Генезис канала Научно-образовательная политика
длиннопост от подписчика, из чата @trueresearch_chat

"Я читаю канал Научно-образователтная политика, если не ошибаюсь, с 2017 года, когда авторы только начинали (пробуя форматы Яндекс.Дзена и Телеграма). О себе: инженер по образованию, физик по основному месту работы и преподаватель двух университетов.

Первые публикации НОП были посвящены в основном вузовской проблематике: стало понятно, что канал ведут специалисты в области организации образования (в начале, кажется, было 3-5 авторов, один из которых сейчас уже не является анонимным — Евгений Сжёнов, а также кто-то из ТюмГУ). Первые статьи были довольно общими — о том, как строить и развивать систему высшего образования, с критикой существовавшего положения дел.

Через некоторое время канал стал включать научную тематику и перешёл окончательно в телеграм, продолжая рассуждать на общие темы. Появилась некоторая инсайдерская информация из области научной и образовательной политики, по примеру ряда чисто политических каналов. Часто описывалось происходящее во ВШЭ и ТюмГУ, почти всегда в положительном ключе.

Редакция канала в основном состояла и состоит из представителей гуманитарных и общественных наук, часто проскальзывала ревность к засилью физиков-естественников-технарей в управлении наукой и образованием. Я стал писать в обратную связь, уточнять и критиковать некоторые моменты. Редакторы откликнулись и начали публиковать мою информацию и некоторые заметки.

Когда канал набрал несколько тысяч подписчиков, у него появилась спонсорская поддержка. Увеличилось количество публикаций по теме нацпроектов, молодежной политике и работе АНО "Россия — страна возможностей". Кстати, к Министру Котюкову и его команде из ФАНО редакция НОП относилась тогда сдержанно-нейтрально, то хваля, то критикуя, причём не всегда заслуженно. Возможно, за то, что Министерство не уступало под напором ВШЭ в части высшего образования.

Со временем НОП в моём понимании стал превращаться из аналитического канала в новостной и несколько пропагандистский. Например, НОП стали активно поддерживать команду Фалькова и немного прессовать тех, кто остался из команды Котюкова. Как правильно пишет Каторга, нынешнее министерство очень неоднородно, некоторые оказались на занимаемой должности случайно, когда просто что-то пошло не по плану.

Моё заключение: авторы НОП аффилированы с командой ВШЭ, ТюмГУ и частично и с Минобрнауки, а также получают поддержку по линии Администрации президента. В настоящее время я для канала НОП не пишу по скудости времени, лености и отсутствию желания. Да и сам канал сейчас в основном пролистываю, нет желания читать по 30-40 публикаций в день, где в основном отчёты о мероприятиях, красивые интервью ректоров и лёгкая ругань в адрес оппонентов.

Справедливости ради, выводы НОП иногда очень даже объективны. Например, про Фурсенко Ковальчука: кто бы что ни говорил, они два главных человека, способные донести до Путина важность высшего образования и науки — так, как они его видят. Ругаться с ними можно бесконечно, но это на данный момент непродуктивно (чем занимается Клуб 1 июля).

Кстати, в самих Курчатнике и ВШЭ местами творится такой паноптикум, что другие вузы и НИИ на их фоне выглядят образцами. Я указывал на это в общении с НОП, но дискуссия в основном сводилось к формуле "кто без греха?". Канал проделал большой путь, но когда НОП был менее раскручен и более независим, он был важнее для нашего научно-образовательного пространства".

Обращение к Научной Каторге
от того же подписчика, из чата @trueresearch_chat

"Дорогая редакция НК. Я помню ваш канал ещё скромной группой в ВК, которая носила почти такое же название, как и горячо нелюбимый вами другой канал в телеграме. Уважаю вас за отличное понимание текущей ситуации в Министерстве и иронию. Но всё же в ваших текстах иногда присутствуют свидетельства путанности сознания (наигранной или нет, не могу сказать), ведь очень странно называть мой текст лестным для Фурсенко и Ковальчука.

Сложно отрицать, что в нашем нынешнем состоянии сама возможность доносить идеи до президента — это уже достижение. А идеи там есть, пусть часто они находятся в диапазоне от недоработанно-распилочных до крайне сомнительных и вредных. Многим деятелем науки и образования (особенно академикам) очень неразумно плеваться ядом в сторону Ковальчука и Фурсенко вместо того, чтобы пытаться улучшить ситуацию, донеся свою позицию и заинтересовав их. Что поделать, такие уровни развития общественных институтов, как пишет коллега из канала Политический учёный.

