Недавно со старым другом обсуждали такое мнение. Один блогер высказался: мол, 60 лет — это такой срок, на котором реальные факты уступают место мифу. Поэтому те взгляды на Великую Отечественную, которые сложились в нулевые — они нещитовые. Ну то есть, они совсем и полностью мифология. Их нужно отвергнуть в пользу некоего Объективного Взгляда на войну.

И друг мне сказал: вот ты вроде пишешь про миф. Что ты можешь сказать по этому прикладному вопросу?

Ну а я что? Я человек простой, я и написал всё, что думаю. :)

Да, на определенном удалении любая эпоха, особенно имеющая свой характер и свою эстетику, превращается в некую фентези-вселенную. Иногда даже в несколько, как у нас — СССР: есть и "светлый" фентези-СССР, и "тёмный", и масса оттенков посредине.

Но!

Во-первых, срок назван совершенно произвольно. Некоторые события становятся мифами гораздо быстрее, а некоторые — наоборот. Пример первого — Война за независимость США. Она стала мифом (для жителей США) прям сразу же. Хотя кругом были ветераны, и память была вполне свежа. Пример второго — итальянское Возрождение. Оно стало мифом только через 400 лет (примерно) — когда европейские искусствоведы откопали и переосмыслили этот период.

Так что почему 60 лет? Да нипочему. Думаю, просто блогеру было так удобно, чтобы доказать свой какой-то тезис.

Во-вторых, определенная дистанция как раз нужна историкам, чтобы объективно и научно изучить этот период. Документы должны попасть в архивы. Историки должны туда прийти, изучить, написать первичные работы. Другие историки должны их прочитать и обобщить. В общем, лет 30 на это уходит минимум (оценка интуитивная) — а может уйти и 50, и 100.

UPD: В комментах справедливо отмечают, что многие важные документы ещё и секретятся. Это ещё плюс несколько десятилетий (законы о снятии секретности в разных странах отличаются, так что точную цифру назвать нельзя).

То есть, события прошлого наоборот становятся яснее с прошествием какого-то времени — если конечно (а) историческая наука функционирует, (б) у широкой публики (или хотя бы её части) есть желание разбираться.

В-третьих, в момент, когда некое историческое событие становится значимым фактом для общества/сообщества, оно неизбежно становится мифом. Т.к. оно вплетается в ткань общего представления о космосе — которое и есть священная история — и становится её частью.

Историк должен мыслить объективно (данными, гипотезами, методологией). Это его профессиональная обязанность. Для него история — предмет научной работы. Обычный человек так думать и не может (у него другая профессия), да и не должен. Для него история — священное предание, в котором он живет. От него требуется готовность разобраться в том, что говорят об этом историки — и разобраться именно своим умом. ("Имей мужество пользоваться своим умом" — сказал Кант).

Но это лишь в отдельные моменты — когда он выходит из роли обычного человека, и входит в роль ответственного гражданина, который разбирается с историей своей страны/планеты. А так — он в ней живет как в священном предании, и это нормально.

Поэтому да, конечно, вокруг ВОВ сформировался миф, а вернее — несколько. Все они находятся где-то на оси между идеально "чёрным" мифом о Войне ("трупами закидали", Гитлер был не так уж плох) и идеально светлым (абсолютно мудрый Сталин, ошибок и неудач не было).

Возвращаясь к исходному тезису про 60 лет, всё-таки оказывается, что это полная фигня. Исследования, выполненные и популяризованные в нулевые и десятые, наоборот, прояснили картину. Это касается и плана "Ост", и самого хода боевых действий, и дипломатических игр накануне войны. В нулевые и десятые картина войны стала значительно яснее — в том числе, из-за ожесточенных дискуссий, которые шли примерно повсюду.

По крайней мере, для тех, кто хочет и может разобраться в том, что говорят историки.

Близкие советуют мне делать перерывы в работе. А то на удаленке с этим сложно. Я слушаюсь.

Покуда плевал в потолок, определился с планом публикаций. В ближайшее время будет:
- пост про любовь;
- пост про пропаганду;
- пост про Достоевского и его "аргумент от Елизаветы";
- эссе-отклик на интервью одного довольно известного человека, которым я когда-то восхищался и даже шапочно знал.

Ну а потом вернемся к большому эссе про миф. А то у меня вторая глава считай полностью готова, а её ещё никто не читал и не ругал! Ну а первую уже можно прочитать прямо в этом канале — начинается она здесь.

