Неовикторианское искусство.
Работы Рона Пиппина (Ron Pippin)
"Мои работы часто являются соотношением Искусства, Науки и Природы. Я черпаю вдохновение в 19 веке, наука которого, как мне кажется, тесно связана с естественной природой"
Работы Рона Пиппина (Ron Pippin)
"Мои работы часто являются соотношением Искусства, Науки и Природы. Я черпаю вдохновение в 19 веке, наука которого, как мне кажется, тесно связана с естественной природой"
❤13👍9🔥7👏1
Не только смертельными обоями славен.
Художник и дизайнер Уильям Моррис основал в 1861 году знаменитое художественное объединение «Искусства и ремёсла», переросшее в серьёзное движение.
Основным его принципом было возрождение художественного ремесла в его средневековом понимании, производство вещей вручную небольшими товариществами художников-мастеров с применением старинных методов и использованием истинно английских материалов.
Славу ему принесли массивные и эффектные вещи, вдохновлённые французской и английской средневековой мебелью, украшенные железными накладками, расписанные Данте Габриэлем Россетти и другими художниками-прерафаэлитами, входившими в объединение Морриса. Исследовалась не только историческая, но и традиционная, народная мебель, в которой средневековье сохранялось на генетическом уровне. Цель — достижение простоты, удобства и низкой цены (последнее плохо получалось).
Фирма «Morris & Co» просуществовала до 1940 года и в общем придерживалась изначальных идеалистических принципов.
Художник и дизайнер Уильям Моррис основал в 1861 году знаменитое художественное объединение «Искусства и ремёсла», переросшее в серьёзное движение.
Основным его принципом было возрождение художественного ремесла в его средневековом понимании, производство вещей вручную небольшими товариществами художников-мастеров с применением старинных методов и использованием истинно английских материалов.
Славу ему принесли массивные и эффектные вещи, вдохновлённые французской и английской средневековой мебелью, украшенные железными накладками, расписанные Данте Габриэлем Россетти и другими художниками-прерафаэлитами, входившими в объединение Морриса. Исследовалась не только историческая, но и традиционная, народная мебель, в которой средневековье сохранялось на генетическом уровне. Цель — достижение простоты, удобства и низкой цены (последнее плохо получалось).
Фирма «Morris & Co» просуществовала до 1940 года и в общем придерживалась изначальных идеалистических принципов.
❤11🔥9👍5🥰2
Когда говорят «викторианская литература», то большинство людей сразу вспоминают всяких Диккенсов-Бронте, что как бы говорит о некотором стериотипном отношении к данной сфере. И, вы не поверите, многие даже удивляются, когда им напоминаешь о том, что «Маугли» и «Остров сокровищ» — это тоже викторианская литература.
Британские колонии располагались по всему миру, и это отразилось в литературе, где часто описывались экзотические места и встреча с другими культурами. Повестка того времени отражала идеологию империи и, что греха таить, служила пропагандой колониализма.
Термин «колониальный дискурс», ввёл в научный оборот Эдвард Саид в наше время, и трактовался он им как объективированный образ колониального мира, представлявшийся европейцу эпохи колониализма не только «другим», но и «чуждым» (об этом можно почитать более подробно в заметке о вампирах). Однако, в процессе литературной истории 19 века колониальный дискурс претерпевает ряд существенных изменений, в связи с чем его содержание не может быть сведено к характеристикам, предложенным Саидом.
В 1856 году Диккенс назовёт это свойство национального сознания «островизмом» и прокомментирует его следующим образом:
«Почти во всем мире можно наблюдать стремление, вполне, впрочем, похвальное, считать свою страну превыше всякой другой страны, свои обычаи – выше обычаев, принятых в других странах, и тщеславиться своим отечеством… Мы, англичане, - в силу нашего географического положения островитян … особенно подвержены опасности впадать в привычки, которые мы для удобства назовем «островизмами».
Британские колонии располагались по всему миру, и это отразилось в литературе, где часто описывались экзотические места и встреча с другими культурами. Повестка того времени отражала идеологию империи и, что греха таить, служила пропагандой колониализма.
Термин «колониальный дискурс», ввёл в научный оборот Эдвард Саид в наше время, и трактовался он им как объективированный образ колониального мира, представлявшийся европейцу эпохи колониализма не только «другим», но и «чуждым» (об этом можно почитать более подробно в заметке о вампирах). Однако, в процессе литературной истории 19 века колониальный дискурс претерпевает ряд существенных изменений, в связи с чем его содержание не может быть сведено к характеристикам, предложенным Саидом.
В 1856 году Диккенс назовёт это свойство национального сознания «островизмом» и прокомментирует его следующим образом:
«Почти во всем мире можно наблюдать стремление, вполне, впрочем, похвальное, считать свою страну превыше всякой другой страны, свои обычаи – выше обычаев, принятых в других странах, и тщеславиться своим отечеством… Мы, англичане, - в силу нашего географического положения островитян … особенно подвержены опасности впадать в привычки, которые мы для удобства назовем «островизмами».
🔥10👍8👏3❤1
Неоготика #1
#viklepexa_neogothik
Когда говорят о неоготике, то зачастую речь идет об архитектуре. Но в нашем сериале речь пойдет не только о ней.
