Навигации пост

На всякий случай, и особенно — для всех новоприбывших, обновляю пост-навигацию. А то старые посты улетают куда-то вверх, где их никто никогда не найдёт. ☺️

Бывальщина
- Братья Карамазовы
- Про маму и лису
- Ералаш
- Хомяк и смерть
- Случай в вагоне-ресторане

Цикл о мифе
Предисловие
01 - Люди как люди (часть 1)

История философии
01 - О том, зачем это всё

«Глобализация зависимости»
Часть 1
Часть 2
Часть 3 

Рецензии на книги и фильмы:
- Про Джека Лондона
- Про В.С. Найпола: раз, два, три 
- «Дзен и искусство ухода за мотоциклом» 
- «10 лодок»

Философическое:  
- Что такое "смыслы"
- Единочаятели
- Взгляд Отца
- Два регистра языка
- Про отчуждение

STS:
- Три типа инженерства

На неделе приснился сон.

Мы сидим с Владом на какой-то даче и ведем подкаст.

Подкаст называется "Братья Карамазовы". Мы выглядим как обычно, но меня зовут Иван, а его — Алёша.

Летняя ночь, мотыльки летят на лампочку. Мы перетираем какой-то вопрос, и вдруг стучат в дверь.

Я сразу думаю: "Наверное, Митя пришёл". И сразу почему-то понимаю: пьяный.

С досадой думаю: "Вот блядь, нормально же сидели — нет, приперся! Всем интересным разговорам теперь хана, будем с этой пьянью нянькаться, его телеги пьяные выслушивать". (а я это ненавижу, так же, как и в жизни)

Но не впустить нельзя, конечно — брат всё-таки.

Мы в прихожей. Стены в побелке такой, которая пачкается. Лампа тоже такая, какие бывают на старых дачах. Открываем дверь. Там Митя. В расстегнутом гусарском мундире, с глазами красивыми, но пьяными.

Впускаем, сажаем. И он начинает рассказывать: вот, мол, он попал в такую ситуацию... Ему пришлось занять денег, и нужно, нужно отдать, сегодня же! — иначе он погиб...

Я говорю: "Алёша, не надо! Ничего этого не было, и он бухой в сраку".

А он такой: "Ваня, не мешай". И слушает.

Я говорю: "Лёша, ну он же врёт тебе в глаза — как же ты не видишь?!"

А он всё повторяет: не мешай, не мешай! И слушает Митю.

Я говорю: "Лёша, ты заебал! Давай я ему просто дам по мордам — и спущу с лестницы! Нет сил смотреть, как он тебе мОзги делает".

В итоге, Влад-Алёша даёт ему денег, и Митя, довольный, уходит.

Мы возвращаемся в комнату, и я вдруг говорю: "Знаешь, а ведь старуху — тоже я убил".

Раскольников, говорю, тут ни при чем. Он там всё страдал да меньжевался — ну, я ему и помог. Вселился в него, пошёл и грохнул старуху-то. Из сострадания, понимаешь? Он же мучился.

И тут Алёша мне отвечает: "Эх, Ваня, ну что же ты наделал... Ведь Бог всё управит, у него всё предусмотрено — для каждого — зачем же ты вмешался?"

А я говорю: "Погоди, почему ты мне рассказываешь про Божий промысел? Ты же буддист!"

И тут он улыбается так хитро — и подмигивает...

Друзья, принимаю поздравления: сегодня стал аспирантом Института философии РАН по специальности 5.7.1 "Онтология и теория познания".

А также отработал свой последний рабочий день в МФТИ. Спасибо Физтеху за всё — почти 10 лет я здесь провел, не считая учёбы.

Вот такой у меня сейчас поворот — как всегда, сразу по всем направлениям — только в прошлый раз я ещё и женился. :)

Скоро будет много интересного, в первую голову, про философию.

Не переключайтесь! Я уверен, вам тоже интересно, куда меня кривая выведет. :)

В этот раз.

https://youtu.be/Y7JG63IuaWs?si=I5hDHmypPVWWpNs3

В последнее время стал снова слушать Tool. Удивительная музыка: одновременно тяжелая, мощная — и наводящая на ум прохладную безмолвную ясность.

Будто твою внутреннюю линзу протёрли каким-то чудесным трансцендентальным спиртом.

Самое то, чтобы осмыслить перемены

Feed my will to feel this moment
Urging me to cross the line

Reaching out
To embrace the random

Reaching out
To embrace
Whatever may come

Итак, господа присяжные заседатели, что известно о жизни моего подопечного?

