Зарисовка:
«Дразнился? Добился своего?»
***
Воздух в спальне был густым и сладким, как перезрелый персик. Антон лежал на кровати, и от него исходил тот самый, чистый, без примесей таблеток, запах течки — миндаль и теплое молоко. Он старался пахнуть меньше, прижимаясь к холодной стороне подушки, но это было бесполезно. Аромат плыл по комнате, настойчивый и манящий.
Арсений стоял в дверях, опёршись о косяк. Он держался. Держался так, как держится дамба перед напором воды.
День, два, три...
Он видел, как парень ходит по дому в его старой футболке, как прикусывает губу, когда их взгляды встречаются, как его пальцы слегка дрожат, когда он поправляет штору. Это было тихое, непрекращающееся дразнение, более невыносимое, чем любая наглая провокация.
— Арсень... — его имя на устах омеги прозвучало как мольба.
Это был последний камень, который обрушил их недопонятную стену.
Мужчина застонал, сдаваясь. Он больше не мог. Он пересёк комнату за два шага и прижал Шастуна к простыням. Не грубо, но неотвратимо. Его руки скользнули под тонкую майку, ладони прижались к горячей коже, заставляя Антона выгнуться.
— Дразнился? Добился своего? — прошептал тот хрипло, прижимаясь всем весом.
Парень только кивнул, запрокидывая голову. Его губы сами потянулись к губам альфы в немом, жадном поцелуе.
Попов, не отрываясь от его рта, потянулся к прикроватной тумбочке. Движения его были привычными, но сейчас в них сквозила торопливая небрежность. Он порвал фольгированный пакет зубами, не выпуская Шастуна из объятий. Он помогал ему дрожащими руками, скользя ладонями по напряжённым мышцам его спины, чувствуя, как тот вздрагивает от прикосновений.
Когда Арсений вошёл в него, Антон выдохнул от наслаждения. Это был не крик, а долгий, сдавленный, блаженный стон, который он, казалось, копил все эти дни. Презерватив не мог скрыть ни жара, ни интенсивности ощущений, лишь добавлял едва уловимый шелех и барьер, который лишь сильнее заставлял помнить о том, что разделяет их. Мужчина двигался сначала медленно, почти невыносимо, погружаясь в обволакивающую, огненную влагу. Каждый толчок был глубже предыдущего, каждый выдох парня — мольбой о продолжении.
Ритм ускорялся. Шастун обвился вокруг него ногами, подтягивая ближе, глубже, его стоны становились громче, отчаяннее. Он был полностью открыт, подчинён, отдан во власть этого момента. Попов одной рукой держал его за бедро, а другую вцепился в изголовье кровати, его собственное дыхание срывалось на хрип. Он искал губами чувствительную кожу на шее Антона, оставляя влажные, горячие поцелуи, но не кусая — обещание, а не отметка.
Ощущение нарастало. Он зажмурился, его тело напряглось в дуге, и он крикнул, беззвучно, закинув голову, когда волны оргазма прокатились по нему, заставляя его внутренности судорожно сжиматься вокруг Арсения. Это стало последней каплей для альфы. С низким, победным стоном он достиг оргазма, уткнувшись лицом в плечо омеги, его тело на мгновение окаменело, а затем обмякло.
Тишину нарушало только их тяжелое, выравнивающее дыхание. Мужчина, осторожно отделяясь, вышел из него. Он снял презерватив, завязал и выбросил, прежде чем снова лечь, притянув к себе парня. Тот прильнул к его груди, безвольный и довольный, все еще мелко вздрагивая.
Попов провел рукой по его мокрой спине.
— Уснёшь, — тихо приказал он, и в его голосе не было ничего, кроме усталой нежности.
И Шастун послушно закрыл глаза, наконец-то умиротворенный, убаюканный стуком сердца альфы и долгожданным удовлетворением, на которое он так надеялся.
***
1/1!!
— Честно, я много читала фанфиков на подобную тему, но всё равно получилось не так, как хотелось бы. Надеюсь, что в итоге всё вышло так, как должно было быть...
