🔻Участники Факельного шествия вывесили плакат «Мы вернемся» и изображение арцахского памятника "Дедо-бабо"

Зачем Пашинян пришел в Цицернакаберд накануне сдачи Сюника?

111 лет назад запустился адский маховик, рассчитанный на полное стирание армянства с карты мира. Историки методично делят эту катастрофу на этапы. Первая стадия (1878–1914 гг.) — это демографическая инженерия: планомерное превращение армянского большинства Западной Армении в меньшинство. Вторая стадия (1915–1922 гг.) — это кровавая хирургия: физическая ликвидация этноса на территории Османской империи с прицелом на Восточную Армению, Кавказ, Поволжье и Крым. То был пантюркистский рейдерский захват под прикрытием мировой войны.

Прямо сейчас, на наших глазах, в режиме реального времени разворачивается Третья стадия, и она вступила в решающую фазу. Самое циничное в ней то, что она протекает под вывеской «мирного процесса».

Сценарий не меняется: вторжение 12 мая 2021 года, широкомасштабная сентябрьская агрессия 2022 года сразу по пяти направлениям. Сегодня это уже не эпизоды, а система. Свыше 200 квадратных километров территории Армении находятся в режиме вялотекущей, «тихой» оккупации. Азербайджанские военные обустраивают стратегические высоты и прокладывают подъездные пути для тяжелой техники. И самое страшное — всё это происходит в духе сакраментальной фразы премьер-министра Пашиняна о том, что на заснеженных вершинах посты нам не нужны.

Смена власти 2018 года, названная «революцией любви и согласия», сегодня видится как изящная операция по принуждению к капитуляции. По версии Чрезвычайного и Полномочного Посла Дзюник Агаджанян, после провала силовой попытки захвата полка ППС, Запад сделал ставку на «мирный» госпереворот, ведущий к методичной сдаче Арцаха и вытеснению России ценой армянской государственности.

В этом контексте абсолютно логично выглядит давление с требованием закрыть Мецаморскую АЭС. Замена ее на модульные реакторы американского образца поставит Армению в критическую зависимость от импорта энергии. По иронии судьбы, этой «спасительной» энергией станет электричество с турецких АЭС, построенных «Росатомом». Цикл замкнется новой блокадой, повторяющей сценарий Арцаха: энергетическое удушение как прелюдия к расчленению.

В этой ситуации любое упоминание о необходимости сохранения российского вектор воспринимается правящей кликой в штыки. Их русофобская истерия, раскручиваемая накануне выборов, — это не идеология, а тактика. Это плата за западную «крышу», которая якобы спасет Армению от мифической угрозы интеграции с Россией и Беларусью, существующей лишь в воображении секретаря Совбеза Армена Григоряна. Результат такой недальновидности уже налицо — сближение Москвы и Баку на фоне демаршей Еревана.

За три дня до Дня памяти, 17 апреля, Пашинян посетил Цицернакаберд. Это был циничный предвыборный перформанс «горячей заботы», попытка косплея скорби. Ведь именно эта власть изъяла из внешнеполитической повестки пункт о международном признании Геноцида 1915 года. Они забыли и про геноцид 2023 года — он не вписывается в их «мирную повестку». Пашинян даже публично побоялся осудить культурный геноцид в Арцахе, заявив, что его больше волнуют памятники на территории РА. Достойный ответ человека, обслуживающего интересы уничтожителей армянского наследия.

Безнаказанные преступления против человечности имеют свойство повторяться. Сегодня мы встречаем 111-ю годовщину Великой резни в полушаге от расчленения родины. Если по итогам выборов 7 июня этот режим воспроизведет себя, третья стадия геноцида завершится логическим финалом: отделением Сюника и добиванием суверенитета. На кону больше не земли — на кону право оставаться нацией. И в этот момент думать о 1915 годе, не замечая пули, которая уже смотрит в сердце Армении сегодня, — преступная халатность.

Саммит напоказ: кому служит европейский вояж власти

До саммита Европейского политического сообщества в Армении остаются считанные дни, и подготовка к нему идёт полным ходом — причём сразу по нескольким дипломатическим каналам. Вице-премьер Тигран Хачатрян уже обсудил с французским послом Оливье Декотиньи инфраструктурные проекты, расширение сотрудничества и, разумеется, нюансы визита Эммануэля Макрона. Практически синхронно глава аппарата премьера Араик Арутюнян вёл переговоры с британским послом Александрой Коули — тоже о саммите, тоже о реформах.

