Зарисовка:

«И пережил три покушения в собственном доме.»

***

Арсений ушёл с утра с тем самым выражением лица, которое Антон уже хорошо знал.

Это было лицо человека, который решил.

И плевать, что за окном снег по пояс.

— Я побегаю, — сказал он тогда.

— Ты утонешь, — спокойно ответил тот, даже не отрываясь от кружки.

Мужчина фыркнул, поцеловал его в макушку и ушёл.

Прошёл почти час.

Парень за это время успел:
— включить «Один дома» (разумеется, первую часть),
— закутаться в плед,
— и... вдохновиться.

Он смотрел, как Кевин с серьёзным лицом таскает верёвки, машинки и банки с краской, и в какой-то момент подумал:

— «А что, если...»

Когда в замке повернулся ключ, Шастун уже сидел на диване с таким видом, будто ничего совершенно ничего не происходило.

Попов вошёл, весь в снегу, щёки красные, волосы влажные. В руках пакеты — хлеб, молоко, яйца, какие-то овощи.

— Я не бегал, — заявил он с порога. — Я шёл. По пересечённой местности.

Он сделал шаг вперёд...

...хрясь!

Под ногой что-то поехало, Арсений резко взмахнул рукой, пакет с яйцами опасно накренился.

— Что это было?!

Антон даже не повернул голову.

— Не знаю, — невинно сказал он. — Может, судьба.

На экране в этот момент один из воров поскользнулся на машинке и с воплем рухнул на пол.

Мужчина медленно опустил взгляд. Под его ногой лежала маленькая машинка.

— Антош...

Он сделал ещё шаг — и тут с верхней полки плюх — прямо на плечо ему упал привязанный к двери кухонный полотенец с ложкой внутри. Не больно, но неожиданно.

— Антон?!

— Это для атмосферы, — отозвался парень, уже явно улыбаясь.

Тот прошёл дальше — и тут натянутая верёвка дёрнула за ручку двери ванной. Та распахнулась, и по полу прокатился металлический таз с грохотом.

На экране в ту же секунду:

— А-а-а-а! — орал вор, получивший по голове утюгом.

Попов замер посреди коридора, медленно повернулся к дивану.

— Ты уже окончательно сошёл с ума из-за этого фильма.

Шастун наконец посмотрел на него — глаза сияют, губы поджаты, чтобы не рассмеяться.

— Ну согласись... красиво совпало.

Арсений смотрел на него ещё пару секунд, потом тяжело вздохнул, поставил пакеты на пол и покачал головой.

— Я живу с ребёнком.

— С гениальным ребёнком, — уточнил Антон.

Мужчина не выдержал, усмехнулся, подошёл ближе и сел рядом. Снег с него всё ещё таял, от куртки тянуло холодом.

— Иди сюда, «Кевин», — пробормотал он и притянул парня к себе.

Тот уткнулся ему в грудь, смеясь.

— Я же говорил, что ты не побегаешь.

— Зато купил еду, — Попов наклонился и поцеловал его — сначала легко, почти лениво, а потом уже теплее, увереннее. — И пережил три покушения в собственном доме.

Они устроились на диване, плед накрыл обоих, фильм продолжался, ловушки на экране становились всё безумнее.

Шастун устроился у Арсения под боком и тихо сказал:

— В следующий раз сделаю краску над дверью.

— В следующий раз я буду знать, что ты опасен, — усмехнулся тот и поцеловал его в висок.

За окном всё так же валил снег — упрямый, глубокий, непробежный.

А внутри было тепло, уютно и по-настоящему их.

***

1/2!!
— Так, если что, я давно не смотрела фильм «Один дома», поэтому всё пишу по памяти, и одну ловушку немного изменила.)
— Сегодня будет ещё одна зарисовка, а может, даже две — или вместо второй — глава фанфика «Шепот приливов». Решать вам!! ❤️‍🩹🫂

#зарисовочкиПоповаиШаста

Зарисовка:

«И пережил три покушения в собственном доме.»

***

К вечеру Антон снова стал слишком тихим.

Это всегда означало одно.

Он передвигался по квартире осторожно, почти на цыпочках, время от времени поглядывая на кухонную дверь. Банка с краской была закреплена аккуратно — не прямо над дверцей, как в фильме, а хитрее: на полке сбоку, на двойной верёвке.

Одна — ложная, другая — настоящая.

Когда Арсений вернулся с вечерней прогулки, в квартире уже пахло чаем и чем-то домашним. Он выглядел расслабленным, уверенным, будто утренний снег и дневные приключения остались где-то далеко.

— Ты сегодня подозрительно хороший, — заметил он, проходя мимо парня.

— Просто люблю тебя, — слишком быстро ответил тот.

Мужчина усмехнулся и направился на кухню.

Открыл шкаф — тишина. Ни звука, ни движения.

Он медленно закрыл дверцу, обернулся и посмотрел на Шастуна с выражением явного торжества.

— Не сработало.

Тот лишь пожал плечами, но в глазах мелькнуло что-то лукавое.

Попов сделал шаг назад — и ногой задел тонкую леску у плинтуса. Банка дёрнулась, качнулась, будто раздумывая... и только потом опрокинулась, оставив краску на его плече и волосах.

— Вот теперь сработало, — спокойно сказал Антон.

Арсений замер, потом посмотрел на себя в отражении микроволновки и рассмеялся.

