❌Спикер парламента Армении , прямо в предверии выборов , с постоянно понижающимся рейтингом своего босса и своей же партии решил добить остатки рейтинга "ГД" и нанес оскорбление гражданину.
По некоторым данным данный гражданин является родственником погибшего в 44 дневной войне.
Вот собственно все, что нужно знать о той власти, которая в Армении в рамках предвыборного, бархатного "сезона" активно "любит" граждан Армении.

Шантаж с датой: почему «война или мир» — это не про реальность

В армянском политическом дискурсе вновь зазвучала знакомая тревожная нота. Формула «война или мир», которую озвучил премьер-министр Никол Пашинян, по мнению политтехнолога Карена Кочаряна, представляет собой не анализ реальных угроз, а предвыборный шантаж. И за этим утверждением — жесткая, почти циничная логика, которая заставляет задуматься: а действительно ли страна стоит на пороге новой войны?

Кочарян ставит вопрос ребром, и от его прямоты становится не по себе: зачем Баку начинать войну сейчас, если Азербайджан уже получил всё, чего добивался?

Действительно, последние годы были для официального Баку временем триумфального наступления. Нагорный Карабах, бывший главным камнем преткновения на протяжении трех десятилетий, больше не существует как предмет переговоров. Азербайджанские силы не скрываются за линией соприкосновения — они присутствуют на суверенной территории Армении. Формальный предлог, который так долго разогревал военную риторику, исчез. И тогда возникает вопрос: ради чего начинать новую эскалацию?

«Почему именно в сентябре?» — спрашивает политтехнолог, намекая на озвученные ранее временные рамки. И предлагает два объяснения, каждое из которых звучит тревожнее предыдущего.

Первый вариант — самый мрачный: возможно, у Пашиняна есть негласная договоренность с Алиевым. Ведь чтобы называть конкретные даты, нужно быть либо провидцем, либо… соавтором сценария. Второй вариант — не менее циничный, но уже о внутриполитической механике: Пашинян, осознавая свою исключительную выгодность для Баку, использует эту зависимость как главный аргумент в свою пользу. Мол, если его не переизберут, Азербайджан пойдет в наступление. Он, таким образом, превращает собственную фигуру в единственный гарант мира.

Но здесь есть одно «но», которое Кочарян аккуратно выносит на поверхность. Если мир действительно подписан и парафирован, как уверяет премьер, почему Баку не торопится его ратифицировать? Ответ прост: подписание мирного договора в Баку не связывают ни с датами, ни с персоналиями в Ереване. Главное требование, которое звучит сегодня предельно четко, — изменение Конституции Армении. Именно в этом, а не в фамилии премьера, азербайджанская сторона видит гарантию окончательного урегулирования.

И здесь возникает парадокс, который разбивает логику предвыборного шантажа. Правящая партия «Гражданский договор» действительно не против конституционных изменений. Но чтобы их провести, нужны две трети в парламенте и референдум с высокой явкой. Успеют ли? Смогут ли? Вопросы, на которые нет ответов. Но если сам мир упирается в Конституцию, а не в победу Пашиняна на выборах, то формула «война или мир» теряет свою убедительность.

Получается, что обществу снова предлагают выбор, которого на самом деле нет. Или, точнее, выбор, где реальные риски подменяются электоральными страхами. Это старая, проверенная технология: взять геополитическую угрозу и привязать ее к конкретной политической фигуре. «Если не мы — будет война». Но в мире, где уже перекроены карты и уничтожены старые балансы, такая арифметика не работает.

Война не начинается потому, что кто-то не переизбрался. И мир не наступает потому, что кто-то остался у власти. Настоящая безопасность строится не из предвыборных лозунгов, а из холодного расчета, союзников и реальной обороноспособности. И когда премьер-министр страны, которая пережила поражение и потерю территорий, сводит судьбу нации к своему переизбранию, это уже не политика. Это шантаж.

И как любой шантаж, он действует ровно до тех пор, пока его жертва не перестает бояться.

