Насколько повестка беларусской оппозиции совпадает с тем, что волнует беларусов и беларусок?

На сайте проекта "Пятая республика" опубликовали мою статью об эффективности политической репрезентации, реализуемой Светланой Тихановской - лидирующим политиком беларусской оппозиции. Я сопоставил результаты опроса общественного мнения с данными контент-анализа политической коммуникации Офиса Светланы Тихановской.

Опрос показывает, что чаще всего беларусские горожане считают важными для страны экономические проблемы: рост цен, низкие доходы, высокие цены на жилье, тарифы ЖКУ и бедность. Война, внешняя политика и отсутствие демократии также волнуют беларусов, но гораздо реже, чем вопросы экономики.

Лидерка оппозиции фокусируется главным образом на отсутствии в Беларуси демократии и свободы слова, упоминая также вопросы внешней политики и национальной культуры.

Сопоставление повестки оппозиции и общественной повестки показывает, что Светлана Тихановская не представляет интересы большинства беларусов, хотя успешно репрезентирует проевропейское продемократическое меньшинство.

Отклонение повестки Светланы Тихановской от интересов как беларусов в целом, так и проевропейского продемократического сегмента связано главным образом с низким вниманием к экономическим проблемам. Однако Светлана Тихановская также недостаточно говорит о проблемах госуправления, медицины и демографии.

Подробнее о результатах исследования и методологии читайте в статье.

Гендерная политика, европеизация и дефицит демократии в Польше

В статье 2019 года, опубликованной в одном кембридском журнале, утверждается, что критика гендерной политики государства со стороны правых хорошо воспринималась в польском обществе потому, что в ней было зерно истины. А именно, правые указывали на недемократический характер внедрения этой политики: государственные бюрократы и эксперты в рамках невыборных органов реализовывали свои программы без какого-либо обсуждения с общественностью.

В качестве примера авторка статьи разбирает громкий скандал в 2013 году вокруг проекта Równościowe przedszkole (Детский сад равенства). Суть в том, что ряд детских садов в Польше начали практиковать воспитание, которое бы не навязывало детям гендерные роли. В этом начинании они опирались на брошюру, выпущенную местными феминистками на деньги одного из европейских фондов и поддержанную государством. Это вызвало бурю негодования со стороны родителей, которую подхватили правые политики и публицисты. Например, Grzegorz Strzemecki, который стал писать об этом книги. Правые утверждали, что в Польше произошла тихая революция сторонников "гендерной идеологии", которые захватили государство и что родители больше не могут влиять на способ воспитания их детей.

В статье также утверждается, что эта гендерная политика была частью более общей ситуации дефицита демократии в Центральной и Восточной Европе в контексте "европеизации". То есть когда государство реализует различные программы просто потому, что они являются требованиями Европейского Союза, а не потому, что соответствуют демократической воле народа. В статье авторы ссылаются на исследования, где подробнее раскрывается суть этой недемократической "европеизации".

Однако то, что гендерные политики Польши были частью этого процесса остается не доказанным. То есть они просто не приводят убедительных аргументов, кроме того примера с детскими садами. Ведь даже если та брошюра была профинансирована одним из фондов ЕС, где учет гендерного аспекта обязателен, то существуют десятки, если не сотни других фондов и явно правые консерваторы могут найти деньги, чтобы выпускать собственные "антигендерные" брошюры. Кроме того, не совсем понятно почему фонды ЕС тут рассматривается как субъект, который навязывал гендерные принципы, ведь они могли быть скорее ресурсом для местных организаций гражданского общества и феминистского движения, которые этими деньгами с удовольствием пользовались.

В целом статья основана на предположении, что если какую-то программу или политику реализует неизбираемые органы, бюрократы, то это недемократический процесс. Однако бюрократы выступают только инструментом в руках избранных политиков. Так что государственная поддержка гендерных политик была результатом не "тихого переворота", а того, что люди на выборах проголосовали за профеминистские партии. Например, в тот период вице-маршалком польского сейма была открытая феминистка Wanda Nowicka.

При этом сам вектор критики в этой статье мне кажется очень правильным. Скорее всего это правда, что соединенная с социальным неравенством представительная демократия предлагает слишком мало форматов политического участия, что и делает многих людей склонными верить в различные теории заговора и воспринимать идеи правых. То есть не смотря на то, что многие голосуют на выборах раз в несколько лет, большую часть времени политикой заменяется маленькая группа профессионалов, деятельность которых многим сложно понять, не говоря уже про то, чтобы на нее влиять.