Ещё одна минутка "дорогой дневник".

На неделе болтал с друзьями, и несколько раз получил (в разной форме) рекомендацию: мол, вот в блоге у тебя читали — ну что ты вдруг о прошлом стал жалеть! Бросай ты это, бессмысленное дело...)

И каждый раз я замечал внутри: а я не сожалею.

Я думаю о прошлом, но не сожалею о нем. Примеры из прошлого служат мне чем-то вроде предмета медитации. Живыми примерами из жизни, которые я знаю как никакие другие — потому что сам там был — и поэтому могу опереться на них, решая и взвешивая, что мне хорошо и что плохо, что мне годится и не годится.

То есть, я прекрасно понимаю, откуда берется этот совет! Я сам когда-то бросил думать о прошлом в таком ключе — и как раз поэтому. Во-первых, это неприятно (хотя и приятно немножко тоже). Во-вторых, на это уходили силы. В-третьих, время: залипая в этих сожалениях, можно потратить многие часы.

В итоге прошлое моё не менялось, а настоящее становилось значительно гаже. Получалось как в старой песне:

Зачем я не родился
В семнадцатом году?
Меня бы приучили
К полезному труду...

Единственным выходом из этой сансары было перестать сожалеть. Было и прошло!

Это волевое решение играть теми картами, которые сдала судьба — не желая ничего иного — было, конечно, необходимо. По сути, тут речь о принятии несовершенства мира — только не мира вообще, а очень определенной части мира: самого себя.

Но теперь я чувствую, что это ограничение мне не особо нужно. Спокойно распечатываю прошлые коробки со своими прошлыми проблемами и неудачами. Приятнее, конечно, когда это уже преодоленные проблемы — как и было в большинстве моих примеров. Тогда вообще отлично себя чувствуешь.

Бывает, конечно, и по-другому. Но это значит (скорее всего), что какая-то штука из прошлого ещё не преодолена, что ты её ещё не перерос. А значит, в настоящем можно что-то сделать, чтобы так больше не было.

В конце концов, на неё можно просто забить/смириться, т.е. перестать воспринимать её как проблему. Загвоздка в том, что забить или смириться — это тоже решение, его тоже должен кто-то принять.))

Короче, кто, если не ты, положит тяжёлый, прохладный болт на твои проклятые вопросы?)

У Аграфены Александровны сегодня любовное настроение.

Доброе утро. ☺️

Друзья.

Если вы когда-нибудь будете спускаться за мной в ад, имейте в виду: я в том углу, где грешники оформляют список литературы по ГОСТу. Делают — а им его возвращают с замечаниями. И они переделывают.

Сразу идите туда — время сэконономите.

Если же в аду такого упражнения нет, нужно признать: они там серьёзно недорабатывают. Вот в учреждениях Российской академии наук давно уже всё есть.

Съездили бы на стажировку что ли, черти клятые.

Ну что ж, дорогие мои. Опять я попал на три недели, да ещё и начал пост коронной фразой Регины Дубовицкой.

Докладываю обстановку. Ваш покорный оказался втянут в масштабный чёс по вузам России. За последний месяц был в Рязани, Ижевске, Екатеринбурге и Томске – и впереди ещё примерно столько же. Города все отличные! Везде есть что-то своё классное: в Екб – Плотинка, в Ижевске – парк, переходящий прямо в тайгу, а вот сейчас в Томске – прекрасный деревянный центр с улетными граффити и ароматом печного дыма, плывущим по улице.

Попутно сдал первую сессию в аспирантуре, сделал прививки кошке (теперь с ней можно гулять) и пережил пару драматичных эпизодов на работе.

Наверное, поэтому в канал писать как-то не успевал... Простите. Некоторые из вас скучали по постам и писали мне в личку. Это конечно очень приятно (делайте так, пожалуйста, не стесняйтесь ☺️ ).

Так вот, сегодня в самолёте было нечего делать, и я разродился длиннющим постом)

Так что любителям длиннопостов от Саши скоро будет что почитать)

А пока фото из поездок вам в ленту ;)

В последние недели регулярно рубимся с Владом на тему серьёзности. В смысле, допустима ли серьёзность в отношении к чему-либо для умного, внимательного, врубного человека? Или серьёзность всегда есть нечто, что следует преодолеть?

Я считаю, что допустима, и полностью сбросить её нельзя; Влад – что это всё морок, который как раз можно и нужно сбросить, чтобы мыслить.