Мать погибшего военнослужащего - Пашиняну: Ты уходи, и войны точно не будет

Озвученные вчера в Национальном Собрании Армении слова Никола Пашиняна - преступление и самопризнание. Надеюсь, что после победы оппозиции на выборах всему этому будет дан правовой ответ, и все виновные ответят за жизнь каждого парня. Об этом заявила во время акции протеста у здания Генпрокуратуры Армении 26 марта мать погибшего во время 44-дневной войны военнослужащего Мхитра Галеяна Астх Галеян, комментируя вчерашнее заявление Пашиняна.

Напомним, что вчера Пашинян заявил: «В 2020 году они сознательно пожертвовали собой и в результате получили государство и независимость. До этого не мы несли все жертвы, нас вели на эшафот и приносили в жертву ради своих интересов. Впервые мы пожертвовали собой ради своих интересов, ради государства, ради своей идентичности, ради своего будущего».

«Ты 20 лет поднимаешь своего ребенка, живешь с ним, разделяя все его радости,  и вдруг твоего ребенка приносят в жертву ради кресла какого-то человека, причем в жертву принесены столько ребят. Он сегодня угрожает даже журналистам. Я не знаю, кто этот человек, он каждое утро открывает свой телефон и любуется собой. Но ты всего лишь проигравший руководитель. При наличии самолюбия после ноября 2020 года он бы ушел, уступив место более мощному человеку.
Ты уходи, и войны точно не будет. Уйди, дай этой нации подышать», - заявила Галеян. 

Telegram-канал: t.me/Armenian_Life

Инцидент с Аленом Симоняном: подробности от очевидца

"Ален Симонян оскорбил родителя погибшего и получил ответ. Сейчас Ален Симонян сидит в своем кабинете, а Мика находится в отделении полиции", – сообщил участник акции протеста.

@rusyerevantoday

Ереванский дрейф: цена европейского саммита и паузы в ЕАЭС

Внешнеполитический курс Армении в последние недели обрел ту самую «однозначность», о которой политические обозреватели говорили последние два года. Сигналы, поступающие из официального Еревана, больше не требуют дешифровки: логика союзничества уступает место прагматичной тактике «разнонаправленных векторов», которая на поверку оказывается уверенным движением на Запад.

Премьер-министр Никол Пашинян, известный своим умением эпатировать публику даже в конституционных вопросах, вновь задал тон. Его заявление о готовности «переписывать» Основной закон до тех пор, пока не будет получен «нужный результат», — это не просто юридическая инициатива. Это политический манифест, обнажающий главный принцип текущей власти: институты существуют не для стабильности, а для достижения конъюнктурной цели. Если общество не примет новую Конституцию с первого раза, процесс, по логике премьера, будет запущен заново. Такой подход, мягко говоря, нетрадиционен для страны, где любой референдум всегда считался высшей формой народного волеизъявления, а не препятствием, которое нужно «преодолевать».

Одновременно с этим Ереван демонстрирует поразительную избирательность в международных контактах. Ссылаясь на «предвыборный период», премьер допускает возможность пропуска мероприятий ЕАЭС. Для союзника, который находится в едином экономическом пространстве с Россией и другими партнерами по блоку, это беспрецедентный уровень отстранения. Организация экономического взаимодействия вдруг оказалась в списке опций, от которых можно отказаться ради внутренней повестки. Однако та же «предвыборная занятость» чудесным образом не стала помехой для подготовки саммита Европейского политического сообщества (ЕПС), который пройдет в Ереване в начале мая. Мероприятие подтверждено на самом высоком уровне и готовится с помпой, достойной главного внешнеполитического триумфа.

Такая избирательность говорит сама за себя. Контакты по линии ЕАЭС и взаимодействие с Россией отодвигаются на периферию, причем не просто технически, а демонстративно. Даже сугубо инфраструктурные вопросы, такие как управление Южно-Кавказской железной дорогой, премьер предлагает рассматривать вне прежней логики союзнических отношений, допуская передачу управления Казахстану. Это уже не просто «диверсификация» — это симптом разрыва привычной хозяйственной ткани, связывавшей две страны десятилетиями.