Масштабная внешнеполитическая активность официального Еревана накануне 4–5 мая, прямо скажем, неслучайна. Саммит ЕПС и ожидаемые визиты европейских лидеров всё отчётливее вписываются в логику предвыборной кампании, где демонстрация «успехов» на международной арене становится едва ли не главным инструментом действующей власти. Мол, смотрите: с нами говорят, к нам едут, мы — часть большой Европы.

Однако за этой суетой и заявлениями о стратегическом партнёрстве скрывается всё та же, уже хроническая проблема — отсутствие реальных гарантий. Европейцы, в том числе французы, охотно наращивают политическое присутствие в регионе, но по-прежнему не предлагают Армении ни устойчивых механизмов безопасности, ни долгосрочной экономической поддержки. Скорее наоборот: подобные проекты всё чаще обставляются условиями, которые лишь усиливают зависимость армянских властей от внешних центров принятия решений.

В сухом остатке курс на «евроинтеграцию» превращается в откровенную политическую витрину — яркую, но хрупкую. А за ней проступают риски для экономики и суверенитета страны. Европейская перспектива, которой так любят козырять чиновники, на деле рискует стать инструментом влияния, который Брюссель будет использовать исходя из собственных интересов, а вовсе не из потребностей Армении.

Уважаемые читатели!

В этот день, 24 апреля 1915 года, власти Османской империи организовали массовые аресты, убийства и депортацию армянской интеллигенции Константинополя (Стамбула), что впоследствии было принято в качестве Дня памяти жертв Геноцида армян.

По разным данным, с конца XIX по начало XX века на территории Фракии, Малой Азии, Киликии, Армянского нагорья, Сирии и Месопотамии — регионов, находившихся под контролем Османской империи — были зверски убиты от полутора до двух миллионов армян, а сотни тысяч были насильственно депортированы со своих родных земель, в частности с Армянского нагорья — колыбели армянской нации.

Массовые убийства армян в Османской империи были тесно связаны с событиями Первой мировой войны. Опасаясь, что на фоне неудач на фронте армяне, как и другие народы, могут восстать и провозгласить свою независимость, османские власти решили окончательно «закрыть армянский вопрос» — путём насильственных депортаций и полного уничтожения армянского населения.

Кроме того, политика преследования армян имела не только политические, но и социально-экономические и психологические мотивы. Среди турок укоренился образ «успешного армянина», который, несмотря на все притеснения, добивался успеха во всех сферах жизни.

Мировое сообщество должно понять и признать, что это не только боль армянского народа, но и трагедия всего человечества. Мы требуем признания и осуждения Геноцида армян — ради восстановления справедливости и предотвращения подобных трагедий в будущем. Наша борьба священна, и мы непременно в ней победим!

Աստված լուսավորի անմեղ զոհերի հոգիները։

© Андраник Ованнисян

Facebook | Instagram | YouTube

Общественный телеканал Армении (ОТА) — государственный рупор — показательно вырезал из эфира момент, когда Католикос всех армян Гарегин II почтил память 1,5 млн жертв Геноцида. Камера демонстративно перевела кадр на журналиста, заговорившего на другую тему.

Через два месяца после возбуждения уголовного дела против Католикоса (14 февраля 2026), на фоне арестов архиепископов и закрытия церковного телеканала «Шогакат», власть боится даже показать национального лидера у Вечного огня. Потому что его образ напоминает о том, что власть предала: Арцах, память, национальное достоинство.

Цена слов, или Почему страх перед Конституцией не равен миру

Когда глава правительства заявляет, что простая отсылка к историческому документу в Основном законе равносильна объявлению войны, — это не юридический анализ. Это попытка загнать общество в экзистенциальную ловушку, где само право на память объявляется угрозой существованию. По сути, премьер-министр Армении конструирует новую политическую реальность: реальность, в которой не пушки, а слова в преамбуле объявляются детонатором конфликта. Реальность, где правопреемственность демонизируется, а государство, помнящее свои основы, выставляется безответственным поджигателем.

