Легитимность революции.

🔹 Во второй главе Скиннер обращается к интеллектуальным баталиям, развернувшимся сразу после Славной революции 1688 года. Центральный вопрос главы: на каких основаниях можно было оправдать присягу новым правителям?

🔹 Самый простой способ оправдать переворот заключался в апелляции к факту свершившегося. Эту позицию заняли Эдвард Фаулер и, позднее, епископ Солсберийский Гилберт Бернет. Они утверждали, что Вильгельм, победив в войне, имел законное право «держать корону по праву своего меча», но великодушно позволил народу даровать то, что уже принадлежало ему по праву. Ещё более радикальную версию предложил декан Собора Святого Павла Уильям Шерлок, который заявил, что сам факт обладания политической властью наделяет правителя правом господства.

🔹 Другие хотели показать, что свержение Якова II было морально оправданным действием. Скиннер выделяет здесь две основные стратегии. Первая — историческая и конституционная. Её сторонники утверждали, что английский народ с древних времён обладает фундаментальными правами и свободами, закрепленными в законе. Так как Яков II превратил свободных людей в рабов, революция лишь восстановила «древнюю конституцию».

🔹 Скиннер подробно останавливается на фигуре Джеймса Тиррелла, друга Джона Локка, чья «Bibliotheca politica» стала наиболее систематической защитой этой позиции. Тиррелл утверждает, что «жизнь, свобода и собственность» — это «незапамятные права и свободы королевства», подтвержденные Великой хартией вольностей и Петицией о праве 1628 года. Эти документы не даровали новых прав, а лишь подтверждали древние. Если бы не бдительность предков, английский народ давно жил бы в рабстве.

🔹 Однако Тиррелл, как отмечает Скиннер, был вынужден дополнить эту аргументацию. В диалогах о правлении Якова II он внезапно заявляет, что ни один народ добровольно не отдаст себя «абсолютной произвольной власти и воле одного человека», ибо это значило бы поработить всю нацию. Сохранение общества от «невыносимого рабства» требует либо «энергичного сопротивления», либо «объединения с могущественным соседним принцем». Тиррелл заключает, что именно таким спасителем и оказался Вильгельм III.

🔹 Скиннер уделяет внимание и критикам нового режима. С одной стороны, были те, кто настаивал на пассивном послушании даже тираническому королю, ибо «безопаснее терпеть тиранического короля, чем сопротивляться его тирании и расшатывать правительство силой». Другие считали, что новый режим предаёт идеалы 1688 года.

🔹 Особое место Скиннер отводит критике Вильгельма III за сохранение постоянной армии после войны с Францией в 1697 году. Джон Тренчард прямо заявил, что постоянная армия «в руках дурного принца неизбежно уничтожит нашу конституцию». Эндрю Флетчер добавлял, что «все правительства тираничны, если в их конституции нет достаточной защиты против произвольной власти принца». Критиковали и коррупцию в парламенте, и засилье «местоискателей», которые голосуют не за народ, а за сохранение своих должностей.

🔹 Вершиной этой критической линии Скиннер считает посмертную публикацию «Discourses concerning government» Алджернона Сиднея. Сидней даёт самое радикальное определение: «Свобода состоит исключительно в независимости от чужой воли, а рабом мы называем человека, который не может распоряжаться ни своей личностью, ни имуществом, но всем владеет по воле своего господина».

🔹 Отсюда следовал вывод: «раб — это тот, кто служит лучшему и добрейшему человеку в мире, так же как и тот, кто служит худшему», ибо в обоих случаях он зависит от чужой воли. Никакая «добрая» монархия не может дать свободы, ибо сама логика подчинения чужой воле есть рабство.

#книги

💬 Хижина дяди Тома

💬 Хижина дяди Тома