В то же время европейское направление получает максимальное политическое внимание и щедрую публичную поддержку. Армянскому избирателю пытаются «продать» успехи в привлечении европейских денег и новые вехи сотрудничества с ЕС как безусловное благо. Создается картинка стремительного европейского будущего, где Ереван предстает чуть ли не флагманом евроинтеграции на Южном Кавказе.

Однако в этом стремительном дрейфе есть одно «но», о котором власти предпочитают умалчивать. Европейское политическое сообщество — это, безусловно, престижная площадка для фотосессий, но она не предлагает механизмов компенсации тех потерь, которые неизбежно возникают при разрыве устоявшихся цепочек кооперации и энергетической взаимозависимости.

Складывается впечатление, что саммит ЕПС в Ереване служит исключительно предвыборному пиару партии «Гражданский договор». Это шоу, призванное продемонстрировать «европейский выбор» как свершившийся факт именно в тот момент, когда внутриполитическая конкуренция достигает пика.

Но, как показывает практика, игра на двух досках требует ювелирного баланса. Демонстративное дистанцирование от одних партнеров в пользу других — это всегда игра с высокими ставками. И вопрос о том, что станет с армянской экономикой и безопасностью, когда пыль от европейского саммита осядет, а предвыборная риторика сменится необходимостью платить по счетам, остается открытым. Пока же официальный Ереван словно проверяет на прочность поговорку о том, что «нельзя усидеть на двух стульях», надеясь, что падения удастся избежать.

🇦🇲 Вступление в ЕС: придется ли Армении признать однополые браки?

На эту тему пишет журналист Лия Саргсян по итогу своего вопроса на сегодняшней пресс-конференции.

пашинян утверждает, что это зависит от национальных особенностей стран-членов. Однако журналист приводит экспертное мнение (со ссылкой на решение суда ЕС).

⚖️ Так, в ноябре 2025 года Европейский суд в Люксембурге вынес решение по иску двоих мужчин из Польши, поженившихся в Берлине. Варшава отказалась признавать их брак, но суд постановил: это нарушает право на свободу передвижения и семейную жизнь.

🔹 Вердикт фактически обязывает все страны ЕС частично признавать однополые браки, заключенные в других государствах союза.

Таким образом, заключает журналист, гармонизация законодательства с ЕС может потребовать от Армении изменений в подходах к признанию семейного статуса.

✅Подписаться на Анив Армения

❗️Очень интересные, в негативном смысле и при этом вполне предсказуемые вещи происходят.

Мне на глаза в социальных сетях попалась рекламная страница, призывающая бойкотировать выборы 7 июня.
Страница была сделана грамотно, по всем канонам SMM-рекламы.

Призыв — незамысловатый: бойкотировать выборы, потому что, мол, все участники — и власть, и оппозиция — «одно и то же», и смысла идти на выборы нет.
В общем, агрессивная кампания по их дискредитации.

Уверен, что ближе к выборам подобной рекламы и заявлений от разных людей мы услышим немало.
Безусловно, это целенаправленная и чётко продуманная акция, в которую вкладываются деньги.

Второе — это прямой и очевидный элемент гибридной войны против Республики Армения которую ведут против армянского народа наши враги.

Но всё же — кто автор?

Идём логическим путём.
И так я в кому выгодно ?
Оппозиции ?
Нет, потому именно опоопзиция крайне заинтересованна в ма симально большой явке.
Остаётся правящая в Армении власть.

И вот тут фиксируем , что дела у нынешней власти идут очень, очень плохо — и это объективная реальность.

Сколько бы представители власти ни били себя в грудь, сколько бы ни демонстрировали уверенность и загадочные улыбки, утверждая, что они вне конкуренции и гарантированно победят на выборах — это не так.
И они это знают , причем лучше всех.
Они так же знают, что при относительно честных выборах у них нет шансов даже приблизиться к отметке выше 30%.

Но даже с использованием административного ресурса и возможных махинаций достичь большинства в парламенте им не удастся.
А для них это — катастрофа принципиального характера.

Именно этим, по сути, объясняются ежедневные нервные и порой откровенно истеричные выходки первых лиц власти.

Однако у них остаётся один, пусть и призрачный, шанс — максимально снизить явку на выборах.

