В последнее время чемпионат «Супер ГТ» привлекает к себе все больше и больше внимания иностранной аудитории. Однако, повышенный интерес к японской серии — явление вовсе не новое. В свое время испытательным полигоном серию сделал даже «Макларен», со своим F1 GTR.

Идея о покорении Японии зародилась после победы F1 GTR на 1000 километрах «Судзуки» в 1995-м. Рон Деннис тогда связался с местным бизнесменом Кадзумичи Го, который обеспечил финансирование и механиков. Совместно с Го был подобран состав пилотов: в одну машину были назначены молодой Ральф Шумахер и местный чемпион Наоки Хаттори. Во вторую — Дэвид Брэбем и Джон Нильсен.

Сезон вышел абсолютно доминирующим: яркий «Макларен» завоевал 6 поул-позиций (большинство из них — за Шумахером), а также выиграл 4 из 7 гонок в ГТ500. Титул мог тоже отойти Ральфу и Хаттори — но помешали технические проблемы, так что чашка ушла Брэбему и Нильсену.

С тех пор ни одной другой иномарке ГТ500 так и не покорился. Но уже это — несколько другая история.

История Формулы 1 знает немало великих команд, чье падение было мучительным и трагичным. Среди британских легенд шестидесятых есть одна команда, чья история упадка разительно отличается от остальных. Это история о том, как упрямство и отказ принимать новые правила игры привели к концу целой эпохи. Речь о команде Тиррелл.

Чтобы понять масштаб трагедии, нужно осознать, кем был Кен Тиррелл для Формулы 1. Он начинал как менеджер проекта Матра, посадив за руль своего давнего протеже Джеки Стюарта. Причем все контракты с легендарным шотландцем Кен заключал исключительно рукопожатием. В 1969 году они вместе уничтожили пелетон, выиграв чемпионат. А когда пути с Матра разошлись из-за споров о двигателях, Кен просто построил свою собственную машину в деревянном сарае.

В 1973 году Стюарт ушел из гонок после трагической гибели своего напарника Франсуа Севера. Команда продолжала экспериментировать, создав потрясающий шестиколесный болид, который даже смог выиграть гонку, но золотые времена остались позади. К началу восьмидесятых Формула 1 начала стремительно меняться. В спорт хлынули огромные деньги, а команды начали массово переходить на безумно дорогие турбомоторы.

Кен Тиррелл же словно застрял в своем веремени. В 80 году его машины выходили на старт вообще без спонсорских наклеек, пока конкуренты жгли миллионы долларов на турбодвигателях, Кен упрямо цеплялся за старые добрые Ford Cosworth DFV. Периодически у команды были проблески гениальности. Например, в 1990 году, благодаря аэродинамику Харви Постлтуэйту, Тиррелл представила революционную машину 019 с вздернутым носом. Эта концепция навсегда изменила внешний вид болидов Формулы 1 и используется до сих пор.

Однако у команды были огромные проблемы – денег катастрофически не хватало. Ситуация была настолько абсурдной, что Кен Тиррелл, будучи владельцем команды Формулы 1, лично садился за руль грузовика и вез болиды на Гран-при Монако, просто потому что у него были права нужной категории и так выходило дешевле. Можете ли вы сегодня представить Тото Вольффа, крутящего баранку фуры по серпантинам Лазурного берега?

Если в семидесятых энтузиазма и пары толковых механиков хватало для побед, то в девяностых бороться с заводскими махинами вроде Вилльямса или Бенеттона, залитыми доверху табачными деньгами, было фактически невозможно. Символом старомодности Тиррелла стала жена Кена, которая вплоть до конца девяностых лично делала механикам бутерброды на обед в боксах, в то время как у остальных команд уже были построены роскошные моторхоумы с шеф-поварами.

Несмотря на хроническое безденежье, Кен умудрялся удерживать команду на плаву. Они пережили смерть Лотус, крах Брэбема, исчезновение множества других мелких команд. Но в конце 1997 года Тиррелл наконец сдался. Он продал команду корпорации British American Tobacco, которая планировала создать на ее базе проект BAR. Кен продал дело всей своей жизни на собственных условиях, чтобы сохранить рабочие места для своих людей.

Но даже уйти спокойно Кен не смог. Новые владельцы из табачной компании, не обращая внимания на мнение Тиррелла, посадили за руль ренту Рикардо Россета. Этот пилот стал настоящим мемом, регулярно не попадая в лимит 107% на квалификациях, а в Монако устроил настолько нелепую аварию, что собственные механики переставили буквы на его именном скутере, превратив фамилию Rosset в Tosser. Не выдержав этого позора и потери контроля над собственной командой, Кен Тиррелл хлопнул дверью и навсегда покинул паддок уже после второй гонки сезона 1998 года.

Так закончилась история команды Тиррелл. Но ирония судьбы в том, что наследие Кена оказалось бессмертным. Структура, которую он продал табачникам, позже превратилась в заводскую команду Хонда, затем в сказочный чемпионский проект Браун, а в итоге была куплена Мереседесом и доминировала в Формуле 1 на протяжении восьми лет подряд, так что ДНК того деревянного сарая, над которым когда-то поднимали британский флаг в честь побед Джеки Стюарта, до сих пор живет в современных чемпионских болидах.