1️⃣/4️⃣

Зарисовка:

«Чаевые не хотите?»

***

Антон лежал в кровати, уставившись в потолок. В голове всё ещё гуляли ошмётки вчерашнего вечера: как Окс хлопала его по плечу, как Макс рассказывал про станок вверх ногами, как Саша сказал «спасибо, что появился». Он перебирал эти моменты, как чётки, и на губах сама собой расползалась дурацкая улыбка.

— Ты не спишь? — раздался сонный голос Арсения из темноты.

— Нет. Перевариваю.

— Переваривай завтра. Сейчас спи.

— Не могу. У меня голова гудит от счастья.

Мужчина придвинулся ближе, обнял, уткнулся носом в шею.

— Привыкай, — пробормотал он, уже проваливаясь в сон. — Теперь это твоя норма.

— Какая норма? Счастье?

— М-м-м... Да. Ты заслужил.

Парень хотел сказать что-то колкое, но вместо этого просто выдохнул и закрыл глаза. И уснул — с улыбкой, и рядом с Поповым. Он никогда не чувствовал тревогу, как было раньше в одиночестве, рядом с ним...

...Проснулся он от запаха. Не от кофе. От чего-то более сложного, масляного, с хрустом. Шастун приоткрыл один глаз и чуть не подавился воздухом. Арсений стоял у плиты в одних спортивных штанах, без футболки, и сосредоточенно водил лопаткой по сковороде.

— Ты чего готовишь? — спросил Антон, натягивая одеяло до подбородка и стараясь не пялиться слишком откровенно на голую спину усыпанную родинками.

— Завтрак, — ответил тот, не оборачиваясь. — Я решил, что нам нужно что-то новое. Что-то наше.

Парень поднялся, натянул первую попавшуюся футболку и подошёл к плите. На сковороде шипела картошка, рядом стояла тарелка с нарезанными овощами — ровненькими кубиками, будто по линейке, — а в духовке запекалось что-то, от чего шёл пар.

— Ты что, решил стать шеф-поваром?

— Нет, — мужчина повернулся, держа лопатку на весу. — Я решил, что мы будем готовить вместе. Не фастфуд, не гречка по отдельности, а то, что получится из нас двоих.

Шастун замер. И вдруг понял, что Попов прав.

Они действительно жили в двух разных вселенных: Антон — в бургерах и энергетиках, Арсений — в гречке и правильных ужинах. И никогда не пытались даже смешивали это.

— Давай, — сказал парень. — Что я должен делать?

— Режь овощи, — мужчина кивнул на доску. — Только аккуратно. Я не хочу, чтобы ты потерял палец. Мне он ещё пригодится.

— Для чего?

— Для того чтобы набирать мне сообщения. И обнимать меня. И гладить по голове, когда я буду старым и сварливым.

— Ты уже старый и сварливый, — усмехнулся Шастун, но нож взял.

Они резали, жарили, мешали, ругались из-за соли так громко, что, наверное, соседи за стенкой начали подозревать семейную драму, и смеялись, когда Антон уронил луковицу на пол. Попов поднял её, вытер о фартук и изрёк с королевским достоинством:

— Всё равно будет вкусно, потому что мы вместе.

Через час на столе стояло нечто. Не бургер или гречка. Это было нечто среднее: картофельные дольки с травами, запечённая курица с овощами, салат из помидоров и огурцов, и — сюрприз — на отдельной тарелке лежали два бургера. Маленьких, домашних, с соусом, который Арсений, как выяснилось, сделал сам.

— Это что? — парень уставился на бургеры с таким видом, будто перед ним материализовался НЛО.

— Это твой мир, — сказал мужчина, чуть смущаясь, но стараясь держать марку. — В моём исполнении. Я хотел, чтобы ты почувствовал себя как дома. И чтобы я был частью этого дома.

Шастун сел за стол. Взял бургер. Откусил. Мясо было сочным, соус — чуть сладковатым, хлеб — мягким. И рядом — курица, картошка, салат.

Всё вместе. Как они.

— Это лучший завтрак в моей жизни, — сказал Антон с набитым ртом, не особо заботясь о приличиях.

— Потому что в нём есть я?

— Потому что в нём есть мы.

Попов улыбнулся — той самой улыбкой, тёплой и немного уставшей, — сел напротив, и они ели молча. Но это молчание было полным. Полным понимания, принятия, любви. И, кажется, даже гречка на тарелке парня выглядела менее подозрительно, чем обычно.