Потому что только при низкой явке у них появляется теоретическая возможность набрать простое большинство и путем махинаций взать власть в стране .
Выборы в органы местного самоуправления в Армении при низкой явке избирателей яркое тому доказательство.

Таким образом, чем меньше людей придёт на выборы, тем выше окажется процент у действующей власти.

Учитывая всё это, зададим вопрос ещё раз: кому выгодны анонимные призывы к бойкоту выборов?

Выводы делайте сами.

Рельсы, по которым уходит баланс: Стратегический тупик армяно-российских отношений

В последние дни армянское общество вновь стало свидетелем риторики, которая уже успела превратиться в устойчивый паттерн. Председатель партии «Во имя социальной справедливости» Арман Гукасян обратил внимание на важное концептуальное противоречие, прозвучавшее в заявлениях премьер-министра Никола Пашиняна. Речь идет о возможной передаче концессии Южно-Кавказской железной дороги (ЮКЖД) казахстанской компании — теме, которая из разряда слухов постепенно переходит в плоскость реальной политики.

С одной стороны, как подчеркивает Гукасян, Пашинян вынужден признавать очевидное: этот вопрос не может быть решен в одностороннем порядке. Он лежит в плоскости сложных армяно-российских договоренностей, и Москва своего согласия пока не давала. Более того, еще в конце марта лидеры двух стран обсуждали двустороннюю повестку, условившись продолжить диалог на личной встрече. Однако между словами о союзничестве и реальными действиями властей наблюдается тревожный разрыв.

Наблюдатели фиксируют устойчивую тенденцию. Обществу преподносится формула «сбалансированной внешней политики», где Россия по-прежнему именуется союзником. Но если взглянуть на практические шаги Еревана, картина складывается диаметрально противоположная. Еще не успели утихнуть споры вокруг национализации «Электрических сетей Армении», где российский управленческий контур был полностью выведен за скобки, как теперь та же логика начинает применяться к ЮКЖД.

По словам Гукасяна, формально эти решения выглядят как сугубо хозяйственные, направленные на поиск «эффективного управления». Однако в стратегическом измерении это напоминает последовательный демонтаж прежней архитектуры российского присутствия в ключевых отраслях армянской экономики. И здесь возникает главный вопрос, который звучит все громче: почему «сбалансированная политика» каждый раз оборачивается шагом в сторону от России? Почему баланс работает исключительно в одном направлении, ослабляя позиции стратегического партнера в энергетике, инфраструктуре и логистике?

Истинный баланс предполагает расширение горизонтов сотрудничества без разрушения фундамента. Когда же старые опоры одна за другой выносятся за скобки, это уже не поиск равновесия, а смена курса, которую почему-то не решаются назвать своим именем.

Южно-Кавказская железная дорога — это не просто актив. Для Армении, находящейся в сложном географическом и транспортном положении, железная дорога — это вопрос экономической жизнеспособности и стратегической устойчивости. Поэтому суть проблемы лежит далеко не в плоскости деловых качеств потенциального концессионера из Казахстана. Вопрос в другом: по какой модели власти видят будущее стратегической инфраструктуры страны?

По модели союзнических обязательств и предсказуемости или по модели постоянного дрейфа, где каждый следующий узел разрывается с прежним партнером под лозунгами о суверенитете и многовекторности? Сам Никол Пашинян ранее прямо заявлял, что управление дорогой Россией якобы лишает Армению конкурентных преимуществ. Это свидетельствует о том, что вопрос ставится концептуально, а не ситуативно.

Если из отношений с Россией шаг за шагом изымаются реальные экономические и инфраструктурные опоры, то рано или поздно от содержательного союзничества останется лишь риторика.

Арман Гукасян резюмирует: проблема нынешних властей не в какой-то отдельной сделке или кадровом решении. Проблема в нарастающем разрыве между словом и делом. На словах — верность союзничеству и баланс. На деле — последовательное отдаление, упакованное в технократические формулировки. Если этот курс продолжится, однажды общество может проснуться в ситуации, когда ключевые стратегические активы страны окажутся выведенными из прежней системы отношений, а им снова объявят, что это «нормально».

