Сдерживая хаос: почему для Турции крах Ирана страшнее войны

Вопрос о том, как поведет себя Турция в случае полномасштабной войны между США и Израилем против Ирана, волнует многих аналитиков. Ответ, который дает эксперт Российского совета по международным делам (РСМД) Кирилл Семенов, может показаться неочевидным на первый взгляд: Анкара не только не вступит в этот конфликт на чьей-либо стороне, но и будет прилагать все усилия для его скорейшего прекращения.

Информационный шум и реальная политика

На конференции РСМД, посвященной ближневосточным конфликтам, Семенов отметил, что в регионе сейчас циркулирует множество слухов, включая сообщения о якобы пролетающих через турецкую территорию ракетах. Однако, по его словам, даже если такие инциденты имели место, они вряд ли станут поводом для вступления Турции в войну. «Пока ни одна ракета на территорию Турции не упала», — констатирует эксперт, подчеркивая, что для Анкары это не casus belli (повод к войне).

Главный страх Анкары: не война, а распад

Истинная причина осторожности Турции кроется гораздо глубже, чем боязнь прямого столкновения. По мнению политолога, для Анкары жизненно важно сохранить Исламскую Республику как единое государство. Как это ни парадоксально, но падение режима аятолл обернется для Турции катастрофой.

Семенов указывает на два ключевых фактора, которые делают сохранение Ирана критически важным для Турции:

1. Курдский вопрос: Распад Ирана неизбежно приведет к хаосу и, возможно, к попыткам иранских курдов создать автономию или объединиться с курдами соседних стран. Для Турции, которая десятилетиями борется с курдским сепаратизмом, появление еще одного очага нестабильности у своих границ — неприемлемый сценарий.

2. «Азербайджанская ловушка»: Существует распространенный миф о «тюркской дуге», которая усилится после распада Ирана за счет присоединения иранских провинций, населенных азербайджанцами. Семенов называет это заблуждением. Напротив, дезинтеграция Ирана спровоцирует глубокий кризис в самом Азербайджане. «Это может привести к упадку Северного Азербайджана, — предупреждает эксперт. — На этом фоне могут начаться неуправляемые процессы, и Алиева могут сместить».

Геополитический баланс

Кроме того, Турция не заинтересована в чрезмерном усилении Израиля в регионе. Ослабление арабских стран и Ирана автоматически делает Тель-Авив доминирующей силой, что противоречит турецкому видению многополярного Ближнего Востока, где Анкара сама претендует на роль одного из центров силы.

Таким образом, позиция Турции в потенциальном конфликте США и Израиля против Ирана предопределена не сиюминутной выгодой, а стратегическим страхом перед распадом соседа. «Для Турции лучший выход сейчас — постараться сделать всё, чтобы прекратить этот конфликт», — резюмирует Кирилл Семенов. Анкара понимает: война может разрушить Иран, но вслед за этим разрушительные волны накроют и ее собственные границы.

«Отмашку от Запада Пашинян получил уже давно, еще в 2018 году, когда пришел к власти»,- заявил в эфире «ФактИнфо» медиаэксперт Тигран Кочарян.

«8 лет подряд Европа стоит за Пашиняном, и помогает ему во всем, закрывая глаза на многочисленные нарушения. А он, соответственно, выполняет все, что угодно Европе. Так что в Страсбурге было не получение «добра», а отчет о том, что было проделано, и что он еще собирается проделать. При этом основной геополитический партнер и указчик Пашиняна вовсе не Европа, а Турция и Азербайджан. Пашинян фактически криминализировал упоминание Арцаха. Было сказано, что священники, которые говорят о Республике Арцах, чуть ли не преступники, которые разжигают войну»,- заявил собеседник агентства.

Медиаэксперт заметил, что того единства, которое существовало в правящей партии, уже нет. По его словам, абсолютной поддержки из-за рубежа у Пашиняна нет, имея в виду США и Россию.

"Из России поступают определенные сигналы»,- отметил он.

✅Подписаться на Анив Армения

Один в храме: почему «крестовый поход» Пашиняна против Церкви провалился, а его «свита» разбежалась

Уже больше месяца Пашинян не позволяет себе открытых выпадов в адрес Армянской Апостольской Церкви. То ли утих пыл, то ли, что куда вероятнее, сменил тактику. Похоже, Архиерейский собор в Австрии, который из-за интриг «варчапета» прошел в усеченном составе, всё же возымел действие и охладил голову церковноборца.