Во Франции могли сколько угодно обсуждать неприличность положения мадам Помпадур (хотя там это был почти институт), но они вынуждены были с ней считаться. Бирен (Бирон) тоже не был таким уж злодеем и местами был использован людьми для пользы Отечества. Конечно, на их фоне Иван Иванович Шувалов выглядит очень скромным, образованным, одаренным и развитым человеком, но если бы не его вхожесть, то когда бы у нас появился МГУ и сколько было бы поддержки Ломоносову?

Сравнения могут быть спорными, но воевать с ветряными мельницами малопродуктивно. Сплошь и рядом мне встречаются коллеги, которые жалуются на несовершенство мира, системы и т.д. — это мешает им спокойно работать. Мне тоже это мешает, но я стараюсь изменить то, что в моих силах.

Например, можно прийти и как на духу дать директору, ректору и всем-всем-всем в морду лицо и сказать "идиоты!". Не думаю, что это поможет исправить положение. А вот вызвать у начальника желание соучастия в тех изменениях, которые вы считаете правильными, чтобы он стал в этом заинтересован, — это искусство, которое может помочь. Конечно, до лести опускаться тоже не стоит, да и веско возразить начальству надо уметь".

https://t.me/katorga_sci/1932

Пока в чате @trueresearch_chat продолжают утверждать обновленный состав Минобрнауки, вспомним разговор об оплате труда преподавателей. Где-то преподавание сверх ставки оплачивается автоматически и без вопросов, где-то требует согласований, а где-то просто отсутствует.

Как обстоят дела у вас? Пишите и голосуйте в опросе.

Управлять не значит реформировать
субъективное: рефлексия над настроениями и, конечно, чатом

Почему все так резко восприняли инициативу Ковальчука по созданию научных мега-кластеров? Почему притягивают и пугают вечные предсказания Каторги про "заклинание 1Д1", то есть гипотетическое объединение НИИ и вузов? Почему вполне разумный закон о возвращении к научной аспирантуре вызывает скепсис на местах? Почему, наконец, даже позитивная новость про объявление "Года науки" встречает горькую иронию учёных?

Научно-образовательное сообщество крайне утомлено инициативами сверху и реформированием как таковым. Основная претензия — даже не к сути изменений, а к их количеству и частоте: система не успевает отреагировать и настроиться на нормальную работу. Минимальное время адаптации конкретных организаций и, главное, связей между ними (5-10 лет) заведомо превышает период между витками стратегии и среднее время жизни министров и заместителей.

Менять генеральную линию, подчинённость НИИ и метрики эффективности каждые два года так же бессмысленно, как включать и выключать из розетки старенький компьютер каждые три секунды, надеясь, что на сотый раз он всё же загрузится.

Вероятно, сверху постоянное реформирование выглядит как движение вперёд. На деле же реформа — это скорее пожар или переезд, то есть трата ресурсов и приостановка реальной работы. Естественно, изменения нужны (как бывают нужны переезды). Но при их подготовке нужно обращать внимание не на абстрактную эффективность новой структуры, а ещё и на цену перехода к ней. Наконец, надо понимать, что многие проблемы принципиально не решаются административными способами, в том числе — копированием форм, которые где-то за семью морями сумели наполнить хорошим содержанием.

Ведомственное переподчинение само по себе не делает учёных умнее и не умножает их число. Запись уникальной установки на баланс мега-кластера не улучшает её возможностей. Страшно сказать, но даже создание Научного центра мирового уровня не материализует из пустоты ни одного кандидата, а уж тем более доктора наук.

Сегодня, видя новую стратегическую инициативу, исполнители уже представляют себе вид и объём таблиц, которые нужно будет заполнять. Конечно же, чтобы ничего не поменялось в самой работе, потому что думать над этим некогда, а через пару лет придётся менять обратно. В общем, поиск идеальной формы (ре-формирование) похвален лишь до какого-то момента, для наполнения содержанием нужно остановиться и дать время.

Интереснейшие картинки для любителей статистики: здесь и далее в новом канале Квартиль. Видим: среднее влияние российских статей очень низкое. К сожалению, рост публикационного вала произошёл в основном за счёт журналов с низкой цитируемостью.