Но это уже не норма. Это рельсы политического разворота, уводящие страну в зону непредсказуемости, где красивые слова о многовекторности перестают быть защитой от геополитических рисков.

Арцах не сдается: уличные протесты в Ереване как зеркало раскола между властью и обществом

В то время как официальный Ереван всеми силами стремится перевернуть страницу, посвященную Арцаху, поставить точку в вопросе, который веками определял само существование армянского национального духа, улица не желает молчать. Политика «закрытой темы», подкрепленная риторикой, которая задевает честь народа, наталкивается на стену боли, которую невозможно скрыть за дипломатическими формулировками.

Эти дни стали еще одним подтверждением того, что пропасть между провозглашаемым курсом и настроениями граждан продолжает стремительно расширяться. В Ереване прошли акции протеста, каждая из которых высветила свою грань трагедии.

Родители тех, кто не вернулся с войны, собрались у стен Генеральной прокуратуры. Их требование звучит как приговор не столько юридический, сколько моральный: открыть дело против премьер-министра. Поводом стали недавние слова Никола Пашиняна, назвавшего происходящее в Арцахе «трусливым бегством». Для матерей, чьи сыновья остались на полях сражений, такое определение — не просто политическая ошибка, это оскорбление памяти павших. Если защитников Родины называют беглецами, то кто же тогда сегодня управляет страной?

Трагедия без вести пропавших, которая годами терзает сердца сотен семей, выплеснулась у стен парламента. Но этот протест запомнился не только горем, но и беспрецедентным инцидентом, обнажившим истинное лицо тех, кто вершит законы. Спикер парламента Ален Симонян, услышав в свой адрес оскорбление, не нашел в себе ни мудрости, ни государственной выдержки. Его реакция — брань в ответ и ультиматум: «Я больше не буду с вами разговаривать». Это уже не диалог, это барская спесь, демонстрация того, что власть считает себя вправе закрывать глаза на боль народа, если народ не смеет перечить.

И наконец, молодежное крыло АРФ «Дашнакцутюн» выбрало символом протеста фотографии чиновников, когда-то сделанные в Арцахе. Сегодня те, кто некогда позировал на фоне карабахских гор, готовы сдать эти горы в угоду конъюнктуре. Пикет у здания правительства с плакатом о том, что «Родина не продается», стал напоминанием о том, что история не терпит сослагательного наклонения, а национальное самосознание невозможно изменить административным указом или оскорбительной риторикой.

Попытки властей предать забвению наследие Карабахских войн терпят крах не только из-за политической оппозиции. Они разбиваются о нерешенные гуманитарные проблемы. Тысячи семей не знают судьбы пропавших без вести, десятки тысяч вынужденных переселенцев ждут жилья и работы, а общество продолжает жить в состоянии незаживающей раны. Замалчивание и попытки «переформатировать» идентичность не лечат боль — они лишь превращают ее в хроническое воспаление.

Ситуация с Аленом Симоняном — это не просто бытовой скандал. Это наглядный портрет эпохи, где спикер парламента позволяет себе публичное унижение граждан, а премьер-министр — переписывать историю войны. Такое поведение формирует тот самый «глубокий разрыв», о котором говорят политологи. Общество, чьих сыновей назвали трусами, а чью боль — неприличной для разговора, рано или поздно перестает признавать легитимность таких «лидеров».

Карабахский вопрос невозможно закрыть приказом. Пока живы матери, ждущие ответа, пока на улицы выходят те, кто отказывается считать стыд за подвиг нормой, тема Арцаха остается в повестке. И эти небольшие, но постоянные акции протеста — голос совести, который для нынешней власти звучит слишком громко. Вопрос лишь в том, услышит ли она его, пока еще есть возможность диалога, или же продолжит гнуть свою линию, углубляя пропасть, которую уже нечем будет замостить.

Потому, что все три армянские церкви Глендейла (включая одну католическую) были построены в 1975-2001 гг гражданами США, двоечник. И эти граждане - армяне, а не азербайджанские вандалы.