После завтрака они мыли посуду. Шастун стоял у раковины, Арсений вытирал тарелки, и в какой-то момент Антон выключил воду и замер.

— Слушай, — заговорил он. — А давай придумаем традицию?

— Какую?

⬇️⬇️⬇️

2️⃣/4️⃣

— Мы будем готовить вместе. Каждую субботу. Не фастфуд, не гречку, не ресторан, а вот это. Наше.

— Наше блюдо?

— Наш вечер, — поправил парень. — Мы решаем, что будем готовить. Я режу овощи, ты жаришь мясо, и мы это едим. Вместе. Без телефонов и работы. Только мы.

Мужчина поставил тарелку, посмотрел на Шастуна. Долго, серьёзно, с прищуром.

— Ты понимаешь, что ты только что предложил? — спросил он.

— Что?

— Ты предложил создать традицию. Нашу. Это не просто готовка. Это целый ритуал. Это то, что держит людей вместе.

Антон замялся, почесал затылок и покраснел.

— Я просто хотел, чтобы мы проводили время не у ноутбуков.

— Это и есть самое важное, — Попов подошёл, взял его за руки, мокрые от воды, и притянул к себе. — Ты создаёшь нашу историю. Каждую субботу — новая страница, и я хочу быть на каждой из них.

— Договорились, — сказал тот, чувствуя, как внутри опять разливается то самое дурацкое тепло.

— Договорились, — ответил Арсений.

И они поцеловались. Коротко, но так, как будто заключали сделку на всю жизнь.

В следующую субботу они готовили пиццу. Парень раскатывал тесто — криво, но старательно, с высунутым от усердия языком, — мужчина нарезал пепперони и помидоры. Они спорили, сколько сыра должно быть, и в итоге положили в два раза больше, чем надо.

— Перебор, — сказал Шастун, глядя на растёкшийся по противню сыр, который пытался сбежать от них на свободу.

— Так вкуснее, — флегматично ответил Попов, засовывая противень в духовку.

Пицца получилась идеальной. Хрустящее тесто, тягучий сыр, аромат трав. Они ели её на полу, перед телевизором, который не работал, потому что Антон забыл подключить приставку. Но им было всё равно. Они просто сидели рядом, жевали пиццу и молчали. И это молчание снова было тем самым.

— Ты знаешь, — сказал парень, доедая последний кусок и облизывая палец, — я раньше думал, что счастье — это когда заказываешь бургер и никто не мешает тебе его есть.

— А теперь?

— Теперь я знаю, что счастье — это когда ты готовишь пиццу с кем-то, кто мешает тебе её есть, потому что постоянно лезет целоваться.

— Это я постоянно лезу? — возмутился Арсений, но в голосе его слышалась откровенная усмешка.

— Ты, — Шастун усмехнулся. — И мне это чертовски нравится.

Мужчина потянулся к нему, поцеловал в висок, в щёку, в уголок губ. Антон не сопротивлялся. Он просто сидел и чувствовал, как внутри разливается тепло. Не от пиццы.

От него.

На третью субботу они устроили соревнование. Каждый готовил своё блюдо, но с одним условием: в нём должен быть ингредиент другого. Парень готовил бургер, но добавил в него гречку. Мужчина — гречку с курицей, но положил сверху кусочек жареного картофеля, как в фастфуде.

— Это странно, — медленно сказал Шастун, с подозрением разглядывая своё творение.

— Это гениально, — парировал Арсений. — Мы смешиваем миры.

Они попробовали. Бургер с гречкой оказался... съедобным. Даже вкусным. Гречка придавала ему домашнюю уютность, а курица Попова с картошкой — сочность и хруст.

— Мы изобрели новое блюдо, — объявил Антон. — Надо запатентовать.

— Надо просто готовить его каждую субботу, — поправил Арсений. — И никому не говорить.

— Почему?

— Потому что это только наше. Никто не поймёт, как гречка может быть в бургере. Это нужно пережить.

Парень рассмеялся. Громко, искренне, с нотками счастья, которых он никогда не слышал в себе раньше, до знакомства с мужчиной.

Они сидели за столом, доедали свои кулинарные эксперименты, и Шастун понял: он больше не хочет фастфуд. Не потому что он стал плохим, а потому что у него есть кое-что лучше. Еда, которую он готовит вместе с Поповым. Разговоры, которые он ведёт с ним. Тишина, которую они делят вдвоём.

— Арсений, — прошептал он.

— М-м-м?