— Писала на скорую руку и сонную голову, поэтому не судите строго 🙈🙈🙈 Сладких снов, котята! 🫂❤️🩹
— Спасибки огромное за звёздочку 🙏🥹
#зарисовочкиПоповаиШаста
«Дразнился? Добился своего?»
***
Воздух в спальне был густым и сладким, как перезрелый персик. Антон лежал на кровати, и от него исходил тот самый, чистый, без примесей таблеток, запах течки — миндаль и теплое молоко. Он старался пахнуть меньше, прижимаясь к холодной стороне подушки, но это было бесполезно. Аромат плыл по комнате, настойчивый и манящий.
Арсений стоял в дверях, опёршись о косяк. Он держался. Держался так, как держится дамба перед напором воды.
День, два, три...
Он видел, как парень ходит по дому в его старой футболке, как прикусывает губу, когда их взгляды встречаются, как его пальцы слегка дрожат, когда он поправляет штору. Это было тихое, непрекращающееся дразнение, более невыносимое, чем любая наглая провокация.
— Арсень... — его имя на устах омеги прозвучало как мольба.
Это был последний камень, который обрушил их недопонятную стену.
Мужчина застонал, сдаваясь. Он больше не мог. Он пересёк комнату за два шага и прижал Шастуна к простыням. Не грубо, но неотвратимо. Его руки скользнули под тонкую майку, ладони прижались к горячей коже, заставляя Антона выгнуться.
— Дразнился? Добился своего? — прошептал тот хрипло, прижимаясь всем весом.
Парень только кивнул, запрокидывая голову. Его губы сами потянулись к губам альфы в немом, жадном поцелуе.
Попов, не отрываясь от его рта, потянулся к прикроватной тумбочке. Движения его были привычными, но сейчас в них сквозила торопливая небрежность. Он порвал фольгированный пакет зубами, не выпуская Шастуна из объятий. Он помогал ему дрожащими руками, скользя ладонями по напряжённым мышцам его спины, чувствуя, как тот вздрагивает от прикосновений.
Когда Арсений вошёл в него, Антон выдохнул от наслаждения. Это был не крик, а долгий, сдавленный, блаженный стон, который он, казалось, копил все эти дни. Презерватив не мог скрыть ни жара, ни интенсивности ощущений, лишь добавлял едва уловимый шелех и барьер, который лишь сильнее заставлял помнить о том, что разделяет их. Мужчина двигался сначала медленно, почти невыносимо, погружаясь в обволакивающую, огненную влагу. Каждый толчок был глубже предыдущего, каждый выдох парня — мольбой о продолжении.
Ритм ускорялся. Шастун обвился вокруг него ногами, подтягивая ближе, глубже, его стоны становились громче, отчаяннее. Он был полностью открыт, подчинён, отдан во власть этого момента. Попов одной рукой держал его за бедро, а другую вцепился в изголовье кровати, его собственное дыхание срывалось на хрип. Он искал губами чувствительную кожу на шее Антона, оставляя влажные, горячие поцелуи, но не кусая — обещание, а не отметка.
Ощущение нарастало. Он зажмурился, его тело напряглось в дуге, и он крикнул, беззвучно, закинув голову, когда волны оргазма прокатились по нему, заставляя его внутренности судорожно сжиматься вокруг Арсения. Это стало последней каплей для альфы. С низким, победным стоном он достиг оргазма, уткнувшись лицом в плечо омеги, его тело на мгновение окаменело, а затем обмякло.
Тишину нарушало только их тяжелое, выравнивающее дыхание. Мужчина, осторожно отделяясь, вышел из него. Он снял презерватив, завязал и выбросил, прежде чем снова лечь, притянув к себе парня. Тот прильнул к его груди, безвольный и довольный, все еще мелко вздрагивая.
Попов провел рукой по его мокрой спине.
— Уснёшь, — тихо приказал он, и в его голосе не было ничего, кроме усталой нежности.