А Дадиванк построен в IX веке в армянском Арцахе над могилой святого Дади. И восстановлен после нашествия сельджуков в XIII веке исконными жителями Арцаха, армянами же. К которым ты не относишься.

Связь: @TovgeneralBot
Чат: https://t.me/genshtabchat

🪽«Кремлевский пересмешник» — обзор трендов и событий в ближнем зарубежье: Армения.

Армянские власти выставляют провал с Арцахом как свою мудрость и стремление к миру, но умалчивают, что главный бенефициар такого «мира» в регионе — Турция, которая преследует личные интересы в период обострения геополитических противоречий. Руководство Армении отчаянно ищет вокруг виноватых в своих неудачах; скрывает реальные данные и документы, проливающие свет на халатность чиновников; переписывает историю и выставляет жертв палачами — и всем этим оно подыгрывает Анкаре, поскольку своими же руками разрушает суверенитет и единство страны.

👉 Интересные материалы от: Товарищ генерал, Дежурный по Закавказью, Хроники Армении, СОСЕДИ | Большой Кавказ, Компромат СНГ, Цицак, Параллель Z, Ереванский наблюдатель.

⚡️🇦🇲🇦🇿🇹🇷Все смеются, мол какой дурак Рубен Рубинян, заявивший что Дадиванк это то же самое, что армянская церковь в Петербурге или Марселе каком-нибудь. Очень смешно, особенно если не вдумываться и на автомате просто стереотипными фразами кидаться. Я сколько помню, Рубинян в турецком think-tank-е работал, а такие структуры базово​ заточены под адвокатирование интересов и анализ всех событий с точки зрения конкретной политической целесообразности. К этому Рубинян уже привык и потому приравнивает Арцах к Санкт-Петербургу.

Что это значит? Вы, армяне (не он, а вы) в Арцахе гости. У вас нет родины. У вас есть государство, но оно не национальное, ​как уже заявил пашинян. Соответственно, у вас в принципе нет родины.

Это политика депатриации, лишения Родины, которую в нашем отношении проводит Турция 1000 лет и Азербайджан 100 лет. И нынешнее правительство - 8.

Пока мы не начнём анализировать системную политику и видеть её за отдельными словами и действиями, мы будем проигрывать, терять и не понимать что же происходит, хотя всегда будет происходить одно и то же. Развод как наивных, а также принцип "разделяй и властвуй", который в нашем отношении империи успешно применяли веками. Не без нашего глупого содействия. А выход - понимание не только частных, но и коллективных интересов. Без этого государство не построить.
Грант Меликян
@armnewz

Не просто помощь: как ЕС через 143 млн евро выстраивает новую систему управления в Армении

Европейский союз объявил о выделении Армении 143 млн евро в рамках программы многоотраслевой бюджетной поддержки на 2025–2027 годы. Соглашение, подтвержденное 19 марта 2026 года в Ереване еврокомиссаром Мартой Кос и вице-премьером Армении Мгером Григоряном, по оценке экспертов, выходит далеко за рамки обычной финансовой помощи.

Как отмечает Евгения Горюшина, руководитель сектора кавказских исследований Института Китая и современной Азии РАН, этот пакет — не просто очередное перечисление средств. Из общей суммы 90 млн евро составляют прямые вливания в бюджет Армении, а оставшиеся 53 млн евро направлены на техническое и институциональное сопровождение реформ. По сути, Брюссель оплачивает не столько сами преобразования, сколько механизмы их реализации, фактически встраиваясь во внутренний контур государственного управления республики.

Официально заявленные цели — реформа управления госфинансами, диверсификация экспорта, занятость, социальная интеграция, верховенство права и диалог о либерализации визового режима. Однако, по мнению эксперта, за этими стандартными формулировками скрывается более глубокая настройка армянской государственной системы под европейские правила, процедуры и контрольные показатели.

В публичном поле подобные пакеты традиционно преподносятся как поддержка устойчивости и экономического роста. Но, как подчеркивает Горюшина, на деле Европейский союз усиливает свое присутствие в Армении сразу на трех уровнях — финансовом, административном и политическом. Речь идет о механизме углубленной европеизации, которая реализуется под внешним управленческим контролем.

