Я встал в очередь, ерзая от любопытства, а когда пришло мое время, включил камеру и толкнул дверь… Господи, за ней была другая Италия. Тихий канал, отражения в воде, старые стены, маленькие мостики — кусочек почти венецианской жизни, спрятанный внутри Болоньи. Окошко, похожее на портал в другую жизнь, как дверца автобуса в фильме «Гостья из будущего».

Пообедал я поздно, отстояв длиннющую очередь в народный ресторан Сфоглиани Рина, где отведал тарелку эталонных тальятелле аль рагу, и уже прогуливаясь после, совершенно случайно набрел на церковь, встреча с которой предопределила весь смысл моей итальянской поездки. Ведь, зайдя в божий дом отдохнуть с пути, я был сбит с ног мощнейшим культурным хуком в голову.

Я не мог вымолвить ни слова. Я готов был заплатить за билет и сто, и двести евро, но, обойдясь тринадцатью, стоял в оцепенении от визуального шока, ведь передо мной развернулась во всей красе, без единого туриста рядом, одна из самых эмоционально страшных и сильных работ всего итальянского Возрождения — «Оплакивание Христа» Никколо дель Арки.

Немного отойдя, я присел на лавочку перед скульптурной группой и медленно разглядывал каждый миллиметр, боясь упустить детали. Господи, эти лица, искаженные болью… Всё будто находилось в движении. Я даже не понимал, как дальше себя вести при виде таких шедевров. Мне хотелось оголить все свои чувства, плакать, биться в истерике, спокойно созерцать, восхищаться. Но самое главное — мне не хотелось уходить, горько осознавая, что таких рук уже не будет никогда.

Какие раньше были руки… Как они могли, создавая шедевр, погрузить человека в омут всевозможных чувств, намертво приковывая взгляд.

Выйдя из церкви, я еще долго молча бродил по вечерним улочкам. В ресторанах кипела жизнь. На каждом столе стоял пятилитровый кувшин с вином, тазик макарон с мясом и огромное блюдо с нарезанной мортаделлой, а на витринах лежали колбасы, по цвету и размеру напоминающие трехгодовалых младенцев.

Город-пир, город-чревоугодие. Приехать в Болонью и заботиться о своем весе было так же глупо, как приезжать в Нью-Йорк и не ехать на Манхэттен. И в финале скажу так. Свою болонскую дольче виту я прожил идеально, понимая, что в городе оставалось еще много интересного и вкусного. Но кто мы такие, если пытаемся вместить целый город в одну эмоцию? Этой Болоньи мне хватило. Со спокойным сердцем, поужинав и уснув, я знал, что завтра верну машину, продолжу свою поездку и обязательно вернусь в Болонью вновь. Шалом!

⚜️Массажер для поясницы Porodo, белый — 8.990₽ (Абсолютно новый, в запечатанной коробке)

⚜️Устройство Porodo Lifestyle для омоложения кожи и расслабления мышц с RF, EMS и вибрационной терапией — 6.990₽ (Абсолютно новое, в запечатанной коробке)

⚜️Универсальный массажер c подогревом Porodo — 6.490₽ (Абсолютно новый, в запечатанной коробке)

⚜️Перкуссионный мини-массажер Porodo Lifestyle Mini Massage Gun, 4 насадки, 4 часа работы, 3000 об/мин — 3.990₽ (Абсолютно новый, в запечатанной коробке)

⚜️Массажер для лица и шеи Porodo Lifestyle Face & Neck, LED-терапия, нагрев, ионизация, 4 скорости — 3.990₽ (Абсолютно новый, в запечатанной коробке)

Московская жаркая пыль закипала под подошвами клиентов, ждущих у входа. В кондиционированном зале лавки была тишина. Полотер чистил паркет соломенного цвета. Мойша по-рембрандтовски высвечивал лампами выгодный ракурс товара, а Наташа пила чай из гладко обсосанного временем поповского блюдца и, макнув ложку в пузатую блестящую банку, ждала когда с холодного серебра стечет тонкая рубиновая нить варенья.

