Недавно я начала серию интервью с фотографами, которые на грани ухода из профессии или уже сделали этот шаг. Завтра новая встреча с тем, кто все еще снимает, но все чаще задает себе тот самый вопрос.

Я сама никогда не думала уйти из фотографии. Для меня она - способ думать, видеть, переживать мир. Дышать. Без нее не понимаю, как существовать.

Но я знаю как это уходить из профессии после 10+ лет. Как долог, мучителен бывает путь к этому решению. Он полон сомнений, слепых зон, диалогов с собой.

Как бывает одиноко стоять на границе, где прошлое все еще держит тебя за руку, а будущее кажется туманом.

Меня спрашивают, почему в блоге нет моих работ. Ответ простой: это не предмет моего блога. Предмет - сам мир фотографии, люди, которые живут и работают в нем, ищут в нем себя.

Эти интервью - возможность задать себе вопросы, которые обычно остаются внутри, проговорить то, что пульсирует, услышать мысли вслух. И, возможно, помочь читателям взглянуть на свой путь честнее, глубже и спокойнее.

По-настоящему насмотренность развивается не тогда, когда мы просто смотрим, а когда переводим увиденное в слова.

Для меня фотография или кино становятся частью личного опыта в момент этого перевода. Я стараюсь распознать визуальные приемы автора и описать их, чтобы смутное ощущение «нравится» превратилось в знание. Пока я не объясню себе, как и зачем это сделано, увиденное просто скользит по поверхности памяти. Но стоит мне найти точные слова для связки «задача - прием», как образ остается в голове надолго.

И главный ключ здесь - контекст.

Без знания контекста любой прием - в кино или фотографии - это просто технический фокус. Но когда ты знаешь историю создания и задачу автора, ты понимаешь неизбежность его выбора: почему такой свет, ракурс, одежда, цвет или композиция. Контекст придает техническим решениям смысл и превращает красивую картинку в источник ваших собственных визуальных приемов.

На примере одной из любимых фотографий, показала, как контекст помогает распознать визуальные приемы автора.

Начинаю рассказывать о своём проекте под названием «В Расфокусе» - это серия интервью-рефлексий с фотографами, которые стоят на пороге решения: продолжать фотографировать или уйти из профессии.

Первая история - о Вере. Она приняла решение завершить карьеру, но столкнулась со сложными чувствами на последнем шаге: никак не может решиться выставить на продажу свою камеру.

Написала в небольшой статье несколько интересных и волнующих фактов о фотографии из упражнения в Threads для развития визуального мышления. Этот снимок - знаменитые «Ныряльщики» 1930 года, работа Георгия Гойнинген-Гюне. Снимок впервые появился на страницах американского Vogue и мгновенно стал одной из самых узнаваемых модных фотографий своего времени. Но, судя по реакции, не все догадались, что на изображении — два спортсмена, сидящие на “трамплине”, будто бы смотрящие на море.

Самое трогательное воспоминание, связанное с фотографией, относится к той, что сделал мне незнакомый мальчик.

Я гуляла по Тбилиси, когда меня окликнул ребенок лет семи. Кажется, его звали Сава. Или Сева. Он увидел у меня в руках камеру - я что-то снимала - и с таким детским, чистым восторгом сказал: «А вы знаете, я тоже фотограф!» В это мгновение я почувствовала странную теплоту от того, что меня так назвали. Как будто я всю жизнь ждала, что кто-то подтвердит то, в чем я сама порой сомневаюсь.

Я почти не помню его лицо. Только блеск в глазах и смешную челку, которая все время мешала ему на меня смотреть снизу вверх . В руках у него был маленький Instax. Он вежливо попросил разрешения сфотографировать меня, сделал снимок - и сразу протянул его, как подарок: «Это вам. На память».

Лучшего фотографа в моей жизни не было. Я совсем не нравлюсь себе на этой фотографии, но она стала одной из моих самых любимых. Возможно, даже самой любимой. Наверное, потому что главное в ней - не я, а момент который она сохранила.