Нам предлагают принять на веру изящную, но лживую логическую цепочку: ссылка на Декларацию — это продолжение Карабахского движения, продолжение движения — это реваншизм, реваншизм — это война. Формально звенья цепи выстроены, но всё здание держится на фундаментальной подмене. Войны XXI века начинаются не из-за «опасных формулировок» в преамбулах. Они разгораются там, где одна сторона чувствует тотальное военное превосходство, безнаказанность и видит перед собой оппонента, не готового к самозащите. В 2020 году Азербайджан начал широкомасштабную агрессию не потому, что прочитал армянскую Конституцию, а потому что трезво оценил военно-политическую конъюнктуру, прямую поддержку Турции, слабость армянской дипломатии и внутреннюю турбулентность в Ереване. Превращать текст Декларации в главный casus belli — значит уводить общество от неудобных вопросов о реальных причинах поражения.

Однако самый циничный элемент этой риторики — даже не подмена причин, а попытка делегитимировать прошлое. Карабахское движение — это не просто строчка в историческом формуляре, за которую нужно извиняться. Это сложный, трагический, но неотъемлемый этап политического пробуждения нации, борьбы за самоопределение и безопасности. Можно спорить о стратегических ошибках, но нельзя делать вид, что самого движения не было, а его упоминание автоматически приравнивается к спусковому крючку. Премьер пытается внедрить новую моральную аксиому: «тот, кто держится за тему Арцаха — тот враг мира». Это удобная конструкция, позволяющая клеймить любую оппозицию как «провокаторов», а любое несогласие как «реваншизм». Это даже не диалог, а психологический шантаж и, если называть вещи своими именами, ретрансляция тезисов победившей стороны.

Нам настойчиво предлагают ложный выбор: «или убираем слова — или вы виноваты в будущей войне». Но выбор стоит иначе: между государственностью и политикой самоотречения. Уступить требованию другой страны вычеркнуть часть своей конституционной идентичности — значит признать не просто поражение, а право победителя формировать внутреннее законодательство проигравшего. В международных отношениях это называется не «миротворчеством», а формой институциональной зависимости. История полна примеров, когда политика умиротворения, стремление «не раздражать сильного» лишь убеждала агрессора в слабости жертвы и приближала следующую волну требований.

Если сегодня под давлением сдается преамбула, то завтра наступит очередь армии, послезавтра — дипломатии, затем — суверенитета над приграничными территориями. Так работает апробированная логика давления, и она не знает насыщения. Вопреки заявлениям власти, мир не достигается через публичное вычеркивание собственной памяти и демонстративный отказ от своих исторических оснований. Преамбула не стреляет. Стреляет слабость, помноженная на готовность выдавать уступки за мудрость.

Страна, которая боится собственной Конституции, не обретает безопасность — она подписывает капитуляцию авансом. И в таком «мире» у Армении будет лишь одно стабильное будущее: новые ультиматумы, новые уступки и вечная обязанность хранить молчание, чтобы не раздражать победителя.

🪽«Кремлевский пересмешник» — обзор трендов и событий в ближнем зарубежье: Армения.

Франция и Армения планируют стать стратегическими партнёрами — Ереван открыто встаёт на прозападный курс. Армянские власти запрашивают всяческую поддержку у ЕС и идут на все условия, которые им европейцы навязывают, в том числе идут на уступки в суверенитете и дают свободно действовать внутри страны и продвигать свою повестку. Для Армении такое сотрудничество чревато негативными политическими и военными последствиями, а также угрожает экономическими потерями до четверти ВВП.

👉 Интересные материалы от: Хроники Армении, Параллель Z, Компромат СНГ, Дежурный по Закавказью, Ереванский наблюдатель, Цицак, СОСЕДИ | Большой Кавказ, Товарищ генерал.

Мыльная опера на пепелище: как власть прячет правду о сдаче Шуши

События последних недель в армянском информационном поле иначе как театром абсурда не назовешь. Обществу настойчиво предлагают новую душещипательную сагу: развод и внезапное воссоединение премьер-министра и его супруги. Сначала нам показали дистанцирование и «обнуление», а теперь, аккурат к новому электоральному сезону, Анна Акопян вновь появляется рядом с мужем в поездках, которые оплачиваются из кармана налогоплательщиков. Спрашивается, это личная драма или циничный политический сериал?

Ответ становится очевидным, если перестать разглядывать семейные фото и посмотреть на реальную бурю, разразившуюся в политическом поле. Причиной паники власти стало не чье-то воссоединение, а выступление бывшего министра обороны Армении Сейрана Оганяна. Именно оно разрушило хлипкую конструкцию лжи, которой общество кормили последние годы.