В. Н. Фальков:

— Зачем нам 5 кластеров? У нас дома есть НОЦ, НЦМУ и ПСАЛ.

https://trv-science.ru/2020/12/minobr_mvk/

Столичная, провинциальная, туземная наука

Наука и исследования трёхслойны (Щедровицкий Г.П.). Мы привыкли обращать внимание на слой мышления. У исследователей должно быть поставлено соответствующее их науке мышление и научное мышление как таковое. Мы часто говорим о слое деятельности. Изобретения, формулы, модели, алгоритмы - то, что создаёт исследователь. Третий же слой, слой коммуникации, мы обсуждаем крайне редко.

Но коммуникация, между учёными разных времён и стран, является основным аспектом "мировой" науки. Да и, если честно, именно коммуникация и является основной ценностью науки для тех, кто ей занимается. Через большой разговор вы можете внести свой вклад в общее "тело" науки, который останется там навсегда, который будет так или иначе помнить каждый. Всё это подробно описано в статье М. Соколова и К. Титаева.

Мы по просьбе коллег из Русского Research остановимся на одном из аспектов этой работы. На описании того, что такое "столичная", "туземная" и "провинциальная" науки.

Столичная наука - это тематическое ядро, признанное его авторами и окружающими.
Провинциальная наука - это периферия. Они признают наличие ядра и всячески на него ориентируются, но сами в ядро не входят.
Туземная наука - это те, кто не признают наличие столицы, стремятся всячески оградить себя от неё, при этом имитируя столичность для своей аудитории.

Эти категории во многом являются следствием национальных политик в области науки. Считается (интуитивно), что между ними осуществить плавный переход. Например, кажется, что если вы увеличиваете долю публикаций в Q1, то вы приближаетесь к "столице". При этом, почему-то, никто не обращает внимание на то, что 8-10 лет назад выдвигалась гипотеза, что нужно просто увеличить публикации в Scopus как таковом, чтобы приблизиться к "столице". Количество публикаций выросло, но стала ли РФ столицей?

По всей видимости, плавный переход между категориями невозможен. Как и всякая коммуникация, научная коммуникация регулируется не только нормами науки, но и политическими, экономическими, онтологическими нормами. Забыли об этом? Получите отуземливание науки (публикации в собственных журналах, чтобы нарастить их "значимость", которые никто не считает; цитирования своих же учёных, чтобы поднять их цитируемость и h, хотя читаете их только вы).

Переход между областями коммуникации возможен через работу с другими слоями науки: например создание вакцины от COVID выводит биотех РФ в разряд претендентов на новую столицу в области иммунологии.

Канал Русский research традиционно (второй раз) снижает обороты к новогодним праздникам. Потому что автор — живой человек и тоже хочет покупать мандарины, писать отчёты и пить шампанское. Обещаю в праздники писать нерегулярно и не по делу.

Подводить итоги года рано, да всё и так понятно. Главное, что вас, дорогие подписчики, почти 2,5 тысячи, и вы, я уверен, хорошие ребята.

С наступающими праздниками!

P.S. Заходите в чат, он работает без праздников и выходных.

Понимаю, что вы не любите списки, но попадание в премиум Незыгаря по итогам года мотивирует продолжать с удвоенний силой.

Также могу всех заверить, что мой канал оказался в этой компании абсолютно бесплатно, я даже не знаю, как написать админам Незыгаря. В общем, заходите в Русский research, здесь мы обсуждаем, как российская наука и образование устроены на самом деле: смотрим изнутри, а не сверху.

ИТОГИ-2020. Премиум по версии Незыгаря.

Shadow policy

Aavst

Трели нашего городка

Brief

Майский указ

Образ будущего

БАМ

WarGonzo

Клуб регионов

Другой Ролдугин

Политбюро 2.0.

Антиглянец

Толкователь

Скипетр

Политфорум

Readovka

Stanovaya Тяга

НОП- молодежь и система

Paradox_friends

Легитимный

Русский research

Scriptorium

Псковская лента новостей

Сергей Минаев

Горелкин

Заметки о 2020-м

Итак, 2020 год с точки зрения учёного и читателя ТГ-каналов. Не претендую на исчерпывающий характер списка, вспоминаю яркое и обобщаю запомнившееся.

