Хаттат, который некоторым ученикам выдал иджазы только после того как они написали полностью мусхаф. Он подписывается как "Хафиз".

Смогли бы получить так иджазу?

https://youtu.be/Ac67xZZ7Mtk

С одной стороны это даже понять можно, потому что во время написания мусхафа всё перестраивается внутри. Проще говоря, это как начать новую жизнь.

Если хаттат и так практически всегда с хаттом, а тут он постоянно с ним связан, как минимум пол дня физически и всё остальное время мыслительно.

Когда смотришь по тысячи раз на одни и те же формы букв, написанные тобой, что-то да в голове начинает щёлкать и меняется манера и восприятие многих моментов хатта. Тут главное не стагнировать, а постоянно развивать свою манеру, искать более продвинутые способы отображения хатта.

Кода ты постоянно составляешь таркибы строк за строкой, то тебе потом даже не требуется делать эскизы, всё рождается в голове, а потом само копируется из мыслей на бумагу.

Если обучаясь до иджазы, я писал по 6-8 часов в день, то во время написания мусхафа эта связь с хаттом и Куръаном увеличилась в два раза. При том, я специально стараюсь изучать и тренировать другие стили, так как это все поддерживает насх и улучшает его манеру.

Хочется сказать словами Брюса Ли про 1 и 1000 ударов. Потому что в хатте, возможно, так и есть, есть вещи, изучив только которые, можно большую часть хатта начинать понимать без каких либо усилий. Или изучать сразу всё, но ничего толком не уметь.

Как и с другой стороны, можно написать хоть 100 мусхафов, но без знаний это мастерства не прибавит.

Это тоже можно считать за старинную технологию увеличения и копирования каллиграфии. Раньше, например, так могли переносить хат на стены для мечетей, особенно гигантских размеров.

Точность при написании очень большим калямом может падать, особенно, когда идёт речь о размерах каляма в 3-5 см, а может и больше. Поэтому используют такой метод увеличения мелкого письма, но более точного.

Обычно, сегодня можно просто воспользоваться широкоформатной печатью и напечатать буквы любого размера, а потом перенести на бумагу или на стену. Но мне захотелось по-старинке.

Раньше, когда я ещё только вливался в каллиграфию, устаз мне показывал этот способ копирования и увеличения, я что-то пробовал, но у меня не получалось.

Для такой вещи, как оказалось, очень важный знания тонкостей форм букв. Так как всё выстраивается по точкам, условным координатам букв, затем все эти точки надо собрать в единую правильную форму.

Думал и сейчас не получится как надо, но попробовал и мне нравится даже больше, чем если бы это все было просто увеличено на ПК и напечатано на принтере.

Как говорится... Раньше всё делалось без всяких компьютеров и остальной техники, но на очень высоком уровне. А сегодня, используя множество вспомогательного оборудования, нам не удается хотя бы повторить мастерство хаттатов прошлого.

Конкурсы

Кстати, в конкурсах по хатту есть одна странная деталь, а возможно, и ключевая. Это судейство.

Представьте себе пятерых хаттатов, у которых у всех есть иджаза, которая восходит к одному устазу, которые примерно одного возраста и примерно одного мастерства (знаний), и которые написали работы в общем одинаково. Кто из них выиграет?

Это можно сравнить с тем, если бы пять школьников по олимпиаде по математике решили все задачи правильно за одинаковое количество времени, то кто из них выигрывает олимпиаду непонятно.

Суть в том, что когда встречаются мастера примерно одного уровня, то, теоретически, давать призовое место кому-то из них кажется странным, на мой взгляд. Так как каждый хаттат на высоких уровнях обладает своей индивидуальностью. Мы не можем поставить двух Озчаев, Бекташа и сказать, что Давуд Бекташ лучше их по хатту. Нет у него просто другой хат, хоть он и пишет тот же стиль сульс.

У каждого хаттата есть своя манера, проявление его индивидуальности, характера. Не зря хат называют "духовной инженерией", он как бы и наука, но тесно связан с самим каллиграфом.

Поэтому конкурс по хатту превращается в демонстрацию этих самых манер, и соответственно, если манера какого-то хаттата больше согласуется с мнением жюри, то он и выигрывает. Справедливо? 😄

Например, мне не так сильно симпатизирует хат тех, кто может занимать первые места, а те люди, которые даже не вошли в тройки призёров, иногда, кажутся на голову выше победителей. Мы раньше анализировали с устазом конкурсные работы и не понимали такого феномена.

К тому же есть понятие моды. Хат это всё же искусство. И если, например, в моде манера Озчая, то будет выигрывать скорее всего, кто более близок к его манере.

Эти конкурсы были бы более справедливы, если проводились в рамках одной манеры. Например, написать текст в манере Шаукы. И жюри анализируют с точки зрения только одной манеры.

Но все равно, эти конкурсы полезные штуки, особенно, у нас в России, так как повышают заинтересованность людей к хатту. У нас правда они не проводятся особо, но, например, в Турции вы можете выиграть до 10 тысяч долларов за первые места.