— Я хочу, чтобы так было всегда.

— Так и будет, — тихо ответил Арсений. — Обещаю.

Он протянул руку через стол. Антон взял её. И они сидели так — с переплетёнными пальцами, с остатками бургера и гречки на тарелках, с полным пониманием того, что это — их новая традиция.

Их ритуал.

Их жизнь.

⬇️⬇️⬇️

3️⃣/4️⃣

***

Они доели ужин. Помыли посуду — мужчина мыл, парень вытирал, и они то и дело толкались локтями, потому что кухня у Попова была маленькая, а места для двоих там откровенно не хватало.

— Ты специально встаёшь прямо перед раковиной? — проворчал Шастун, пытаясь дотянуться до тарелки, которую Арсений держал в руках.

— А ты специально дышишь мне в затылок, пока я мою? — буркнул мужчина, не оборачиваясь.

— Это называется «я помогаю».

— Это называется «ты мешаешь», но я всё равно люблю тебя за это.

Антон фыркнул, но улыбнулся. Взял у него из рук тарелку, вытер, поставил в шкаф. Потом ещё одну. А потом они просто закончили и стояли в этой крошечной кухне, глядя друг на друга, и было тихо.

— Что теперь? — спросил парень, вытирая руки о джинсы.

— Ну... — Попов задумался, оглянулся на комнату. — Я хочу на диван. И чтобы ты был рядом и никто не трогал нас хотя бы час.

— А сериал?

— А сериал включим для фона, — Арсений пожал плечами. — Всё равно никто из нас не смотрит.

Они перебрались на диван. Шастун плюхнулся первым, мужчина устроился рядом, потом подвинулся ближе, потом ещё ближе, пока не прижался плечом к плечу. На экране что-то говорили, кто-то бегал, камера тряслась, но Антон не понимал, что там происходит, потому что смотрел на пальцы Попова, которые лежали у него на колене и иногда постукивали в такт чему-то невидимому.

— У тебя руки холодные, — пробормотал парень.

— У тебя всегда руки горячие, — ответил Арсений. — Мы идеально подходим друг другу.

— Это называется «разная температура тела», а не «идеально подходим».

— А я называю это идеально подходим, — мужчина перевернул ладонь, взял его за руку, переплёл пальцы. — Иди сюда.

Шастун не стал спорить. Он просто откинулся на спинку дивана, прикрыл глаза, чувствуя, как Попов перебирает его пальцы. Где-то в телевизоре что-то взорвалось, кто-то закричал, но Антону было плевать. Он чувствовал тепло чужой руки, слышал ровное дыхание Арсения и вдруг понял: он не хочет, чтобы этот вечер заканчивался.

Вообще.

— Арс, — опять прошептал он.

— М?

— Я раньше как-то не думал об этом, но... это же целая жизнь, да? Вот так — сидеть на диване, смотреть глупый сериал, чтобы просто быть рядом.

— Ну да, — мужчина кивнул. — Это и есть жизнь. Не работа, соцсети или вечные дела, а вот это.

— Я раньше думал, что это скучно, — откровенно признался парень. — Что люди, которые так живут, просто не умеют иначе. А сейчас я понимаю, что они просто нашли правильного человека.

Попов усмехнулся, чуть сжал его руку.

— Ты что, только сейчас это осознал? Я-то понял это где-то в первый день, как ты уронил луковицу и начал материться.

— Я не матерился.

— Ты очень громко матерился, — улыбнулся Арсений. — И это было прекрасно.

Шастун хотел возмутиться, но не смог — улыбка сама полезла на лицо. Он посмотрел на мужчину: тот лежал рядом, в старом растянутом свитере, с лёгкой щетиной, с пятном от томатного соуса на рукаве, и выглядел таким живым, таким... просто человеком. Точнее его человеком.

— Ты знаешь, — сказал Антон, глядя в потолок, — я ведь никогда не думал, что смогу быть с кем-то вот так. Просто сидеть, молчать и не делать ничего важного.

— Это и есть самое важное, — ответил тот.

— Да, наверное.

Телевизор работал, в кадре что-то происходило, но никто из них не смотрел. Попов лениво гладил его по руке, иногда подносил её к губам, целовал в запястье, и парень чувствовал, как по коже бегут сотни мурашок.

— Слушай, — снова обратился Шастун, повернув голову к Арсению. — Я ведь привык быть один. Думал, что это нормально, что так проще. Что никто не подведёт, если никого нет.

— А теперь?

