🌃 «Вᴛᴏᴩᴏй ɯᴀнᴄ ᴨᴏд ᴏднᴏй ᴋᴩыɯᴇй» ❤️🩹
🙇♀️ [AU в котором:
Арсений Сергеевич — строгий и собранный учитель географии, замдиректора, постоянно занятый школой и делами. Держит дистанцию, редко показывает эмоции.
Антон Шастун — ученик 11 класса, увлечён программированием, мечтает о поступлении в IT. Учёба — его главный приоритет.
Когда-то между Антоном и Арсением была едва заметная, тихая близость, но ученик сам оборвал связь.
Поздно ночью родители выгоняют парня после скандала из-за переписки и его тянущейся к учителю привязанности.
Замёрзший и без вариантов, он пишет Попову.
Поможет ли мужчина? Пустит ли он его к себе? Сейчас сами это и узнаем.]
‼️
◀️Предыдущая часть! 🤭
▶️ Следующая часть!! 😉
#перепискиАнтонаиАрса
🙇♀️ [AU в котором:
Арсений Сергеевич — строгий и собранный учитель географии, замдиректора, постоянно занятый школой и делами. Держит дистанцию, редко показывает эмоции.
Антон Шастун — ученик 11 класса, увлечён программированием, мечтает о поступлении в IT. Учёба — его главный приоритет.
Когда-то между Антоном и Арсением была едва заметная, тихая близость, но ученик сам оборвал связь.
Поздно ночью родители выгоняют парня после скандала из-за переписки и его тянущейся к учителю привязанности.
Замёрзший и без вариантов, он пишет Попову.
Поможет ли мужчина? Пустит ли он его к себе? Сейчас сами это и узнаем.]
‼️
Часть 15/? ‼️◀️
▶️ Следующая часть!! 😉
#перепискиАнтонаиАрса
🎄41❤🔥13🍓7☃2💋2
𝚟𝚒𝚔𝚌𝚊_𝚒𝚖𝚙𝚛𝚘 🎀
Шторм пережил, остался жить, Очнулся — берег, тишина. А рядом след — не объяснить, Как будто кто-то вёл со дна. Он появился невзначай — Чужой, но тянущийся ближе. Без слов, без сказок — просто взгляд, Что в сердце раны сделал тише. Один устал от суеты, Другой…
«Шепот приливов» — уже через пару минуток выйдет первая глава нового фанфика... 🙈🙈🙈🍓26❤🔥5☃1🙏1💋1
1️⃣/2️⃣
***
Антон ненавидел грозы. В городе они были всего лишь неудобством — шум, ливень, пробки. Но здесь, в открытом море, шторм был живым, яростным существом, решившим его поглотить.
Его яхта, «Марс», такая надёжная и послушная в спокойных водах, теперь была щепкой в пасти разъяренного гиганта. Волны, черные как смоль, с белыми клыками пены, били в борт, швыряя суденышко из стороны в сторону. Вода хлестала в лицо, соленая и холодная, заливая палубу, каюту, его мысли.
Он изо всех сил пытался удержать штурвал, но это было бессмысленно. С треском, который заглушил даже рев ветра, сломалась мачта. Тросы захлестнули палубу, словно ядовитые змеи.
— «Это конец», — промелькнула в голове трезвая, леденящая мысль.
Он не хотел умирать.
Он сбежал в это плавание от выгорания, от офисных стен, от бесконечных встреч, чтобы найти себя.
Ирония судьбы была горькой.
Следующий вал был выше остальных.
Он накрыл «Марса» с такой силой, что яхта перевернулась. Мир превратился в хаос из воды, боли и темноты. Парень ударился головой о что-то твердое, и сознание уплыло, уступая место безмолвной, черной пустоте...
***
Сознание возвращалось медленно, вместе с болью. Голова раскалывалась, все тело ныло. Он лежал на чем-то твердом и мокром. Сквозь сомкнутые веки бил яркий свет. Шастун застонал и попытался приподняться.
Песок?
Он лежал на влажном песке. С трудом открыв глаза, он увидел перед собой бескрайнюю бирюзовую гладь, плавно накатывающую на золотистый берег. Над ним — ослепительно синее небо без единого облачка. Воздух был теплым, влажным и густым от запаха моря и цветов.
Он был жив.
