Десятый паладин Тьмы сидел в своём кабинете, повернувшись спиной к выходу, и смотрел в окно на далёкие еле заметные звёзды. На этот раз он был без маски, ибо разговор предстоял не с кем-нибудь, а с лучшим другом. Да и разговор намечался крайне серьёзный, в отличии от тех, что обычно проходят между ними.

Весперс медленно повернулся к Фероцию и многозначительно промолчал в ответ на приветствие. Даже не поднялся с кресла. Он пристально и серьёзно смотрел на своего друга.

— Присаживайся. Нам нужно кое-что обсудить. Что-то... Очень личное, - он проговорил это с некой сухостью в голосе, однако последние два слова оказались с лёгкой дрожью в голосе.

Паладин прокашлялся и поправил ворот одежды.

— Я... У меня... Появилась возлюбленная, - он слегка смутился, ибо почти никогда так откровенно не разговаривал с кем-либо. Кроме неё естественно.

Он видел как просиял Фероций от этой новости, но тут же осёк его, поднимая руку вверх и направляя ладонь руки на него.

— Помнишь ту звезду, о которой все говорят? Которая... Лишила меня её, - он помахал левой рукой, вместо которой на деле был протез.

— Успокойся, прошу тебя... - тихо проговорил Весперс, смотря в одну точку на столе. - Я.. Прекрасно понимаю, как это звучит.

Только сейчас он вюподнялся с кресла и прошёл с другой стороны стола, обходя его и приближаясь к Фероцию, ведя протезом по столу.

— Просто выслушай меня, прошу...

Весперс резко приблизился к Фероцию и схватил того за ворот, приближая лицо к себе. Глаза налились кровью и сверкали красным с узкими зрачками.

— Не смей так отзываться о ней.

Он внезапно раскрыл пасть, которая как-то странно вытянулась и щёлкнул острыми клыками, издавая жуткий рык. Даже если сам внешний вид не внушал страха, то вот воздействие, оказываемое на жертву всегда производило чувство страха.

В руке появилось кровное оружие и он приставил один серп к горлу своего же друга.

— Или мне начинать тебя отчитывать за то, что ты связался с барыгой и употребляешь запрещёнку? М?

— Вот и отлично. Мы друг друга поняли, - Весперс с облегчением вздохнул, как-то маньячески улыбаясь. - Я не лезу в твою личную жизнь - и ты не лезь в мою. Я лишь поделился с тобой тайной, а вот ты не говоришь про свою.

Он снова приблизился к своему другу, глядя тому в глаза пустым холодным взглядом с узкими зрачками.

— Но я знаю... Знаю всё про тебя. Не представляешь, сколько подробностей я могу рассказать о тебе, - он расплылся в широкой улыбке так, что рот буквально порвался и нижняя челюсть начала отвисать на лохмотьях плоти. Картина не из приятных.