1) Продолжается "уравнивание в правах" институтов РАН и университетов. Считаю это одним из положительных следствий перехода вузов и НИИ в одно министерство. Происходит своеобразная компенсация за период форсированного развития университетской науки и недостатка внимания к академии.

Ещё несколько лет назад в вузы шли серьёзные деньги по программам мегагрантов и "5-100", а большинство коллективов РАН могли рассчитывать лишь на госзадание и РФФИ. Сегодня все новые программы вовлекают институты РАН и вузы на равных условиях (проекты НОЦ, НЦМУ, ПСАЛ, новые крупные программы Президиума РАН и т.д.).

2) Обратная связь с Минобрнауки существует, её качество за 2020 год существенно выросло. Здесь можно отметить и отмену скандальных рекомендаций об общении с иностранными учёными в самом начале года, и признание трудностей при переходе на дистант, и корректировки программы ПСАЛ (или, по-новому, Приоритет 2030). Видно стремление В.Н. Фалькова как минимум объяснять учёным действия министерства.

3) Давние разговоры о судьбе фонда РФФИ завершились решением о его присоединении к РНФ (ликвидации?). Пока мы получили обещания о том, что текущие программы будут доведены до конца, а в будущем всё станет только краше. Научное сообщество оценивает слияние фондов негативно.

Никаких аргументов помимо абстрактной "оптимизации" мы не увидели. Не было опубликовано сравнения эффективности РФФИ и РНФ хотя бы по формальным параметрам: неясно, почему слияние вообще должно происходить и почему не в обратную сторону. Впрочем, даже более дежурные комментарии к реформе сильно запоздали.

4) Коронавирус заставил весь мир обратить внимание на науку. Оказалось, что у российских учёных есть ещё порох в пороховницах, и они могут предложить на данный момент аж 3 разных вакцины (со скидкой на политику и рекламу, но всё же в мировом авангарде). Что примечательно, все вакцины происходят далеко не из самых модных и разрекламированных центров.

5) Коронавирус перевёл мир в дистанционный режим. Преподаватели начали работать в полтора раза больше, студенты выдвигали требования, научные конференции стали тоскливыми. По мнению большинства участников образовательного процесса, дистант был необходим, но качество образования заметно упало.

Неприятный осадок остался от мартовских отчётов ректоров и в целом руководителей образования, массово рапортовавших о полном и безоговорочном переводе в онлайн с нулевыми потерями. Со временем сообщество стало признавать недостатки, но в настоящее время (на мой взгляд) общей картины "как работают вузы в дистанте" нет ни у кого. Диапазон вариантов простирается от полноценных занятий по видеосвязи с качественными материалами до рассылки номеров страниц учебника в вайбере.

Вопрос с иностранными студентами продолжает висеть в воздухе.

6) Завершается возврат к научной аспирантуре на законодательном уровне. Несмотря на разумность исходной идеи, сообщество относится к реформе настороженно. Уменьшение бюрократической нагрузки, кажется, нам не светит.

7) В мутной воде 2020 года попытался выловить рыбку президент Курчатовского института Михаил Ковальчук, предложивший довольно экстравагантную реформу науки в России. Если отбросить сантименты: присоединить к Курчатнику все живые институты с уникальными установками и снабжать полностью из бюджета, а остальных оставить сражаться за гранты и дружить с бизнесом.

Отвечать пришлось Фалькову, который в официальном письме мягко, но однозначно указал на нецелесообразность реформы. Искренне надеюсь, что на этом инициатива затухнет.

8) Научно-образовательное сообщество продолжает идти в Телеграм, иногда путая его с Инстаграмом. Ректоры, проректоры, школьники, студенты и чиновники пишут в чатах и заводят каналы. ТГ охлаждает пыл авторов ростом аудитории на 2-3 человека в сутки (в удачные дни).

Так или иначе, мы живы, учёные исследуют, студенты учатся, телега едет. Здравствуй, 2021-й!

Монополия в компьютерном железе

Если вы открывали телеграм 1-2 января, то наверняка узнали, что маршруты передвижения первых лиц РФ обсуждаются в чатах в Whatsapp. После первых эмоций начался очередной виток разговоров об удобном и безопасном отечественном ПО, замене для Zoom и так далее.

Продолжу проблематизацию: давайте копнем чуть глубже, к железу. В конце концов, настоящая независимость в цифровой сфере начинается с умения сделать себе компьютер.

