Эдит в тик токе 🙇‍♀️

Если что, я не знаю чья идея, случайно нашла это видео в своих проектах и решила его доделать 😩

Боже мой, ну хоть с третьего перезалива актив наконец-то 🙏🙏

#нелепыевидосики

Зарисовка:

«Ладно... Может, я и люблю, когда ты меня дразнишь.»

***

В квартире было тепло, тихо, а из кухни тянуло сладковатым ароматом. Арсений, стоя у плиты, взбивал молоко венчиком и напевал себе под нос какую-то мелодию. На плите булькал какао — густой, тягучий, с корицей, как любил Антон.

— Всё, почти готово, — сказал мужчина, ловко наливая напиток в кружку с ушком в виде медвежьей мордочки. Именно эту кружку парень всегда выбирал, хотя делал вид, что ему всё равно.

Попов подал кружку и с довольной улыбкой произнёс:

— Для моего зануды.

Шастун, стоявший у окна боком, в домашней футболке и спортивных штанах, обернулся, взял какао и чуть прищурился. Он молча сделал глоток и снова отвернулся, будто любовался улицей.

— Ты чего? — Арсений удивился, заглядывая ему в профиль.

— Ничего, — глухо ответил Антон, пряча лицо в кружке.

— Ага, опять «ничего». Я тебя знаю, ты обижаешься, когда так говоришь. — Мужчина прислонился плечом к стене и хитро посмотрел на него.

Парень вздохнул.

— Просто... Зачем «зануда»? — Шастун тихо пробормотал, слегка надув щёки.

Попов моргнул, а потом расплылся в улыбке.

— Серьёзно? Ты из-за этого?

Антон сделал ещё глоток, как будто какао могло спрятать его обиду.

— Мне не нравится.

Арсений подошёл ближе, встал напротив, и теперь ему пришлось чуть наклоняться, чтобы поймать взгляд.

— Слушай, ну это же ласково было. Ты думаешь, я бы стал варить твой любимый какао, если бы ты был мне просто «зануда»?

Парень промолчал, но в уголках его глаз мелькнула тень улыбки.

— Хочешь, я буду звать тебя по-другому? —Мужчина продолжал, специально наклоняясь всё ближе. — Ну, например... Мой главный критик? Или самый очаровательный ворчун?

Шастун покачал головой и тихо буркнул:

— Ты невыносимый.

— Но зато твой, — мягко ответил тот, и накрыл его пальцы своей ладонью.

Антон посмотрел на него боком, потом поставил кружку на подоконник и повернулся полностью. Попов уже стоял совсем близко — и эта близость была почти осязаемой.

— Ну давай, чего ты ждёшь? — Парень полушёпотом говорил, чуть смущённо опуская глаза.

— Разрешения, — ответил Арсений, хотя руки его уже легли на плечи Антона.

Шастун вскинул взгляд, в котором мелькнула та самая мягкость, от которой у мужчины перехватывало дыхание. Он был выше — и это чувствовалось особенно остро в такие моменты. Попов на секунду задумался, потом улыбнулся и встал на носочки, преодолевая разницу в росте, и коснулся губ Антона.

Поцелуй вышел сначала осторожным — как будто они проверяли, можно ли позволить себе чуть больше. Но уже через мгновение Попов крепче обнял его за талию, притягивая ближе, а парень, только глубже ответил на поцелуй.

Вкус какао ещё оставался на губах, и от этого поцелуй казался особенно сладким. В какой-то момент Шастун тихо выдохнул, позволив Арсению провести рукой по его спине, а сам осторожно коснулся его щеки ладонью, словно боялся спугнуть момент.

Когда они наконец оторвались друг от друга, у обоих дыхание было сбивчивое, а губы — чуть влажные.

Антон с теплых объятый, так и не собирался выпутываться, а только крепче обнимал мужчину:

— Ладно... Может, я и люблю, когда ты меня дразнишь.

Попов, всё ещё стоя на носочках, засмеялся, прижался лбом к его лбу и ответил:

— Я точно люблю, когда ты обижаешься только ради того, чтобы потом вот так мириться.

Парень тихо усмехнулся и снова наклонился — на этот раз уже сам, легко подхватив его, чтобы Арсению не пришлось тянуться.

***

1/1!!
— Что-то милое вам на утречко, чтобы пробудиться)
— Сегодня попытаюсь быть активна 😉😉

#зарисовочкиПоповаиШаста

Я не могу не представлять, ау: Антон обожает свою работу и проводит там много времени, забывая о своём парне. Арсений — его парень и к тому же жутко ревнует его ко всему на этом свете.

⬇️⬇️⬇️

***

Подвал пах сыростью и металлом, тусклая лампочка над бочкой гудела, будто нервничала вместе с Арсением. Он стоял, скрестив руки на груди, в своей любимой майке и клетчатой рубашке, сползшей с плеча, и пытался казаться спокойным.

Но внутри всё кипело.

Антон задержался. Снова опоздал. И хоть он уверял, что это всего лишь работа, мужчина чувствовал — есть что-то ещё. И вот теперь они оказались здесь, внизу, под клубом, где парень возился с аппаратурой, «готовил сет», как он это называл.

Попов ревновал не к конкретному человеку — к самому этому миру, в который Шастун всё больше уходил. К этим ночам, к танцующим лицам, к музыке, которая будто вытесняла его самого.

Он смотрел на жёлтую бочку и думал, что она будто маркер этого места — чуждого, холодного, не для него.

— Ты хоть понимаешь, что я здесь только ради тебя? — Арсений наконец-то выдохнул, глядя в темноту подвала. Его голос дрогнул, и злость в нём переплелась с уязвимостью.