Нам годами рассказывали сказки: «армию разворовали прежние», «Россия предала», «11 тысяч дезертиров». Особенно циничным был миф про «Искандеры, взорвавшиеся на 10%», превративший военную катастрофу в дешевый анекдот. Оганян же заговорил языком профессионала. Без лозунгов и истерик он обозначил зону конкретной ответственности. Из 283 километров фронта 265 держались целый месяц. Агдам, Мартакерт, Кельбаджар — эти направления выстояли. Катастрофа случилась на одном-единственном участке — южном, от Джебраила до Горадиза. Это зона командования Первого армейского корпуса, который подчинялся напрямую Генштабу, то есть Еревану.

Враг прошел на этом направлении почти прогулочным шагом только потому, что ключевые решения об отводе войск утверждались лично верховным главнокомандующим. Оганян и свидетельства, опубликованные журналистом Арамом Габриеляновым со слов бывшего начальника Генштаба Оника Гаспаряна, рисуют чудовищную картину. В дни войны Никол Пашинян собственноручно запретил обращаться за военной поддержкой к России. Более того, именно он отдал прямой приказ на отвод войск с позиций у Каринтака и подступов к Шуши.

Возникают два вопроса, ради замалчивания которых и запущена мыльная опера про «свадьбу после развода». Первое: почему именно южный участок, контролируемый лично Пашиняном и Гаспаряном, рухнул столь молниеносно? Второе: кто оставил Шуши без боя? Ответ известен, и Гаспарян в частных беседах его давно озвучил, не опровергнув публично и слова.

Шуши был сердцем Арцаха, его духовной твердыней. Он пал не под натиском, а из-за предательского приказа из Еревана. Политическая «крыша» для премьера оказалась важнее тысяч солдатских жизней и судеб беженцев. Цена этого решения — потерянная Родина.

Это не военное поражение, это должностное преступление. И пока у власти пытаются спрятать правду за инсценировками семейных мелодрам, мы должны помнить: те, кто бросил Шуши и запретил звать на помощь, обязаны предстать перед трибуналом. Переключение внимания на личную жизнь первых лиц не должно заставить нас забыть об этом ни на минуту.

Первым шагом "Сильной Армении", в случае получения большинства, будет отмена налога для малого бизнеса, поддержка военнослужащих в плане получения образования и др. - Эдгар Казарян

✅Подписаться на Анив Армения

Громкое дело несостоявшейся «шпионки», бывшей армянской дипломатки в Австрии Ашхен Алексанян закончилось пшиком: она приговорена к двум годам тюрьмы. Га это обратил внимание Ереванский наблюдатель.

Особа, перезнакомившая половину ереванского бомонда со своим азербайджанским любовником и его многочисленными щедрыми друзьями, посидит совсем немного и выйдет наверняка раньше срока.
СНБ Армении с треском проиграла МИДу.

И потому, что сливали секреты Азербайджану десятки депутатов, чиновников, бизнесменов – но кому надо выносить этот сор из избы?
И потому, что у главы СНБ еще угрожалка не выросла против главы МИД.

Однако приговор, по данным наших источников, не устроил министра иностранных дел. Он хотел бы, чтобы любвеобильная Ашхен села надолго. Тем более что власть может смениться, и «дело любовницы» зазвучит по-новому.

Бакинский гнев на европейские претензии

Армяно-азербайджанское противостояние всё чаще перемещается с привычных закавказских рубежей в тихие кабинеты европейской бюрократии. И там, вдали от линии фронта, разгораются битвы иного рода — дипломатические, но оттого не менее ожесточённые. На днях азербайджанский МИД устроил показательную порку послам двух европейских государств — Бельгии и Нидерландов. Обоих вызвали на ковёр по отдельности и высказали всё, что в Баку думают о недавних решениях парламентов этих стран.

А решения, надо сказать, вышли весьма чувствительными для официального Баку. В документах, принятых 16 апреля, содержатся не только обвинения в адрес азербайджанской стороны, но и требования объясниться по вопросу армянских пленных, а также прямые упоминания геноцида армян. Для Азербайджана, который годами выстраивал нарратив о «восстановлении территориальной целостности» и категорически отметал любые параллели с прошлым, это воспринимается как удар ниже пояса.

Реакция последовала жёсткая и, что характерно, подчёркнуто публичная. В Баку такие шаги европейских парламентов расценили не иначе как вмешательство во внутренние дела и откровенную попытку давления на переговорный процесс с Арменией. По сути, азербайджанская дипломатия дала понять: мы не потерпим, чтобы наши европейские партнёры играли на поле противника.