— А теперь я не хочу быть один, — признался Антон, и в голосе его не было стеснения. Просто усталая правда. — Не хочу возвращаться в пустую квартиру. Не хочу заказывать бургер в два часа ночи. Не хочу, чтобы меня никто не ждал.

⬇️⬇️⬇️

4️⃣/4️⃣

Мужчина приподнялся на локте, посмотрел на него сверху.

— Ты хочешь, чтобы я тебя ждал? — спросил он шёпотом.

— Хочу, — ответил парень. — Да. Хочу.

Попов улыбнулся — не широко, не ярко, а так, по-своему, по-домашнему, и наклонился, поцеловал его в висок. Долго, мягко.

— Я буду ждать, — произнёс он. — И не только ждать. Я буду готовить ужин, ругаться на твой лук, включать этот дурацкий сериал, который никто из нас не смотрит. Я буду здесь, пока ты хочешь.

— А если я захочу всегда?

Арсений замер, отстранился, посмотрел в глаза. В комнате было тихо — только телевизор бубнил что-то про политику.

— Тогда я буду всегда, — заключил он.

И Шастун окончательно понял: жизнь без фастфуда возможна. Жизнь без энергетиков возможна. Жизнь без одиночества возможна.

Просто нужно найти того, с кем ты готов готовить гречку в бургере. И кто готов есть её вместе с тобой.

Он притянул мужчину к себе, обнял, уткнулся носом в его волосы, и они так и сидели — сбитые в кучу, в старой одежде, под заставку сериала, которая уже крутилась в десятый раз.

И Антон подумал: хорошо. Вот так — хо-ро-шо.

***

1️⃣2️⃣💛1️⃣5️⃣!!
— Блин, я только что поняла, что эта история скоро закончится, так не хочется с ней расставаться, в принципе, как со всеми работами бывает. Спасибо вам за ваш активчик, люблю 🥹🥹🥹
— Сладких снов, котята!! ❤️‍🩹🫂

◀️ Предыдущая часть) 🫂
▶️ Следующая часть!! ❤️‍🩹

#зарисовочкиПоповаиШаста

БОЖЕ МОЙ, Я ТАК СЧАСТЛИВА ЗА НИХ, АААААА 🥹🥹❤️‍🩹

Зарисовка:

«Не ем, но это не мешает мне радоваться, что ты её поймал.»

***

Лето выдалось тёплым, безветренным. Машина медленно катилась по просёлочной дороге, пока по обе стороны мелькали поля, редкие деревья и высокие травы, лениво покачивавшиеся под едва ощутимым ветерком. В салоне играла тихая музыка, смешиваясь с ровным гулом двигателя.

— Напомни, зачем я вообще согласился? — лениво спросил Арсений, не отрывая взгляда от окна.

Антон, сидевший за рулём, бросил на него короткий взгляд и усмехнулся.

— Потому что я попросил.

Мужчина тихо хмыкнул.

— Нет. Потому что ты умеешь делать такие глаза, что отказать невозможно.

Парень довольно улыбнулся.

— Вот видишь. Значит, всё честно.

— Вообще-то рыбалку я не люблю, — продолжил Попов, удобнее устраиваясь на сиденье. — Мне прошлого раза с Егором и ребятами хватило, больше месяца назад.

— Да ты там почти ничего и не делал.

Тот повернулся к нему, приподняв бровь.

— Именно поэтому и не хочу повторять.

Шастун тихо рассмеялся, а Арсений только фыркнул, сложив руки на груди.

***

Озеро встретило их почти полной тишиной. Только стрекот кузнечиков, шелест камышей и редкие всплески воды нарушали спокойствие. От воды тянуло приятной прохладой, а солнце ещё высоко висело над деревьями.

Антон быстро разложил снасти, привычными движениями проверил леску и наживку.

— Всё, — сказал он, выпрямляясь. — Теперь главное — терпение.

Мужчина опустился на складной стул рядом и сразу вытянул ноги.

— Оно у тебя есть. У меня — нет.

Пока парень внимательно следил за поплавком, Попов рассказывал всё подряд: смешную историю со съёмок, спор с другом, какую музыку недавно нашёл и почему сегодняшние облака напоминают сахарную вату.

Шастун время от времени кивал, улыбался или тихо смеялся, не сводя глаз с воды.

Через несколько минут Арсений подозрительно посмотрел на него.

— Ты вообще меня слушаешь?

— Конечно, — спокойно ответил Антон.

— Тогда что я сказал пять секунд назад?