В отпуск съездил, на новую работу вышел. Пересмотрел "12 стульев" с Мироновым. Обнимал турецких котов. Плавал так яростно, что чуть не заработал отит. Но вовремя начал пить таблетки, и отит отменили.

А ещё в четверг утвердили тему диссера. :) Но для этого пришлось пошевелить булками извилинами и срочно прочесть ещё пару (небольших) книжек.

Единственное, где накопилось много долгов — это по каналу. Как минимум, я обещал вам отрывки из реферата. И вторую часть цикла про историю философии. И ещё очерк про "Глобализацию зависимости" надо наверное дописать, раз к нему есть интерес. :)

Как говорится, приступим, помолясь. :)

МИФ и СУБЪЕКТ

Предисловие

Прежде, чем публиковать здесь отрывки реферата, нужно сказать пару слов, а то будет непонятно.

Речь об идее кандидатского исследования. Эту идею я придумал, когда готовился к поступлению. В итоге она, к сожалению, не прошла — но я по-прежнему считаю её очень крутой. Я надеюсь всё равно ей заняться — пусть и под другим понятийным "зонтиком", более соответствующем нашей дисциплинарной рамке.

Мои же собственные теоретические изобретения коллеги отчасти раскритиковали (вполне справедливо), а отчасти отвергли как... слишком амбициозные. Если в двух словах, дело сводится к следующему. С точки зрения статуса, я не крупный философ, который может заниматься большими вопросами, а всего лишь аспирант, которому прилично заниматься какой-то узкой проблемой. Действовать иначе — значит нарушать неписаные правила: явочным порядком присваивать себе статус, который ты не заслужил.

Однако, конечно, я ими заниматься буду. Уж в этом-то я не сомневаюсь. Просто не в рамках диссертации. А вот буду ли я в итоге писать диссер — это вопрос открытый. Учёные — страшные педанты, а наука — как бы огромная фабрика с множеством цехов, где работа мысли сильно зарегулирована различными стандартами, инструкциями, требованиями и тому подобным.

Хочу ли я быть частью этой фабрики? Да не особо. Как часто бывает с масштабными социальными системами (институтами, организациями), пользоваться их плодами очень приятно, а вот быть их частью — не очень. Они всегда порождают отчуждённый труд, подмену содержания формой, уплощение смыслов и тому подобные печальные уродливые вещи. Зато громадные системы дают громадные результаты: инфраструктуру, технологии, науку.

Маяковский в своих стихах — посмертных и бессмертных, как потом окрестил их Пастернак — писал:

Мой стих трудом громаду лет прорвёт —
И явится весомо, грубо, зримо.
Как в наши дни вошёл водопровод,
Сработанный ещё рабами Рима.

Пользоваться каким-нибудь таким "водопроводом" — прикольно. Орудовать кайлом в каменоломне — не очень.

То же самое и с наукой. Хотя в целом работа этой громадной фабрики, конечно, вызывает уважение — но вот быть её частью не очень интересно. Как сказал недавно мой друг Никита (к.т.н., кстати): "Наука — это полная х**ня, если честно. Но вот то, что лампочка светится — это прикольно."

Так зачем мне это? Я имею в виду аспирантуру и диссер? — Ради возможности показать свои идеи людям, прошедшим эту школу. Ведь я действительно всего лишь продвинутый любитель. Что я читал — то читал, а систематических знаний у меня нет.

Хотя отсутствие систематического образования — это, как ни странно, скорее преимущество. То, что мне не отформатировали мозги как всем — увеличивает шансы пройти своим путём. Но и опасность изобретать велосипед крайне велика. Блуждать на тропинках, которые вообще-то уже хожены. Совершать старые ошибки.

Так есть ли шансы сделать что-нибудь серьёзное в одиночку? По-моему, очевидно, что нет. Так что я планирую присосаться, как блоха, к коллективному разуму сектора — напиться из него отменного коллективного знания — и превратить его во что-нибудь прекрасное. Steal, как говорится, like an artist. :)

И не говорите, пожалуйста, что так не честно. Я не первый день в шоубизнесе и отлично знаю: все, везде так делают. :)

01 - Люди как люди (часть 1)

В чем же состояла моя идея?

Пётр Леонидович Капица однажды сказал: "Науку делают не приборы, а люди". Очевидно, легендарный кентавр хотел обратить внимание на человеческую, людскую часть научного предприятия — в противовес материальной: установкам, приборам, инструментам.