Однако без прямого разговора о проблемах представительной демократии и противопоставления ей различных вариантов прямой и партисипативной демократии, эта статья выглядит будто авторка просто не до конца понимает как работает государство модерного типа.

Marxism Engages Bourdieu

Интересная лекция Майкла Бурового, в которой он сравнивает теории культурного и идеологического господства Пьера Бурдье и Антонио Грамши.

По Грамши это господство реализуется через идеологическую борьбу в гражданском обществе. Для него эта сфера призвана обеспечить общественное согласие, смещая фокус угнетенных с их реальных классовых интересов на мнимые интересы "всего общества". Такое согласие достигается в том числе за счет того, что гражданское общество обладает кажущейся автономией от государства. Оно якобы представляет универсальный, внеклассовый интерес, хотя на самом деле формат и границы дозволенного гражданскому обществу контролирует государство через свои законы.

Грамши пишет о традиционных интеллектуалах, которые претендуют на служение объективной истине. Тем самым они повторяют логику гражданского общества, делая вид, что поверх классовых различий есть некий универсальный, общий интерес.

В отличие от Грамши, по Бурдье культурное господство реализуется гораздо более неосознанно: через усвоение подчиненными классами взгляда на жизнь, который предотвращает вертикальную мобильность. Это происходит во время первичной социализации в семье и близком кругу общения, где люди усваивают манеры, языковые практики, вкусы, стили потребления. Как беарнские холостяки, у которых их крестьянский статус проявляется во всем - вплоть до походки. Этот механизм наиболее явно виден в системе образования, где под видом меритократического отбора по способностям или достижениям, происходит отбор только тех, кто в достаточной мере освоил буржуазную культуру. Для иллюстрации попробуйте представить, что условный человек, разговаривающий на трасянке со всеми остальными атрибутами его культуры, успешно окончил престижный факультет вроде ФМО в БГУ. Это сложно представить, хотя формально использование трасянки в университете не запрещено.

В теории Бурдье открытая идеологическая борьба в стиле Грамши тоже есть, но она происходит в специальном политическом поле, недоступном большинству. Это значит, что угнетенные классы не способны к непосредственному критическому осмыслению системы. Как шутит, Буравой, согласно Бурдье, критически осмыслить миропорядок могут только социологи, а вернее только тусовка вокруг Бурдье. То есть для Бурдье важна относительная автономия социальных ученых, возможность посмотреть на систему "со стороны", и в этом смысле, в терминологии Грамши он является традиционным интеллектуалом.

Грамши, наоборот, считает что спонтанная, еще не идеологизированная культура угнетенных классов содержит в себе истинное представление о системе. Поэтому задача органических интеллектуалов, которых он противопоставляет традиционным, - это встать на спонтанную точку зрения рабочих и с этих позиций начать борьбу в сфере гражданского общества.

---

Хотя мы привыкли думать, что режим Лукашенко держится на голом насилии, это уже не так. Возможно это было правдой в конце лета 2020, но сейчас исследования показывают, что есть вещи в беларуском государстве, которые многим нравятся или как минимум являются поводом, чтобы смириться с текущим порядком. Именно для исследования и осмысления подобных вещей лучше всего подходят теории идеологического господства вроде тех, что предложены Бурдье и Грамши, а потом развиты многочисленными последователями. Сейчас вместо них используется совершенно кволая концепция "социального контракта".

Мне гораздо ближе подход Бурдье, чем Грамши. Я не согласен с марксистским предположением, что только классовые интересы реальны, а любые универсалистские требования - это только ширма. Например, интересы вокруг экологии и прав человека - это не менее реальные вещи. Еще мне важна относительная автономия социальной науки, как и, например, искусства, что является важным завоеванием в борьбе с государством. Кроме того, идея, что угнетенные классы спонтанно обладают правильным пониманием системы - это просто спекуляция, в ходе которой мы довольно произвольно называем правильным то, что нам нравится в их взглядах и буржуазной идеологией то, что не нравится.

Якраз да Дня Волі дачытаў "Кароткую гісторыю Беларусі" Вацлава Ластоўскага.

Чытво цікавае, асабліва калі ўлічыць, што за апошнія 10 гадоў па гісторыі роднага краю я чытаў толькі "Революция умерла, да здравствует революция" Глушакова і ЖЗЛ пра студзеньскае паўстанне 1863 года.

Канечне, узгадкі пра нейкую беларускую нацыю ў часы ВКЛ у мяне спачатку выклікалі нервовае дрыгаценне вока. Але хутка я звыкся: кніга ж напісаная ў духу свайго часу, на світанку беларускага нацыянальнага руха. Прычым тады яшчэ не забывалі, што без сацыяльнага вызвалення не можа быць і нацыянальнага. Не тое што зараз.