Собрав все силы, он сел и огляделся. Пляж был небольшим, обрамленным пальмами и густыми, почти черными джунглями, уходящими вглубь острова. Ни следов, ни построек, ни дыма. Только пение невидимых птиц и шелест листьев.
— «Необитаемый», — с горькой надеждой подумал Антон. Его яхты нигде не было видно. Лишь несколько блестящих обломков, выброшенных прибоем, напоминали о недавнем кошмаре.
Он провел рукой по лицу, пытаясь осмыслить ситуацию.
Он был один.
На незнакомом острове.
Без еды, без воды, без связи.
И тогда его взгляд упал на песок у кромки воды. Рядом с его собственными следами, оставленными, когда волны вынесли его на берег, были другие следы. Длинные, гладкие борозды, будто кто-то волок по песку тяжелый мешок. Но эти борозды вели не из джунглей, а прямо из океана. И они обрывались, не углубляясь в лес, словно их создатель просто...
...уполз обратно в море?
По спине парня пробежал холодок.
Он был не один на этом острове.
И что-то, или кто-то, уже проявляло к нему интерес.
***
Первым делом — вода. Жажда, острая и требовательная, заставила его забыть о загадочных следах. Соленый воздух обжигал пересохшее горло. Шастун встал, пошатываясь, и побрел вдоль кромки джунглей, надеясь найти ручей или хотя бы скопление дождевой воды.
Ему повезло быстрее, чем он ожидал. Метрах в ста от места его пробуждения, из-под нагромождения черных вулканических камней бил маленький ключ, образуя чистый, прозрачный ручей, который с тихим журчанием убегал в океан. Антон рухнул на колени и стал жадно пить, зачерпывая воду ладонями.
Вода была прохладной, с легким привкусом минералов, и казалась ему нектаром богов.
Утолив жажду, он почувствовал голод. Вернувшись на пляж, он собрал несколько разбросанных кокосов. Понадобилось почти полчаса и несколько сломанных ногтей, чтобы вскрыть один из них с помощью острого камня. Белая мякоть и сладкое молоко стали его первой трапезой на острове.
Следующие несколько часов ушли на разведку. Он обошел свой пляж по периметру. С одной стороны его преграждали острые скалы, уходящие далеко в море, с другой — пляж плавно переходил в мангровые заросли, пройти через которые было невозможно. Его мир, по всей видимости, ограничивался этим небольшим участком суши.
К вечеру он соорудил подобие укрытия — натянул на низко растущие ветви пальмы найденный кусок брезента с яхты, подстелил под него сухих листьев и водорослей. Это было жалкое зрелище, но оно давало иллюзию безопасности.
⬇️⬇️⬇️
***
Антон ненавидел грозы. В городе они были всего лишь неудобством — шум, ливень, пробки. Но здесь, в открытом море, шторм был живым, яростным существом, решившим его поглотить.
Его яхта, «Марс», такая надёжная и послушная в спокойных водах, теперь была щепкой в пасти разъяренного гиганта. Волны, черные как смоль, с белыми клыками пены, били в борт, швыряя суденышко из стороны в сторону. Вода хлестала в лицо, соленая и холодная, заливая палубу, каюту, его мысли.
Он изо всех сил пытался удержать штурвал, но это было бессмысленно. С треском, который заглушил даже рев ветра, сломалась мачта. Тросы захлестнули палубу, словно ядовитые змеи.
— «Это конец», — промелькнула в голове трезвая, леденящая мысль.
Он не хотел умирать.
Он сбежал в это плавание от выгорания, от офисных стен, от бесконечных встреч, чтобы найти себя.
Ирония судьбы была горькой.
Следующий вал был выше остальных.
Он накрыл «Марса» с такой силой, что яхта перевернулась. Мир превратился в хаос из воды, боли и темноты. Парень ударился головой о что-то твердое, и сознание уплыло, уступая место безмолвной, черной пустоте...
***
Сознание возвращалось медленно, вместе с болью. Голова раскалывалась, все тело ныло. Он лежал на чем-то твердом и мокром. Сквозь сомкнутые веки бил яркий свет. Шастун застонал и попытался приподняться.
Песок?
Он лежал на влажном песке. С трудом открыв глаза, он увидел перед собой бескрайнюю бирюзовую гладь, плавно накатывающую на золотистый берег. Над ним — ослепительно синее небо без единого облачка. Воздух был теплым, влажным и густым от запаха моря и цветов.
Он был жив.