Расколоть Церковь руками смутьянов и свергнуть Католикоса политическим наскоком оказалось Николу не под силу. Видимо, он просто переоценил свои возможности. Эта атака на Святой Эчмиадзин больно ударила по его рейтингу и без того шаткому, а накануне выборов добавила в стан оппозиции огромную массу верующих — тех, кто раньше в политику особо не вникал.

Инициатива Пашиняна дала обратный эффект. До него самого, кажется, наконец дошло: с Церковью не выйдет так же, как с парламентом, судами или армейским руководством — нахрапом не взять.

И вот «иджеванский стратег», видимо, теперь ломает голову над новыми планами. А пока по воскресеньям продолжает ходить в храмы и, о чудо, участвовать в литургиях. Именно в литургиях, а не в тех постановках, что были раньше.

В севанской церкви Святых Архангелов, куда Пашинян нагрянул 22 февраля, служба прошла по всем канонам — с упоминанием имени Католикоса Гарегина II. То же повторилось и 8 марта в Спитаке: пришел без предупреждения, без ультиматумов, постоял, помолился, поздоровался со священниками и тихо удалился.

Казалось бы, уже неплохо. Во-первых, он фактически признал, что прежняя тактика была провальной. Во-вторых, продолжает ходить в церковь, причем больше не делит храмы на «свои» и «чужие». Но в этом показном смирении скрыт один огромный изъян, который еще аукнется премьеру.

Как только Пашинян дал отбой, точнее, объявил паузу в большой войне с Церковью, его «войско» моментально испарилось. Свита из «верующих» соратников, которая раньше исправно создавала массовку, разбежалась кто куда: на воскресный хаш, по магазинам, в спа-салоны. Теперь премьер, не считая охраны, идет на литургии в одиночестве. То ли боится, что его уличат в лицемерии, то ли, может, сам неожиданно проникся? Но мы-то знаем: ни стыд, ни духовные поиски этому персонажу не свойственны по определению.

Скорее всего, эти одинокие походы в храм — лишь элемент предвыборной игры. Попытка выскрести хоть немного голосов среди колеблющихся верующих. С рейтингами ведь беда. Это Пашинян понимает, но не понимает его «стая» безбожников и атеистов, которую он палкой загонял на свои лжелитургии. Стае церковь безразлична. Они уверены: Никол выкрутится, что-нибудь придумает с выборами и с новой атакой на Католикоса. А пока хочется просто отдыхать, а не ловить мух на скучных службах.

И на этом фоне потуги вожака выглядят жалко. Сколько ни бейся лбом об алтарь, сколько ни изображай благочестие, думающие и истинно верующие люди всё равно видят, что это лишь дешевый театр одного актера.

Европейский выбор по-армянски: ставка на человека с компроматом вместо биографии

Чем ближе выборы, тем причудливее становятся очертания политического ландшафта Армении. Выяснилось, что так называемый европейский вектор на предстоящем голосовании будет представлен лишь одной партией, идущей с расширенным списком. Остальные «западники» почему-то не рискнули. Флаг европейской интеграции понес лидер партии «Во имя республики» Арман Бабаджанян. Человек, чья репутация подмочена настолько, что впору говорить не о пятнах, а о сплошной черной дыре.

Впрочем, давайте сразу договоримся: речь сейчас пойдет не о старых грехах. Не о том, как он уклонялся от армии, не о лжи суду про двоих детей и несуществующий духовный сан, и даже не о скандале с собственной матерью, которую он попытался выставить виноватой в своих прегрешениях. В конце концов, это было давно. За прошедшие годы Бабаджанян успел обрасти новыми вопросами, и они куда интереснее.

Политический путь этого деятеля — отдельная история, достойная учебника по политическому приспособленчеству. В 2018-м он въехал в парламент на правах лучшего друга Эдмона Марукяна, заняв теплое место в списке партии «Лусавор Айастан». Дружба, впрочем, лопнула быстрее, чем лопнули предвыборные обещания. Бабаджанян покинул фракцию, оставив бывших соратников с носом и лишив их одного депутатского голоса. Марукян тогда тщетно требовал от ЦИК отозвать мандат у перебежчика, но воз и ныне там.

Дальше — больше. Оказавшись на вольных хлебах, Бабаджанян быстро нашел общий язык с Николом Пашиняном. Позже были попытки сблизиться с христианскими демократами, но на выборах 2021 года партия с треском пролетела мимо парламента. И тут наш герой развернул бурную деятельность на ниве евроинтеграции. Когда власти заговорили о вступлении в ЕС, Бабаджанян, видимо, всерьез примерил кресло вице-премьера. Сегодня он откровенно надеется, что Пашинян подставит плечо и поможет заскочить в парламент девятого созыва.