Увогуле, Ластоўскаму выдатна ўдалося перадаць цяжкі лёс нашага народа, які стагоддзямі знаходзіўся паміж маскоўскім молатам і польскім кавадлам. Ды і цяпер знаходзіцца.

Прыкметна, што студзеньскае паўстанне 1863 года ён называе другім польскім і не акцэнтуе на ім увагу. Выходзіць, што міф пра "паўстанне Каліноўскага" ў пачатку XX стагоддзя не быў папулярны ў беларускім нацыянальным руху. Тады яго ўспрымалі менавіта як польскае, хоць яно і спрабавала заручыцца падтрымкай беларусаў.

За сам гэты міф мы павінны сказаць дзякуй у першую чаргу савецкай гістарыяграфіі, якая, і на мой погляд даволі справядліва, падкрэслівала ў паўстанні не толькі нацыянальна-вызваленчы, але і сацыяльны аспект.

А ў наш час яго ўжо шчыльна ўбудавалі ў сучаснае нацыянальнае міфатворчасць згубіўшы пры гэтым сацыяльную частку.

Увогуле, не дарма чытаў: бо узніклі новыя пытанні і жаданне знайсці на іх адказы.

Подборка каналов беларуских анархистов, подписывайтесь, если интересно

Анархический черный крест Беларусь — коллектив, занимающийся комплексной поддержкой заключенных анархисто:к и антифашисто:к и их семей в Беларуси с 2009 года.

Прамень — организация анархистов из Беларуси в изгании. Аналитические статьи, акции и дебаты по актуальным политическим вопросам в Беларуси и за ее пределами.

Беларусские анархисты Варшавы — сообщество беларусских анархистов в Варшаве. Локальные новости, анонсы мероприятий, отчёты с акций.

ПразКіно — кинопоказы и дискуссии в Варшаве на актуальные и остросоцальные темы. Совместный просмотр и обсуждение фильмов, которые не морализуют, а создают комфортную почву для дискуссии.

Сабатаж Дыстра — проект онлайн дистро, изначально организован для беларуской политической среды. После 2021 находится в иммиграции в разных частях Европы. Весь профит с проекта идет на поддержку других анархических групп.

низкая теория — это прикладная социология для революционеров: авторские исследования, анализ и практические выводы основанные на данных.

нінавошта — радыкальнае і вызваленчае аматарства ва ўсіх сферах чалавечай дзейнасці - ад антрапалогіі да перакладаў па анархічнай тэорыі.

Шытпост і воля — дурны гумар, палявыя нататкі з вайны, зусім трошкі пра палітыку і шмат дзедаўскага бурчання.

Право на восстание — канал, посвящённый делу беларуских анархо-партизан из группы "Чёрное знамя".

Уладзік Бохан — личный канал анархиста, политического художника и акциониста с рассказами о его приключениях, наблюдениях, размышлениях, с творчеством и социальными экспериментами.

Нататкі летуценьніка — туга па Радзіме, самотныя думкі ды вайсковае жыцьцё чарговага беларускага дабраахвотніка ва Украіне.

Почему проект демократической Беларуси нуждается в пересмотре: анализ поляризации в 2025 году

После 2020 года общественное мнение сильно поляризовано - сторонники и противники власти расходятся по целому ряду вопросов и испытывают сильную неприязнь друг к другу.

Однако в новом тексте я показываю, что за последние пять лет баланс сил кардинально изменился. Если раньше идеологическая гегемония была за лагерем демократов, то теперь сторонников власти примерно в два раза больше, чем противников, а нейтральные сегменты склоняются к провластному полюсу. То есть демократическая оппозиция очевидно проигрывает в этой борьбе.

Проблема в том, что делая ставку на поляризацию, выиграть невозможно в принципе. Ведь даже имея огромные ресурсы насилия и пропаганды, Лукашенко за все эти годы не смог полностью искоренить продемократический сегмент и сделать большинство беларусов своими убежденными сторонниками.

Поэтому демократический проект нуждается в обновлении, которое помогло бы выйти за пределы своего лояльного сегмента. Для этого нужно предлагать демократические решения проблем, которые волнуют большинство беларусов и беларусок из разных сегментов. Помимо вопросов политического устройства и внешней политики, на которых фокусируется оппозиция, это ещё и вопросы уровня жизни, образования, здравоохранения.

На мой взгляд, ответы на эти проблемы лежат в области идей социальной справедливости и демократии на рабочем месте. Думаю это могло бы сделать демократический проект еще более демократическим и в то же время более привлекательным для беларусов.

