Древний Китай был похож на сказку из старых легенд.
Золотые дворцы отражались в озёрах, по каменным мостам медленно шли люди в роскошных одеждах, а по вечерам улицы освещали сотни бумажных фонарей. Для других это место казалось раем. Но для Ли Сун Бина дворец давно стал клеткой.

Когда Ли был ребёнком, он слишком рано увидел настоящую цену власти. После смерти императора началась борьба за трон. Его старшие братья улыбались друг другу днём, а ночью подсылали убийц. Дворец, где раньше звучала музыка, превратился в место крови, страха и предательства. Маленький Ли видел, как один за другим погибали наследники престола. Он слышал крики слуг, видел алые пятна на мраморных ступенях и навсегда запомнил холодные глаза людей, готовых убить ради короны.

В конце этой жестокой борьбы остался лишь он — единственный наследник империи.

Годы шли. Ли вырос невероятно красивым юношей: высокий, с длинными чёрными волосами и спокойным взглядом, от которого у придворных перехватывало дыхание. Народ восхищался им, министры уважали его, а девушки по всей стране мечтали хотя бы раз увидеть наследного принца. Но сам Ли чувствовал только усталость.

Ему не нужна была власть.

Не нужны были титулы, богатства и бесконечные поклоны.

Он просто хотел, чтобы рядом оказался человек, который полюбит не будущего императора… а его самого.

Императрица-мать пыталась изменить это. Во дворец начали прибывать дочери знатных семей — красивые наложницы в дорогих шелках. Они танцевали для него, играли на гуцине, читали стихи и старались завоевать его внимание. Но Ли лишь вежливо отводил взгляд. Ни одна из них не тронула его сердце.

Из-за этого по дворцу поползли слухи. Кто-то шептался, что наследник проклят. Кто-то говорил, что у него просто ледяное сердце.

А Ли всё чаще чувствовал себя одиноким.

Поздней весной, когда сады дворца утопали в цветущих пионах, Ли сидел у пруда в полном одиночестве. Лёгкий ветер качал ветви сакуры, лепестки медленно падали в воду, а в небе лениво плыли облака. Но даже такая красота не приносила ему покоя.

— Что со мной не так?.. — тихо спросил он сам себя.

Почему он не мог полюбить? Почему его сердце оставалось пустым, сколько бы людей ни окружало его?

В этот момент в кустах послышался шорох.

Что-то маленькое и тёплое внезапно прыгнуло ему прямо на колени.

Ли удивлённо опустил взгляд.

Это был лисёнок с белоснежной шерстью и необычными серебристыми глазами. Зверёк тихо фыркнул и удобно устроился у него на руках, будто знал его всю жизнь.

Нахмурившись, Ли поднял голову — и замер.

Прямо перед ним стоял незнакомец.

Высокий юноша в светлых одеждах смотрел на него спокойным взглядом. Его длинные белоснежные волосы были собраны в высокий хвост, а кожа казалась почти фарфоровой в лучах вечернего солнца. Ветер слегка колыхал пряди его волос, а золотистые глаза странно сияли среди лепестков сакуры.

Он выглядел не как человек из этого мира.

На мгновение время будто остановилось.

Сердце Ли впервые за долгие годы дрогнуло так сильно, что стало трудно дышать.

И тогда наследный принц понял…

Он влюбился с первого взгляда.

В королевстве Эстервальд зима длилась почти круглый год. Каменные замки покрывались инеем, а золотые узоры на стенах дворца напоминали замерзшие ветви древнего дерева. Люди шептались, что это королевство благословенно… и проклято одновременно.
Молодой принц Адриан был вторым сыном короля. В отличие от своего старшего брата, он не стремился к трону, рыцарским турнирам или славе. Его больше интересовали книги, старые легенды и тишина дворцовых коридоров. Придворные считали его слишком мягким для будущего правителя.
Одним морозным вечером служанки принесли во дворец маленькую девочку. Ее нашли у ворот монастыря, завернутую в дорогое покрывало с золотой вышивкой — тканью, которую носили только представители древних королевских родов. Но больше всего всех пугали ее глаза — ярко-красные, словно рубины.
Священники сразу назвали ребенка «нежеланным». В те времена люди верили, что дети с такими глазами приносят войну и гибель. Король приказал отправить девочку в далекий монастырь, чтобы никто больше ее не видел.
Но перед самым отъездом маленькая принцесса вырвалась из рук служанки и, едва держась на ногах, пошла прямо к Адриану. Она схватила край его рукава маленькими дрожащими пальцами и посмотрела на него так, словно знала всю его жизнь.
В зале воцарилась тишина.
Принц наклонился к ней и осторожно взял за руку.
— Она не чудовище, — тихо сказал он. — Она просто напуганный ребенок.
В тот день Адриан впервые пошел против воли короля.
Он оставил девочку в своих покоях и дал ей имя Селин. С годами по дворцу поползли странные слухи: рядом с Селин всегда утихали бури, а люди, желавшие ей смерти, загадочно исчезали. Но сама девочка выросла доброй и молчаливой, доверяя одному лишь Адриану.
Никто в королевстве еще не знал, что именно этот ребенок когда-то решит судьбу всего Эстервальда — и станет последней наследницей древней династии, которую считали уничтоженной сотни лет назад.

Чёрный внедорожник плавно остановился рядом с вашей машиной — белой, аккуратной, почти воздушной на фоне его тяжёлой, затемнённой машины. Двигатель затих, а вместе с ним и шум долгого дня.

Он несколько секунд сидел молча, глядя на огромный загородный дом за высоким забором. Четырёхэтажный, с тёплым светом в окнах, дом выглядел слишком спокойным для человека вроде него. Но именно поэтому он каждый раз возвращался сюда.