Минула первая половина дня и пока не наступило время пятичасового чая, я надеюсь, что осторожная теплота необыкновенных обеденных лотов защемит в ваших сердцах, вызвав непреложное желание купить.

Товар сегодня необычный, такой, что, скажи я тете Двойре о том, что звук нынче подают прямо в мозг, услышал бы произнесенное с насмешкой слово «Цирк», потом «А, ну, дыхни!» и затем хлопок дверью.

А про звук прямо мозг на самом деле правда!

Лавка Макса Верника в мессенджере Max:
max.ru/vernikmax

🎧Беспроводные наушники Shokz OpenDots One, розовый — 14.990₽ (Абсолютно новые, в запечатанной коробке)

🎧Беспроводные наушники Shokz OpenFit 2+, фиолетовый — 15.990₽ (Абсолютно новый, в запечатанной коробке)

🎧Беспроводные наушники Shokz OpenSwim Pro, белый — 17.990₽ (Абсолютно новые, в запечатанной коробке)

🎧Беспроводные наушники Shokz OpenFit, черный — 14.990₽ (Абсолютно новые, в запечатанной коробке)

🎧Беспроводные наушники Shokz OpenRun Pro 2, серый — 17.990₽ (Абсолютно новые, в запечатанной коробке)

Сегодня — ода личной, близкой, словно любимая женщина, вещи, которая знает все мои слабости. Ей — всё моё свободное время. В ней — все смыслы. Ведь ближе, чем она, у меня только дочь.

С гордостью представляю вам безупречную камеру для влогов, совершенно не нуждающуюся в рекламе. Четвертый Покет, дамы и господа.

Камера, которая в ближайший год объедет со мной в прямом смысле четверть мира. План посещать минимум пятьдесят стран в год — в действии. На 22 мая уже тридцать семь, и я не собираюсь останавливаться.

Впереди горы Норвегии и Швейцарии. Впереди месяц дорог и мой новый лучший друг, близкий родственник, если угодно, — ДиДжиАй Покет Четыре в комплектации «Идеальный побег в вымышленный мир».

🎥 Экшн-камера DJI Osmo Pocket 4 — 47.990₽ (Абсолютно новая, в запечатанной коробке)

🎥 Экшн-камера DJI Osmo Pocket 4 Creator Combo — 57.990₽ (Абсолютно новая, в запечатанной коробке)

Как только рыжий паркет моего кабинета загорится овсяным пламенем субботы, я будто под гипнозом смело шагаю в коридорный просвет, зная, что по пустой Москве можно объехать массу своих поставщиков и закупиться на неделю.

Сегодня, несмотря на жару, на мне пасхальные брюки модели «Вольдек», румынский сюртук из театрального реквизита и простреленная в боях шляпа пыльно-лисьего цвета, которую я выиграл в вист у ветерана великой молдавской войны.

Сегодня мы выкупили много товаров, но явим только телефоны, ноутбуки и часы, а то длины телеграм-ленты не хватит. В любом случае это новый день и новая страница летописи Лавки Макса Верника, увенчанная очередной торговой историей.

📱 iPhone 16 128 Gb Teal — 43.990₽ (Отличное состояние, в комплекте кабель зарядки)

📱 iPhone 16 Pro 128 Gb Black Titanium eSim — 54.990₽ (Отличное состояние, в кабель зарядки)

📱 iPhone 16 Pro 128 Gb Desert Titanium — 61.990₽ (Отличное состояние, в комплекте кабель зарядки)

📱 iPhone 17 Pro 256Gb Silver eSim — 84.990₽ (Состояние нового, полный комплект)

⌚️ Apple Watch Series 11 46 мм Jet Black Sport Band Black S/M — 23.990₽ (Отличное состояние, полный комплект)

💻 MacBook Air 13 2025 M4/16Gb/512Gb Midnight— 87.990₽ (Отличное состояние, полный комплект, с гравировкой)

Шел пятидесятый день моей поездки. Сердце устало в пути, но билось верно, порядком припухшее от впечатлений и красное, словно из-под молота. Позади остались: Китай, Австралия, Новая Зеландия, Фиджи, Япония, Тайвань, Вьетнам, Таиланд, Малайзия и Италия. Впереди лежала Франция — моя последняя страна в долгом путешествии, где я планировал пробыть несколько дней, которые хотел посвятить литературе, архитектуре и сумкам — третьей страсти, которую мне было сложно усмирить.