Собрав все силы, он сел и огляделся. Пляж был небольшим, обрамленным пальмами и густыми, почти черными джунглями, уходящими вглубь острова. Ни следов, ни построек, ни дыма. Только пение невидимых птиц и шелест листьев.
— «Необитаемый», — с горькой надеждой подумал Антон. Его яхты нигде не было видно. Лишь несколько блестящих обломков, выброшенных прибоем, напоминали о недавнем кошмаре.
Он провел рукой по лицу, пытаясь осмыслить ситуацию.
Он был один.
На незнакомом острове.
Без еды, без воды, без связи.
И тогда его взгляд упал на песок у кромки воды. Рядом с его собственными следами, оставленными, когда волны вынесли его на берег, были другие следы. Длинные, гладкие борозды, будто кто-то волок по песку тяжелый мешок. Но эти борозды вели не из джунглей, а прямо из океана. И они обрывались, не углубляясь в лес, словно их создатель просто...
...уполз обратно в море?
По спине парня пробежал холодок.
Он был не один на этом острове.
И что-то, или кто-то, уже проявляло к нему интерес.
***
Первым делом — вода. Жажда, острая и требовательная, заставила его забыть о загадочных следах. Соленый воздух обжигал пересохшее горло. Шастун встал, пошатываясь, и побрел вдоль кромки джунглей, надеясь найти ручей или хотя бы скопление дождевой воды.
Ему повезло быстрее, чем он ожидал. Метрах в ста от места его пробуждения, из-под нагромождения черных вулканических камней бил маленький ключ, образуя чистый, прозрачный ручей, который с тихим журчанием убегал в океан. Антон рухнул на колени и стал жадно пить, зачерпывая воду ладонями.
Вода была прохладной, с легким привкусом минералов, и казалась ему нектаром богов.
Утолив жажду, он почувствовал голод. Вернувшись на пляж, он собрал несколько разбросанных кокосов. Понадобилось почти полчаса и несколько сломанных ногтей, чтобы вскрыть один из них с помощью острого камня. Белая мякоть и сладкое молоко стали его первой трапезой на острове.
Следующие несколько часов ушли на разведку. Он обошел свой пляж по периметру. С одной стороны его преграждали острые скалы, уходящие далеко в море, с другой — пляж плавно переходил в мангровые заросли, пройти через которые было невозможно. Его мир, по всей видимости, ограничивался этим небольшим участком суши.
К вечеру он соорудил подобие укрытия — натянул на низко растущие ветви пальмы найденный кусок брезента с яхты, подстелил под него сухих листьев и водорослей. Это было жалкое зрелище, но оно давало иллюзию безопасности.
⬇️⬇️⬇️
❤🔥28☃5💘5💋1
2️⃣/2️⃣
Солнце садилось, окрашивая небо и море в багряные и золотые тона. Красота была неземной, пугающей в своем совершенстве. Парень сидел у своего укрытия и смотрел на океан.
Именно тогда он впервые почувствовал это — пристальное, неотрывное наблюдение.
Чувство, будто за ним из густой зелени джунглей или из темнеющей глубины воды следят десятки глаз. Шевельнувшись, он пытался поймать чей-то взгляд, но вокруг никого не было.
Только следы.
Те самые следы, которые он обнаружил утром, теперь были и здесь, всего в десяти метрах от его укрытия.
Свежие.
И рядом с ними лежал крупный, идеальной формы коралл, цвета слоновой кости с розовыми прожилками. Он явно не был выброшен волной — он лежал аккуратно, как подношение.
Шастун медленно подошёл и поднял его. Коралл был гладким и прохладным. Он обернулся, вглядываясь в наступающие сумерки.
— Эй! — крикнул он, и его голос прозвучал неестественно громко в вечерней тишине. — Кто здесь?
В ответ лишь шуршание листьев и вечный, равнодушный шорох прибоя. Но чувство наблюдения не исчезло, а лишь усилилось.
Кто-то был здесь.
Кто-то очень осторожный и очень любопытный...