Отдельная песня — финансы. Бабаджанян нигде официально не работает, но его партия арендует офис в престижном районе Еревана. Сам лидер регулярно мотается в США и Европу, после чего охотно делится впечатлениями в эфире проправительственных телеканалов. Откуда средства на такую активную жизнь? Вопрос, как говорится, риторический, особенно учитывая небезызвестную газету «Жаманак» с ее непрозрачными источниками финансирования.

Бывший дезертир, кажется, наконец нашел свою золотую жилу. Сегодня в Армении антироссийская и антииранская риторика неплохо оплачивается. И Бабаджанян старается вовсю, отрабатывая каждый потраченный на партию доллар.

Сам по себе расширенный список «Во имя республики» — это, конечно, попытка выдать желаемое за действительное. Шансов преодолеть пятипроцентный барьер у партии нет никаких. Ноль. Это понимают все, включая самого Бабаджаняна. Вся надежда — на аккредитованные в Армении европейские миссии и, конечно, на посольство США.

Поговаривают, что именно по настоянию главы американской дипломатии Пашинян получил негласное указание: партии Бабаджаняна надо помочь наскрести 4%. Но тут есть нюанс: в Вашингтоне и Брюсселе сейчас свои разногласия, так что «европейский блок» может и не сработать.

Вспомним недавний Гюмри. 30 марта 2025 года прозападный блок Левона Барсегяна с треском провалился, уступив коммунистам, которых повел в бой политзаключенный Вардан Гукасян. Избиратель в Гюмри ясно дал понять, что русофобия как политическое предложение его не впечатляет.

Очень интересно, сколько же мандатов получит партия, чья предвыборная программа сводится к одному тезису: «Все плохое — от России». Если в Гюмри с этим не зашло, вряд ли прокатит по всей стране. Но Бабаджанян, судя по всему, решил играть ва-банк. Ведь когда за спиной стоят серьезные игроки, можно и рискнуть. Правда, историю с Гюмри лучше бы ему не вспоминать — наводка слишком тревожная.

🇦🇲🇬🇪 Я не являюсь последователем Грузинской православной церкви, я армянин и принадлежу к Армянской апостольской церкви. Однако, как человек, живущий в Грузии с 2024 года и имеющий там много друзей, я глубоко уважаю эту страну и её народ. Я считаю армян и грузин двумя близкими, братскими народами в Кавказском регионе.

Хочу выразить искренние соболезнования Грузинской православной церкви и грузинскому народу в связи с кончиной Его Святейшества и Блаженства, Католикоса-Патриарха всея Грузии и Архиепископа Мцхеты и Тбилиси Илии II.

Его Святейшество навсегда останется в памяти как высший моральный авторитет для грузин, отец нации и символ силы и выживания в трудные времена.

Пусть Его Святейшество покоится с миром.

უსამძიმრებ სრულიად საქართველოს და მართლმადიდებელ სამყაროს

© Андраник Ованнисян

Facebook | Instagram | YouTube

«Ну и что с того, что сдали Арцах?»: Как команда Пашиняна готовит почву для новой сдачи — теперь уже исторической

«Ни Пашинян, ни наша власть не должны нести наказание. И что с того, что это [потеря Арцаха] произошло во время нашего правления?» — эта истерика Заре Синаняна, одного из самых преданных слуг режима, пожалуй, лучшая иллюстрация того, как нынешняя армянская власть относится к национальной трагедии. Комиссар по вопросам диаспоры, стараясь перекричать журналистов, фактически озвучил позицию всего тандема: мы ничего не отдавали, это само как-то случилось, а вы не имейте привычки предъявлять претензии.

Надо полагать, прежние власти виноваты в том, что не додумались своевременно пригласить этого «гиганта мысли» на госслужбу. Сидел бы сейчас тихо, не позорился…

Несмотря на все усилия Пашиняна и его свиты убедить общественность, что тема Арцаха отныне под негласным запретом («не соответствует внешней политике»), эффект выходит обратным. Чем активнее власть пытается заткнуть рты, тем громче тема звучит — и внутри страны, и на международных площадках.