Просто факты: ключевая технология в производстве микропроцессорной техники — фотолитография, нанесение структур на полупроводниковый кристалл с помощью ультрафиолета. Современные машины делают это с гигантской скоростью и буквально с атомной точностью.

Две трети мирового рынка фотолитографических машин принадлежит нидерландской компании ASML. При полной монополии в секторе оборудования для изготовления самых мощных процессоров. На машинах ASML делается подавляющее большинство процессоров в мире, от неё полностью зависят гиганты Intel и Samsung. Собственно, российские процессоры, произведённые как в нашей стране, так и в Тайване, делаются на этой же технике.

По открытым данным, оборот и прибыль ASML сопоставимы с оборотом и прибылью Рособоронэкспорта, то есть всего российского экспорта вооружений.

Вот что бывает, когда хорошо умеешь делать ультрафиолетовые лампы. Глубина импортозамещения, о которой стоит хотя бы задуматься.

Сейчас модно говорить об универсальных управленческих компетенциях. Ведь в 21 веке уже не так важно получать узкопрофильные знания, надо выходить на мета-уровень: учиться работать в команде, коммуницировать, проектировать. Ну вы поняли, мировые тренды такие, нашим вузам давно пора подстраиваться.

Хочется узнать: и как там в мире со спросом на российских менеджеров? Приглашают ли выпускников-управленцев или глав госкорпораций поработать где-нибудь в Швейцарии или Канаде? Слышал ли кто-то о проблеме оттока топ-менеджмента из Роскомсоса или Ростеха в NASA?

Наконец, зовут ли самих отечественных идеологов универсального менеджмента поуправлять хотя бы сетью заправок? По идее, очередь должна стоять.

Только вот мы почему-то знаем о тысячах и десятках тысяч российских учёных, работающих в исследовательских центрах за границей, и ещё об огромном потоке IT-специалистов. Да-да, тех самых, с узкими профессиональными знаниями, в случае старшего поколения — ещё советскими. Страшное дело, но они в том числе успешно руководят подразделениями и даже огромными проектами.

В общем, не сходится что-то. Может, просто о прогрессивных управленческих веяниях пока не слышали за пределами СНГ? Надо просветить этих швейцарцев и канадцев, пусть догоняют нас в кадровом вопросе. Хватит уже переманивать физмат-специалистов, возьмите выпускников курсов по эффективным коммуникациям. Сразу экономика взлетит.


(исходная дискуссия — в @trueresearch_chat)

Диссернет или почему списывать стало стыдно
история, рассказанная в @trueresearch_chat

"Диссернет делает очень грязную работу, расчищая Авгиевы конюшни российской науки, унавоженные научными проходимцами в 90-х и 2000-х гг. И благодаря этой работе начальников необъятной, желающих остепениться, стало заметно меньше. Единственный упрек в адрес "благородных разбойников" может быть только такой: нельзя говорить, что в российской науке принято плагиатить, все же это свойственно начальникам, которые "сами бы написали, да времени нет".

В начале 2012 года, ещё до работы Диссернета, я попал в неприятную ситуацию: моя коллега по вузу списывала из моих работ куски текста и публиковала под своей фамилией. Потом так стали делать её аспиранты. И когда мне прислали два автореферата в рассылке из диссертационного совета с подобными некорректными заимствованиями, я не выдержал — написал в этот Совет, поставив письмо в копию всех членов совета по защищаемой специальности. Стоит отметить, что до этого жеста я говорил с самим плагиатором, потом деканом, а потом и проректором по НИР. Везде встречал что-то типа усмешки.

В результате защиты были отменены, а меня обвинили в нарушении корпоративной этики. Мы с супругой вынуждены были уволиться и уехать в другой город, пойти работать в другой вуз.

Возможно, подожди я ещё полгода (Диссернет чуть позже начал свою публичную деятельность), к моим словам отнеслись бы серьезнее. Но моя история показательна тем отношением к плагиату, которое было до эпохи Диссернета".

Наболевшее: спор физиков, лириков и управленцев

Мой отчасти провокационный пост об "универсальных управленческих компетенциях" был подхвачен Незыгарем, завязалась дискуссия. Высказались многие, подытожу яркое.

