Зарисовка:

«Хочу посмотреть, как ты будешь стонать подо мной.»

***

Первый концерт в Питере прошёл более менее нормально. Ну... почти. Но это уже другая история. Сейчас шёл второй концерт своим чередом. Прошла первая игра — смешная, нелепая, где-то трогательная. Зал тепло принимал каждую. А потом резко наступила вторая игра: «Куклы».

По залу прошёл возбужденный и одобрительный гул — зрители знали, что это коронный номер команды, всегда входящий за рамки привычного.

На сцену вышли трое: Арсений, Дима и Антон. Шастун шагнул вперед, оставив Попова позади себя, и начал говорить:

— Правила «Кукол» просты, — его голос звучал спокойно и деловито, как у лектора. — Нам нужны два кукловода. Ими станете вы. — Он обвел взглядом зал. — Двое смелых добровольцев. Они выйдут сюда и будут управлять Арсением и Димой. Один — кукловод, другой — кукла. Кукла не двигается сама. Ей нужно помочь. Показать каждое движение. Вот так.

Он повернулся к застывшему мужчине и взял его руки в свои. Его движения были плавными, почти механическими.

— Руки. Двигаются вот так, по воле кукловода.

Затем он коснулся висков Попова, заставив его наклонить голову.

— Голова. Поворачивается, когда её направляют. Без вашей воли — просто кусок дерева.

Объяснение было будничным. Так они делали всегда — Антон показывал правила на Арсении. Это была традиция.

Но все ждали главного. И парень к нему перешёл. Его голос стал тише. Он снова подошёл к мужчине сзади.

— А чтобы кукла... пошла...

Его руки легли Попову на бёдра. Первый толчок был резким, ознакомительным. Арсений вздрогнул. Второй — более настойчивым, вгоняя в ритм. И вот, на третьем толчке, случилось то, что перевернуло всё.

Арсений почувствовал сквозь плотную ткань брюк твёрдую, отчётливую эрекцию Шастуна. Тёплый, плотный стояк упруго вжался в его поясницу, и мужчина замер, парализованный этим открытием. Игра в одно мгновение сорвалась в нечто реальное и пугающе интимное.

Пальцы Антона впились в его бёдра, снова заставляя двигаться в унисон, но теперь каждое движение отзывалось в Попове жгучим стыдом и предательским возбуждением. Он чувствовал этот член на себе — настойчивый, властный. Грань между игрой и реальностью начала стираться...

— Вот так, — прошипел тихо Антон, и в его голосе не осталось ничего от прежнего инструктора — только тёмная, личная власть?...

Воздух в зале перестал двигаться. Парень отошёл, его роль была выполнена. Но теперь все понимали — то, что начнется дальше с добровольцами из зала, будет лишь эхом того, что уже произошло здесь, между ними. Настоящая игра уже шла, и ставки в ней были опасно высоки.

***

Дверь в квартире Арсения захлопнулась с такой силой, что задрожали стены.

— Доволен? — Мужчина резко развернулся, его глаза горели. — Устроил шоу?

Шастун лишь усмехнулся:

—Ты же хотел посмотреть, на что я способен.

Внезапно Попов набросился на него. Грубо прижал к стене, впиваясь губами в его шею.

— Хочу посмотреть, как ты будешь стонать подо мной.

Они рухнули на пол, срывая с друг друга одежду. Никакой нежности — только ярость и желание. Арсений грубо перевернул Антона, прижав его лицом к полу. Его дыхание было горячим и прерывистым.

— Ждал этого? — прошипел он, доставая из кармана джинсов маленький флакон со смазкой. Действия его были резкими, но точными.

Парень не успел ответить. Он вздрогнул, почувствовав холодную жидкость, но тут же его тело пронзило жаром от грубых, шершавых, уверенных пальцев мужчины. Тот растягивал его без лишней нежности, быстро и эффективно, впиваясь пальцами свободной руки в его бедро.

— Теперь ты моя кукла, — прошептал тот, ему в ухо, входя в него одним резким, но уже подготовленным движением.

Боль была тупой, быстро тонувшей в нарастающей волне удовольствия. Шастун стиснул зубы, но не сопротивлялся. Его тело отвечало на каждое жёсткое движение. Удары бёдер о бёдра, грубые хватки — всё это превращалось в странное, огненное наслаждение, которого так не хватало целый день.

⬇️⬇️⬇️

Когда Арсений кончил, он отстранился и посмотрел на Антона с вызовом:

— Нравится?

Тот тяжело дышал, его губы растянулись в ухмылке:

— Можешь лучше.

Новая волна началась с ещё большей яростью. На этот раз мужчина снова использовал лубрикант, его движения были такими же требовательными, но тело парня было уже готово, отвечая каждой напряжённой мышцей. Они не играли в кукловода и марионетку — они были двумя хищниками, разрывающими друг друга на части. И в этой грубости находили то понимание, которое никогда не могли выразить словами.

Попов обнял Шастуна в самый пик, и они кончили почти одновременно. Их общий крик был полон не гордости, а скорее облегчения и свободы...

..они лежали, не размыкая объятий, тяжело дыша. Пот остывал на коже, но внутри оставалось тепло.

— Только не на сцене, — снова выдохнул Арсений, его губы коснулись Антонова виска.

— Только так, — он повторил его слова, но теперь в них был новый смысл.

«Так» больше не означало грубость и боль. Оно означало — вот так, вместе. В тишине, в доверии, в этой странной и совершенной гармонии силы и нежности, которую они нашли друг в друге.

***

1/1!!
— Ну что, мне не нравится, как-то такое себе получилось, могла и лучше, но у меня как-то настроение и вдохновение нет, поэтому написала как смогла... 😩😩😩
— В этой зарисовке я больше импровизировала — просто захотелось так написать 💅💅💅💅
— Люблю вас котята, целую и обнимаю крепко, мне очень важна ваша поддержка. Спасибо за всё ❤️‍🩹❤️‍🩹🫂

— Спасибки огромное за звёзды!! 🙏🙏

#зарисовочкиПоповаиШаста

В любой непонятной ситуации — фотографируйте!

Арсений Попов 🙇‍♀️

#кривыеручкиШаста

🐈🐈‍⬛

#кривыеручкиШаста

Он нарисовал солнце — случайно, просто так.
А я смотрю и думаю: зачем ему солнце, если он сам светит ярче? 🤭🤭🤭
От него теплее, чем от любого рисунка 🥹💛

#кншпусьбуит.

Эдит в тик токе 🙇‍♀️

Песня: «Самый отстойный день» — группы «Макулатура». 🫂
Давно не было таких видео.)

#нелепыевидосики