Я не могу не представлять, ау: Антон обожает свою работу и проводит там много времени, забывая о своём парне. Арсений — его парень и к тому же жутко ревнует его ко всему на этом свете.

⬇️⬇️⬇️

***

Подвал пах сыростью и металлом, тусклая лампочка над бочкой гудела, будто нервничала вместе с Арсением. Он стоял, скрестив руки на груди, в своей любимой майке и клетчатой рубашке, сползшей с плеча, и пытался казаться спокойным.

Но внутри всё кипело.

Антон задержался. Снова опоздал. И хоть он уверял, что это всего лишь работа, мужчина чувствовал — есть что-то ещё. И вот теперь они оказались здесь, внизу, под клубом, где парень возился с аппаратурой, «готовил сет», как он это называл.

Попов ревновал не к конкретному человеку — к самому этому миру, в который Шастун всё больше уходил. К этим ночам, к танцующим лицам, к музыке, которая будто вытесняла его самого.

Он смотрел на жёлтую бочку и думал, что она будто маркер этого места — чуждого, холодного, не для него.

— Ты хоть понимаешь, что я здесь только ради тебя? — Арсений наконец-то выдохнул, глядя в темноту подвала. Его голос дрогнул, и злость в нём переплелась с уязвимостью.

Тишина подвала звенела, и где-то наверху уже начинала вибрировать басами музыка.

Мужчина ждал. Хоть какого-то ответа. Хоть движения навстречу.

🎛️😒

Мне пиздец нравится, как на Арсении смотрится этот безрукавный пиджак. Он открывает руки, и сразу видно его мышцы — вроде не перекачанные, но такие подтянутые, красивые. Идёт ему безумно, прям подчёркивает его стиль и уверенность 🫠🫠🫠

Идеи приходят моментально...
Ау, где Антон работает ювелиром, а Арсений его очень частый клиент, и однажды решил подарить два своих любимых кольца с бриллиантами, но не просто так.. 🤭🤭🤭

Эдит в тик токе 🙇‍♀️

Я устала это делать. 💔💔💔
Так ещё не залетело, я в окно 😩😩

#нелепыевидосики

Ну что котята, поздравляю с проебаным летом... 😩😩
А так хочу вам пожелать хорошей учебы, учится на отлично, и не скучать, время быстро летит, и не заметите как опять будет лето!! Всех люблю ❤️‍🩹🫂🫂

Зарисовка:

«Хочешь? Не стой здесь, в подвале. Услышь то, что слышу я.»

***

Подвал пах сыростью и металлом, тусклая лампочка над бочкой гудела, будто нервничала вместе с Арсением. Он стоял, скрестив руки на груди, в своей любимой майке и клетчатой рубашке, сползшей с плеча, и пытался казаться спокойным.

Но внутри всё кипело.

Антон задержался. Снова опоздал. И хоть он уверял, что это всего лишь работа, мужчина чувствовал — есть что-то ещё. И вот теперь они оказались здесь, внизу, под клубом, где парень возился с аппаратурой, «готовил сет», как он это называл.

Попов ревновал не к конкретному человеку — к самому этому миру, в который Шастун всё больше уходил. К этим ночам, к танцующим лицам, к музыке, которая будто вытесняла его самого.

Он смотрел на жёлтую бочку и думал, что она будто маркер этого места — чуждого, холодного, не для него.

— Ты хоть понимаешь, что я здесь только ради тебя? — Арсений наконец-то выдохнул, глядя в темноту подвала. Его голос дрогнул, и злость в нём переплелась с уязвимостью.

Тишина подвала звенела, и где-то наверху уже начинала вибрировать басами музыка.

Мужчина ждал. Хоть какого-то ответа. Хоть движения навстречу.

Антон услышал его голос, но не сразу отозвался. Он сидел на корточках возле пульта, сосредоточенно проверяя кабели, и только через несколько секунд поднял голову. Свет лампочки упал на его лицо, показывая усталость под глазами и ту странную неуверенность, которая так бесила Арсения.

— Арсеня... — Парень говорит шёпотом, будто извиняясь одним словом. — Я знаю.

Этого «знаю» было слишком мало. Мужчина шагнул вперёд, подошёл почти вплотную.

— Знаешь? Ты всё знаешь, только не меня, — губы его дрогнули. Он сжал кулаки и выдохнул, стараясь не сорваться. — Ты здесь живёшь. А я... Я как будто случайный гость.

Шастун потянулся к нему рукой, но тот отшатнулся.

— Арсень, — его голос стал настойчивее, — я делаю это не ради того, чтобы уйти от тебя. Я просто... Люблю это.

— А меня? — Попов поднял голову, и глаза его блеснули в тусклом свете. — Ты меня любишь? Или я тоже просто часть фона, как эта бочка, эта лампа, эти стены?

Тишина. Музыка сверху глухо качала бетон. Антон медлил, будто искал правильные слова. Потом всё же встал, шагнул ближе и обнял его за плечи, несмотря на то, что Арсений сопротивлялся.

— Ты — не фон, — шепнул он почти в ухо. — Без тебя мне всё это не нужно.

Сначала тот напрягся ещё сильнее, но потом, когда парень уткнулся лбом в грудь мужчины, то устало выдохнул.

— Просто... Я ненавижу этот мир, — Попов выдохнул, едва слышно. — Потому что он забирает тебя у меня.

Шастун улыбнулся грустно в груди, почти виновато, а Арсений будто это почувствовал, провёл рукой по его волосам.

— Он не заберёт. Я сам прихожу туда. Но всегда возвращаюсь к тебе. — Голос отозвал приглушённо.

— Не всегда, — упрямо говорил мужчина, но пальцы его всё же вцепились в Антона, будто боялся, что тот исчезнет прямо сейчас.

Наверху музыка усилилась, дрожь прошла по потолку. Парень обернулся к аппаратуре — нужно было выйти. Но в этот раз он не оставит Попова одного.

— Пойдём со мной, — предложил он вдруг. — Хочешь? Не стой здесь, в подвале. Услышь то, что слышу я.

Арсений поднял глаза. Там было сомнение, ревность и ещё — надежда.

— И что, если я услышу — станет легче?

— Может, станет. А может, просто поймёшь меня лучше, — мягко сказал Шастун.

Тот колебался. Жёлтая бочка за его спиной казалась символом всего чужого и ненужного. Но рядом — был Антон, его тепло, его голос, тот самый, ради которого он вообще пришёл в этот клуб, в этот мир.

— Хорошо, — наконец сказал он, почти шёпотом. — Но только ради тебя.

Парень сжал его ладонь и повёл наверх, туда, где гул музыки превращался в живое море. Мужчина шёл за ним, всё ещё упрямо напряжённый, но внутри уже теплилось чувство: может, он и правда не фон. Может, он — причина, ради которой Шастун играет.

***

1/1!!
— Долгожданная зарисовочка, напишу ещё сегодня переписку, и может сделаю видео 😋😋

#зарисовочкиПоповаиШаста