На свой последний ночлег я встал в Париже, ангажировав уютную квартирку в районе Полей Елисейских, аккурат там, где сходятся улица Берри и улица Предместья Святого Оноре — в прошлом грязная дорога за городской стеной, а ныне одна из самых дорогих и влиятельных улиц мира с названием, впитавшим в себя многовековую историю деревень и пекарей, — Фобур Сент-Оноре.

Хруст свежего хлеба тут заменил хруст розовых купюр. Цоканье лошадиных копыт — цоканье каблучков моделей с бледными фарфоровыми лицами, безжизненным взглядом статуй и глазами цвета беды. А вместо криков погонщиков лошадей, навьюченных мукой, слышались пронзительные женские окрики в сторону мужчин, чувствовавших вину за ошибки, которых они не совершали.

Девушки шли впереди, качая молодыми бедрами, крепкими от утреннего спортзала, а мужчины с немелочными и щедрыми привычками покорно несли на побелевших крючках пальцев прямоугольные пакеты с дорогими логотипами, внутри которых лежало подтверждение обещаний, данных в ночном огне простыней. Расплата за нежное «да», которое они пили ночью с девичьих уст.

Я всегда был без ума от Парижа. Мне было совершенно чихать на летающие обрывки мусора, торговцев сувенирными статуэтками, хмурых и пыльных нищих, протягивающих трясущиеся лодочки ладоней в сторону прохожих. Мне это было неважно. Для меня это было место, свободное от человеческих ошибок. Священная роща поэзии. Пристанище моих литературных идолов.

Весенний Париж, чью погоду описать словами даже при неплохом словарном запасе не было никакой возможности. Конечно же, можно было просто сказать, что весна в Париже — это правдоподобное доказательство существования рая, в котором небо расшито звездами, а судьба любого гостя овеяна солнцем, творящим шампанское волшебство в груди, полной иллюзий, но одобрил ли это Пруст? Что бы на это сказал Бодлер?

«Лучше я промолчу», — подумал я, стоящий на залитом солнцем углу улиц Берри и Оноре, ища прищуренным взглядом следователя нужные дворовые ворота моего дома, который я купил в безраздельное пользование на несколько дней.

Эйрбиэнби в последнее время стал настолько удобным, что большинство квартир не требовали общения с хозяевами. В переписке они просто указывали, под каким горшком лежит ключ, объясняли, что на кроватях лучше не устраивать оргии и всегда говорить соседям, что вы дальний родственник из Аламеды.

В этот раз я снова не ошибся. Ключ оказался в горшке с петуньями, а дверь — красной и красивой. Я поднялся на второй этаж по скрипучей винтовой лестнице с автоматическим реле света, реагирующим на движение, которое включалось на три секунды, еле всунул в замочную скважину кривой латунный ключ, испачканный землей, и, войдя в квартирку, понял, что я дома.

Меня встретил идеальный баланс света и цвета благодаря роскошным окнам, свисавшим с потолка до овсяного паркета, а в спальне ждала уютная кровать без следов чужой страсти. На кухне была газовая плита, набор французских кастрюлек, килограмм соли, мешочек муки для блинов и чей-то недоеденный грушевый конфитюр.

Еще в квартирке отчетливо пахло канвой Гояра, кожей Тьерри Эрмеса и свежей выпечкой из пекарни, что находилась этажом ниже, на улице, асфальта которой не было видно из-за густо поставленных столиков без единого свободного места. За столами на плетеных стульях сидели парижане с узкими угловатыми лицами и пили вино по любому поводу, стуча друг о друга толстые зеленоватые стаканы. Было шумно, но мне было хорошо и спокойно.