Парень улыбнулся краешком губ.

— Что если бы ты был птицей, то точно оказался бы очень разговорчивой сорокой.

Мужчина удивлённо замолчал, а потом тихо рассмеялся.

— Ладно... слушаешь.

Они переглянулись и одновременно засмеялись.

***

Лишь ближе к вечеру поплавок резко ушёл под воду.

— Есть! — оживился Шастун.

Он быстро подсёк удочку, и через несколько секунд в руках уже бился небольшой полосатый окунь.

— Красавец, — с довольной улыбкой сказал он.

Попов подошёл ближе, внимательно рассматривая рыбу.

— Симпатичный... Но всё равно есть его не буду.

Антон аккуратно положил улов в пакет.

— А тебе никто и не предлагает.

— Вот и договорились.

***

Пока парень собирал снасти, Арсений уже возился возле мангала. Уголь приятно потрескивал, а запах жарящегося мяса быстро разнёсся по берегу.

— Ну всё, — довольно сказал мужчина, снимая шампуры. — Можно есть.

Они устроились в деревянной беседке. Вечернее солнце мягко золотило деревья, вода переливалась оранжевыми бликами, а воздух пах дымом, травой и тёплым летом.

Шастун попробовал кусочек шашлыка и довольно прикрыл глаза.

— Арс...

— М? — поднял голову Попов.

— Это очень вкусно.

Арсений улыбнулся чуть шире.

— Спасибо.

Потом он кивнул в сторону пакета с рыбой.

— И тебя поздравляю.

— С чем? — не понял Антон.

— С уловом.

Тот засмеялся.

— Ты же рыбу не ешь.

— Не ем, но это не мешает мне радоваться, что ты её поймал.

Парень посмотрел на него с тёплой улыбкой.

— Спасибо.

***

Они ещё долго сидели, разговаривая обо всём и ни о чём. В какой-то момент мужчина повернулся к нему боком, продолжая рассказывать очередную историю и активно жестикулируя.

Шастун вдруг перестал слушать.

— Что? — заметив его взгляд, спросил Попов.

Антон слегка ухмыльнулся.

— Не двигайся.

— Почему?

Он осторожно придвинулся ближе.

⬇️⬇️⬇️

На правой руке Арсения, чуть ниже плеча, там, где короткий рукав чёрной футболки открывал кожу, россыпью располагались маленькие родинки. Несколько из них складывались в аккуратное маленькое сердечко.

Парень невольно улыбнулся ещё теплее.

— Арсень.

— Что такое? — тихо спросил тот.

— У тебя здесь сердце.

— Что? Где?

Шастун очень осторожно коснулся кончиками пальцев его руки, показывая на маленький рисунок из родинок.

— Вот здесь.

Мужчина опустил взгляд и тихо усмехнулся.

— Никогда не замечал.

Антон, всё ещё усмехаясь, наклонился и оставил на этом месте лёгкий, почти невесомый поцелуй.

Потом ещё один.

Совсем короткий.

Попов едва слышно выдохнул.

— Ты что... сейчас серьёзно?..

— Очень серьёзно.

Несколько секунд они просто молча смотрели друг на друга.

Арсений улыбнулся так тепло, что парень не смог отвести взгляд.

— Иди сюда, — тихо сказал он.

Он осторожно притянул Шастуна ближе и, едва коснувшись его губ, оставил короткий, почти невесомый поцелуй. Отстранился всего на пару сантиметров, посмотрел ему в глаза и снова поцеловал — уже чуть дольше, мягче, неспешно.

Антон тихо улыбнулся прямо в поцелуй, а мужчина не удержался и, улыбнувшись в ответ, коснулся губами уголка его рта. Затем легко поцеловал в щёку, задержался на мгновение, провёл кончиком носа по его скуле и оставил ещё один поцелуй — уже на носу. Следом — в лоб, нежно, словно стараясь запомнить этот момент.

— Арсе-ень... — тихо рассмеялся парень.

— Молчи, — с улыбкой прошептал Попов.

Он снова вернулся к его губам, медленно целуя их ещё раз, а затем ещё. Шастун счастливо улыбался между поцелуями, крепче обнимая Арсения за талию и совсем не думая о времени. Когда они наконец немного отстранились, мужчина молча притянул его к себе, крепко обняв. Антон сразу устроился удобнее, положив голову ему на голову, а Попов ласково прижался щекой к его груди.