***
‼️
▶️ Следующая глава!! 🙇♀️
— Яхта «Марс» — её имя было вовсе не случайным. Когда Антон купил её, название уже существовало, и «Марс» значило куда больше, чем казалось на первый взгляд. Это была его судьба, зашифрованная в самом имени: Марс — Арс — Арсений. Правда, сам Антон тогда об этом даже не подозревал... 🙈
— Сразу предупреждаю: фанфик будет объёмным, с медленным, вдумчивым развитием сюжета — именно таким, каким я его вижу. Несколько глав уже написаны заранее, поэтому новые части будут выходить достаточно часто 😉😉😉
— Люблю, целую и обнимаю вас крепко, сладких снов, котята!! ❤️🩹🫂
— Мне, как всегда, важно знать, нравится ли вам этот фанфик, и продолжать ли его! 🤭🤭
— БЛАГОДАРЮ ЗА ЗВЁЗДЫ, ЛЮБЛЮ ВАС ❤️🩹🙏
#логовоПозова
Солнце садилось, окрашивая небо и море в багряные и золотые тона. Красота была неземной, пугающей в своем совершенстве. Парень сидел у своего укрытия и смотрел на океан.
Именно тогда он впервые почувствовал это — пристальное, неотрывное наблюдение.
Чувство, будто за ним из густой зелени джунглей или из темнеющей глубины воды следят десятки глаз. Шевельнувшись, он пытался поймать чей-то взгляд, но вокруг никого не было.
Только следы.
Те самые следы, которые он обнаружил утром, теперь были и здесь, всего в десяти метрах от его укрытия.
Свежие.
И рядом с ними лежал крупный, идеальной формы коралл, цвета слоновой кости с розовыми прожилками. Он явно не был выброшен волной — он лежал аккуратно, как подношение.
Шастун медленно подошёл и поднял его. Коралл был гладким и прохладным. Он обернулся, вглядываясь в наступающие сумерки.
— Эй! — крикнул он, и его голос прозвучал неестественно громко в вечерней тишине. — Кто здесь?
В ответ лишь шуршание листьев и вечный, равнодушный шорох прибоя. Но чувство наблюдения не исчезло, а лишь усилилось.
Кто-то был здесь.
Кто-то очень осторожный и очень любопытный...
***
‼️
Глава 1/? ‼️▶️ Следующая глава!! 🙇♀️
— Яхта «Марс» — её имя было вовсе не случайным. Когда Антон купил её, название уже существовало, и «Марс» значило куда больше, чем казалось на первый взгляд. Это была его судьба, зашифрованная в самом имени: Марс — Арс — Арсений. Правда, сам Антон тогда об этом даже не подозревал... 🙈
— Сразу предупреждаю: фанфик будет объёмным, с медленным, вдумчивым развитием сюжета — именно таким, каким я его вижу. Несколько глав уже написаны заранее, поэтому новые части будут выходить достаточно часто 😉😉😉
— Люблю, целую и обнимаю вас крепко, сладких снов, котята!! ❤️🩹🫂
— Мне, как всегда, важно знать, нравится ли вам этот фанфик, и продолжать ли его! 🤭🤭
— БЛАГОДАРЮ ЗА ЗВЁЗДЫ, ЛЮБЛЮ ВАС ❤️🩹🙏
#логовоПозова
14💋39🍓8☃5❤🔥3
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
НОВЫЙ ГОД ТАК НЕ ЖДУ, КАК ОБЗОР ОТ ЭНТОНИ.
ЕБАШЬ, РОДНОЙ ❤️🩹🙈🙈
ЕБАШЬ, РОДНОЙ ❤️🩹🙈🙈
1☃40🍓11❤🔥3🎄1
Что сделать сегодня?) [Жду 50-60 голосов!!!]
Final Results
21%
Две главы «Шепот приливов» 🧜♂️🌊
79%
Какая-нибудь зарисовочка и одна глава «Шепот приливов» 🙈❤️🩹
🍓14❤🔥3☃1
𝚟𝚒𝚔𝚌𝚊_𝚒𝚖𝚙𝚛𝚘 🎀
Чисто ау, где Арсений — обычный работник у известного бизнесмена, а Антон — есть этим самым бизнесом. Антон Андреевич заплатил всем работникам за работу в конце дня, но вот на Попова бюджета не хватило, и он решил расплатиться собой....... У меня всё. 💅💅💅💅
Спустя сто лет я решила написать такую зарисовочку с начальником Антоном Андреевичем и работником Арсением Поповым...
Когда писала, прямо вспомнила фразу: «Ай, зачем такой горячий начальник!» — и решила, что она идеально подходит под тему, поэтому она есть в самой зарисовке 😉😉😉
#монтируетМатвиенко
Когда писала, прямо вспомнила фразу: «Ай, зачем такой горячий начальник!» — и решила, что она идеально подходит под тему, поэтому она есть в самой зарисовке 😉😉😉
#монтируетМатвиенко
💋32💘6🍓3☃1❤🔥1
Зарисовка:
«Ах, зачем такой горячий начальник...»
