Какая была концепция?

Просто написать квартет на час, создать своего рода монолит. Была даже мысль не смотреть кино вообще, либо сделать так, чтобы возникало ощущение, что я не смотрел кино.

Оказывается, наше слушательское замешательство было твоей целью.

Да, я хотел, чтобы все выглядело странно, будто музыка просто столкнулась с этим фильмом. Однако в нем есть драматургические точки, которые совпадают с характером музыки, и тут было важно, чтобы оставалось неясно, специально это сделано или нет. У меня был внутренний свод правил – почти список тех вещей, которые я совершенно точно не должен делать при работе с фильмом. В первую очередь я не комментировал происходящее. Если музыка начинала выглядеть как комментарий, я старался от этого уходить.

Мне не нужно идти в сторону анализа, мне нужно быть немножко юродивым.

[...]. Однажды в аэропорту я включил Третью симфонию Гурецкого (часть саундтрека к «Великой красоте». – М. Н.) и мне показалось, что люди, ожидающие самолеты, это не просто скучающие, сонные, помятые, сидящие на вещах пассажиры, а появилась в них и во всем этом аэропорту какая-то ламентозность. Мне это очень нравится и кое-где в «Потёмкине» я как будто этого тоже достиг.

В какой момент возникла чудесная находка – звук шуршащих пакетов, имитирующих шум моря?

Мне стало казаться, что «Музыки Ивановны» слишком много, и захотелось сделать что-нибудь еще. Например, чтобы все мы собрались и послушали морскую волну. Как сделать море? Я изначально договорился с собой, что не будет ни фонограммы, ни электроники – только струнный квартет. Решил попробовать записать пакеты, и мне очень понравилось звучание. Нужно взять охапку и водить ею по поверхности, которая немного цепляется за пакеты. Кроме того, их нужно определенным образом крутить, ускоряя движение и не сминая пакеты сильно, они должны сохранять воздух. Сложная конфигурация.

Я была на репетиции и знала о пакетах, но во время просмотра все равно усомнилась, не фонограмма ли это. Очень реалистично вышло.

Причем пакеты подходят не всякие, а только из «Пятерочки» для заворачивания овощей.

«Пятерочка» выручает!

Что сказал тебе Наум Ихильевич Клейман после показа?

Наум Ихильевич сказал много хороших, точных вещей, которые я совершенно забыл сразу же после нашего разговора. После премьер, после концертов – с моим участием особенно – со мной бесполезно разговаривать. Начиная с аплодисментов, я обычно впадаю в анабиоз и ничего не понимаю, при этом внешне могу быть очень активен! Но мы тогда долго стояли, общались, есть фотографии. На них я как будто в сознании, стою и слушаю, что-то убедительно говорю. Для того чтобы вспомнить, о чем мы разговаривали, я потом прочитал диалог Наума Ихильевича с Сергеем Уваровым. Наум Клейман – умнейший человек и прекрасный собеседник, его оптика и опыт мне очень интересны.

Многие вышли с показа со внутренней полемикой.

Да, Наум Ихильевич говорил, что ликование в конце фильма я музыкально не подчеркнул, а решил по-своему. Так и есть [...]