Маму мальчика я не запомнила, хотя она стояла рядом. Но я помню ощущение,будто в воздухе витала тихая гордость за сына. За его увлечение, смелость, открытость. И я почему-то почувствовала гордость и за нее тоже. За то, что она дала ему возможность быть именно таким: свободным, любопытным, настоящим. За то, что сумела создать ту атмосферу, в которой ее сын занимается тем, что любит, так, как ему нравится.

И где-то внутри я до сих пор желаю этому мальчику одного - никогда не бросать фотографию и оставаться таким же счастливым в своем деле. Хотя, возможно, для него это было всего лишь мимолетное увлечение, которое все же успело оставить для меня память на всю жизнь.

Подготовила для вас новый материал из цикла интервью-рефлексий с фотографами, которые стоят на пороге выбора: продолжать заниматься фотографией или уйти из профессии.

Второе интервью в проекте — об Азизе, фотографе из Бишкека. Азиза не в первый раз сталкивается с мыслями об уходе из фотографии и честно рассказывает о выгорании, сомнениях, внутреннем критике и страхе продавать свои услуги. О том, как она ищет баланс между творчеством и доходом, пытается вернуть радость от работы и действовать, даже когда кажется, что всё против нее читайте тут.

Проект «В Расфокусе» создан, чтобы показать: кризис — это не конец, а точка роста. Вместе с героями мы ищем ответы на вопросы о том, как пережить этот период турбулентности, перестать сравнивать себя с другими и, возможно, заново влюбиться в фотографию — или с легким сердцем отпустить её.

Я уже не первый раз замечаю, что в попытке разобраться в собственных мыслях и чувствах я начинаю снимать привычные вещи вокруг. Например, эти два снимка я сделала вчера дома. Муж искал что-то и достал из коробки все книги, и вот так они и лежат стопкой на полу уже третью неделю. Я посмотрела на них и поняла, что это ведь наше (больше мое) прошлое. То, что мы тянем за собой из страны в страну, как чемодан без ручки. Старые мечты выучить испанский или научиться рисовать, какие-то пособия по бизнесу из моей прошлой профессии, книга по шрифтам (все мечтала научиться с ними работать). Новых книг мы давно не покупали, хотя хочется, конечно, но для них нет пока в нашей жизни места. А от тех, что есть, наверное, придется отказаться. Правда, среди них есть та, которая всегда будет и прошлым, и настоящим, и будущим - Иттен «Искусство цвета».

И вот эта стопка книг заполнила весь кадр. Я смотрю на нее снизу вверх, и ровно так же себя чувствую. Прошлое возвышается надо мной, все еще давит, не отпускает и тянет мои мысли и чувства назад.

Наигравшись с книгами, я подумала: а что же будущее? Какое оно? Оно состоит из неопределенности и пустоты. В хорошем смысле - незаполненности. Но запечатанные пластинки - это единственное, что в нем сейчас имеет четкие очертания. Когда-то у меня обязательно будет проигрыватель, чтобы услышать их впервые. Все остальное пока без деталей, без понимания, каким это будущее окажется. Я подумала, что стоит оставить вокруг этих пластинок много пустого места как символ этой неизвестности. Я все еще не внутри этого будущего. Я смотрю на него извне, чуть сверху, соблюдая дистанцию, как на пространство, которое вроде бы существует, но войти в которое мне пока нельзя.

Дубль 2. Новый тредс

Часто обсуждают, что ИИ не заменит документальную фотографию. Но в научной статье для CHI 25 привели 7 случаев, где использование ИИ уместно в документалистике:

1.Вовлечение сообществ - люди сами визуализируют свои истории без фотографа
2.Защита приватности - анонимизация лиц уязвимых групп (жертвы, дети)
3.Воссоздание утраченного - иллюстрация событий, где нет реальных фото (травма, история)
4.Спекулятивные нарративы – визуализация будущих возможных сценариев (изменение климата, деколонизация

5. Исследование собственной идентичности - помощь в визуализации внутреннего опыта, который нельзя отразить внешне
6. Со-творчество – совместная генерация образов фотографом и сообществом
7. Маргинализированные перспективы – реконструкция образов «другой стороны» истории

А вы что думаете? Можно ли отнести это к документалистике? Если кому нужно исследование, напишите, я пришлю