***
Конец рабочего дня в просторном кабинете Антона Андреевича был окрашен в золотистые оттенки заходящего солнца и тягостную неловкость. Арсений Попов, обычный работник, стоял перед столом, чувствуя, как комок не то обиды, не то странного волнения застревает у него в горле.
Бюджет кончился.
Все получили свои конверты, кроме него.
Начальник, обычно такой собранный и непроницаемый, выглядел смущенным. Он откинулся в кожаном кресле, избегая прямого взгляда.
— Арсений, я... ситуация неловкая. Средства временно исчерпаны. Но долг платежом красен, — его голос, обычно уверенный, дрогнул. — Я готов предложить... альтернативную компенсацию. Себя.
Роботник, всегда державшийся на почтительной дистанции, вдруг почувствовал прилив странной, почти хищной власти.
Он медленно обошёл стол.
— Альтернативную компенсацию, Антон Андреевич? — голос Попова звучал непривычно низко и спокойно. — Вы уверены?
Шастун лишь кивнул, его пальцы судорожно сжали подлокотники. Теперь он был не работодателем, а стороной, обязанной выполнить условия.
Арсений остановился прямо перед ним. Без лишних слов, одной рукой он наклонил кресло Антона назад, а другой ловко расстегнул его брюки. Тот резко вдохнул, зажмурился, но не сопротивлялся. Он достал из внутреннего кармана своего рабочего пиджака маленький флакон со смазкой — будто знал, чем все кончится.
— Расслабься, — приказ прозвучал уже без отчества, тепло и властно.
Попов нанес прозрачную жидкость на свои пальцы, дав ей согреться. Первое прикосновение к напряженному мышечному кольцу заставило Шастуна вздрогнуть. Он не вторгался, а терпеливо ждал, массируя периметр, пока мышцы не дрогнули и не начали поддаваться. Затем кончик одного пальца медленно, с непреодолимым давлением, вошёл внутрь.
Антон ахнул, его тело изогнулось. Арсений внимательно следил за его лицом, читая каждую гримасу. Он дал время на привыкание, прежде чем начать осторожные, вращательные движения. Жар и теснота внутри начальника были ослепительными. Работник добавил смазки и ввел второй палец. Здесь сопротивление было сильнее, и он услышал сдавленный стон.
— Тише, — прошептал тот, наклоняясь к его уху. — Прими это. Ты же хотел расплатиться.
Его пальцы раздвинулись внутри, осторожно, но неумолимо растягивая, готовя путь. Он нашел бугорок, от которого тело Антона дернулось, как от удара током, и замер, сосредоточив на нем легкое давление. Шастун застонал уже открыто, беспомощно вцепившись в рукава кресла. Третий палец был уже почти естественным, желанным вторжением. Арсений работал ими умело, расширяя, пока тот не задышал прерывисто и часто, а его тело не стало податливым и томным.
Только тогда Попов освободил свою напряженную плоть. Опираясь руками на спинку кресла по бокам от головы начальника, он встретился с его взглядом, полным стыда, сдачи и темного возбуждения.
— Полная компенсация, шеф, — тихо сказал работник и, не отводя глаз, одним медленным, неостанавливаемым толчком вошёл внутрь.
Антон вскрикнул — резко, громко — когда его тело, растянутое пальцами, все же было окончательно заполнено до предела. Арсений замер, давая ему привыкнуть к новому, куда более внушительному объему, к ощущению полного владения. Потом он начал двигаться. Ритм нарастал, становился глубже, увереннее. Каждый толчок заставлял кресло тихо поскрипывать. Жар, исходящий от тела Шастуна, был почти обжигающим, а его внутренности плотно и влажно облегали Попова. Вдруг, на одном из особенно глубоких проникновений, он остановился, чуть приподнявшись, и его голос, прошёлся по нагретой коже того:
— Ах, зачем такой горячий начальник...
Слова, смесь упрека и восхищения, прозвучали с такой грубоватой нежностью, что Антон не просто смутился — он будто внутренне сжался. Яркая краска залила его щеки и шею, он отчаянно отвёл взгляд в сторону, пытаясь спрятать лицо в плече. Он снова вошёл в него, уже с новой силой, и ритм стал почти беспощадным, будто наказывая за эту слабость, за эту оголенную реакцию.
