Напоследок, подошёл к окну и аккуратно задернул тяжёлые плотные шторы. За окном уже давно было достаточно темно, и свет уличных фонарей терялся в густеющем вечернем воздухе.

— Арсень, что ты делаешь? — Шастун попытался приподняться на руки, но сразу же упал назад от дикой усталости.

— Посмотри на телефон. Ты хоть и дурачок у меня, но думаю, это ты должен понять.

Взгляд сразу метнулся в сторону телефона Попова, который тот, кинул на кровать где-то минуту тому назад.

Чехол был в презервативе?

Тьфу.

Презерватив был под чехлом?

— Намёк понят. Обожаю твою привычку, хранить презервативы под чехлом.

— Ты мне это уже миллион раз говорил, — мужчина вместо того, чтобы рассмеяться, просто широко улыбнулся. Сейчас время не для смеху, а для чего-то ещё приятного.

— А я тебе говорил, насколько я обожаю твою бледно-широкую спину, м-м?

Попов устроился сзади, осторожно опускаясь на родные и худощавые бёдра Шастуна. Эти бёдра он знал, как десять своих пальцев — знал каждый сантиметр кожи, на которую теперь так естественно лёг его вес.

На нём ещё держалось короткое полотенце — ткань была влажной. Второе полотенце, свернутое на голове — тяжеловатое от воды, оно слегка съехало набок.

Начал аккуратно снимать с себя остатки одежды, и одновременно смотреть в глаза Антону, который развернул голову в сторону Попова, и поворачивать назад сейчас точно не собирается. Левой рукой он потянулся к голове и снял полотенце, разматывая его быстро. Волосы, влажные и тёмные, прилипли к его лбу, вискам — потекли вниз, оживая под прохладным воздухом. Рука тут же отбросила ткань в сторону, теперь она валялась где-то на ковре.

Затем правая рука легко разжала край полотенца, скрывающего его бёдра. Полотенце сползло, скользнуло вниз и мягко упало, обнажая тело. Член стоял колом, но это было не новостью, потому что, это было видно ещё с самого начала. Такое короткое полотенце, что оно вообще могло бы прикрывать там?

Арсений потянулся к краю кровати не вставая, поднял уголок одеяла, и достал клубничную смазку? Что она вообще там делала, знал только сам мужчина, но сейчас этот вопрос вообще не интересовал парня.

Шастун, будто загипнотизированный, наблюдал, как Попов, не жалея смазки, щедро выливал её себе на пальчики.

Мужчина медленно придвинулся ближе, скользнув руками по бёдрам Антона. Пальцы зацепили пояс его штанов и, чуть потянув вниз, снова посмотрел в глаза парня, тот утомлённо, но с лёгкой улыбкой, кивнул в знак того, что он готов «отдохнуть».

Ткань зашуршала, сползая с бёдер, цепляясь за колени и голени, пока Арсений полностью не стянул её и не отбросил в сторону.

Смазка на пальцах теплилась, и мужчина, не тратя лишних слов, коснулся ею входа, обводя кругами, дразня.

Шастун чуть дёрнулся, но не отстранился — наоборот, мышцы бедер подались навстречу.

— Расслабься, — прошептал Попов, и мягко, но уверенно ввёл один палец, ощущая, как тело принимается под его прикосновением.

Через пару секунд добавился второй, движения стали чуть глубже и размереннее, растягивая, готовя, но всё ещё не торопясь.

Парень лежал, прикусывая губу, и старался дышать ровно, но каждый новый толчок пальцев заставлял его грудь подниматься чуть быстрее.

Арсений чуть раздвинул пальцы внутри, проверяя, насколько Антон готов, и тот в ответ тихо выдохнул, выгнувшись в пояснице.

— Вот так, умница, — хрипло говорил Попов, проводя свободной рукой вдоль его спины, будто успокаивая.

