и снова шесть — работы). Вот пример рабочего графика суконных фабрик, самый распространённый в России: дневная смена работала 14 часов (с 4:30 утра до 20:00) с двумя перерывами (с 8:00 до 8:30 утра и с 12:30 до 13:30 дня). А ночная смена длилась «всего» 10 часов, но зато во время двух перерывов, положенных для рабочих дневной смены, те, что трудились в ночную, должны были просыпаться и становиться к машинам.

☆ Стабильная выплата зарплаты. Мы ворчим, что приходится жить «от получки до получки», но знаем ли мы, что фиксированная дата её выплаты тоже утверждена Лениным? В империи зарплату рабочий получал, как хозяин соизволит. Большую часть года денег у людей не было — и тогда в силу вступали знакомые нам теперь в эру капитализма не понаслышке своеобразные «микрокредиты»: фабричные магазины, где можно было брать продукты в долг под зарплату. Цены в этих магазинах были на 20–30 % выше, чем в городе, а качество товаров оставляло желать лучшего.

☆ Ленин — это социальное страхование. Советская власть начала свою деятельность по реформе социального страхования с Декларации Народного комиссара труда от 30 октября (12 ноября) 1917 г. о введении в России «полного социального страхования». Основные положения Декларации были следующие: распространение страхования на всех без исключения наёмных рабочих, а также на городскую и сельскую бедноту; распространение страхования на все виды потери трудоспособности (на случай болезни, увечья, инвалидности, старости, материнства, вдовства, сиротства, безработицы), возмещение полного заработка в случае утраты трудоспособности и безработицы. Такая щедрость появилась впервые в мире.

☆ Ленин — это бесплатное медицинское обеспечение всех граждан страны поголовно. Нужно ли добавлять, что до него здоровье было уделом состоятельных людей?

☆ Ленин — это оплачиваемый ежегодный отпуск, которого до него в природе не существовало ни у нас, ни в мире. Чтобы «подправить» здоровье или взять отпуск «по семейным обстоятельствам», приходилось «испрашивать» его за свой счёт. В России понятие «отпуск» вошло в трудовые отношения только после Октябрьской революции, став одним из прогрессивных её достижений. 14 июня 1918 г. Владимир Ленин подписал постановление «Об отпусках».

☆ Ленин — это всеобщее бесплатное образование. У большинства наших сограждан рабоче-крестьянское происхождение, и именно советская власть научила многих их предков читать и писать, а нам в наследство оставлена образовательная система от яслей до университетов.

☆ Ленин — это то, что мы сегодня называем социальными гарантиями: от декретных отпусков и пособий до диспансеризации и санаторно-курортного обеспечения. Список можно продолжать и продолжать...

Многие утверждённые Лениным социальные гарантии стали сами по себе той самой мировой революцией: они перешагнули границы Советской России, пересекли континенты и океаны, став реальностью во всемирном масштабе.

☆ И главное: Ленин — это единая, свободная и независимая Россия, которую он собрал заново после революционной волны и Гражданской войны, отстоял её в боях с интервентами и экономических войнах с Западом.

Вспомнив об этом, не надо говорить «спасибо» — лучшая признательность, это говорить о Ленине правду!


Если что ищите меня в дзен.

Прочитала "Промку". Это книга, которая оглушает. Несколько раз специально останавливалась, читая, чтобы перевести дух, притом, что от книги сложно оторваться. Ад страшнейших боев показан через ежедневную тяжелую работу военнослужащих.
Прочитав, проникаешься еще бо‌льшим сочувствием к нашим бойцам, лучше понимаешь, через что им приходится пройти, восхищаешься их стойкостью, силой духа, способностью преодолевать свой страх и обстоятельства. Книга каждого заденет за живое.

Очень хорошо, мастерски  прописаны характеры главных героев - бойцов - сапёров. Дмитрий с таким вниманием и братской искренней любовью, пишет о своих товарищах - Калине, Инженере, Спруте, Штурмане и других, рассказывая об их работе. Читая, переживаешь за каждого героя книги, тем более, когда знаешь автора и некоторых его друзей лично. И даже судьба Чижа, бойца, который не смог справиться со своим страхом, становится тебе не безразлична. Люди на войне показаны такими, какие они есть - со всеми своими достоинствами и недостатками, слабостями и сильными сторонами характеров. Читая, задаёшь себе вопрос, а как бы ты сам поступил в ситуациях, в которых оказываются бойцы, а смог бы ты преодолеть свой страх и выполнить задачу? Не покидает стойкое ощущение, что находишься на войне рядом с героями этой книги. Сердце сжимается...

Попытки Вожака изменить судьбу Калины и перехитрить Смерть не оставляют равнодушными. А вдруг у него получится? Но нет, - Промка все равно заберет свое. "Смерть нельзя обмануть, ее можно только победить". И достойно уходит на свое последнее задание Калина,  всё понимая, победив Смерть и подарив жизнь Вожаку.
Промка, не щадя никого, забирает лучших. "Никто не хочет умирать, но кто-то должен".
И, несмотря ни на что, бойцы продолжают свою работу.
Книгу невозможно читать без периодически подступающих слез... Но прочитать ее обязательно нужно, в том числе и подрастающим поколениям, чтобы понять, какой невероятно высокой ценой отвоевываются эти посёлки, города, деревни, лесополосы, военные дороги, как тяжело добывается военнослужащими будущая Победа.
Дмитрий создал литературный памятник своему товарищу Владимиру Калине и всем героям, отдавшим свои жизни в битве под Авдеевкой, и своим друзьям, продолжающим нести службу на СВО сегодня. Бесценная книга, написанная Мастером.
Покупайте, читайте, молитесь всем сердцем за наших мужчин и за автора - Дмитрия Филиппова. Помогайте им и ждите. И они обязательно победят.

Друзья! Премия "Гипертекст", проходящая под эгидой Литературной газеты, запустила у себя на сайте читательское голосование в номинациях ПРОЗА и ПОЭЗИЯ. В коротком списке много достойных авторов, включая вашего покорного слугу. Но я прошу отдать свой голос за книгу Евгения Николаева "Моя Новороссия". Вот нисколько не кокетничаю. Просто проголосуйте за Женю. Во-первых, это настоящая литература. А во-вторых... Во-вторых и так всё понятно. Всей своей жизнью и своим творчеством Гайдук заслужил эту награду. И это самое малое, что мы можем для него сделать.

https://lgz.ru/chitatelskoe-golosovanie/

Ну, вот и подошёл к концу короткий отпуск. Если дорога долгая - берите с собой хорошие книги! Читаю нового Захара. Как всегда, не оторваться. О впечатлениях чуть позже, после прочтения.