И Шастун послушно закрыл глаза, наконец-то умиротворенный, убаюканный стуком сердца альфы и долгожданным удовлетворением, на которое он так надеялся.
***
1/1!!
— Честно, я много читала фанфиков на подобную тему, но всё равно получилось не так, как хотелось бы. Надеюсь, что в итоге всё вышло так, как должно было быть...
— Писала на скорую руку и сонную голову, поэтому не судите строго 🙈🙈🙈 Сладких снов, котята! 🫂❤️🩹
— Спасибки огромное за звёздочку 🙏🥹
#зарисовочкиПоповаиШаста
1🙏49💋17💘14❤🔥4🕊2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Видосик в тик токе 🙇♀️
К моему фанфику на фикбуке: «Это было... Достаточно забавно?»
Я устала это делать, и надеюсь вам понравится, приятного просмотра!!! 😉😉😉
Помогла мне с перепиской прекрасная Линочка ❤️🩹🫂
#нелепыевидосики
К моему фанфику на фикбуке: «Это было... Достаточно забавно?»
Я устала это делать, и надеюсь вам понравится, приятного просмотра!!! 😉😉😉
Помогла мне с перепиской прекрасная Линочка ❤️🩹🫂
#нелепыевидосики
❤🔥19🍓4💋4🕊2💘2
🔥«Ты ʙᴄᴇᴦдᴀ быᴧ ᴏᴦнёʍ. А я ʙᴄᴇᴦдᴀ ᴨыᴛᴀᴧᴄя ʙᴄё ᴋᴏнᴛᴩᴏᴧиᴩᴏʙᴀᴛь. Нᴏ, ʍᴏжᴇᴛ, я уᴄᴛᴀᴧ быᴛь ᴧьдᴏʍ.» 🧊
🙇♀️ [AU в котором:
Два бывших друга — Арсений и Антон — теперь главари враждующих банд города. Когда на кон попадает один и тот же «заказ на убийство», их война перерастает в личную охоту, где каждый выстрел приближает к правде о том, кто послал контракт, и к выбору между кровью и прошлым...]
Некоторые значение слов, которые вы могли не понять:
‼️
◀️Предыдущая часть! 🤭
▶️ Следующая часть!! 😉
#перепискиАнтонаиАрса
🙇♀️ [AU в котором:
Два бывших друга — Арсений и Антон — теперь главари враждующих банд города. Когда на кон попадает один и тот же «заказ на убийство», их война перерастает в личную охоту, где каждый выстрел приближает к правде о том, кто послал контракт, и к выбору между кровью и прошлым...]
Некоторые значение слов, которые вы могли не понять:
Гангстером — член преступной группировки, бандит.
В переносном смысле иногда используют как «опасный, дерзкий человек».
Тактический альянс = временный союз ради общей выгоды или достижения какой-то цели.
Фирмы-прокладки — компании, которые делают вид, что ведут бизнес, а на деле нужны для того, чтобы прятать настоящих владельцев или перевести деньги «по кругу».
«Сею раздор, как плевелы» — сеять ссоры легко и быстро, как сорняки, которые сами растут и засоряют всё вокруг.
‼️
Часть 4/? ‼️◀️
▶️ Следующая часть!! 😉
#перепискиАнтонаиАрса
💋22🕊8💘7🙏1
Ну вы же не думали, что я оставлю вас без, как уже по традиции по выходным, главы фанфика: «
Спойлер вам не понятный, но очень интересный 🙈🙈🙈
Золото и пепел» Спойлер вам не понятный, но очень интересный 🙈🙈🙈
💋17💘4🙏3🕊2
1️⃣/3️⃣
***
Утро пришло медленно. Без приглашения, как всегда.
Первое, что почувствовал Арсений — солнце. Оно ложилось на лицо мягко, почти ласково. Пахло свежим воздухом, деревом и... чем-то дорогим, что он не мог определить.
Он открыл глаза — и только спустя мгновение понял:
Он спит в комнате Антона.
В той самой комнате, куда парень не пускал никого. С редко тронутыми книгами, графитовыми стенами, тяжёлыми серыми шторами.