Несколько минут они просто сидели в тишине, слегка покачиваясь в объятиях друг друга, пока солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая озеро в тёплые золотисто-розовые оттенки.

— Не хочу домой, — почти шёпотом признался парень.

Арсений, не отпуская его, тихо улыбнулся.

— Я тоже.

— Давай останемся здесь ещё немного.

Мужчина уткнулся носом в его шею и прикрыл глаза.

— Давай.

Вокруг становилось всё тише. Озеро лениво шумело у берега, где-то вдалеке перекликались птицы, а вечерний воздух постепенно становился прохладнее.

Но им совсем не хотелось уезжать.

Хотелось ещё немного посидеть рядом, смотреть на закат, чувствовать запах костра и просто наслаждаться тем, что этот тихий летний вечер они проводят вместе.

***

1/1!!
— Хочу сразу сказать, что рыбалку с ребятами на твиче я не смотрела. В этой зарисовке я опиралась только на то, что Арсений не любит рыбу, и, конечно, на свою фантазию))
Надеюсь, вам понравилось читать эту работу, люблю вас 🫂❤️‍🩹
— А я теперь и сама хочу на рыбалку. 😋😋😋

— Частично это была идея от подписчицы — именно про родинки она подсказала. Я бы сама даже не заметила, что у Арсения родинки на руке расположены в форме сердца 🥹

#зарисовочкиПоповаиШаста

Зарисовка:

«Арсень, я тебе столько рассказывал про этого Паука, что тебе уже самому должно быть интересно.»

***

— Арсений, ну пожалуйста! — Антон уже минут десять ходил за ним по квартире, не переставая уговаривать. Он сложил ладони вместе и посмотрел самым жалобным взглядом, на который только был способен. — Один вечер и фильм. И всё.

— Шастун, — мужчина поставил кружку на стол и повернулся к нему. — Ты понимаешь, что ты уже полчаса говоришь только о Человеке пауке?

— Потому что он этого заслуживает!

Попов молча окинул его взглядом.

Красная футболка с огромным принтом Человека паука.

Кулон с маской супергероя.

Даже чехол телефона был красно-синим.

— Ты случайно не собираешься сниматься в рекламе Marvel?

Парень опустил глаза на свою одежду и широко улыбнулся.

— Просто решил соответствовать атмосфере.

— Скорее, ты решил стать её частью.

Шастун тихо рассмеялся и подошёл ближе.

— Арсень, я тебе столько рассказывал про этого Паука, что тебе уже самому должно быть интересно.

Арсений закатил глаза, хотя улыбку скрыть уже не смог.

— Вот именно. Ты мне так прожужжал все уши, что теперь действительно хочется узнать, что же там такого.

Антон радостно хлопнул в ладоши.

— Значит, идём?

— Идём, пока ты не начал рассказывать сюжет прямо сейчас.

***

Перед входом в кинотеатр мужчина снова посмотрел на парня и усмехнулся.

— Всё-таки ты серьёзно пришёл в этой футболке.

— Конечно! Это традиция.

— У тебя есть традиция наряжаться под каждого любимого героя?

— Пока только под Человека-паука.

Попов лишь покачал головой и, улыбнувшись, переплёл их пальцы.

— Пойдём, фанат.

***

Как только начался фильм, Шастун буквально замер, не сводя глаз с экрана.

Иногда он едва слышно смеялся, иногда сжимал руку Арсения, а в напряжённые моменты вообще переставал дышать.

Мужчина сначала больше наблюдал за ним, чем за происходящим. Ему было забавно видеть, с каким восторгом Антон реагирует буквально на каждую сцену.

Но постепенно сюжет затянул и его самого.

Он уже не замечал времени, внимательно следя за событиями на экране.

***

Когда фильм закончился, в зале повисла тишина.

На экране появились титры.

Парень быстро снял очки и незаметно вытер уголок глаза.

Попов повернулся к нему.

— Ты плачешь?

— Нет... — тихо пробормотал Шастун, но предательски шмыгнул носом.

Арсений улыбнулся.

— Значит, это просто фильм оказался слишком хорошим?

— Очень... Я вообще не думал, что финал будет таким.

— Если честно, я тоже, — признался тот. — Ты столько рассказывал про Человека-паука, но к такому меня жизнь не готовила.

***

Большинство зрителей уже вышли из зала.

Мужчина поднялся с кресла.

— Ну что, пойдём?

Антон тут же схватил его за руку.

— Сядь.

— Зачем?

— После титров будет сцена.

— Ты уверен?

— На сто процентов.