— Думаю, ты готов, — тихо произнёс он, вытягивая пальцы , и обхватив себя рукой, провёл головкой вдоль входа, чуть надавив, но не входя.

⬇️⬇️⬇️

Головка вошла на пару сантиметров, и мужчина сразу остановился, давая парню время привыкнуть.

— Всё нормально? — Тихо спросил он, наклоняясь ближе, чтобы коснуться губами его плеча.

— Да... Только... Не спеши, — выдохнул Шастун, сжимая пальцы в простыне.

Попов послушно остался на месте, только слегка поглаживая его бёдро и живот, пока напряжение не ушло.

Первое движение назад и вперёд было осторожным, почти пробным, но стоило Антону тихо выдохнуть и расслабить спину, как темп стал ровнее.

Каждое его движение отзывалось в Антоне дрожью, прокатывающейся от позвоночника к пальцам на ногах.

Арсений наклонился ниже, так, чтобы его губы коснулись влажной от дыхания кожи шеи Шастуна. Тот едва слышно выдохнул его имя — и в этом было всё: усталость, доверие, желание, то самое чувство, из-за которого они оба не хотели, чтобы этот момент заканчивался.

Кончают они почти одновременно — всего через пару минут, как всегда, слаженно, будто по невидимому сценарию.

— Ты же говорил, что я отдохну... — Шастун выдохнул, прерываясь на тяжёлые вдохи. — А что-то я, наоборот, только вымотался.

— Упс... — Попов улыбнулся краем губ. — Чуть-чуть приукрасил. Но сейчас точно отдохнёшь. Со мной.

Мягкие, тёплые объятия окутывали их, как пушистые облака, а в сновидениях они видели только друг друга — без остатка, без посторонних мыслей, словно весь мир за пределами этой близости перестал существовать...

Н-а-в-с-е-г-д-а.

***

1/1!!
— Котята, надею вам понравится, я старалась, мне более менее нравится, приятного чтения вам!! ❤️‍🩹🙇‍♀️

#зарисовочкиПоповаиШаста

Не попробуешь — не попробуешь.

Арсений Попов 🙇‍♀️

#кривыеручкиШаста

***

— Я не буду этого делать Арсений. Не буду.

— Ещё как будешь, Антош. Вставай, а то скоро срастёшься с этой кроватью, целый наш отпуск на ней и тухнишь!

— Мне всё подходит.

Парень залез обратно в свою тёплую «берлогу», закопавшись под одеяло так глубоко, что наружу выглядывали лишь блестящие, чуть сонные глазки да завитушки, разбросанные по чудесной и в то же время ленивой головушке. Одеяло обнимало его, как кокон, а эти кудри, торчащие в разные стороны, только сильнее подкупали своей непослушной милотой.

— Раз так. Тогда месяц без секса. И даже не умоляй меня.

— Арсе-ень...

— Я сказал, а ты решай.

— Ладно, я побегаю с тобой... Но через тридцать минуточек, ты видишь какая там рань на дворе!

Попов резким движением срывает с Шастуна одеяло, и мягкая ткань падает в сторону. Он наклоняется, приближаясь настолько, что кончики их носов почти касаются. Взгляд в взгляд — ни один из них не отводит глаз, и всё вокруг будто замирает.

— Или сейчас, или никогда.

— Сейчас, козёл.

😭❤️‍🩹❤️‍🩹

Я балдею от каждого сантиметра этого кадра — он как песня, которую ставишь на повтор и слушаешь снова и снова, и с каждым разом она будто раскрывается по-новому. Сначала цепляет только мелодия — тёплый свет, обнимающий Арсения. Потом начинаешь слышать слова — как лучи мягко скользят по его волосам, делая их ещё более живыми и тёплыми. И чем дольше «слушаешь», тем сильнее понимаешь, что не можешь оторваться, хочется оставаться в этом моменте, чувствовать его атмосферу и ловить каждую «ноту» снова и снова... 🙇‍♀️🥹🥹