Однако нельзя просто признать важность этой части — и остановиться. С этой точки приходится двигаться, а двигаться можно как минимум в двух направлениях. Один путь — концептуализировать людей как нечто неживое: превратить их в объективный фактор. Этот подход ёмко выражается словосочетанием "human resources": люди — важный ресурс, который можно накапливать или тратить, за который приходится бороться и так далее.

Другой — в том, чтобы осмыслить их как то, что они есть: субъективный фактор. В случае с наукой, отсюда следуют вопросы: как устроен субъект науки? Что в нем происходит? Откуда он вообще берется?

Это называют социокультурным подходом. Однако и у него есть два горизонта: социальный и личностный.

Социальный: думаем о том, как устроен субъект науки на социальном уровне. Изучаем явления социального порядка: структуры, нормы, институты. В этом ключе писали Кун (идея "парадигмы"), Лакатос (идея "исследовательских программ") и многие другие крутые и именитые авторы.

Личностный: думаем о том, как устроен субъект науки на личностном уровне. Т.е., что происходит внутри учёного? На каких идеях (смыслах) держится его кипучая активность? Что происходит у него в голове — прямо внутри его личности?

Меня всегда интересовал этот личностный аспект, на который косвенно указывает фраза Капицы. Действительно, науку делают люди — но им-то это зачем?

А если для них это естественно — или даже необходимо — то откуда они такие берутся?

Как говорил великий антрополог Клиффорд Гирц: чего, по их мнению, они добиваются?

План был такой: прочитать и сопоставить два типа текстов: с одной стороны, мемуары, переписку, публицистику крупных учёных ХХ века. А с другой — научную фантастику, на которой они выросли.

Что я там искал? Мне казалось, там есть что-то, из чего можно выделить некое "культурное ядро" науки. Некий культурный движок, на котором работает философия и наука — как глобальное человеческое предприятие.

О науке принято говорить как об институте. Но, по моему скромному мнению, это нечто большее. Свидетельством тому — то, что, помимо результатов, полезных в народном хозяйстве, она производит (когда больше, когда меньше, но в целом устойчиво) и энтузиастов, и подвижников (Покровская), и диссидентов (Галилей), и даже мучеников (Сократ, Джордано Бруно).

Вот эта-то пассионарная сторона меня и интересует — тем сильнее, чем активнее она нейтрализуется терминологией современной социальной науки.

Может ли "институт" заставить человека взойти на костёр? Какие "структуры" могут заставить человека пережить хотя бы такие траблы, какие пережил Галилей?

Нейтральная терминология современной социальной науки маскирует одно обстоятельство: в деле замешана страсть.

Да, конечно, наука — это социальный институт, это бесспорно. Но тогда приходится признать: внутри института действует что-то, творящее в людях некую странную алхимию, ведущую к странным, странным, странным поступкам.

Чего, по их мнению, они добиваются?

Ясно, что это "что-то" как-то связано с культурой. Что оно вполне реально и даже повсеместно. Но скажите честно: звучит ли в имени "социальный институт" что-то, хотя бы намёком указывающее на что-то подобное?

Так что я собирался делать, конкретно?

Сначала — про материал исследования.

С одной стороны, меня интересовали тексты, сохранившие следы личного присутствия крупных ученых. Научная статья или учебник тщательно очищается от любых следов личного присутствия. Меня же, наоборот, интересовали тексты, несущие в себе эти следы.

Поэтому — переписки, дневники, эссе, публицистика, научно-популярные работы.

Писали ли ученые такие тексты? Да, и довольно много. Только навскидку: Бор, Эйнштейн, Гейзенберг, Фейнман, Оппенгеймер — это из технарей. Лотман, Успенский, Гирц, Малиновский, Мэри Дуглас — из гуманитариев. Они писали, и тексты эти издавались. Скорее, удивительно как раз то, что при таком изобилии, эти тексты остаются настолько в тени.

А вторая группа — фантастика, на которой они выросли. Ведь откуда в голове у человека (ребёнка, обычно) возникает идея стать ученым? Это всегда передаётся произведениями культуры. А где в культуре разрабатывается тема науки и технологий? Так в научной фантастике. Активнее всего — именно там. По определению, научная фантастика — это произведение, где исследования, ученые, технологии либо прямо выведены в качестве героев (пример — "Солярис"), либо решающим образом повлияли на сеттинг (пример — "Бегущий по лезвию").