Читайте подробнее и с цифрами на сайте Банка идей.

📚 Друзі та подруги, хочемо нагадати: у Києві працює лібертарна бібліотека, і ви можете взяти книжку почитати!

Ми щойно запустили сайт, де зібраний весь каталог — переходьте за посиланням та обирайте:
https://vdbooks.org/catalog/

Наша бібліотека існує з 2013 року, і за цей час пройшла кілька просторів, змінила назву, але не змінила суть. Ми збираємо й передаємо далі книжки про свободу, анархізм, фемінізм, екологію, боротьбу за права людини та інші важливі теми.

Бібліотека працює за принципом поруки: аби взяти книжку, достатньо заявки й контактної людини, яка вже знайома з нами.

📩 Якщо вам близькі наші ідеї — поширте пост серед тих, кого можуть зацікавити ці теми. Разом створюємо спільноту вільної думки та взаємодопомоги.

Симона Вейль “Об отмене всех политических партий”

Вот и первая книга, которую я прочел на свободе.
Биография Симоны Вейль сама по себе достойна книги, а то и фильма. Еврейка, христианский мистик, революционерка и участница анархистской колонны Дурутти, много можно ярлыков на неё навесить, но куда содержательней будет звучать тот факт о ней, что она, в солидарность с узниками концлагерей, ограничила потребление еды до минимума и умерла в 34 года от недоедания.

Издание, с которым я ознакомился — перевод с французского с двумя дополняющими эссе. Одно от Симона Лейса, второе — от нобелевского лауреата и почти нашего соотечественника Чеслава Милоша, который был горячим сторонником Симоны Вейль и популяризатором её интеллектуального наследия. Эти тексты ничем не хуже того, что написала Вейль.

Само (небольшое) эссе Симоны Вейль посвящено сектантству и догматизму политических партий и острой критике тех интеллектуальных оков, которые они накладывают на своих членов. Она показывает, как ради партийной самоидентефикации человек склонен поступаться совестью, идти против здравого смысла, и насколько партийная грызня разрушительна для здорового демократического общества.

Казалось бы, для нас, беларусов, у которых в историческом анамнезе никогда не было развитой партийной системы, это не так актуально, но… Наблюдая некоторые аспекты жизни беларуского демократического движения, я понял, что прочтение такого текста точно ни для кого не будет лишним.

По-беларуски, к сожалению, не нашел, а на российском языке этот тест есть.

И, напоследок, несколько, на мой взгляд, лучших цитат (перевод с английского мой):

«Демократия, власть большинства, не является хорошей сама по себе. Это всего лишь средство для добра, и его эффективность небесспорна. К примеру, если бы вместо Гитлера Веймарская республика решила вполне себе демократическим и законных образом помещать евреев в концентрационные лагеря и пытать их, эти меры были бы ни капельки не более позволительными, нежели текущая политика нацистов (а такая возможность, кстати, не выглядит натянутой). Только справедливое может быть позволительным. Никоим образом злодеяние и жестокость не могут быть законными.»

«Почти везде — порой даже сталкиваясь с чисто техническими проблемами — вместо думания человек выбирает сторону «за или против». Такой выбор устраняет активность ума. Это интеллектуальная проказа, она появилась в политическом мире и после распространилась по земле, заражая все формы мышления.»

«Ни одна доминирующая группа не оставляет своих привилегий пока её не принудят сделать это.»

Отзыв на книгу Ольги Шпараги "У революции женское лицо. Случай Беларуси"

Прочитал замечательную книгу о 2020 годе от авторки, которая не просто задокументировала основные перепитии важного исторического события, но и снабдила их глубокими аналитическими комментариями, а также рассказами о личном опыте. Читая про происходящее тогда несколько раз расплакался - настолько живо показаны там достижения людей, наши достижения.

Однако как социолога меня прежде всего интересует аналитический аспект работы: ее теоретическая рамка, методология и их влияние на практические выводы. Поэтому отзыв получился критический.

“Новая аристократия”: превратилась ли правящая элита при Лукашенко в закрытую касту?

Лукашенко любит подчеркивать, что высшие государственные должности в Беларуси занимают выходцы из народа, хорошо знающие проблемы простых людей.

Но что говорят реальные данные? В новой статье я проанализировал биографии топ-чиновников: оказывается в беларуской элите уже сформировался значительный сегмент "аристократов", унаследовавших положение от родителей - таких же представителей правящей верхушки.

Насколько велика доля наследников в беларуской элите на фоне других стран Европы? Растет ли эта группа при Лукашенко и каковы будущие риски? Как можно решать проблему "аристократов"? Читайте подробнее на сайте Центра новых идей.