Зарисовка:

«Арсень, стой... Тут свет красивый. Сфоткай меня?»

***

Рабочий день наконец-то отпустил их. Не резко — скорее устало, как если бы город сам вздохнул вместе с ними. Двери закрылись за спиной, холод сразу забрался под воротники, и Антон поёжился, поправляя пальто.

— Арсень, стой... — он замедлил шаг и кивнул на фонарь у стены. — Тут свет красивый. Сфоткай меня?

Арсений останавливается, оценивающе смотрит. Усталость у него в глазах, но тёплая, спокойная. Он достаёт телефон, будто это что-то привычное, почти ритуальное.

— Встань под стену. Да, вот так.

Парень послушно отходит к стене. Становится слишком ровно — спина прямая, плечи напряжены, руки будто не знают, куда себя деть. Он смотрит прямо в камеру, не моргая.

Мужчина прищуривается.

— Ты чего замер?

— А как надо? — тихо бурчит тот.

Щёлк.

Ещё один кадр.

Ещё.

Шастуг сразу подходит, заглядывает в экран — и губы у него тут же складываются в недовольную линию.

— Ну вот... — выдыхает он. — Я же говорил.

— Что «вот»?

— Я как солдат. Честно. Будто сейчас честь отдам.

Попов смотрит на фото, потом на него — и усмехается:

— Антош, ты сам встал как баран на новые ворота. Я тебя поставил под свет, а ты вытянулся, как на построении.

— Ну спасибо. Поддержал.

— Я серьёзно. Ты вообще не двигался. Ни шагу, ни взгляда в сторону. Камера не волшебная.

Антон фыркает, забирая телефон:

— А ты, между прочим, на фотосессиях — бог. У тебя такие кадры... А как меня сфоткать — так сразу «сам виноват».

Арсений чуть склоняет голову, уже мягче:

— Потому что ты не плохой, а зажатый. И да, я мог сказать это нормально.

Они идут дальше.

Молчат.

Только шаги, снег под ногами и город, который живёт своей жизнью. Парень пинает маленький сугроб, потом вздыхает:

— Ладно... я правда напрягся. Просто хотел нормальную фотку.

— А я перегнул, — отвечает мужчина спокойно. — Привык командовать, извини.

Тот улыбается, почти незаметно, и чуть ближе подходит к нему. Их плечи соприкасаются.

Попов останавливается первым. Берёт Шастуна за запястье, разворачивает к себе. Смотрит внимательно, будто снова «настраивает кадр», только теперь без телефона.

— Ты вообще-то красивый, — говорит он тихо. — Даже когда стоишь как солдат.

Тот хмыкает, но не отводит взгляд.

Арсений наклоняется и целует его — медленно, уверенно, с тем самым тёплым нажимом, от которого всё внутри сразу успокаивается. Антон отвечает, расслабляется, пальцы сами находят край его пальто.

Когда мужчина отстраняется, он целует его ещё раз — короче, почти лениво, будто закрепляя.

— В следующий раз, — говорит он, — я покажу тебе, как встать. И сфоткаю так, что ты сам себя не узнаешь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Парень улыбается уже по-настоящему и прячет лицо у него на груди.

Они идут дальше — медленно, близко, и ни одна фотка из этого вечера не сравнится с тем, что осталось между ними.

***

1/1!!
— Доброе утречко, котята!! 🫂❤️‍🩹
— Тёплая, милая, уютная зарисовочка — это то, что надо с утра для хорошего настроения 🙈🙈🙈

#зарисовочкиПоповаиШаста