***
1/1!!
— Горячая зарисовка — это то, что надо в холодный будничный день 😉
#зарисовочкиПоповаиШаста
«Ах, зачем такой горячий начальник...»
***
Конец рабочего дня в просторном кабинете Антона Андреевича был окрашен в золотистые оттенки заходящего солнца и тягостную неловкость. Арсений Попов, обычный работник, стоял перед столом, чувствуя, как комок не то обиды, не то странного волнения застревает у него в горле.
Бюджет кончился.
Все получили свои конверты, кроме него.
Начальник, обычно такой собранный и непроницаемый, выглядел смущенным. Он откинулся в кожаном кресле, избегая прямого взгляда.
— Арсений, я... ситуация неловкая. Средства временно исчерпаны. Но долг платежом красен, — его голос, обычно уверенный, дрогнул. — Я готов предложить... альтернативную компенсацию. Себя.
Роботник, всегда державшийся на почтительной дистанции, вдруг почувствовал прилив странной, почти хищной власти.
Он медленно обошёл стол.
— Альтернативную компенсацию, Антон Андреевич? — голос Попова звучал непривычно низко и спокойно. — Вы уверены?
Шастун лишь кивнул, его пальцы судорожно сжали подлокотники. Теперь он был не работодателем, а стороной, обязанной выполнить условия.
Арсений остановился прямо перед ним. Без лишних слов, одной рукой он наклонил кресло Антона назад, а другой ловко расстегнул его брюки. Тот резко вдохнул, зажмурился, но не сопротивлялся. Он достал из внутреннего кармана своего рабочего пиджака маленький флакон со смазкой — будто знал, чем все кончится.
— Расслабься, — приказ прозвучал уже без отчества, тепло и властно.
Попов нанес прозрачную жидкость на свои пальцы, дав ей согреться. Первое прикосновение к напряженному мышечному кольцу заставило Шастуна вздрогнуть. Он не вторгался, а терпеливо ждал, массируя периметр, пока мышцы не дрогнули и не начали поддаваться. Затем кончик одного пальца медленно, с непреодолимым давлением, вошёл внутрь.
Антон ахнул, его тело изогнулось. Арсений внимательно следил за его лицом, читая каждую гримасу. Он дал время на привыкание, прежде чем начать осторожные, вращательные движения. Жар и теснота внутри начальника были ослепительными. Работник добавил смазки и ввел второй палец. Здесь сопротивление было сильнее, и он услышал сдавленный стон.
— Тише, — прошептал тот, наклоняясь к его уху. — Прими это. Ты же хотел расплатиться.
Его пальцы раздвинулись внутри, осторожно, но неумолимо растягивая, готовя путь. Он нашел бугорок, от которого тело Антона дернулось, как от удара током, и замер, сосредоточив на нем легкое давление. Шастун застонал уже открыто, беспомощно вцепившись в рукава кресла. Третий палец был уже почти естественным, желанным вторжением. Арсений работал ими умело, расширяя, пока тот не задышал прерывисто и часто, а его тело не стало податливым и томным.
Только тогда Попов освободил свою напряженную плоть. Опираясь руками на спинку кресла по бокам от головы начальника, он встретился с его взглядом, полным стыда, сдачи и темного возбуждения.
— Полная компенсация, шеф, — тихо сказал работник и, не отводя глаз, одним медленным, неостанавливаемым толчком вошёл внутрь.
Антон вскрикнул — резко, громко — когда его тело, растянутое пальцами, все же было окончательно заполнено до предела. Арсений замер, давая ему привыкнуть к новому, куда более внушительному объему, к ощущению полного владения. Потом он начал двигаться. Ритм нарастал, становился глубже, увереннее. Каждый толчок заставлял кресло тихо поскрипывать. Жар, исходящий от тела Шастуна, был почти обжигающим, а его внутренности плотно и влажно облегали Попова. Вдруг, на одном из особенно глубоких проникновений, он остановился, чуть приподнявшись, и его голос, прошёлся по нагретой коже того:
— Ах, зачем такой горячий начальник...
Слова, смесь упрека и восхищения, прозвучали с такой грубоватой нежностью, что Антон не просто смутился — он будто внутренне сжался. Яркая краска залила его щеки и шею, он отчаянно отвёл взгляд в сторону, пытаясь спрятать лицо в плече. Он снова вошёл в него, уже с новой силой, и ритм стал почти беспощадным, будто наказывая за эту слабость, за эту оголенную реакцию.