Исходный тезис был простым: посмотрите, наши физики и айтишники нужны всей планете, а менеджеры — нет. Почему тогда вторые учат нас, как жить? Это был скорее риторический вопрос об управлении наукой: должны ей управлять признанные во всём мире специалисты или никем не востребованные выпускники заочных отделений ВШЭ, РАНХиГС, нужное подчеркнуть?

А ещё, не слишком ли много места в образовательном дискурсе занимают универсальные компетенции в ущерб профессиональным? Обсуждение пошло гораздо шире, авторы ТГ-каналов неожиданно разделились на радикальных управленцев, гуманитариев и технарей.

Незыгарь порассуждал о стереотипном понимании гуманитариев и управленцев, а затем вынес довольно резкий вердикт: универсальным компетенциям можно только научиться (но нельзя научить), а к освоению сложных систем лучше приспособлены выпускники точных специальностей. Они научились логике, "научились учиться".

В целом соглашаюсь, но верю в существование качественного образования в области гуманитарных и общественных наук, которое учит думать не меньше общей теории относительности. Вероятно, оно просто реже встречается и легче симулируется.

Роман Алёхин высказал не менее резкий противоположный тезис: управленец должен быть специалистом по людям, то есть гуманитарием в прямом смысле слова. Наши же управленцы в основном руководят деньгами, схемами, ресурсами, боясь работать с людьми и зачастую не соответствуя уровню руководимых.

Научно-образовательная политика обошла неприятную дискуссию с тыла, объявив, что на самом-то деле спрос на гуманитарное знание непрерывно растёт на фоне цифрового прорыва, а конкурс "Лидеры России" с успехом формирует новый класс управленцев с государственническим подходом и универсальными навыками. Вопрос их востребованности вне российского государственного аппарата повис в воздухе. Делать вид, что проблем и противоречий нет — тоже вариант.


Теперь обобщения и несколько слов от себя. Управленцу важно разбираться хоть в чем-нибудь. Синтезируя тезисы Незыгаря и Алёхина, управленец должен на каком-то примере научиться осваивать сложные системные знания, чтобы затем научиться управлять не только деньгами и ресурсами, но людьми прежде всего. Важно, чтобы его исходное образование было глубоким (неважно, каким именно), тогда интеллектуальная база окажется достаточной.

Нельзя делать из софт-скилз и "универсальных компетенций" отдельное высшее образование для тех, кто больше не смог ничего освоить. Это чисто практические навыки, которые могут и должны постигаться на практике. Звонить по телефону, приходить вовремя и нормально держаться на публике можно научиться в течение пары месяцев, а строить ракеты — нет.

Для обсуждения более общего вопроса — "кто вообще должен управлять?" — было бы неплохо сделать две вещи: разделить уровни (президент - министр - руководитель компании и т.п.) и составить список образцовых управленцев по каждому пункту. Тогда будет, от чего отталкиваться. Например, сегодня большинство самых дорогих компаний мира — это IT-гиганты, основанные программистами аутистами с очень специфическим набором софт-скилз.

Наблюдая за расследованиями в РАНХиГС, телеграм-сообщество открывает для себя тщательно драпируемые уголки российского высшего образования. Тему настойчиво развивает канал ВЧК-ОГПУ, вот конкретные предъявляемые обвинения:

- наличие зарубежной недвижимости и видов на жительство у руководства;
- массовый сбор премий у преподавателей;
- хищения и нарушения при реализации программ ДПО для госслужащих.

И если первый пункт — это относительная экзотика (особенно для вуза средней руки), то второй пункт — уже распространённая практика, а третий — скорее системообразующий фактор. На последнем остановлюсь отдельно.

Круговорот липового доп.образования поддерживается жесткими требованиями к поголовному повышению квалификации (учителя, преподаватели, госслужащие), крупными вливаниями бюджетных средств и отсутствием контроля за процессом обучения и его результатами. По обоюдному согласию и для обоюдного удобства сторон обучение может редуцироваться до схемы "освоили бюджет на ДПО — получили корочки на весь персонал".

Ранее опрос среди подписчиков канала показал, что две трети курсов ДПО проходятся ради корочек. Заметим, это пользователи Телеграм, активные и продвинутые респонденты. Другой пример: буквально за две недели до конца 2020 года Минобрнауки срочно собирало слушателей на бесплатные программы в 50 вузах, которые на деле оказались никому не нужны.

