Зарисовка:
«Я... Я твой подарочек.»
***
Мягкий свет гирлянд, запах хвои и сладковатый шоколада с зефиром. «Один дома» бормочет с экрана, но Арсений смотрит не на него, а на Антона, пристроившегося у него под боком, укутанного в плед. В его кружке — фирменное какао мужчины: с щепоткой корицы, ванилью и взбитыми сливками, а на блюдце лежит печенье в виде человечка, у которого парень уже осторожно откусил голову.
— Вкусно? — голос Попов низкий, довольный. Тот лишь кивает, прижимаясь щекой к его плечу.
Так хорошо, что даже двигаться не хочется.
Но какао заканчивается, а желание продлить эту сладкую тяжесть на языке сильнее лени.
— Я за добавкой, — шепчет Шастун, высвобождаясь из-под пледа.
Он делает неосторожный шаг в сторону кухни — и спотыкается.
Не о ковер, а о нарядную коробку в красной-белой бумаге, притаившуюся под самой ёлкой.
С гулким стуком падает на бок, задевая коленкой пол. Глупо, нелепо, тепло расстеливается по щекам.
— Осторожнее! — Арсений уже рядом, помогает подняться, его руки твердые и надёжные на локтях Антона. Но вместо беспокойства в его глазах — смешинка и что-то еще, нежное и горячее. Он не отпускает парня, а тянет к коробке. — Вообще-то... это твой подарок. Хотел вручить послезавтра.
Тот смотрит то на коробку, то на его улыбку.
Сердце стучит часто-часто.
— А мой... мой для тебя ещё не упакован, — вдруг вырывается у него, и он, выскользнув из объятий, бросается в спальню.
Стоя за дверью, он секунду ловит дыхание, потом снимает мягкий домашний свитер и брюки.
На теле только то, о чём он думал уже неделю, краснея в пустом магазине.
Он набрасывает на плечи короткий шелковый халатик, перехватывая его на талии широкой лентой с бантом сзади.
Еще две узкие ленты, как браслеты, охватывают запястья.
Больше ничего.
Когда он возвращается в гостиную, мужчина стоит у елки, повернувшись к нему.
И замирает.
Экран телевизора позади окрашивает его профиль в мигающие сине-золотые тона.
— Я... Я твой подарочек, — говорит Шастун, и голос звучит тише шёпота.
Он медленно развязывает пояс халата, шёлк соскальзывает с плеч и падает к его ногам.
Он стоит, чувствуя, как холодок воздуха касается кожи, а жар стыда и желания поднимается изнутри.
Ленты на запястьях кажутся теперь не украшением, а намёком, обещанием.
Попов делает шаг.
Другой.
Его взгляд, тяжелый и обжигающий, скользит по Антону, будто сдирая невидимые покровы. Он не говорит ни слова, просто подходит так близко, что тот чувствует его тепло.
— Самый лучший подарок, — наконец произносит Арсений хрипло, и его пальцы касаются ленты на талии, скользят выше, к шее, заставляя парня вздрогнуть.
Потом он опускает руки, берёт Шастуна за перевязанные запястья и мягко, но неуклонно ведёт к дивану, сбрасывая на ходу плед и подушки.
Он укладывает Антона на спину, сам опускаясь рядом на колени.
Его поцелуи начинаются с губ — влажных, требовательных, потом сползают к горлу, ключицам, соскам.
Каждое прикосновение языка, каждое легкое покусывание заставляет парня выгибаться и тихо стонать. Мужчина не спешит, исследует его тело как долгожданную собственность, а тот тонет в этом, в полной, сдающейся беззащитности.
Когда пальцы Попова, смазанные тем, что он достал из кармана брюк, находят его задний проход, Шастун вскрикивает.
Сначала один палец, осторожный, вкручивающий, растягивающий.
Потом второй.
Арсений вводит их глубоко, нежно, но настойчиво, раздвигая, готовя. Антон хватается свободными руками за его плечи, закрывает глаза, полностью отдаваясь ощущениям — жгучим, невероятно интимным. Он чувствует, как его тело открывается, принимает, как горит изнутри.
⬇️⬇️⬇️
«Я... Я твой подарочек.»
***
Мягкий свет гирлянд, запах хвои и сладковатый шоколада с зефиром. «Один дома» бормочет с экрана, но Арсений смотрит не на него, а на Антона, пристроившегося у него под боком, укутанного в плед. В его кружке — фирменное какао мужчины: с щепоткой корицы, ванилью и взбитыми сливками, а на блюдце лежит печенье в виде человечка, у которого парень уже осторожно откусил голову.
— Вкусно? — голос Попов низкий, довольный. Тот лишь кивает, прижимаясь щекой к его плечу.
Так хорошо, что даже двигаться не хочется.
Но какао заканчивается, а желание продлить эту сладкую тяжесть на языке сильнее лени.
— Я за добавкой, — шепчет Шастун, высвобождаясь из-под пледа.
Он делает неосторожный шаг в сторону кухни — и спотыкается.
Не о ковер, а о нарядную коробку в красной-белой бумаге, притаившуюся под самой ёлкой.