Одеяло было слишком мягким. Кровать — слишком большой. И всё ещё тёплой.
Мужчина медленно сел. На стуле висела его куртка. Кеды стояли аккуратно у кровати.
И на тумбочке — стакан воды.
Он взял его в руки. Пальцы едва дрогнули.
— «Он... позаботился обо мне?»
События ночи вернулись резко — как вспышка света.
Голоса за дверью.
Шаги.
Шкаф.
Стиснутое пространство.
Шастун, который прикрывал его собой.
И поцелуй.
Тот самый, который Арсений начал первым. Тот самый, который тот продолжил так, будто больше не мог сдерживаться.
Попов коснулся губ. Лёгко. Не для того, чтобы убедиться, что это было — чтобы вспомнить.
И именно в этот момент дверь тихо приоткрылась.
***
Антон стоял на пороге, неуверенно, будто ему было неловко в собственном доме.
— Ты проснулся, — сказал он слишком тихо.
Арсений поднял взгляд.
Парень выглядел... по-другому. Сильные плечи чуть опущены. Рубашка не застёгнута до конца. В глазах — та самая тревога, которую он всю жизнь прятал.
— Да, — ответил мужчина. — Кажется.
Шастун подошёл ближе, сел на край стола, как будто ему нужно было занять руки.
— Ты нормально спал?
— Нормально. Лучше, чем ожидал.
Пауза.
Тот снова отвёл взгляд.
— Слушай... — Антон провёл ладонью по шее, будто искал слова. — Про вчерашнее.
Попов замедленно поднялся с кровати, подошёл ближе.
— Давай сразу договоримся. Ты не будешь извиняться.
Парень замер.
— Я... — он чуть нахмурился. — Я не собирался.
— Хорошо, — Арсений чуть улыбнулся, но мягко, без издёвки. — Тогда говори честно.
— Я не жалею. Ни секунды.
— Хорошо.
— Но... — тот сделал паузу, — это опасно.
— Опасно — это когда кто-то ломится в твой дом.
— Это тоже.
— Отец? — прямо спросил мужчина.
Шастун помрачнел.
— Да.
— Я так и думал.
***
Антон прошёл к окну, отдёрнул штору. Комната залилось светом, и на мгновение лицо того стало резким, почти хрупким от усталости.
— Он узнает, что ты здесь.
— И что?
— Арсений... — Парень обернулся. — Ты не понимаешь, кто он.
— Объясни.
Он молчал так долго, что Попов подумал, что ответа не будет.
Но Шастун всё же сказал:
— Он — человек, который строит людей, как мебель. Разбирает. Собирает обратно. Решает, что кому чувствовать. И кому кем быть.
Арсений подошёл ближе.
— И что он хочет от тебя?
Антон усмехнулся — устало, безрадостно.
— Чтобы я стал таким же, как он.
Мужчина смотрел на него долго.
— Понятно.
— Нет, — парень покачал головой. — Ты не представляешь. Он может...
— Антон. — он положил руку ему на плечо. — Я видел, как ты выглядел вчера. Я видел твои глаза. И поверь мне — твой отец может быть страшным, но ты... не он.
Шастун замер — будто эти слова ударили сильнее, чем любая угроза.
— Не становись им. Даже ради того, чтобы защитить кого-то.
Тот только смог медленно кивнуть.
***
Они спустились вниз.
Антон попытался налить кофе — но руки слегка дрожали, и часть пролилась на стол.
Попов тихо забрал кружку из его рук.
— Дай сюда.
— Я в порядке, — возразил он.
— Нет. Ты напряжён.
Парень хмыкнул, будто хотел поспорить, но не нашёл слов.
Они сели друг напротив друга — как два человека, которые пытаются понять, что теперь между ними.
Тишина была не неловкой. А мягкой, тёплой.
⬇️⬇️⬇️
***
Утро пришло медленно. Без приглашения, как всегда.
Первое, что почувствовал Арсений — солнце. Оно ложилось на лицо мягко, почти ласково. Пахло свежим воздухом, деревом и... чем-то дорогим, что он не мог определить.
