Праздник к нам приходит 🍊🍊🍊

Хижина дяди Тома

Гуманоиды маршируют на завод.

🔹 Китайская компания UBTECH Robotics начала масштабную поставку сотен роботов Walker S2 на промышленные предприятия. Ключевая инновация — система полностью автономной замены аккумуляторов. Без участия человека робот сам направляется к зарядной станции, производит замену разряжённой батареи на заряжённую и возвращается к выполнению задач. Весь процесс занимает менее минуты, что обеспечивает практически круглосуточную работу с минимальными простоями.

🔹 Уже сегодня эти гуманоиды решают конкретные производственные задачи. Например, на заводе Zeekr они занимаются сортировкой кузовных деталей, транспортировкой тяжёлых литиевых батарей и контролем качества сварных швов. А в цехах Foxconn они автоматизировали логистику, самостоятельно доставляя компоненты для сборки iPhone.

🔹 Однако есть и критики. Генеральный директор конкурирующей робототехнической компании Figure Бретт Эдкок заявил, что видео является фейком и было создано с помощью компьютерной графики.

Хижина дяди Тома

🌖 Астронавт Алан Бин держит специальный контейнер, заполненный лунным грунтом.

Хижина дяди Тома

Роман Полански и Шэрон Тейт.

Хижина дяди Тома

Билл Клинтон и Моника Левински. Или Дональд Трамп. Теперь уже не поймёшь.

Хижина дяди Тома

Мир простого изобилия.

🔹 Прочитал шикарную книгу Джоана Кэшина о Гражданской войне в США "Насущный хлеб сражений". Первая глава посвящена Старому Югу и её центральный тезис заключается в том, что белое южное общество было построено на фундаменте глубокой и всепроникающей этики общинности. Этот неписаный социальный договор, согласно которому каждый человек обладал обязательствами перед другими, определял все сферы жизни: от семейных отношений и соседских связей до экономики и материальной культуры.

🔹 Автор рисует картину мира "простого изобилия", где люди обладали практическими навыками для выживания и процветания, ценили свои материальные возможности, бережно к ним относились, но при этом с готовностью делились ресурсами с родными, друзьями и соседями.

🔹 Основой общества Старого Юга являлась семья, понимаемая не как малая ячейка, а как обширная сеть многочисленных родственников. С раннего детства человек усваивал, что родные должны помогать друг другу (финансовая поддержка, советы по хозяйству, предоставление крова и совместное времяпрепровождение). За семьей следовали друзья и соседи и взаимопомощь между ними также считалась долгом и нормой. Такая этика общинности была достаточно гибкой, любой мог спокойно стать её частью, но лишь при условии принятия института рабства. Тех, кто открыто его критиковал ждало изгнание.

🔹 Чёткое патриархальное разделение гендерных ролей, где мужчины принимали решения и добывали пропитание, а женщины управляли домом служило ещё одним столпом социального порядка. В маленьких сообществах, где все друг о друге знали, мощным инструментом контроля было общественное мнение, сплетни и боязнь осуждения. В случае же настоящих бедствий, таких как пожары, община демонстрировала свою сплочённость, мгновенно мобилизуясь для борьбы с общей угрозой.

🔹 Эта этика общинности находила своё материальное воплощение в повседневных практиках, связанных с ключевыми ресурсами: едой, древесиной и жильём. Продукты питания были не просто источником пропитания, но и важным социальным актом. Их приготовление было преимущественно женским делом. Мужчины, в свою очередь, были добытчиками, работая в полях, охотясь и рыбача.

🔹 Сама южная кухня была продуктом культурного синтеза, вобрав в себя традиции коренных народов (кукуруза), Европы и Африки (способы приготовления риса). Потребление пищи маркировало социальный статус: говядина на столе плантатора и свинина фермера символизировали их разное положение в общественной иерархии, такие институты, как местная мельница, были не просто хозяйственными объектами, а центрами социального взаимодействия.

🔹 Самым главным материальным воплощением домашнего очага был жилой дом. Для белых южан, независимо от их достатка, он был центром жизни, хранилищем семейной истории и памяти. Процесс строительства, особенно для фермеров, часто был коллективным трудом, в котором участвовали соседи, и отказ помочь считался проявлением высокомерия.

🔹 Однако эта социальная система начала стремительно рушиться под натиском политического кризиса, связанного с вопросом о рабстве. Изначально политика была частью общинной жизни, проявляясь лишь в местных собраниях и барбекю. Но президентские выборы 1860 года стали точкой невозврата. Соседские и дружеские связи начали рваться, активисты создавали комитеты для слежки за инакомыслящими, процветали запугивание и насилие. Политический кризис проник даже в семьи, настраивая родственников друг против друга.