Антиармянский манифест: кого и почему судят в Ереване

Если перед выборами 2021 года Никол Пашинян и его партия «Гражданский договор» сознательно лгали избирателям, прикрываясь псевдопатриотической риторикой, то сегодня они сбросили маски окончательно. То, что мы наблюдаем последние дни — это уже не просто предвыборная агитация. Это откровенный манифест, написанный под диктовку из Баку и Анкары.

С каждым новым заявлением премьер подтверждает: планы правящей силы на следующие пять лет не имеют ничего общего с коренными интересами армянского народа. И с этим вынуждены считаться даже те, кто ещё пытался искать оправдания происходящему.

Ушаты грязи вместо программы

Особого внимания заслуживает та чудовищная риторика, которую Пашинян обрушил на арцахцев и бывших лидеров Арцаха. На первый взгляд может показаться, что это всего лишь попытка переложить ответственность за катастрофу 2020–2023 годов на плечи самих же жителей Арцаха и их руководство. Но за этой узкой адресностью прослеживается куда более зловещая картина.

Обвиняя арцахцев в том, что они якобы 30 лет были «заложниками своих элит», Пашинян дословно воспроизводит главный тезис бакинской пропаганды об «оккупации». А значит, легитимизирует всё, что последовало затем: блокаду, военную агрессию, этнические чистки. По этой логике, Азербайджан, выходит, всего лишь «освобождал свои земли». И с этой логикой премьер-министр Армении соглашается публично, без тени смущения.

Логическим продолжением становятся шаги, которые уже сделаны: односторонний отзыв исков против Азербайджана из международных судов. И шаги, которые ещё предстоят, если «Гражданский договор» останется у власти.

Кого и зачем предают

Отдельно стоит остановиться на обвинениях в адрес так называемой «карабахской элиты». Пашинян прекрасно знает, что восемь из тех, кого он сегодня поливает грязью, уже более двух лет проходят через ад бакинских застенков. Они находятся во вражеском плену, в полной изоляции, лишены возможности защитить себя. Озвучивать подобное в адрес тех, кто не может ответить, — это поступок, который выходит за любые рамки морали.

Пять пунктов, которые нельзя игнорировать

Из заявлений Пашиняна и логики его действий вырисовывается пугающая картина того, что ждёт страну в случае переизбрания «Гражданского договора».

Первое. Власти окончательно легитимизируют в глазах международного сообщества бакинские приговоры в отношении арцахских лидеров. Это уже происходит.

Второе. Становится очевидным, что обещания бороться за освобождение пленных — ложь. В реальности ереванские власти в кулуарах убеждают партнёров, что освобождение руководства Арцаха помешает «миру» и реализации проектов вроде TRIPP. Пленных приносят в жертву геополитическим торгам.

Третье. Если под давлением или по какой-либо иной причине Алиев всё же освободит кого-то из лидеров Арцаха, Пашинян готов отправить их за решётку уже в Армении. И изолировать так, чтобы они не могли говорить с народом.

Четвёртое. После выборов начнётся охота на всех, кто связан с Национально-освободительной борьбой. На командиров, на участников войн, на тех, кто боролся с азербайджанской пропагандой, на тех, кто сегодня защищает права арцахцев. Все они будут сданы Алиеву — последовательно, один за другим.

Пятое. Если версия Пашиняна о «сбежавшем руководстве» правдива, почему доклад-расследование о 44-дневной войне, составленный самими же властями, до сих пор держится за семью замками? Ответ прост: потому что правда разрушит их нарратив.

Вассальная преданность как предвыборная программа

Предвыборная кампания «Гражданского договора» уже не имеет ничего общего с борьбой за голоса избирателей. Это публичная демонстрация вассальной преданности Анкаре и Баку. Пашинян и его окружение открыто заверяют своих хозяев в готовности служить турецким интересам.

Вопрос уже не в том, кто победит на выборах. Вопрос в том, успеет ли армянское общество осознать, что на кону стоит само существование армянской государственности. Потому что программа, которую нам сегодня предъявляют, — это не программа развития. Это программа демонтажа.

