Мастерская «Перкинс Инджиниринг» в 1991-м году подготовила туринговый «Холден» для очень необычного заказчика: Хутомо «Томми» Мандалы Путры, сына индонезийского диктатора Сухарто.

Томми Сухарто увлекался автогонками с самого детства, и когда он уже вырос и стал бизнесменом (по сути, просто набирал миллиарды долларов в кредит на свои хотелки, пользуясь положением отца), его мечта об участии в гонках осуществилась.

Что интересно, на этой машине Томми Сухарто принял участие в финале сезона австралийского туринга в Аделаиде, на гонке поддержки Ф1. До финиша он тогда не доехал, но и последним классифицирован не был. Успешный успех.

Стоит отметить, что несмотря на то, что Томми был обычным «крони», народу Индонезии он подарил трассу «Сентул» недалеко от Джакарты, куда даже хотели привезти Ф1, но денег хватило только на «МотоГП» в 1996-1997 гг. В прочем, схемки Томми, стоившие Индонезии 800 миллионов долларов, в итоге и стали причиной того, что топовый мотоспорт в Индонезию вернется только в 2022-м уже на современную трассу «Мандалика». Но любовь к автогонкам и мотоспорту Томми индонезийцам, все таки, привил.

Серьезное ослабление японской иены, которое началось в 2022-м, уже привело к тому, что японская валюта обесценилась в 1,5 раза, а это значит, что цены на японские товары и услуги для зарубежных покупателей, например, американцев, тоже ощутимо упали. Это, вместе с тем, что большинство легендарных японских автомобилей 90-х теперь доступны для импорта в США по «Правилу 30 лет», спровоцировало масштабную атаку американских энтузиастов и коллекционеров на японский автомобильный рынок, с которого пылесосят вообще всё, что плохо приколочено: цены на «Сильвии», «Скайлайны», «Супры», NSX взлетают до космических значений, а за некоторые экземпляры зарубежным коллекционерам приходится буквально сражаться с местной мафией.

Так, например, произошло с автомобилем на фото: «Супра» команды «ТОМ'с», изготовленная для сезона-1998, долгое время находилась в руках местного коллекционера, и поскольку огромной исторической значимости, в отличие от машины 97-го года, эта не получила (Норберто Фонтана и Масанори Секия и близко не смогли бороться за титул в сезоне-98), реставрацией после гонок заниматься так и не решились. Зато решился коллекционер из штата Коннектикут, который связался с хозяином автомобиля. Но получил весьма интересный ответ: за автомобилем охотится мафия.

Семьи Якудзы совершенно не радует перспектива того, что наследие японской автомобильной культуры и автомобильного спорта в огромных объемах мигрирует за океан. Потому предложили бывшему хозяину выкупить автомобиль вместо американца. А в случае отказа — грозились отобрать «Супру» силой. Так что машину из гаража приходилось буквально ночами по частям вывозить в порт, чтобы затем отправить новому хозяину в Штаты.

Стоит отметить, что работа по восстановлению уже была проделана неплохая, хоть двигатель пока ещё не доделан.

Но давайте будем честны. Мафиози из Якудзы ведь тоже можно понять.

80-е годы были по-настоящему лихими для американского автоспорта. Настолько лихими, что IMSA стали расшифровывать как International Marijuana Smugglers Association из-за засилия наркоторговцев на стартовых решетках главных американских гонок спорткаров.

Одной из видных фигур среди «смагглеров» IMSA был Рэнди Ланье. Сын фермеров-табачников из глубинки в Вирджинии, перебравшийся в Майами в годы расцвета культуры «хиппи», спустя 20 лет стал одним из крупнейших торговцев запрещенным сельхозэкспортом в штате. Гоночную карьеру он начал в клубных гонках SCCA, и благодаря деньгам от продажи наркотиков, сумел добраться до IMSA, где, снюхавшись с коллегами по цеху в лице братьев Уиттингтонов, даже сумел зацепиться за чемпионский титул в 1984-м. Причем, денег было настолько много, что хватило на программу сразу двумя прототипами с приличными двигателями — от мастерской Райана Фэлконера.

Что особенно иронично, одними из спонсоров команды Ланье была компания «Апач», производившая скоростные катера. Сам Ланье, в отличие, например, от братьев Уиттингтон, запрещенный товар в США доставлял как раз этими самыми катерами по морю, как это делали его известные современники Вилли Фэлкон и Сэл Маглута. То есть, Ланье вообще ничего не стеснялся.

Но, стоит сказать, и талант, и умения у Рэнди были. После титула в IMSA, он перебрался в «Индикар», и в 1986-м году дебютировал на «Инди-500» за рулем машины Фрэнка Арчьеро. В том году Ланье финишировал в «пятисотке» 10-м, став лучшим новичком года. Карьера развивалась стремительно, но столь-же стремительно развивалось и расследование ФБР, которые заинтересовались, откуда у Ланье появилось столько денег на столь мощные гоночные программы.

В частности, среди возможных «снитчей» называют «Групп 44» и «Хольберт Рэйсинг», изначально поднявшие вопрос о происхождении средств, которыми финансировалась команда Ланье в IMSA. Затем, буквально перед квалификацией «пятисотки» в 1986-м федералы сцапали Билла Уиттингтона, затем — родственника и бизнес-партнера Рэнди Рональда Болла. Вскоре ФБР арестовали и самого Ланье.

В 1988-м Рэнди Ланье и его коллега Бен Крамер, тот самый изготовитель катеров для перевозки контрабанды, получили пожизненные сроки без возможности УДО. По оценкам правоохранителей, за свою карьеру наркоторговца, Ланье ввез в США не менее 300 тонн отборной колумбийской анаши стоимостью не менее 65 миллионов долларов.

Что интересно, Ланье, в итоге, все таки не досидел свой срок: в 2014-м его выпустили по неразглашаемым причинам. И даже ненадолго вернули в гонки. Сейчас Ланье продолжает быть автоспортивным энтузиастом, превратив свою историю в личный бренд.

Один из самых необычных тестовых «мулов» в истории автогонок: легендарный «Мерседес» CLK GTR (не путать с «летающим» CLR) разрабатывали, используя кузов... Прямого соперника.

Инженеры «Мерседес» испытывали мотор и КПП для CLK GTR, установив их в кузов гоночного «Макларен» F1 GTR — машины, против которой «Мерседес» будет напрямую соревноваться в FIA GT и на «24 часах Ле-Мана».

Для «мула», тем не менее, модифицировали переднюю и заднюю часть. Но силуэт «донора» все равно более, чем узнаваем.