***
1/1!!
— Горячая зарисовка — это то, что надо в холодный будничный день 😉
#зарисовочкиПоповаиШаста
6🙏48❤🔥15🍓8💋2☃1💘1
1️⃣/3️⃣
***
Солнце вставало, превращая ночной страх в дневную рутину. Чувство наблюдения не исчезло, но отступило на второй план перед более насущными проблемами: нужно было укрепить укрытие, найти постоянный источник пищи и развести огонь.
Антон работал до изнеможения, отгоняя прочь мысли о следах и коралле. Он соорудил подобие стены из пальмовых листьев, защищавшей от ветра, и собрал целую пирамиду кокосов.
Но желудок требовал большего.
Он смастерил примитивное копье, заострив крепкую палку о камень, и попытался охотиться на мелких рыбешек в лагуне. Результат был плачевным — рыбы были быстрее и проворнее, а его движения слишком неуклюжими и громкими.
Раздосадованный, он сидел на берегу и перематывал в голове инструкции по выживанию из прочитанных когда-то книг. Внезапно его взгляд упал на мелководье. Всего в паре метров от него, на плоском темном камне, лежала крупная, упитанная рыбина.
Она была мертва.
Свежая.
На её боку виднелись странные, длинные царапины, похожие на следы от острых когтей.
Сердце парня заколотилось.
Это не было совпадением.
Он медленно вошёл в воду и поднял рыбу. Она весила прилично. Он оглядел воду, замер, пытаясь уловить малейшее движение. Ничего. Только игра солнечных лучей на песчаном дне.
— «Спасибо», — тихо прошептал он, чувствуя себя полным идиотом.
На этот раз он не стал кричать. Он просто вернулся на берег, развел наконец-то костер с помощью найденной в кармане зажигалки (его маленькая победа) и зажарил рыбу. Она оказалась невероятно вкусной.
С этого дня между ними установилось странное, безмолвное соглашение. Шастун перестал бояться и начал наблюдать в ответ. Он заметил, что «дары» всегда появлялись в его отсутствие: когда он уходил вглубь острова за фруктами или набирал воду из ручья.
Он начал оставлять ответные подношения.
Блестящую пуговицу от своей куртки. Расплавленный на костре и отполированный до блеска кусок стекла от бутылки с яхты. Однажды он нарисовал на песке палкой солнце и рядом — стилизованную фигурку человека с хвостом.
На следующее утро его рисунок был стерт.
А на его месте кто-то провёл в песке плавную, изогнутую линию, похожую на волну, а рядом — тот же символ, что и у него: человека, но с более длинным, изящным хвостом.
Это был диалог.
Немой, осторожный, но диалог.
Однажды, возвращаясь с ручья, он застал момент.
Он увидел, как из воды на песок выползает большой, переливающийся перламутром моллюск. И тут же, словно тень, длинная, бледная рука скользнула обратно в воду, исчезнув так быстро, что он усомнился, не померещилось ли ему. Но моллюск остался лежать на песке, реальный и тяжелый.
Любопытство начало перевешивать страх.
Его невидимый покровитель был не просто осторожен. Он был пуглив, как дикий зверь.
И, похоже, так же одинок.
Как-то раз, исследуя скалы в отдаленной части пляжа, Антон нашел нечто большее, чем следы или подношения. В небольшом гроте, скрытом от посторонних глаз, он наткнулся на коллекцию. На каменной полке, явно созданной природой, аккуратно разложенные, лежали артефакты, не принадлежащие этому острову. Потускневшая серебряная ложка с вензелем. Стеклянный поплавок старого образца, покрытый водорослями. Ржавый компас с треснутым стеклом. И самое поразительное — медный портсигар, на крышке которого была выгравирована дата: «1883».
Ледяной холодок пробежал по спине Антона.
Эти вещи были старыми.
Очень старыми.
И они явно были собраны не за последние несколько дней.
Значит, тот, кто их собрал... жил здесь давно.
Очень давно.
Он взял в руки портсигар. Металл был холодным и шершавым от окиси.
— «Кто ты?» — мысленно обратился он к своему невидимому соседу. — «Призрак? Древний бог? Или нечто иное?»
Вопросов стало гораздо больше, чем ответов.