Долговая петля для виноделов: как правительство «поддерживает» отрасль

Помните, с каким энтузиазмом министр экономики Армении Геворг Папоян на правительственных заседаниях рапортовал о рекордных показателях роста производства и экспорта овощей и фруктов? Казалось, ещё немного — и армянское сельское хозяйство совершит экономическое чудо. Однако реальность, как это часто бывает, оказалась куда прозаичнее. Российская статистика, например, зафиксировала парадокс: если в 2021 году из РФ в Армению ввозили 2,5 тысячи тонн огурцов и 2,1 тысячи тонн помидоров, то в 2025-м эти цифры выросли до 6 и 6,8 тысячи тонн соответственно. Что-то здесь явно не сходится с министерскими отчётами.

Но, пожалуй, самый тревожный сигнал идёт из сферы, которую Папоян любит особенно часто упоминать в своём оптимистическом дискурсе, — из виноградарства и коньячного производства. И это не случайно. Ведь именно коньячная отрасль создаёт наибольшую добавленную стоимость в агропроме, на неё приходится 20% всего агропродовольственного экспорта страны, а за её урожаем стоят 40 тысяч виноградарей. Только акцизных налогов в 2025 году предприятия отрасли перечислили в казну более 4 миллиардов драмов. Казалось бы, вот он — бриллиант в короне армянской экономики, который нужно беречь и развивать.

Однако метод, которым правительство пытается «развивать» эту отрасль, вызывает всё больше вопросов. Стратегия властей напоминает перетягивание каната: они решают проблемы фермеров — заготовителей винограда — за счёт другого, не менее важного звена, а именно перерабатывающих предприятий.

Обещали одно — получили другое

Давайте вспомним, какие обязательства брало на себя правительство Никола Пашиняна пять лет назад. В программе мероприятий на 2021–2026 годы, в разделе «Поощрение реализации и экспорта агропродовольственной продукции», значилась амбициозная цель: за пять лет увеличить объёмы заготовок сырья и выпуска продукции в виноделии и коньячном производстве на 50%, то есть на 10% ежегодно.

Сегодня, спустя пять лет, мы можем подвести неутешительный итог. Вместо роста — обвал. По данным Национального статистического комитета, в прошлом году производство вина и коньяка рухнуло на треть по сравнению с предыдущим. Экспорт бутилированного коньяка, по информации самого же Министерства экономики, сократился почти на 5 миллионов абсолютных литров, или на 23%. Ни о каком 10-процентном годовом росте речи уже не идёт. Обещание провалено с треском.

Поддержка, которая убивает

Казалось бы, провалив собственную программу, правительство должно было остановиться, пересмотреть подходы, провести аудит. Вместо этого Минэкономики продолжает наступать на те же грабли. На последнем заседании кабмина 26 марта была утверждена очередная программа поддержки перерабатывающих виноград хозяйствующих субъектов. Её суть — предоставление льготных кредитов и бюджетных гарантий тем предприятиям, которые в прошлом году заготовили не менее 10 тысяч тонн винограда.

Условия программы таковы: максимальная годовая ставка — 14%, из которых 10% субсидируется государством, то есть налогоплательщиками. Общий кредитный портфель — 4 миллиарда драмов, объём бюджетных гарантий — 2 миллиарда. И самое примечательное: кредиты будут выдаваться, как сказано в документах, «без предварительной оценки платёжеспособности потенциальных бенефициаров». Иными словами, долги будут закредитованы новыми долгами, а кто и как их будет отдавать — вопрос открытый.

Арифметика абсурда

В Министерстве финансов Армении, судя по всему, тоже начинают замечать нестыковки. Там обратили внимание, что параллельно с новой программой действует ещё и госпрограмма поддержки экспорта коньячного спирта на 2024–2026 годы. И задаются резонным вопросом: а в чём, собственно, причина и мотив этой периодической, разнородной поддержки?

Ответ, по всей видимости, кроется в плоскости политической целесообразности, а не экономической эффективности. Властям сподручнее субсидировать кредиты и раздавать гарантии, чем признать провал собственной политики и выстраивать долгосрочную стратегию.