Попов тихо усмехнулся и снова сел рядом.

— Ладно. Верю главному фанату.

В зале стало совсем пусто.

На огромном экране медленно сменялись имена создателей фильма.

Арсений повернул голову к парню.

Тот всё ещё смотрел на экран с таким сосредоточенным видом, будто от этого зависела его жизнь.

— Знаешь... — тихо произнёс мужчина.

— М?

— Мне нравится смотреть фильмы вместе с тобой.

Шастун наконец повернулся к нему.

— Правда?

Вместо ответа Попов мягко коснулся ладонью его щеки и сам первым сократил расстояние между ними.

Поцелуй получился неторопливым и тёплым. Антон сразу ответил, прикрыв глаза и осторожно положив ладонь Арсению на плечо. Мужчина чуть сильнее прижал его к себе, мягко поглаживая большим пальцем щёку, а затем неспешно углубил поцелуй. На несколько секунд для них будто перестало существовать всё вокруг — только тихий свет экрана, почти пустой зал и они вдвоём.

Именно в этот момент на экране началась сцена после титров.

Парень нехотя отстранился и тут же повернул голову к экрану.

— Арс, смотри!

Они молча досмотрели короткую сцену, а когда она закончилась, одновременно переглянулись.

— Так вот почему ты не хотел уходить, — с улыбкой сказал Попов.

— Я же говорил.

— И знаешь..

— Что?

— Теперь я тоже буду ждать продолжение.

***

1/1!!
— Сладких снов, котята ❤️‍🩹

#зарисовочкиПоповаиШаста

Выбор дополнительных победителей (в количестве 1):

🏆 Победитель:
1. 𓏲𝄞⨾𓍢ִ໋𝗯𝗮𝗻𝗮𝗻𝗮⨾𓏲ּ𝄢 (@nekomwi)

✔️Проверить результаты

Превыбрала одного победителя из-за того, что он не выполнил все условия ((

Уже выдала первым двум, остался последний победитель, всех поздравляю, а кто не выиграл — не расстраивайтесь, на 1000 котят, опять проведу розыгрыш!! ❤️‍🩹🙏

P.s. И он будет больше) 🙈🙈

Спойлер к новой зарисовочке, которая выйдет уже сегодня 🙏👀👀

Надеюсь, по первым словам на фото вы уже поняли, о чём будет эта работа. А если нет — совсем скоро всё узнаете!!

P.s. Конечно же, 18+.... А как иначе? Хи-хи 🙈🙈🙈

#монтируетМатвиенко

Зарисовка:

«Мне нужна грим-пауза!»

***

...После номера с «куклами» Арсений замер на пару секунд. Он переглянулся с Серёжей, хлопнул по плечу Антона, делая вид, что всё в порядке. Ребята уже перестраивались для следующей связки, но мужчина чувствовал, что ещё мгновение — и он сорвётся. Он сдержанно кашлянул и с наигранной бодростью бросил:

— Мне нужна грим-пауза!

Он отошёл за спину Шастуна и, прикрывая ладонью пах, быстро зашагал за кулисы. Антон проводил его взглядом. На сцене повисла та самая фирменная пауза. Парень повернулся к Стасу, пожал ему руку и, глядя прямо в глаза, протянул:

— Эх... Е... Вот мы и поняли, в чём дело и что со Стасом в этом выпуске. Сами видите...

Матвиенко, оценив обстановку, профессионально махнул ладонью вниз, сворачивая тему:

— Давайте, двигаемся дальше!

На мониторах загорелась заставка, пошла новая сцена. А в реальности Шастун уже бесшумно скользнул за кулисы, на ходу расстёгивая ворот рубашки.

***

Дверь гримёрки захлопнулась, отрезая их от гомона съёмочной площадки. Попов стоял, опершись ладонями о гримировальный стол, и тяжело дышал, глядя в своё отражение в зеркале. Антон бесшумно приблизился со спины, провёл ладонями по его бокам, разворачивая к себе.

— Иди сюда, — прошептал тихо парень, но твёрдо.

Он опустился на колени прямо между ног Арсения. Его пальцы — спокойные, уверенные — расстегнули ширинку, освобождая член из тёмных боксеров. Мужчина уже был полностью возбуждён: ствол стоял туго, вены вздулись, головка блестела от выступившей смазки, а крайняя плоть была натянута до предела.