Он открыл глаза — и только спустя мгновение понял:
Он спит в комнате Антона.
В той самой комнате, куда парень не пускал никого. С редко тронутыми книгами, графитовыми стенами, тяжёлыми серыми шторами.
Одеяло было слишком мягким. Кровать — слишком большой. И всё ещё тёплой.
Мужчина медленно сел. На стуле висела его куртка. Кеды стояли аккуратно у кровати.
И на тумбочке — стакан воды.
Он взял его в руки. Пальцы едва дрогнули.
— «Он... позаботился обо мне?»
События ночи вернулись резко — как вспышка света.
Голоса за дверью.
Шаги.
Шкаф.
Стиснутое пространство.
Шастун, который прикрывал его собой.
И поцелуй.
Тот самый, который Арсений начал первым. Тот самый, который тот продолжил так, будто больше не мог сдерживаться.
Попов коснулся губ. Лёгко. Не для того, чтобы убедиться, что это было — чтобы вспомнить.
И именно в этот момент дверь тихо приоткрылась.
***
Антон стоял на пороге, неуверенно, будто ему было неловко в собственном доме.
— Ты проснулся, — сказал он слишком тихо.
Арсений поднял взгляд.
Парень выглядел... по-другому. Сильные плечи чуть опущены. Рубашка не застёгнута до конца. В глазах — та самая тревога, которую он всю жизнь прятал.
— Да, — ответил мужчина. — Кажется.
Шастун подошёл ближе, сел на край стола, как будто ему нужно было занять руки.
— Ты нормально спал?
— Нормально. Лучше, чем ожидал.
Пауза.
Тот снова отвёл взгляд.
— Слушай... — Антон провёл ладонью по шее, будто искал слова. — Про вчерашнее.
Попов замедленно поднялся с кровати, подошёл ближе.
— Давай сразу договоримся. Ты не будешь извиняться.
Парень замер.
— Я... — он чуть нахмурился. — Я не собирался.
— Хорошо, — Арсений чуть улыбнулся, но мягко, без издёвки. — Тогда говори честно.
— Я не жалею. Ни секунды.
— Хорошо.
— Но... — тот сделал паузу, — это опасно.
— Опасно — это когда кто-то ломится в твой дом.
— Это тоже.
— Отец? — прямо спросил мужчина.
Шастун помрачнел.
— Да.
— Я так и думал.
***
Антон прошёл к окну, отдёрнул штору. Комната залилось светом, и на мгновение лицо того стало резким, почти хрупким от усталости.
— Он узнает, что ты здесь.
— И что?
— Арсений... — Парень обернулся. — Ты не понимаешь, кто он.
— Объясни.
Он молчал так долго, что Попов подумал, что ответа не будет.
Но Шастун всё же сказал:
— Он — человек, который строит людей, как мебель. Разбирает. Собирает обратно. Решает, что кому чувствовать. И кому кем быть.
Арсений подошёл ближе.
— И что он хочет от тебя?
Антон усмехнулся — устало, безрадостно.
— Чтобы я стал таким же, как он.
Мужчина смотрел на него долго.
— Понятно.
— Нет, — парень покачал головой. — Ты не представляешь. Он может...
— Антон. — он положил руку ему на плечо. — Я видел, как ты выглядел вчера. Я видел твои глаза. И поверь мне — твой отец может быть страшным, но ты... не он.
Шастун замер — будто эти слова ударили сильнее, чем любая угроза.
— Не становись им. Даже ради того, чтобы защитить кого-то.
Тот только смог медленно кивнуть.
***
Они спустились вниз.
Антон попытался налить кофе — но руки слегка дрожали, и часть пролилась на стол.
Попов тихо забрал кружку из его рук.
— Дай сюда.
— Я в порядке, — возразил он.
— Нет. Ты напряжён.
Парень хмыкнул, будто хотел поспорить, но не нашёл слов.
Они сели друг напротив друга — как два человека, которые пытаются понять, что теперь между ними.