С гулким стуком падает на бок, задевая коленкой пол. Глупо, нелепо, тепло расстеливается по щекам.
— Осторожнее! — Арсений уже рядом, помогает подняться, его руки твердые и надёжные на локтях Антона. Но вместо беспокойства в его глазах — смешинка и что-то еще, нежное и горячее. Он не отпускает парня, а тянет к коробке. — Вообще-то... это твой подарок. Хотел вручить послезавтра.
Тот смотрит то на коробку, то на его улыбку.
Сердце стучит часто-часто.
— А мой... мой для тебя ещё не упакован, — вдруг вырывается у него, и он, выскользнув из объятий, бросается в спальню.
Стоя за дверью, он секунду ловит дыхание, потом снимает мягкий домашний свитер и брюки.
На теле только то, о чём он думал уже неделю, краснея в пустом магазине.
Он набрасывает на плечи короткий шелковый халатик, перехватывая его на талии широкой лентой с бантом сзади.
Еще две узкие ленты, как браслеты, охватывают запястья.
Больше ничего.
Когда он возвращается в гостиную, мужчина стоит у елки, повернувшись к нему.
И замирает.
Экран телевизора позади окрашивает его профиль в мигающие сине-золотые тона.
— Я... Я твой подарочек, — говорит Шастун, и голос звучит тише шёпота.
Он медленно развязывает пояс халата, шёлк соскальзывает с плеч и падает к его ногам.
Он стоит, чувствуя, как холодок воздуха касается кожи, а жар стыда и желания поднимается изнутри.
Ленты на запястьях кажутся теперь не украшением, а намёком, обещанием.
Попов делает шаг.
Другой.
Его взгляд, тяжелый и обжигающий, скользит по Антону, будто сдирая невидимые покровы. Он не говорит ни слова, просто подходит так близко, что тот чувствует его тепло.
— Самый лучший подарок, — наконец произносит Арсений хрипло, и его пальцы касаются ленты на талии, скользят выше, к шее, заставляя парня вздрогнуть.
Потом он опускает руки, берёт Шастуна за перевязанные запястья и мягко, но неуклонно ведёт к дивану, сбрасывая на ходу плед и подушки.
Он укладывает Антона на спину, сам опускаясь рядом на колени.
Его поцелуи начинаются с губ — влажных, требовательных, потом сползают к горлу, ключицам, соскам.
Каждое прикосновение языка, каждое легкое покусывание заставляет парня выгибаться и тихо стонать. Мужчина не спешит, исследует его тело как долгожданную собственность, а тот тонет в этом, в полной, сдающейся беззащитности.
Когда пальцы Попова, смазанные тем, что он достал из кармана брюк, находят его задний проход, Шастун вскрикивает.
Сначала один палец, осторожный, вкручивающий, растягивающий.
Потом второй.
Арсений вводит их глубоко, нежно, но настойчиво, раздвигая, готовя. Антон хватается свободными руками за его плечи, закрывает глаза, полностью отдаваясь ощущениям — жгучим, невероятно интимным. Он чувствует, как его тело открывается, принимает, как горит изнутри.
⬇️⬇️⬇️
1🙏38❤🔥10🎄6☃2🍓1
— Арсень... пожалуйста... — он сам не знает, о чем просит, но мужчина понимает.
Он освобождает парня от лент на запястьях, но прижимает его руки к дивану над головой, сплетая их со своими пальцами.
Вхождение медленное, невыносимо полное.
Тот задыхается, чувствуя, как его заполняют, раздвигают до предела. Попов начинает двигаться, и этот ритм — не яростный, а глубокий, почти ленивый, но каждый толчок достигает самой сути.
Он наклоняется, целует Шастуна в губы, поглощая его стоны, шепчет что-то нежное и грязное прямо в ухо, и от этого становится еще жарче.
Они движутся вместе под мигание ёлочных гирлянд, под смех Маколея Калкина с экрана.
Это их танец, их тихая, жаркая вселенная, где есть только соединение тел, прерывистое дыхание и любовь, витающая в воздухе плотнее запаха ели.
Антон кончает с тихим всхлипом, зажатый между их животов, и лишь тогда Арсений позволяет себе отпустить контроль, срываясь в нем с глухим стоном, заполняя его изнутри теплотой.
Тишина.
Только мерцание огней и тяжёлое дыхание.
Он осторожно выходит, опускается рядом, притягивая парня, все еще дрожащего, к себе. Укрывает их обоих сброшенным пледом.
— Совсем скоро Новый год, мой ангел, — шепчет он в его волосы.
Шастун, прижимаясь к горячей груди, уже слышит стук его сердца.
Лучшего подарка ему и не нужно.
***
1/1!!
— М-м-м, горячая зарисовочка уже шестая — осталась всего одна, капец, я в шоке... Но ладно 😌 Так как к Новому году я не успею закончить неделю горячих зарисовок (точнее, успею, но останется ещё один день), поэтому... будет ещё одна. То есть горячие зарисовочки будут и завтра, и послезавтра 😋😋😋
— Наперёд желаю вам сладких и спокойных снов, котята ❤️🩹 🫂
— Спасибо большое за звёздочки 🥹❤️🩹
#зарисовочкиПоповаиШаста
Он освобождает парня от лент на запястьях, но прижимает его руки к дивану над головой, сплетая их со своими пальцами.