Тишина подвала звенела, и где-то наверху уже начинала вибрировать басами музыка.

Мужчина ждал. Хоть какого-то ответа. Хоть движения навстречу.

🎛️😒

Мне пиздец нравится, как на Арсении смотрится этот безрукавный пиджак. Он открывает руки, и сразу видно его мышцы — вроде не перекачанные, но такие подтянутые, красивые. Идёт ему безумно, прям подчёркивает его стиль и уверенность 🫠🫠🫠

Идеи приходят моментально...
Ау, где Антон работает ювелиром, а Арсений его очень частый клиент, и однажды решил подарить два своих любимых кольца с бриллиантами, но не просто так.. 🤭🤭🤭

Эдит в тик токе 🙇‍♀️

Я устала это делать. 💔💔💔
Так ещё не залетело, я в окно 😩😩

#нелепыевидосики

Ну что котята, поздравляю с проебаным летом... 😩😩
А так хочу вам пожелать хорошей учебы, учится на отлично, и не скучать, время быстро летит, и не заметите как опять будет лето!! Всех люблю ❤️‍🩹🫂🫂

Зарисовка:

«Хочешь? Не стой здесь, в подвале. Услышь то, что слышу я.»

***

Подвал пах сыростью и металлом, тусклая лампочка над бочкой гудела, будто нервничала вместе с Арсением. Он стоял, скрестив руки на груди, в своей любимой майке и клетчатой рубашке, сползшей с плеча, и пытался казаться спокойным.

Но внутри всё кипело.

Антон задержался. Снова опоздал. И хоть он уверял, что это всего лишь работа, мужчина чувствовал — есть что-то ещё. И вот теперь они оказались здесь, внизу, под клубом, где парень возился с аппаратурой, «готовил сет», как он это называл.

Попов ревновал не к конкретному человеку — к самому этому миру, в который Шастун всё больше уходил. К этим ночам, к танцующим лицам, к музыке, которая будто вытесняла его самого.

Он смотрел на жёлтую бочку и думал, что она будто маркер этого места — чуждого, холодного, не для него.

— Ты хоть понимаешь, что я здесь только ради тебя? — Арсений наконец-то выдохнул, глядя в темноту подвала. Его голос дрогнул, и злость в нём переплелась с уязвимостью.

Тишина подвала звенела, и где-то наверху уже начинала вибрировать басами музыка.

Мужчина ждал. Хоть какого-то ответа. Хоть движения навстречу.

Антон услышал его голос, но не сразу отозвался. Он сидел на корточках возле пульта, сосредоточенно проверяя кабели, и только через несколько секунд поднял голову. Свет лампочки упал на его лицо, показывая усталость под глазами и ту странную неуверенность, которая так бесила Арсения.

— Арсеня... — Парень говорит шёпотом, будто извиняясь одним словом. — Я знаю.

Этого «знаю» было слишком мало. Мужчина шагнул вперёд, подошёл почти вплотную.

— Знаешь? Ты всё знаешь, только не меня, — губы его дрогнули. Он сжал кулаки и выдохнул, стараясь не сорваться. — Ты здесь живёшь. А я... Я как будто случайный гость.

Шастун потянулся к нему рукой, но тот отшатнулся.

— Арсень, — его голос стал настойчивее, — я делаю это не ради того, чтобы уйти от тебя. Я просто... Люблю это.

— А меня? — Попов поднял голову, и глаза его блеснули в тусклом свете. — Ты меня любишь? Или я тоже просто часть фона, как эта бочка, эта лампа, эти стены?

Тишина. Музыка сверху глухо качала бетон. Антон медлил, будто искал правильные слова. Потом всё же встал, шагнул ближе и обнял его за плечи, несмотря на то, что Арсений сопротивлялся.

— Ты — не фон, — шепнул он почти в ухо. — Без тебя мне всё это не нужно.

Сначала тот напрягся ещё сильнее, но потом, когда парень уткнулся лбом в грудь мужчины, то устало выдохнул.

— Просто... Я ненавижу этот мир, — Попов выдохнул, едва слышно. — Потому что он забирает тебя у меня.

Шастун улыбнулся грустно в груди, почти виновато, а Арсений будто это почувствовал, провёл рукой по его волосам.

— Он не заберёт. Я сам прихожу туда. Но всегда возвращаюсь к тебе. — Голос отозвал приглушённо.

— Не всегда, — упрямо говорил мужчина, но пальцы его всё же вцепились в Антона, будто боялся, что тот исчезнет прямо сейчас.

Наверху музыка усилилась, дрожь прошла по потолку. Парень обернулся к аппаратуре — нужно было выйти. Но в этот раз он не оставит Попова одного.

— Пойдём со мной, — предложил он вдруг. — Хочешь? Не стой здесь, в подвале. Услышь то, что слышу я.

Арсений поднял глаза. Там было сомнение, ревность и ещё — надежда.

— И что, если я услышу — станет легче?

— Может, станет. А может, просто поймёшь меня лучше, — мягко сказал Шастун.

Тот колебался. Жёлтая бочка за его спиной казалась символом всего чужого и ненужного. Но рядом — был Антон, его тепло, его голос, тот самый, ради которого он вообще пришёл в этот клуб, в этот мир.

— Хорошо, — наконец сказал он, почти шёпотом. — Но только ради тебя.

Парень сжал его ладонь и повёл наверх, туда, где гул музыки превращался в живое море. Мужчина шёл за ним, всё ещё упрямо напряжённый, но внутри уже теплилось чувство: может, он и правда не фон. Может, он — причина, ради которой Шастун играет.

***

1/1!!
— Долгожданная зарисовочка, напишу ещё сегодня переписку, и может сделаю видео 😋😋

#зарисовочкиПоповаиШаста