🔹 С официальным объявлением войны после обстрела форта Самтер старый порядок рухнул окончательно. Идиллия "простого изобилия" сменилась суровой реальностью борьбы за выживание. Социальные категории "свой-чужой" сменились на новые - "гражданские и военные", "юнионисты и конфедераты". Началась тотальная борьба за все ресурсы, и первым из них стал сам человек, его лояльность и его жизнь.

Хижина дяди Тома

Война без тыла.

🔹 Вторая глава книги представляет собой анализ трансформации общества в условиях тотальной войны. С началом боевых действий в гражданское население оказалось втянутым в конфликт в качестве активного участника. Между армиями и мирными жителями сложилась сложная система отношений, где сочувствие и добровольное сотрудничество соседствовали с принуждением, угрозами и открытой ненавистью.

🔹 Ключевым фактором новой реальности стала политическая неоднородность южного общества. Юг не был единым в поддержке Конфедерации. Значительная часть белого населения (30–40%) сохранила верность Союзу. Это раскололо общины изнутри, превратило соседей в потенциальных доносчиков или врагов. Проявления лояльности (приветствие флагами, торжественные проводы) или, наоборот, враждебности (ледяное молчание, проклятия в адрес солдат) стали мощным психологическим ресурсом для армий и формировали моральный климат в тылу. Нейтралитет стал практически невозможен; безразличие воспринималось солдатами как личное оскорбление.

🔹 На этом фоне гражданское население стало важнейшим ресурсом, и обе армии активно стремились его использовать. Одной из главных форм участия стала контрабанда, превратившаяся в масштабную теневую экономику. Через линию фронта и блокаду перемещались не только оружие и медикаменты, но и самые обыденные товары: соль, спички, ткани. Мотивы контрабандистов были самыми разными — от идейных убеждений и желания помочь близким до банальной жажды наживы. Особую роль в этой нелегальной торговле играли женщины, которые ловко использовали традиционные гендерные стереотипы в качестве прикрытия, пряча товары под кринолинами или притворяясь безобидными путешественницами.

🔹 Не менее важным был информационный ресурс, который предоставляли мирные жители. В условиях отсутствия организованной разведслужбы обе армии полагались на сведения, поставляемые местным населением. Ценность представляло всё: от знаний о местности, тропинках и бродах до данных о перемещении вражеских частей. Шпионаж и передача информации были массовыми явлениями, а фигура гражданина-осведомителя стала привычной.

🔹 Это порождало атмосферу всеобщего недоверия, когда любой странник, который задаёт слишком много вопросов, мог вызвать подозрения.

🔹 Мирные также были вовлечены в работу на армии в качестве гражданского персонала. Отношения между наёмными работниками и военным начальством были сложными и часто конфликтными. Армия могла быть непредсказуемым работодателем, конфисковывать имущество, задерживать зарплату или принудительно вербовать рабочих. В то же время и сами гражданские проявляли своенравие, устраивая забастовки или занимаясь мошенничеством.

🔹 Ещё одной мрачной реальностью войны стала практика взятия заложников. Обе армии захватывали гражданских в качестве "залога" для обеспечения лояльности населения, обмена или мести. Эта практика обрекала сотни и тысячи людей на произвол судьбы. Их содержание варьировалось от относительно терпимого до откровенно жестокого, но для всех оно было связано с глубокой психологической травмой, унижением и чувством бессилия.

🔹 Попытка упорядочить эти хаотичные отношения была предпринята в 1863 году с публикацией Кодекса Либера. Однако, как показывает автор, этот документ был противоречив. С одной стороны, он призывал щадить гражданских, с другой — вводил расплывчатую концепцию "военной необходимости", оправдывавшую практически любые действия. На практике Кодекс Либера оказал крайне слабое влияние на поведение солдат и офицеров, которые продолжали руководствоваться сиюминутными обстоятельствами, личными симпатиями и логикой выживания.

🔹 Так, вторая глава рисует картину общества, находящегося в состоянии перманентного кризиса и адаптации. Гражданская война предстает не только как противостояние армий, но и как тотальный конфликт, который проник во все сферы жизни. Мирные жители, вопреки архаичным законам и собственным ожиданиям, стали активными, хотя и зачастую невольными, участниками этой борьбы. Их лояльность, знания, труд и даже их свобода превратились в ресурсы, за которые велась ожесточённая борьба.

Хижина дяди Тома