Вхождение медленное, невыносимо полное.
Тот задыхается, чувствуя, как его заполняют, раздвигают до предела. Попов начинает двигаться, и этот ритм — не яростный, а глубокий, почти ленивый, но каждый толчок достигает самой сути.
Он наклоняется, целует Шастуна в губы, поглощая его стоны, шепчет что-то нежное и грязное прямо в ухо, и от этого становится еще жарче.
Они движутся вместе под мигание ёлочных гирлянд, под смех Маколея Калкина с экрана.
Это их танец, их тихая, жаркая вселенная, где есть только соединение тел, прерывистое дыхание и любовь, витающая в воздухе плотнее запаха ели.
Антон кончает с тихим всхлипом, зажатый между их животов, и лишь тогда Арсений позволяет себе отпустить контроль, срываясь в нем с глухим стоном, заполняя его изнутри теплотой.
Тишина.
Только мерцание огней и тяжёлое дыхание.
Он осторожно выходит, опускается рядом, притягивая парня, все еще дрожащего, к себе. Укрывает их обоих сброшенным пледом.
— Совсем скоро Новый год, мой ангел, — шепчет он в его волосы.
Шастун, прижимаясь к горячей груди, уже слышит стук его сердца.
Лучшего подарка ему и не нужно.
***
1/1!!
— М-м-м, горячая зарисовочка уже шестая — осталась всего одна, капец, я в шоке... Но ладно 😌 Так как к Новому году я не успею закончить неделю горячих зарисовок (точнее, успею, но останется ещё один день), поэтому... будет ещё одна. То есть горячие зарисовочки будут и завтра, и послезавтра 😋😋😋
— Наперёд желаю вам сладких и спокойных снов, котята ❤️🩹 🫂
— Спасибо большое за звёздочки 🥹❤️🩹
#зарисовочкиПоповаиШаста
7💋56❤🔥14🍓10☃2🙏2
Forwarded from девочка в цветах
Мы с девчонками, с которыми вы, возможно, уже знакомы, решили собраться и порадовать вас полноценной новогодней историей! Поэтому, если у вас до с сих пор не появилось новогоднее настроение, то спешите погрузиться в эту волшебную атмосферу!
🤩 Зарисовка: @impra_channel, @improviniska, @shastovskaya_berloga🤩 Переписка: @impra_channel🤩 Видео: @vikca_impro🤩 Коллаж: @vikca_impro🤩 Арт: @linanespitff
🐚
Последовательность прочтения: переписка
🐚
зарисовка
🐚
видео/арт/коллаж
Мы будем безумно признательны за любую обратную связь от вас: реакциям, комментариям, репостам
А также хочу выразить огромную благодарность всем, кто принял участие в коллабе! Все девочки, я считаю, огромные молодцы! Подписывайтесь на прекраснейших дам, они правда замечательные!!
Счастливого нового года!
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🎄30🙏5🍾5☃2
🌃 «Вᴛᴏᴩᴏй ɯᴀнᴄ ᴨᴏд ᴏднᴏй ᴋᴩыɯᴇй» ❤️🩹
🙇♀️ [AU в котором:
Арсений Сергеевич — строгий и собранный учитель географии, замдиректора, постоянно занятый школой и делами. Держит дистанцию, редко показывает эмоции.
Антон Шастун — ученик 11 класса, увлечён программированием, мечтает о поступлении в IT. Учёба — его главный приоритет.
Когда-то между Антоном и Арсением была едва заметная, тихая близость, но ученик сам оборвал связь.
Поздно ночью родители выгоняют парня после скандала из-за переписки и его тянущейся к учителю привязанности.
Замёрзший и без вариантов, он пишет Попову.
Поможет ли мужчина? Пустит ли он его к себе? Сейчас сами это и узнаем.]
‼️
◀️Предыдущая часть! 🤭
▶️ Следующая часть!! 😉
[Следующая часть будет уже без стекла!! ❤️🩹🫂]
#перепискиАнтонаиАрса
🙇♀️ [AU в котором:
Арсений Сергеевич — строгий и собранный учитель географии, замдиректора, постоянно занятый школой и делами. Держит дистанцию, редко показывает эмоции.
Антон Шастун — ученик 11 класса, увлечён программированием, мечтает о поступлении в IT. Учёба — его главный приоритет.
Когда-то между Антоном и Арсением была едва заметная, тихая близость, но ученик сам оборвал связь.
Поздно ночью родители выгоняют парня после скандала из-за переписки и его тянущейся к учителю привязанности.
Замёрзший и без вариантов, он пишет Попову.
Поможет ли мужчина? Пустит ли он его к себе? Сейчас сами это и узнаем.]
‼️
Часть 22/? ‼️◀️
▶️ Следующая часть!! 😉
[Следующая часть будет уже без стекла!! ❤️🩹🫂]
#перепискиАнтонаиАрса
💔42💋8🍓5💘2❤🔥1☃1