Сама структура насильно насаждаемого дополнительного образования провоцирует сопутствующие нарушения. Если программы в большинстве случаев необходимы только для получения дипломов, то всем плевать на замену доктора наук на аспиранта, на фейковые часы, на фейковые аренды помещений и т.п. Потёмкинские деревни ДПО являются общей проблемой высшего образования, а не уникальным изобретением РАНХиГС.

Система поголовных повышений квалификации по эффективности и внутреннему устройству напоминает массовые медосмотры. Они неэффективны, не нужны врачам и пациентам, делаются кое-как, но способствуют списанию огромных средств.

Жаль, что в устройстве ДПО приходится разбираться следственным органам. Возможно, теперь проблема привлечёт внимание, и это поможет увидеть общую картину и хоть как-то притормозить бестолковый слив бюджетных денег. Как вы догадываетесь, профессионалы по возмездной выдаче удостоверений установленного образца будут против.

Немного реальности из чата @trueresearch_chat:

"Просто, в России почему-то стало нормальным не платить преподавателям и учёным за их работу. К примеру, оклад доцента на 1,0 ставки меньше оклада кассира в Пятерочке (СПб). Ок, в 90-е денег не было в бюджете, но потом-то денег стало много.

Зато кому-то пришла в голову гениальная мысль: если учёные не требуют повышать себе зарплату (а они почему-то не требуют), то можно тратить эти деньги на стимулирование. Ну а для стимулов нужны критерии. Отсюда и появилась такая страсть к хиршам, квартилям и т.д. Эта идея удачно совпала с появлением фетиша в виде международных рейтингов университетов: скопусы, восы, хирши, преподавание на английском, — в некоторых учреждениях формы на премирование включают несколько десятков критериев.

И всё это вместо того, чтобы сразу платить людям высокие зарплаты, создавая тем самым нормальный рынок научного и преподавательского труда.

Всё уже изучено в исследованиях. Государство в данном случае — это люди, которые не встречают давления от управляемых ими учёных и рассматривают бюджетные деньги почти как свои собственные. Наконец, они вообще не верят, что ученые и преподаватели могут работать сами без стимулов (их так научили на ДОП по эффективному менеджменту в науке и образовании).

Ученые и преподаватели не отстаивают свои права, большинство профсоюзов занимаются путевками в санатории, поздравлениями с юбилеями и подарками для детей на НГ, то есть тем же, чем профсоюзы занимались и в советское время.

В социологии такой класс работников называется прекариат. И нужно признать, что вина учёных, которые не отстаивают свои права и интересы, в таком положении тоже есть".

Президиум Российской академии наук решил направить в Госдуму запрос об отзыве законопроекта о просветительской деятельности, где предлагается обязать получать лицензии на нее от правительства для недопущения иностранного вмешательства, пропаганды экстремизма и розни.

Погорячились, ничего не скажешь...

Относительно поправок о просветительской деятельности: самый адекватный анализ я нашёл в канале Kedr to Earth — см. пост и комментарии к нему.

Итак, в текущей редакции закон касается организаций c лицензией на образовательную деятельность и поэтому, строго говоря, не затрагивает лекции на Ютубе, тг-каналы, подкасты, просветительские сайты и тому подобное. Таким образом, драматичность вопросов, поставленных Кремлёвским пересмешником, несколько снижается.

С другой стороны, в поправках речь идёт о деятельности вне рамок образовательных программ. Как это понимать? На практике почти любое просветительское мероприятие происходит с привлечением площадей, сайта, сотрудников, бренда или результатов исследования того или иного вуза. Следует ли из этого необходимость регулирования? И главное — каким оно будет?

Удивляет реакция канала НОП, упрекающего научное сообщество в негибкости мышления и недоверии к новогодним подаркам такого рода. Да все же банально устали от инициатив и контроля, неужели это не очевидно?

Возможно, кто-то недооценивает реальный рост просветительского сообщества, произошедший за последние 10 лет, в том числе в регионах. Кстати, на голом энтузиазме, либо на условиях минимальной самоокупаемости. Сегодня становятся модными лекции, научные бои, кинопоказы, походы по барам с учёными, фестивали и тому подобное. По существу, научное сообщество самоорганизуется и постепенно заполняет информационный вакуум на фоне официальных несбыточных мечт о пропаганде науки по Первому каналу.

Хотелось закончить так: вот этому процессу и надо помогать. Но нет — лучше просто не мешать.

Подпольный РОНО действует