Споры эти довольно интенсивные, но лично мне много что дают – и в плане удовольствия (amor Dei intellectualis), и в плане оттачивания вопросов и аргументов. Тема такая, что в одном посте никак не схватишь. Но вот кое-какие промежуточные итоги я бы хотел зафиксировать.

Главный тезис Влада – который он берёт у Пятигорского – в том, что серьёзность убивает мышление. При этом за словом "серьёзность" постоянно мерцает три смысла:
- (1) серьёзность по отношению к себе (когда я сам для себя есть нечто значительное);
- (2) серьёзность по отношению к каким-то формулам/утверждениям/истинам (догматизм);
- (3) серьёзность по отношению к каким-то темам (наличие в мире чего-то онтологически весомого, в пределе – священного).

При этом Пятигорский говорит о серьёзности по отношению к себе, Влад в основном выступает против догматизма (хотя при этом ссылается на Пятигорского), а я в основном говорю о священном, вернее – онтологически весомом.

В общем, отличный разговор у нас получается. 😁

Предлагаю по порядку. На мой взгляд, решение первой проблемы дал Кастанеда. Его дискурс о ЧСВ обозначает проблему (в точности ту же самую, о которой говорит Пятигорский), а идея контролируемой глупости – это решение.

В сухом остатке там вот что: мы всегда выглядим для себя более значительными, чем являемся на самом деле. Возможно множество аргументированных перспектив/взглядов на мир, и в абсолютном большинстве из них мы – совершенно незначительны. "Мальчиком больше, мальчиком меньше... Какая разница?"

Но в глубине души мы всё равно чувствуем себя особенными, и полностью избавиться от этого чувства нельзя. Если представить себе такое состояние (оно иногда наступает, но временно) – то обнаруживаешь, что в нём невозможно жить повседневной жизнью – ходить на работу, строить планы итд. Если ты действительно для себя не важен, всё это не имеет никакого смысла.

Главное здесь, на мой взгляд, то, что это неизбежно. Никакие планы, намерения, цели не могут строиться вокруг того, что нам не важно. То, что нам пох – нам пох.

А в той мере, в какой мы ведём свою жизнь, занимаемся своими делами, идём какой-то свой путь – мы себе не пох. Всё, приехали, это и есть ЧСВ. :)

Решение проблемы – в контролируемой глупости. Да, для себя я особенный, и всегда таким буду. Больше того, на этом чувстве, как люстра на крюке, держится вся моя дееспособность. Это, конечно, иллюзия – но она как замковый камень для моей социальной персоны. А значит, я должен принять это чувство как необходимого спутника, но не растворяться в нём.

Таково решение "проблемы Пятигорского", на мой взгляд.

Вторая проблема решается ещё проще: ведь Кант уже пролил масло пробудился от догматического сна, и нам теперь спать не даёт.

Как можно претендовать на постижение окончательной реальности после Юма и Канта? С большими, кхм, затруднениями.

Юм показал, что вещи, о которых мы думаем и которыми манипулируем – плод конструктивной работы ума. Что представление о существовании вещей не может сводиться к пассивному восприятию – в нём-то как раз никаких вещей нет.

Кант продумал последствия: значит, реальность никогда не предстаёт нам напрямую, а всегда только через промежуточный слой наших ментальных конструкций (концепций, схватываний, моделей)*.
___
* Это позволяет особо рьяным гражданам заявлять, что за ними вообще ничего нет. Но это, конечно, позиция завиральная - потому что если им, скажем, сломать палец, кричать будут все. Однако, тенденция.

Именно так и получилось, что Кант в одно лицо похоронил метафизику, которая до него была вполне респектабельной дисциплиной.

Поэтому догматизм – не вариант.

С абсолютной онтологией (что есть на самом деле, и как оно есть) – по определению ничего непонятно. Окончательная реальность недостижима (вещь в себе). Она предстает нам только через интерфейс нашей персональной онтологии — т.е. всё-таки в виде некоего отражения, которое не равно отражаемому.

Либо – в виде непонятийных последствий наших действий: боли и отсутствия боли, жизни и смерти, травмы или сохранности тела и психики, итд, итп. (Любопытно, что опираться на них неоднократно призывает Библия: “по плодам их узнаете их"; "всё испробуйте, хорошего держитесь" и т.д.)

И вот тут мы подходим к самому важному – к (3), третьему смыслу "серьёзности", которого я держусь на уровне личного выбора – и отстаиваю теоретически, когда и если заходит речь. :)