Выйдя из машины, он поправил тёмное пальто. Ночной воздух был прохладным, пахло сырой травой после вечернего дождя. На участке тут же послышалось рычание — три крупных пса поднялись со своих мест, внимательно наблюдая за мужчиной. Но стоило им узнать хозяина, как напряжение исчезло. Один лениво махнул хвостом, другой подошёл ближе, позволяя потрепать себя по голове.

Он медленно поднялся по лестнице к террасе. В доме было тихо. Слишком тихо после бесконечных звонков, чужих голосов и тяжёлых разговоров, которыми был наполнен его день.

Открыв дверь, он сразу почувствовал знакомый запах дома: ваниль, свежесть чистого белья и слабый аромат вашего шампуня. Всё было идеально убрано — как всегда. Ни одной лишней вещи, ни пылинки. Этот дом жил благодаря вам.

Он снял обувь, оставил ключи на тумбе и прошёл в ванную. Холодная вода помогла окончательно прийти в себя. Подняв взгляд в зеркало, мужчина лишь устало усмехнулся своему отражению. Сильный, холодный для других… но не здесь.

На кухне горел мягкий свет. На столе его ждала небольшая записка, написанная вашим аккуратным почерком:

— «Ужин в духовке. Не жди меня, я уснула ♡»

И почему-то именно такие мелочи трогали его сильнее всего.

Пока он ел, взгляд сам скользил по дому. Всё здесь напоминало о вас. Чашка с маленькой трещиной, которую вы всё равно не хотели выбрасывать. Плед на диване. Цветы на подоконнике, за которыми вы ухаживали каждое утро.

Поднявшись на второй этаж, он заглянул в спальню. Тёплый свет ночника освещал комнату. Вы спали, свернувшись под одеялом, а рядом на кровати устроилась кошка Буся вместе со своими котятами.

Он остановился в дверях, наблюдая за этой картиной слишком долго.

Иногда ему казалось, что вы были чем-то нереальным для его жизни. Слишком доброй. Слишком мягкой. Вы никогда не устраивали скандалов, не требовали невозможного, не пытались изменить его. Просто любили — тихо, искренне и преданно.

А он… сам не заметил, как начал зависеть от этого спокойствия.

Мужчина осторожно подошёл ближе, стараясь не разбудить вас. Его ладонь мягко коснулась ваших волос. Только рядом с вами он наконец мог перестать быть тем человеком, которого боялись другие.

И именно поэтому, как бы тяжело ни проходил день, он всегда возвращался домой

Ты работала в одной из самых крупных и престижных компаний города уже почти два года. Для многих сотрудников это место было мечтой: высокая зарплата, роскошный офис в центре, связи, перспективы. Но была одна причина, по которой почти все приходили сюда с тревогой — ваш генеральный директор.

Александр Вольский был человеком, о котором в офисе ходили почти легенды. Холодный, требовательный, всегда идеально собранный. Он редко повышал голос — ему это было не нужно. Одного тяжёлого взгляда хватало, чтобы в кабинете становилось тихо. Никто никогда не видел его смеющимся, никто не слышал от него искренней похвалы. Для сотрудников он был почти машиной: безэмоциональной, строгой и пугающе идеальной.

Ты старалась держаться от него подальше. Выполняла работу без ошибок, не опаздывала и никогда не спорила. И всё же каждый раз, когда тебя вызывали на верхний этаж, сердце начинало нервно колотиться.

В тот вечер офис почти опустел. За панорамными окнами уже давно стемнело, город светился огнями, а ты сидела за компьютером, заканчивая отчёт. Тишину нарушил внезапный звонок рабочего телефона.

На экране высветилось его имя.

Ты замерла на пару секунд, чувствуя странное напряжение. Обычно он не звонил лично — для этого существовали помощники.

— Да?.. — осторожно ответила ты.

На другом конце послышался уставший, непривычно хриплый голос.

— Подойди в мой кабинет. Мне нужна твоя помощь.

И сразу короткие гудки.

Без объяснений. Без деталей.

Нехорошее предчувствие поселилось внутри почти мгновенно. Ты несколько секунд смотрела на телефон, пытаясь понять, что могло случиться. Ошибка в документах? Проблемы с проектом? Увольнение?

Собравшись с мыслями, ты поднялась на последний этаж. Коридор был непривычно тихим. Свет в его кабинете всё ещё горел.

Ты осторожно постучала.

— Войдите.

Открыв дверь, ты сразу поняла: что-то не так.

Кабинет, который всегда выглядел безупречно, был в полном беспорядке. На столе лежали разбросанные бумаги, рядом стояла недопитая чашка кофе, а сам Александр выглядел так, словно не спал несколько суток. Галстук был ослаблен, верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, тёмные волосы слегка растрёпаны.

Но главное было не это.

На его руках плакал маленький ребёнок — девочка лет двух. Она громко всхлипывала, цепляясь крошечными пальцами за его рубашку, а мужчина выглядел абсолютно растерянным.

Ты застыла у двери, не веря своим глазам.

Это был тот самый человек, которого боялась вся компания.

И он явно не имел ни малейшего понятия, что делать.

Александр устало провёл рукой по лицу и тихо выдохнул:

— Моя жена ушла сегодня утром… Оставила дочь и документы на развод.

В его голосе впервые не было ни привычного холода, ни раздражения. Только измотанность.

Девочка снова расплакалась громче, и мужчина болезненно поморщился, словно этот звук был для него страшнее любых деловых проблем.

Он посмотрел на тебя почти беспомощным взглядом.

— Пожалуйста… успокой её. У тебя точно получится. Ты же женщина…

На несколько секунд в кабинете повисла тишина.

И именно тогда ты впервые увидела своего начальника не как безжалостного босса, а как человека, который совершенно не готов остаться один на один с собственной жизнью.