Тишина была не неловкой. А мягкой, тёплой.
⬇️⬇️⬇️
🍓18💔6💘6💋3🕊1
2️⃣/3️⃣
Арсений дрогнул пальцами по краю чашки.
— Ты вчера сказал, что если он узнает, кто мне важен... — он поднял взгляд, — это опасно.
Шастун чуть сжал губы.
— Да.
— Так вот. Теперь я знаю, что я тебе важен. И я не собираюсь отступать.
Антон закрыл глаза, будто эти слова слишком много значили.
— Я не хочу втягивать тебя в свою семью, — выдохнул тот. — Это темно. Это... грязно.
— Значит, я буду рядом, пока ты разбираешься.
Парень открыл глаза.
— Почему ты так уверен?
Мужчина тихо улыбнулся.
— Потому что вчера в шкафу ты выбрал закрыть меня собой, а не наоборот.
Шастун отвёл взгляд. Щёки едва заметно покраснели.
Попов увидел — и тихо рассмеялся:
— Ого. Значит, ты умеешь смущаться.
— Заткнись, — пробормотал тот, но без злости.
***
Они почти успели расслабиться.
Почти.
Пока не раздался звук.
Дверь.
Входная дверь.
Опять.
Лёгкий, аккуратный. Но слишком знакомый.
Антон мгновенно побледнел.
— Это он, — прошептал он.
— Мы снова прячемся в шкаф? — попытался пошутить Арсений, но голос дрогнул.
Он покачал головой.
— Нет. Теперь поздно. Он знает, что ты здесь.
Мужчина встал рядом с ним, плечом к плечу.
— Антон.
— Что?
— Если хочешь — я уйду. Скажи только.
— Нет! — парень схватил его за руку так резко, будто испугался, что Попов исчезнет. — Нет. Не уходи.
Стучат снова.
Тот выдохнул — глубоко, тяжело.
— Тогда держись рядом.
— Всегда, — сказал ог.
И они вместе пошли к двери.
***
Отец вошёл, не дожидаясь приглашения, словно дом был его территорией. Его взгляд оценивал, перебирал детали: кто этот человек, который теперь рядом с его сыном?
Шастун почувствовал, как внутри сжимается комок напряжения — давно забытое чувство, возвращающееся с удвоенной силой.
— Знакомься, — произнёс Антон, слегка наклонив голову в сторону Арсения. — Это Арсений.
Мужчина медленно и холодно посмотрел на того. Его взгляд был как лезвие — острый, безжалостный.
— Художник, да? — сухо спросил он, и в голосе прозвучал оттенок пренебрежения.
Попов встретил взгляд спокойно, но внутри почувствовал, как кровь застыла от предстоящей битвы.
***
— Антон, — отец произнёс тихо, словно делая объявление. — Ты знаешь, что это не место для подобных знакомств.
— Что именно ты хочешь сказать? — спросил Шастун, стараясь сохранить спокойствие.
— Хочу, чтобы ты понял: люди, с которыми ты водишься, формируют твою судьбу. Художники — это прекрасно, если ты хочешь остаться без денег и без будущего.
— Я выбираю свой путь.
— Выбирать — это одно, а знать цену своим выборам — совсем другое, — отец улыбнулся холодно. — Мне кажется, Арсений здесь временный гость, как и многие до него.
⬇️⬇️⬇️
Арсений дрогнул пальцами по краю чашки.
— Ты вчера сказал, что если он узнает, кто мне важен... — он поднял взгляд, — это опасно.
Шастун чуть сжал губы.
— Да.
— Так вот. Теперь я знаю, что я тебе важен. И я не собираюсь отступать.
Антон закрыл глаза, будто эти слова слишком много значили.
— Я не хочу втягивать тебя в свою семью, — выдохнул тот. — Это темно. Это... грязно.
— Значит, я буду рядом, пока ты разбираешься.
Парень открыл глаза.
— Почему ты так уверен?
Мужчина тихо улыбнулся.