Мастера стремились к воспроизведению исторических стилей, привнося в исполнение современные техники. И такая тяга к былым временам вполне понятна. Это сейчас всё плохо, неказисто и безнравственно, а вот раньше…
И если вы думаете, что неоготика и все её произведения создавались «токмо красоты ради», я спешу вас уверить, это не так. Жёсткая политика и активная пропаганда лежали в основе этого движения. Собственно, как и любого другого. А ещё, попытка передела некоторых экономических сфер, фанатизм и величайшие достижения мастеров всех направлений искусства. Словом, всё то, за что мы так любим 19 век.
А началось всё довольно мило, за сто лет до викторианской эпохи. Писатель Хорас Уоппол, поклонник готической эпохи, стилизовал в 1748 году своё жилище в поместье недалеко от Лондона под древний средневековый замок. Такой был чудак.
В 1747 г. Уолпол купил имение на берегу Темзы, около города Туикнам, под Лондоном и стал его перестраивать, назвав свою усадьбу Strawberry Hill ("Земляничный холм"). Строительство шло до 1770 г.
Писатель не стал заморачиваться строгим стилем и сотворил некий «косплей» на средневековье. Например, двери напоминали порталы соборов, а комнаты были похожи средневековые гробницы (в галерее резьба на потолке повторяла рисунки, создававшиеся в надгробных часовнях, а прототипом камина послужила гробница Вестминстерского аббатства).
Однако, и сам писатель, описывая свое жилище, подчеркивал сознательное использование самых разных приемов и элементов готики в фасадах и интерьерах, и при этом не возвращаться к быту тех времен, оставляя для себя возможность жить в комфортном пространстве. И он бы очень удивился, если бы ему рассказали, к каким последствиям приведут его архитектурные чудачества.
Продолжение следует...
#viklepexa_neogothik
Когда говорят о неоготике, то зачастую речь идет об архитектуре. Но в нашем сериале речь пойдет не только о ней.
Мастера стремились к воспроизведению исторических стилей, привнося в исполнение современные техники. И такая тяга к былым временам вполне понятна. Это сейчас всё плохо, неказисто и безнравственно, а вот раньше…
И если вы думаете, что неоготика и все её произведения создавались «токмо красоты ради», я спешу вас уверить, это не так. Жёсткая политика и активная пропаганда лежали в основе этого движения. Собственно, как и любого другого. А ещё, попытка передела некоторых экономических сфер, фанатизм и величайшие достижения мастеров всех направлений искусства. Словом, всё то, за что мы так любим 19 век.
А началось всё довольно мило, за сто лет до викторианской эпохи. Писатель Хорас Уоппол, поклонник готической эпохи, стилизовал в 1748 году своё жилище в поместье недалеко от Лондона под древний средневековый замок. Такой был чудак.
В 1747 г. Уолпол купил имение на берегу Темзы, около города Туикнам, под Лондоном и стал его перестраивать, назвав свою усадьбу Strawberry Hill ("Земляничный холм"). Строительство шло до 1770 г.
Писатель не стал заморачиваться строгим стилем и сотворил некий «косплей» на средневековье. Например, двери напоминали порталы соборов, а комнаты были похожи средневековые гробницы (в галерее резьба на потолке повторяла рисунки, создававшиеся в надгробных часовнях, а прототипом камина послужила гробница Вестминстерского аббатства).
Однако, и сам писатель, описывая свое жилище, подчеркивал сознательное использование самых разных приемов и элементов готики в фасадах и интерьерах, и при этом не возвращаться к быту тех времен, оставляя для себя возможность жить в комфортном пространстве. И он бы очень удивился, если бы ему рассказали, к каким последствиям приведут его архитектурные чудачества.
Продолжение следует...
👍15🔥10❤4😁2
Продолжая разговор о викторианских чайных традициях, хочется упомянуть еще один интересный факт. Если вы подаете чай с молоком, то в кружку следует первым налить именно молоко, а уже в него добавлять чай. Почему так?
Причины этому всего две.
Во-первых, это позволяло скрыть качество заварки, которая могла быть «спитой» (то есть использованной по второму, а то и по третьему разу). Те, кто был богаче бедных и беднее богатых, часто пил «weak tea» (слабый чай). Кстати, и молоко нередко продавалось разбавленным и подкрашенным в легкую желтизну, чтобы создавать иллюзию жирности.
Во-вторых, в домах, где могли себе позволить не экономить на чае и молоке, этот напиток подавался в чашках тончайшего фарфора, и для того, чтобы посуда не лопалась от горячего чая, сначала наливали молоко, а потом уже чай.
Картина - Уильям Пэкстон, "Чаепитие"
Причины этому всего две.
Во-первых, это позволяло скрыть качество заварки, которая могла быть «спитой» (то есть использованной по второму, а то и по третьему разу). Те, кто был богаче бедных и беднее богатых, часто пил «weak tea» (слабый чай). Кстати, и молоко нередко продавалось разбавленным и подкрашенным в легкую желтизну, чтобы создавать иллюзию жирности.
Во-вторых, в домах, где могли себе позволить не экономить на чае и молоке, этот напиток подавался в чашках тончайшего фарфора, и для того, чтобы посуда не лопалась от горячего чая, сначала наливали молоко, а потом уже чай.
Картина - Уильям Пэкстон, "Чаепитие"
👍20❤10🔥8