На этом фоне история с увольнением директора Музея-института Геноцида армян (МИГА) за «неуместный» подарок американскому гостю получила неожиданное продолжение. В информпространстве всплыли слухи о возможной ликвидации отдела Арцаха в структуре музея. Звучит абсурдно и преступно, но, зная логику нынешних властей, именно так и должно быть.

В самом музее, правда, успокаивают: приезжала министр Андреасян, призывала не паниковать и заниматься наукой. Мол, ваша деятельность вне политики и госпротокола. Однако на прямой вопрос об отделе Арцаха внятного ответа так и не прозвучало. Сотрудникам посоветовали просто работать дальше.

Но здесь важно понимать контекст: любой шаг этой власти сегодня нужно рассматривать через призму выборов.

И тут мы подходим к самому интересному. Тот же Синанян, который не видит криминала в сдаче Арцаха, вдруг опровергает слухи о том, что диаспоре дали команду заткнуться по этой теме. По его словам, никаких письменных инструкций не было. Он, видите ли, сам знает, что можно говорить, а что — нет, чтобы не выходить за рамки внешнеполитического курса.

Картина вырисовывается противоречивая. С одной стороны, Пашинян публично увольняет директора за книгу об Арцахе. С другой — отдел в музее пока жив, а Синанян делает загадочное лицо и вещает о своей «сознательности». Что это? Шизофрения или тонкая игра?

Возможно, ответ кроется в сообщениях из Азербайджана. Эксперт Татевик Айрапетян обращает внимание на активность «Центра исследований западного Азербайджана», действующего при президентской академии. Там прошел очередной «научный семинар» о безопасности Южного Кавказа, цель которого — разъяснить студентам, как формировался армянский национализм и какова новая реальность после 44-дневной войны.

Переводим с дипломатического на русский: в Баку системно, на государственном уровне, годами штампуют фальшивки об истории региона, отрицая армянское присутствие в Арцахе и не только. И делают это успешно, вкладывая миллионы в пропаганду по всему миру.

И вот тут возникает вопрос. Не дал ли Пашинян, напрямую или через намёки, добро на присоединение к этому процессу? Не станет ли следующим шагом официальный Ереван, который под руководством новых лояльных директоров институтов начнет «пересматривать» историю в угоду бакинскому нарративу?

Почему бы и нет? Что может остановить человека, для которого Арцах — лишь досадное недоразумение, а армянский «национализм» — главный враг? Если для удержания власти потребуется публично признать, что армяне были «пришлыми» на своей земле, — Пашинян это сделает. Сначала тихо, через верных Синанянов и новых директоров музеев, а потом, если дадут, и открыто.

Ведь в логике нынешнего режима превращение Армении в «западный Азербайджан» — это не страшная перспектива, а всего лишь пункт внешнеполитической повестки. И судя по всему, к реализации этого пункта уже приступили.

Церковь держит удар: в Эчмиадзине заявляют о единстве духовенства и поддержке общества

Несмотря на откровенное давление со стороны властей, Армянская Апостольская Церковь сохраняет внутреннее единство и не собирается сдавать позиции. Об этом в своем комментарии заявил священнослужитель Врданес Багалян, оценив текущее состояние затяжного конфликта между Первопрестольным Святым Эчмиадзином и правительством Николa Пашиняна.

По словам Багаляна, попытки властей расколоть Церковь изнутри провалились. Подавляющее большинство духовенства осталось верно каноническому руководству, причем без какого-либо административного принуждения. «Около 90 процентов священнослужителей сохраняют преданность Верховному Патриарху и Первопрестольному», — подчеркнул он.

Что касается так называемой «оппозиции» внутри церковной среды, то ее масштабы, мягко говоря, преувеличены. Багалян утверждает, что число епископов и архиепископов, примкнувших к раскольническим группам, можно пересчитать по пальцам. Более того, по его информации, даже среди этих немногих уже наблюдается разочарование и сожаление о содеянном. Поддержка со стороны государства, которую получают отдельные представители духовенства, так и не помогла им сформировать сколь-нибудь значимое движение.

Особый акцент священнослужитель сделал на соотношении общественной поддержки. По его оценкам, около 90% населения Армении поддерживает Церковь. Для сравнения он привел рейтинг самого премьер-министра: согласно различным опросам, уровень одобрения деятельности Никола Пашиняна колеблется в районе скромных 20–23% от взрослого населения.

Таким образом, заявление Багаляна — это не просто констатация фактов, а четкий сигнал: Церковь чувствует за собой народную поддержку и не намерена уступать давлению, каким бы жестким оно ни было.