— Потому что вчера в шкафу ты выбрал закрыть меня собой, а не наоборот.
Шастун отвёл взгляд. Щёки едва заметно покраснели.
Попов увидел — и тихо рассмеялся:
— Ого. Значит, ты умеешь смущаться.
— Заткнись, — пробормотал тот, но без злости.
***
Они почти успели расслабиться.
Почти.
Пока не раздался звук.
Дверь.
Входная дверь.
Опять.
Лёгкий, аккуратный. Но слишком знакомый.
Антон мгновенно побледнел.
— Это он, — прошептал он.
— Мы снова прячемся в шкаф? — попытался пошутить Арсений, но голос дрогнул.
Он покачал головой.
— Нет. Теперь поздно. Он знает, что ты здесь.
Мужчина встал рядом с ним, плечом к плечу.
— Антон.
— Что?
— Если хочешь — я уйду. Скажи только.
— Нет! — парень схватил его за руку так резко, будто испугался, что Попов исчезнет. — Нет. Не уходи.
Стучат снова.
Тот выдохнул — глубоко, тяжело.
— Тогда держись рядом.
— Всегда, — сказал ог.
И они вместе пошли к двери.
***
Отец вошёл, не дожидаясь приглашения, словно дом был его территорией. Его взгляд оценивал, перебирал детали: кто этот человек, который теперь рядом с его сыном?
Шастун почувствовал, как внутри сжимается комок напряжения — давно забытое чувство, возвращающееся с удвоенной силой.
— Знакомься, — произнёс Антон, слегка наклонив голову в сторону Арсения. — Это Арсений.
Мужчина медленно и холодно посмотрел на того. Его взгляд был как лезвие — острый, безжалостный.
— Художник, да? — сухо спросил он, и в голосе прозвучал оттенок пренебрежения.
Попов встретил взгляд спокойно, но внутри почувствовал, как кровь застыла от предстоящей битвы.
***
— Антон, — отец произнёс тихо, словно делая объявление. — Ты знаешь, что это не место для подобных знакомств.
— Что именно ты хочешь сказать? — спросил Шастун, стараясь сохранить спокойствие.
— Хочу, чтобы ты понял: люди, с которыми ты водишься, формируют твою судьбу. Художники — это прекрасно, если ты хочешь остаться без денег и без будущего.
— Я выбираю свой путь.
— Выбирать — это одно, а знать цену своим выборам — совсем другое, — отец улыбнулся холодно. — Мне кажется, Арсений здесь временный гость, как и многие до него.
⬇️⬇️⬇️
❤🔥16💘10💋7🕊1
3️⃣/3️⃣
Арсений почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает. Он знал, что отец — мастер слова и манипуляции.
— Сколько вы уже давите на Антона? И почему?
— Давлю? — мужчина усмехнулся. — Это называется забота. Чтобы ты знал, в какой реальности живёт мой сын.
Антон сжал кулаки. Внутри он боролся: с отцом, с собой, с тем, чего давно боялся признать.
***
— Хватит, — прервал парень, голос его звучал неожиданно твёрдо и властно. — Ты не имеешь права так говорить об Арсении.
Тот повернулся к нему, удивлённый.
— Что ты сказал?
— Я сказал — хватит. Арсений не временный гость. Он человек, который важен для меня. И если ты хочешь быть здесь — веди себя соответственно.
— Ты забыл, с кем разговариваешь? Я твой отец!
— И я твой сын. Я не буду слушать, как ты унижаешь того, кто рядом со мной.
В комнате повисла тишина, которую пронзали только тяжелые вдохи.
***
Отец сделал шаг вперёд, глаза его горели хищным блеском.
— Хорошо. Покажи, на что ты способен, Арсений. Если ты не уйдёшь сейчас, докажи, что достоин быть здесь.
Попов поднялся с кресла, его руки были спокойны, а взгляд — решителен.
— Я не уйду. Ни сейчас, ни когда-либо.
В комнате стало холодно, словно даже стены замерли.