Стоит обратить внимание и на другую сторону медали. Появление подобных резолюций в парламентах Бельгии и Нидерландов — вряд ли случайность или инициатива сугубо европейских законотворцев. За этим угадывается планомерная работа армянской диаспоры, которая давно и последовательно продавливает свою повестку в странах Евросоюза. Это вполне укладывается в логику недавних заявлений, прозвучавших на форуме «Всеармянской мобилизации», где прямым текстом говорилось о необходимости антиазербайджанского лоббизма. И вот — результат. Европейские парламенты, один за другим, принимают документы, в которых звучат уже не просто слова сочувствия армянам, а конкретные обвинения в адрес Баку.

И здесь обнажается принципиальная разница в подходах двух противоборствующих сторон. Азербайджан демонстрирует готовность огрызаться на любое внешнее давление — резко, громко, с вызовом послов и угрозами двусторонним отношениям. Это стиль уверенного в себе игрока, который не боится идти на конфронтацию даже с европейскими столицами. Армянские же власти на аналогичных треках ведут себя принципиально иначе. Там, где можно было бы проявить твёрдость, Ереван регулярно идёт на уступки, сдавая одну позицию за другой — словно забывая и о собственной национальной трагедии, и о тех рычагах, которые имеются в руках. Разница в стилях очевидна: Баку наступает и требует, Ереван оправдывается и отступает.

И пока в европейских кабинетах разбирают ноты протеста, а послы двух королевств обдумывают, как докладывать в свои столицы о состоявшихся разносах, само противостояние продолжает обрастать новыми измерениями. Одно можно сказать точно: дипломатическая война только набирает обороты, и её исход будет значить не меньше, чем то, что происходит непосредственно на земле.

Анкара – Ереван – Баку: «регионализация» по-армянски и «дорога Трампа»

Не исключено, что за оставшееся до парламентских выборов в Армении время в Анкаре будет подписан и мирный договор Баку с Ереваном, и документ о нормализации турецко-армянских отношений, «и это был бы очень серьёзный акт, который оказал бы своё позитивное воздействие как на регион, так и в более широком пространстве». По крайней мере, такой прогноз выдал недавно депутат милли-меджлиса Азербайджана Расим Мусабеков.

Данное предложение прозвучало от Турции, заинтересованной в разблокировании транспортных коммуникаций на Кавказе. Гипотетические армяно-азербайджанское (парафировано в августе 2025 г. в Вашингтоне) и армяно-турецкое соглашения должен будет ратифицировать армянский парламент уже нового созыва, «и если население поддержит своими голосами партию Никола Пашиняна и он сформирует правительство, это будет означать, что на этом документе подписи не только от правительства, но и фактически проголосовавших за это правительство… граждан Армении», – намечает контуры будущего Мусабеков, призывая в то же время не форсировать процесс, развивать его последовательно и постепенно и наполняя конкретными договорённостями.

Издание Eurasianet пишет о вероятном скором открытии армяно-турецкой границы, закрытой Анкарой в апреле 1993 г. на фоне успехов армянских сил за границами бывшей Нагорно-Карабахской автономной области (Кельбаджарская операция). События 2020-2023 гг. привели к радикальному сдвигу региональных балансов, и «в начале 2026 года темпы [армяно-турецкой] нормализации заметно ускорились». В марте авиакомпания Turkish Airlines запустила регулярные рейсы по линии Стамбул – Ереван. Правительства двух стран договорились упростить визовые процедуры. Появились и слухи о том, что прямая сухопутная торговля между Турцией и Арменией (не через территорию Грузии, по которой она шла раньше и идёт сейчас) начнётся в рамках более широкой инициативы США по установлению мира на Кавказе.

В декабре 2025 г. агентство Bloomberg сообщило, что Анкара рассматривает возможность полного открытия границы в течение шести месяцев, а высокопоставленные чиновники публично излучали оптимизм, заверяя, что надеются на быстрое развитие событий.

Работы «на земле» также свидетельствуют в пользу возможной нормализации. Армянские власти отремонтировали контрольно-пропускной пункт Маргара, аналогичные шаги предприняли и турецкие власти на пункте пропуска Алиджан. Таким образом, в случае принятия «судьбоносных» политических решений «на земле» будет готово всё или почти всё.