Шастун не стал медлить. Он накрыл губами головку, вбирая её в горячую влажность рта, и провёл языком по уздечке — снизу вверх, медленно, со вкусом. Попов выдохнул сквозь зубы, запрокинув голову, и его пальцы сами легли на затылок Антона, но без давления — лишь поглаживая.

Тот работал ритмично. Он опускался глубоко, пока головка не упиралась ему в нёбо, затем отходил, оставляя член влажным и блестящим, и снова брал в рот — теперь быстрее, с лёгким посасыванием на каждом выходе. Его правая рука сжимала основание, двигаясь в такт губам, сжимая и поглаживая мошонку. Слышался только влажный, чавкающий звук и прерывистое дыхание Арсения, который кусал губу, стараясь не застонать слишком громко.

— Ещё... — выдохнул мужчина, и его бёдра сами качнулись вперёд.

Парень принял глубже, почти до горла, задержался на пару секунд, чувствуя, как член пульсирует у него на языке, и только потом отстранился, вытирая слюну с подбородка. Он быстро поднялся, притянул Попова за шею и впился в его губы — солёными, мокрыми, пахнущими смазкой и мужским вкусом. Арсений ответил с жадностью, кусая нижнюю губу Шастуна, и одновременно его рука скользнула вниз — к ширинке Антона.

Он расстегнул её рывком, достал член парня — твёрдый, сочащийся прозрачной каплей. Мужчина сжал его в кулаке, чувствуя горячую, бархатную плоть, и начал двигать рукой — быстро, с усилием, от основания к головке, сжимая на каждом движении. Шастун выгнулся ему навстречу, уткнувшись лбом в лоб Попова, и они целовались теперь почти неразрывно — губы, языки, дыхание смешивались в общем ритме.

Рука Арсения ускорилась, большой палец скользил по влажной головке Антона, размазывая предэякулят по всей длине. Парень дрожал, стонал прямо в рот мужчине, его бёдра сами толкались в этот сжатый кулак.

— Я сейчас... — прохрипел Шастун.

— Давай, — выдохнул Попов, не сбавляя темпа. — Со мной...

⬇️⬇️⬇️

И тогда Арсений почувствовал, как член Антона дёрнулся в его руке, выпуская горячие, густые струи — одна за другой, на пальцы, на живот, на его собственную рубашку. Парень замер, судорожно вдыхая, сжимая плечи мужчины.

Но Попов не остановился. Его собственный член всё ещё стоял твёрдо, пульсируя в ожидании. Он откинулся назад, на стол, и его рука метнулась к себе. Всего несколько резких, рваных движений от основания до головки — и он кончил. Громко, с протяжным стоном, выгнувшись дугой. Сперма выплеснулась горячими толчками — на его собственный пресс, на зеркало перед ним, белыми каплями оседая на стекле.

Арсений замер на мгновение, чувствуя, как каждый спазм проходит сквозь него, а потом обессиленно обмяк, уронив голову на плечо Шастуна.

Тот прижал его к себе, гладя по спине, шепча в ухо:

— Всё... я здесь...

Они стояли так минуту — липкие, разгорячённые, тяжело дышащие. Мужчина поднял голову, заглянул в глаза Антона, и поцеловал его снова — мягко, почти невесомо, в уголок губ.

— Я люблю тебя, — сказал он шёпотом, вытирая пальцы о свою же футболку.

Парень усмехнулся, провёл ладонью по его щеке и кивнул:

— И я тебя люблю... Идём. Нас ждут.

Они быстро привели себя в порядок: бумажные полотенца, взлохмаченные волосы приглажены, воротники поправлены. Когда они вышли из гримёрки и снова встали в круг с ребятами и Стасом, никто и не догадался. Попов похлопал мужчин по плечам, улыбнулся, подмигнул Шастуну — и они шагнули обратно в свет софитов, на продолжение съёмок...

***

1/1!!
— Я, как всегда, ничего не успела и вчера так и не выложила зарисовку...( 🥹
— Сладких и спокойных снов, котята! Люблю вас ❤️‍🩹🫂

— Вообще, идею для этой зарисовочки мне предложили по одному моменту. Да и сама я давно хотела её написать, но, как обычно, немного затянула. 🤭🤭

Кому интересно — то вот видео, где меня отметили и попросили сделать эту работу. А ещё в комментариях оставлю арт, который был на видео и нарисован именно по этому моменту!!

#зарисовочкиПоповаиШаста

С 1 августа вас, котята... 🥲❤️‍🩹
А вообще-то сейчас 62 июня, поэтому не расстраиваемся!! 🙈