— Это дом Антона, — сказал Арсений тихо, но с такой силой, что в воздухе пронеслось эхо. — И я здесь не гость.
Отец замер. Он не ожидал такой решимости.
Антон почувствовал, как в груди что-то разгорается — гордость и страх одновременно.
***
Парень подошёл к мужчине, взял его за руку.
— Ты сделал больше, чем я мог.
Они стояли вместе, плечом к плечу, в доме, который казался теперь чужим. Тишина была плотной и тяжёлой, но она была их.
***
— Теперь я понимаю, — сказал тот тихо, — почему так важно иметь кого-то, кто не уйдёт.
Попов улыбнулся, но глаза его были серьёзны.
— Это только начало. Но мы уже не одни.
Они шагнули друг к другу, чуть прикоснулись губами — лёгкий, почти неуловимый поцелуй, как обещание, как начало.
***
‼️
◀️Предыдущая глава! 🤭
▶️ Следующая глава!! 🙇♀️
— Ладно, я вас обманула, не очень то и интересная глава, приятного чтения, и напоминаю, завтра будет ещё одна глава!! Сладких снов, котята, люблю, целую и крепко обнимаю 🫂❤️🩹
— Напоминаю, что мне важно знать, нравится ли вам этот фанфик, и продолжать ли его! 🤭🤭
#логовоПозова
Арсений почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает. Он знал, что отец — мастер слова и манипуляции.
— Сколько вы уже давите на Антона? И почему?
— Давлю? — мужчина усмехнулся. — Это называется забота. Чтобы ты знал, в какой реальности живёт мой сын.
Антон сжал кулаки. Внутри он боролся: с отцом, с собой, с тем, чего давно боялся признать.
***
— Хватит, — прервал парень, голос его звучал неожиданно твёрдо и властно. — Ты не имеешь права так говорить об Арсении.
Тот повернулся к нему, удивлённый.
— Что ты сказал?
— Я сказал — хватит. Арсений не временный гость. Он человек, который важен для меня. И если ты хочешь быть здесь — веди себя соответственно.
— Ты забыл, с кем разговариваешь? Я твой отец!
— И я твой сын. Я не буду слушать, как ты унижаешь того, кто рядом со мной.
В комнате повисла тишина, которую пронзали только тяжелые вдохи.
***
Отец сделал шаг вперёд, глаза его горели хищным блеском.
— Хорошо. Покажи, на что ты способен, Арсений. Если ты не уйдёшь сейчас, докажи, что достоин быть здесь.
Попов поднялся с кресла, его руки были спокойны, а взгляд — решителен.
— Я не уйду. Ни сейчас, ни когда-либо.
В комнате стало холодно, словно даже стены замерли.
— Это дом Антона, — сказал Арсений тихо, но с такой силой, что в воздухе пронеслось эхо. — И я здесь не гость.
Отец замер. Он не ожидал такой решимости.
Антон почувствовал, как в груди что-то разгорается — гордость и страх одновременно.
***
Парень подошёл к мужчине, взял его за руку.
— Ты сделал больше, чем я мог.
Они стояли вместе, плечом к плечу, в доме, который казался теперь чужим. Тишина была плотной и тяжёлой, но она была их.
***
— Теперь я понимаю, — сказал тот тихо, — почему так важно иметь кого-то, кто не уйдёт.
Попов улыбнулся, но глаза его были серьёзны.
— Это только начало. Но мы уже не одни.
Они шагнули друг к другу, чуть прикоснулись губами — лёгкий, почти неуловимый поцелуй, как обещание, как начало.
***
‼️
Глава 9/? ‼️◀️
▶️ Следующая глава!! 🙇♀️
— Ладно, я вас обманула, не очень то и интересная глава, приятного чтения, и напоминаю, завтра будет ещё одна глава!! Сладких снов, котята, люблю, целую и крепко обнимаю 🫂❤️🩹
— Напоминаю, что мне важно знать, нравится ли вам этот фанфик, и продолжать ли его! 🤭🤭
#логовоПозова
🙏31❤🔥13💋8💘5🍓3🕊1