— Ладно. Признаю. Это было красиво.

Позже, уже после душа и переодеваний, парень был уверен, что вечер закончился мирно.

Они легли, свет погас, квартира утонула в мягком полусне.

Шастун почти провалился в сон, когда вдруг почувствовал, как что-то прохладное скользнуло по его щиколотке. Он нахмурился, пошевелился — и в ту же секунду сверху, с изголовья кровати, на него мягко упало что-то лёгкое.

— Арсень... — не успел он договорить, как над ухом раздался тихий смешок.

На грудь Антону сползла небольшая подушка, привязанная тонкой лентой к полке над кроватью.

— Ловушка, — шёпотом сказал мужчина совсем рядом. — Моего производства.

Парень рассмеялся, переворачиваясь на бок.

— Ты предупреждаешь?!

— Конечно, — тот наклонился ближе. — Не зря же я импровизатор.

Он поцеловал Шастуна — сначала в щёку, потом в уголок губ, потом в лоб, будто собирая все возможные точки. Антон расслабился, уткнулся ему в грудь, ладони сами нашли знакомое тепло.

— Мир? — сонно спросил он.

— Мир, — ответил Попов и крепче обнял.

Он целовал того медленно, нежно — в волосы, в висок, в плечо, будто закрепляя этот вечер, эту их тихую войну, которая всегда заканчивалась одинаково.

Они заснули, переплетённые, под одним одеялом, в квартире, где ловушки были не для боли, а для смеха — и где каждый точно знал, что утром проснётся дома.

***

2/2!!
— Как вы и просили — продолжение!! Простите, что не сразу: зарисовка вообще планировалась одна, а по факту могла быть одна большая, а не две маленьких. Я не думала её продолжать, но с вами всегда так выходит, хи-хи)
— Сладких и спокойных снов, котята ❤️‍🩹🫂

#зарисовочкиПоповаиШаста

Зарисовка:

«Он ударился. И ему сейчас не нотации нужны, а родители. Ты на ребёнка кричишь.»

***

В квартире ещё стояла глубокая, предутренняя тишина — та самая, новогодняя, когда гирлянды мигают вполсилы, а за окном светлеет слишком медленно.

Под ёлкой лежала огромная коробка, обёрнутая в блестящую бумагу, и именно она не давала Ване спать с пяти утра.

Он всё-таки не выдержал.

Тихонько выскользнул из кровати, босиком прошлёпал по коридору, затаив дыхание, будто боялся спугнуть праздник. Сердце колотилось: они правда это купили?

Ваня присел у ёлки, потянул коробку на себя — и в следующий миг его нога поехала по гладкому полу.

Глухой удар.

И почти сразу — всхлип, а потом громкий, обиженный плач.

— Ванюша! — Антон проснулся первым.

Он вылетел из спальни в одном свитере, опустился рядом на колени, сразу прижал сына к себе.

— Тише, тише, солнышко... я здесь. Больно? Покажи...

Мальчик рыдал, уткнувшись ему в плечо, сжимая ткань пальцами. Колено ныло, обида накрыла сильнее боли.

Из спальни вышел Арсений — взъерошенный, злой от резкого пробуждения и испуга.

— Ты что творишь?! — сорвалось у него. — Я же говорил: не лезь к ёлке без нас! Вот зачем ты встал так рано?!

Сын всхлипнул ещё сильнее.

Муж резко поднял голову.

— Арсень, хватит.

Тот замер, но продолжил, уже тише, всё ещё на нервах:

— Он же мог серьёзно удариться...

— Он ударился, — жёстко перебил Шастун. — И ему сейчас не нотации нужны, а родители. Ты на ребёнка кричишь.

В комнате повисла пауза. Мужчина посмотрел на Ваню — заплаканного, дрожащего, — потом на Антона, который прижимал сына так, будто мог закрыть его от всего мира.

Гнев схлынул. Остался стыд.

Он выдохнул и сел рядом.

— Вань... прости меня, пожалуйста. Я испугался и сорвался. Не надо было кричать.

Мальчик поднял на него мокрые глаза.

— Я... я просто хотел посмотреть...

— Я знаю, — Попов осторожно коснулся его плеча. — Мы сами виноваты, что оставили такой подарок на виду.

Он посмотрел на мужа.

— И ты... прости. Ты прав.

Шастун кивнул, всё ещё напряжённый, но уже мягче.

— Всё. Главное — он цел.

Арсений аккуратно обнял их обоих, и Ваня оказался между двумя большими, тёплыми руками. Плач постепенно стихал, дыхание выравнивалось.

— Давайте так, — сказал Антон тихо. — Сейчас папа Антон подует на колено, другой папа Арсений принесёт плед... а потом мы вместе откроем подарок. Как и положено.

Сын шмыгнул носом и кивнул.

Под ёлкой всё ещё мигали огоньки, коробка ждала своего часа, а утро начиналось не с идеального праздника — а с объятий.

И именно поэтому оно было по-настоящему семейным.

***

1/1!!
— По идеи от подписчицы, надеюсь, вам понравится. Больше сказать даже не знаю, хах. Приятного чтения!!
— В предыдущем посте я уже желала сладких снов тем, кто уже ложился спать, а кто дожидался сейчас — и вам тоже желаю сладких снов 🫂❤️‍🩹

#зарисовочкиПоповаиШаста