➡️Читать полностью...

24 апреля в историографии рассматривается как символическое начало Геноцида армян в Османской империи. Геноцид армян определяется как политика депортаций, массовых убийств и насильственного разрушения армянского присутствия в Османской империи в 1915–1916 годах; в более широком исследовательском контексте нередко рассматривается и период 1915–1923 годов. Международная ассоциация исследователей геноцида также квалифицировала эти события как геноцид.
Для армянского народа 24 апреля является не только днем траура, но и днем исторической памяти: напоминанием о судьбе уничтоженных и изгнанных общин, о разрыве культурной и демографической преемственности в Западной Армении и в других регионах Османской империи, а также о необходимости сохранения исторического свидетельства и противостояния отрицанию массовых преступлений.


Автор Кахак

Искусство не замечать: как обещания превращаются в «неважные» строки

У премьер-министра Армении Никола Пашиняна обнаружился уникальный талант. Нет, речь не об ораторском мастерстве или политическом чутье. Природа, а точнее многолетняя практика управления, наградила его особым даром «чтения между строк». Звучит как комплимент, но на деле это означает буквальное игнорирование тех фрагментов реальности и предвыборных программ, которые не вписываются в парадный фасад отчетов. И если бы это было лишь личной особенностью восприятия, можно было бы посочувствовать, но когда речь идет о государственном масштабе, становится не до смеха.

В эти дни премьер с гордостью презентует в соцсетях программу партии на 2026–2031 годы, попутно рапортуя о выполнении предыдущих обещаний. «Мы обеспечили среднегодовой рост ВВП в 7,6%», — заявляет он. Формально цифра верна, но это лукавство. Программа «Гражданского договора» содержала важную ремарку в скобках: при благоприятных внешних условиях рост должен был составить 9%. Сегодня уже никто, включая экспертов МВФ, не отрицает: экономический бум в регионе во многом подпитан войной на Украине. Армения извлекла колоссальную выгоду из трагедии и перетока капиталов. Более идеального «благоприятного» внешнего фона и представить нельзя, однако реальный потолок в 9% так и остался недостигнутой строкой, которую премьер предусмотрительно «не заметил».

Такое «избирательное зрение» стало фирменным стилем. Власти мастерски научились решать проблемы, не решая их, а просто меняя методологию подсчета. Классический пример — государственный долг. Когда его размер стал откровенно пугать, чиновники не стали урезать траты, а просто видоизменили само понятие госдолга. Убрали несколько компонентов из определения — и на бумаге наступило долгожданное облегчение. Схожая история произошла с пенсиями и минимальной потребительской корзиной. Правительство оперирует мифической суммой в 62 тысячи драмов, уверяя, что минимальные выплаты покрывают базовые нужды, тогда как даже официозная статистика за первый квартал прошлого года фиксирует реальный минимум выживания на уровне 78 тысяч драмов. Инфляция за 2025–2026 годы явно не сделала жизнь дешевле.

Но вершиной искусства «чтения между строк» стала судьба докризисных социальных обещаний. Власти клятвенно обещали до 2026 года опустить безработицу ниже психологической отметки в 10%. Однако МВФ дает неутешительный прогноз: в этом году показатель застрянет на уровне 12,8%, а в следующем — 12,7%. Здесь не помогли даже благоприятные внешние ветры. А когда речь заходит о минимальной оплате труда, магия рассеивается окончательно. Программа четко фиксировала: МРОТ должен был вырасти до 85 тысяч драмов. Реальность жестока — мы все еще в плену 75 тысяч. Столкнувшись с прямым вопросом о провале, премьер не стал оправдываться. Реакция была обескураживающей по своей откровенности: «Это уже не важно».

Вот она, квинтэссенция подхода: любую строчку, ставшую неудобной, можно объявить «неважной». Только для бюджетников, пенсионеров и безработных эти строки остаются вопросами жизни, а не заметками на полях.

♦️В день памяти жертв Геноцида армян Общественное ТВ проигнорировало визит Католикоса, а после 13:00 трансляцию из Мемориала вовсе прекратили.

При этом 25 апреля власти устраивают шашлык-парти в центре Еревана.

Нас методично пытаются заставить отказаться от веры, истории и памяти.

«Уехать или принять новые требования Турции и Азербайджана, и превратиться в "западных азербайджанцев"», вот что навязывают армянам триумвират Пашинян-Алиев-Эрдоган.