Немного о том сколько тренировались хаттаты для правильного овладения хаттом, каким обладали упорством к знаниям, терпению и уважением к своим устазам

Юсуф Билен (док. факультета богословия Университета Ататюрка) в своей статье "Reîsü'l-hattatîn Hattat Hasan Çelebi‌" пишет про обучение хаттата Хасана Челеби после того как его первый учитель Халим Озъязычы (ученик Хамида Айтаджа) умер спустя 4 месяца обучения, Хасан Челеби напросился обучаться у самого Хамида Айтаджа, который ранее его не брал в ученики:

«Работать с Хамид Беем совсем непросто. Потому что Хамид Бей — человек, который не любит много говорить. Настолько, что не сказал бы об ошибке ученика, даже не сообщил бы, прошел он урок или нет. Челеби начал новую жизнь с этими трудностями. Из-за позиции Хамид Бея Хасан Челеби продолжал писать (дуа) «Рабби Яссир...» в течение двух лет. Челеби безжалостно упражнялся в хатте. Уважая своего учителя, Челеби начал думать с тревогой, что не сможет пройти урок в течение двух лет.

После того как у него не получилось выполнить это упражнение у учителя, Челеби решил, что у него нет способностей и решил бросить уроки. Когда он объяснил это учителю, Хамид Бей очень удивляется и спрашивает: «почему?».
Он говорит: «Я пришел к выводу, что у меня нет способностей. Я пишу «Рабби Яссир...» уже два года, но мне не удалось пройти это». Однако Хамид Бей был не в курсе ситуации. После этого Хамид Айтадж преподал Хасану Челеби новый урок, и если в «каллиграфии», написанной Хасаном Челеби, было менее четырех ошибок, он сам начинал писать еще один урок.

Челеби продолжал в том же духе годами. Как известно, важнейшей чертой, отличающей искусство каллиграфии от других искусств, является то, что оно формировалось в результате длительного труда. Прошли годы, те, кто разбирался в хатте, увидели, насколько улучшился почерк Челеби, и сказали: «Разве он еще не дает вам иджазу?». <...> В итоге, спустя шестилетнего обучения Хасан Челеби получил иджазу от своего устаза Хамида Айтаджа».

Смогли бы писать небольшое предложение в течении двух лет практически каждый день в надежде, что научитесь хатту? :В

"فَلَا تَظْلِمُوا فِيهِنَّ أَنْفُسَكُمْ"

"Не будьте в них (в запретные месяцы — Зуль-Каада, Зуль-Хиджжа, Мухаррам и Раджаб) несправедливы к самим себе (грехами)" (9:36).

Без тасхиха

Насх 1 мм

Относительно мелкого письма (в основном насха) тоже есть интересные моменты с точки зрения технической стороны написания.

Классический насх пишется калямом, кончик которого составляет 1 мм. Но пишут и более мелким. Например, есть мусхафы, которые могли писаться в 0.5 мм или 0.3 мм, чтобы страницы выходили не слишком большого размера.

Такое письмо требует не просто знаний форм букв, но и чисто практического мастерства — подбор чернил, бумаги, заточки хорошим образом каляма и конечно же тренировка рук, чтобы дрожь, которую можно видеть на буквах (без тасхиха), была минимальной или её вообще не было.

Но даже тренировавшись много не у всех хаттатов выходило добиться хорошей гладкости письма. Это связано не просто с физиологией каждого отдельного человека, но часто с образом жизни который он ведёт или вел. Мышцы нашего организма с одной стороны тонкая вещь и по заявлениям старых мастеров, неправильно пользуясь ими, можно навсегда потерять точность в письме. Например, раньше тем хаттатам, которые писали мусхафы, не разрешалось поднимать тяжёлые предметы, за них это делали либо ученики, либо прислуга султана (в основном такие хаттаты жили при халифском дворце). В обычном письме постоянная тяжесть на руках может не ощущаться, но при мелком, появляется дрожь.

Например, был такой хаттат Наджемеддит Окъяй (19-20 век). Он говорил, что у него так сильно тряслись руки, что он даже придерживал правую руку левой, чтобы уменьшить дрожь и плавно писать.

Был другой хаттат Шакерзаде Мехмет Эфенди (18 век), написание мусхафа которого считается было первым, которое отпечатали на турецких типографиях как печатный мусхаф. Один исследователь его работ пишет, что он писал настолько чисто, что ему даже не требовался тасхих, а писал он калямом 0.3-0.5 мм. То есть была очень тонкая работа, но очень чистая. В своё время хаттаты воспитывались поколениями, чтобы добиваться такого мастерства не просто в знаниях, но и в чисто физиологии.

(Если интересно, могу скинуть книги на турецком про Наджемеддина Окъяйа и диссертацию о Шакерзаде)

Сделать свою родословную. Свой родовой хатт. Лучшее вложение денег и самое большое удовольствие.

Мастер эбру был прежде всего верующим мусульманином и дервишем, а потом уже художником. Мастер эбру был учеником, ищущим божественную красоту, а его учитель - лишь помощником на этом пути, владеющим необходимыми знаниями.
Исламское искусство никогда не копировало природу. Оно искало выражение сути, сущности того, что скрывают природные формы. Мир, который мы осязаем пятью органами чувств, является миром теней Платона. Художник должен преодолеть эти границы, тогда он станет настоящим мастером.

🖇: Gizli hazineler. Klasik türk sanatlari