Но одна мысль крепла в нем с каждым днем: он не один в своем одиночестве. И его молчаливый компаньон, похоже, тоже нуждался в нем, как он — в нем.
⬇️⬇️⬇️
***
Солнце вставало, превращая ночной страх в дневную рутину. Чувство наблюдения не исчезло, но отступило на второй план перед более насущными проблемами: нужно было укрепить укрытие, найти постоянный источник пищи и развести огонь.
Антон работал до изнеможения, отгоняя прочь мысли о следах и коралле. Он соорудил подобие стены из пальмовых листьев, защищавшей от ветра, и собрал целую пирамиду кокосов.
Но желудок требовал большего.
Он смастерил примитивное копье, заострив крепкую палку о камень, и попытался охотиться на мелких рыбешек в лагуне. Результат был плачевным — рыбы были быстрее и проворнее, а его движения слишком неуклюжими и громкими.
Раздосадованный, он сидел на берегу и перематывал в голове инструкции по выживанию из прочитанных когда-то книг. Внезапно его взгляд упал на мелководье. Всего в паре метров от него, на плоском темном камне, лежала крупная, упитанная рыбина.
Она была мертва.
Свежая.
На её боку виднелись странные, длинные царапины, похожие на следы от острых когтей.
Сердце парня заколотилось.
Это не было совпадением.
Он медленно вошёл в воду и поднял рыбу. Она весила прилично. Он оглядел воду, замер, пытаясь уловить малейшее движение. Ничего. Только игра солнечных лучей на песчаном дне.
— «Спасибо», — тихо прошептал он, чувствуя себя полным идиотом.
На этот раз он не стал кричать. Он просто вернулся на берег, развел наконец-то костер с помощью найденной в кармане зажигалки (его маленькая победа) и зажарил рыбу. Она оказалась невероятно вкусной.
С этого дня между ними установилось странное, безмолвное соглашение. Шастун перестал бояться и начал наблюдать в ответ. Он заметил, что «дары» всегда появлялись в его отсутствие: когда он уходил вглубь острова за фруктами или набирал воду из ручья.
Он начал оставлять ответные подношения.
Блестящую пуговицу от своей куртки. Расплавленный на костре и отполированный до блеска кусок стекла от бутылки с яхты. Однажды он нарисовал на песке палкой солнце и рядом — стилизованную фигурку человека с хвостом.
На следующее утро его рисунок был стерт.
А на его месте кто-то провёл в песке плавную, изогнутую линию, похожую на волну, а рядом — тот же символ, что и у него: человека, но с более длинным, изящным хвостом.
Это был диалог.
Немой, осторожный, но диалог.
Однажды, возвращаясь с ручья, он застал момент.
Он увидел, как из воды на песок выползает большой, переливающийся перламутром моллюск. И тут же, словно тень, длинная, бледная рука скользнула обратно в воду, исчезнув так быстро, что он усомнился, не померещилось ли ему. Но моллюск остался лежать на песке, реальный и тяжелый.
Любопытство начало перевешивать страх.
Его невидимый покровитель был не просто осторожен. Он был пуглив, как дикий зверь.
И, похоже, так же одинок.
Как-то раз, исследуя скалы в отдаленной части пляжа, Антон нашел нечто большее, чем следы или подношения. В небольшом гроте, скрытом от посторонних глаз, он наткнулся на коллекцию. На каменной полке, явно созданной природой, аккуратно разложенные, лежали артефакты, не принадлежащие этому острову. Потускневшая серебряная ложка с вензелем. Стеклянный поплавок старого образца, покрытый водорослями. Ржавый компас с треснутым стеклом. И самое поразительное — медный портсигар, на крышке которого была выгравирована дата: «1883».
Ледяной холодок пробежал по спине Антона.
Эти вещи были старыми.
Очень старыми.
И они явно были собраны не за последние несколько дней.
Значит, тот, кто их собрал... жил здесь давно.
Очень давно.
Он взял в руки портсигар. Металл был холодным и шершавым от окиси.
— «Кто ты?» — мысленно обратился он к своему невидимому соседу. — «Призрак? Древний бог? Или нечто иное?»
Вопросов стало гораздо больше, чем ответов.
Но одна мысль крепла в нем с каждым днем: он не один в своем одиночестве. И его молчаливый компаньон, похоже, тоже нуждался в нем, как он — в нем.
⬇️⬇️⬇️
💋23☃6💘6🍓2