Коллега прислал интересные результаты, разбираться буду завтра. То чувство, когда работаешь в науке и не понимаешь всех этих офисных страданий про ужасный понедельник.

Почему хорошо работать в науке

Начнём неделю с хорошего. В профессии учёного есть целый ряд плюсов, которые совершенно не видно "снаружи". Именно они отличают научную работу от очень близких областей - инженерии, разработки софта, банковской аналитики и прочих. Самое время перечислить эти плюсы, ибо не всё же вам читать о новом кабинете министров. Итак:

1) Независимость. Кто-то из исследователей получает карт-бланш уже при подготовке кандидатской диссертации, кто-то обретает самостоятельность позже. У теоретиков и в малых группах независимости обычно чуть больше, на крупных экспериментальных установках - чуть меньше. Но в целом большинство учёных выбирают тематику и стиль работы исключительно по своим предпочтениям.

2) Супергибкий рабочий день. Опоздал на четыре часа? Решил поработать из дома? Нет, тут за такое не выгоняют: разве что позвонят, беспокоясь о здоровье. Опять-таки, во время ответственной экспериментальной серии прогуливать работу не стоит, но обычно присутствие на рабочем месте "для галочки" никому не нужно. Нужно выдавать результат в любое удобное время суток.

3) ...И гибкий рабочий год. Наука планируется и делается на длинных дистанциях. Иногда может потребоваться пауза, чтобы изучить новую литературу, подготовиться к конференции, переписать заново программу, вернуться к полузабытой тематике. Вообще, "научная производительность" может упасть и без видимых причин. К счастью, здесь зачёт идёт как минимум по 3-5 годам, поэтому можно работать тогда, когда работается. Отчёт за неделю никто не потребует.

4) Конференции и стажировки. Международный уровень исследований подразумевает международные контакты. Участие в больших конференциях - наиболее эффективный способ обратить внимание коллег на свои результаты, одними статьями в журналах не обойтись. Ну и ещё это замечательный повод поездить по миру в рабочее время за государственный счёт. Средние цифры приводить сложно, но 1-2 поездки в год за границу + несколько поездок по России - вполне адекватный расклад для сотрудника активной научной группы.

5) Отпуск. Официальный отпуск кандидата наук - 36 рабочих дней, доктора наук - 48 рабочих дней. Фактически большинство научных учреждений в июле-августе функционируют в режиме stand by: все либо на конференциях, либо в отпусках.

6) Работа на себя. Каждый результат, каждая статья, каждое выступление на конференции ассоциируется с автором, а не с местом его работы. Поэтому любой учёный работает в первую очередь на свою репутацию, которую легко подтвердить опубликованными трудами, даже без каких-либо рекомендательных писем.

7) Разнообразие. Научная работа - весьма широкое понятие. Это не только непосредственное получение новых знаний теоретическими или эмпирическими методами. Статьи, журналы, студенты, конференции, гранты, школы - всё это часть научной жизни. Успех может прийти с неожиданной стороны: кто-то становится гениальным редактором журнала, кто-то оказывается прекрасным преподавателем, кто-то делает из местного ежегодного семинара международную конференцию.

В общем, не всё измеряется зарплатой, хотя и тут всё не так однозначно.
Кто видит свои важные плюсы - пишите.

Я всё понял. Двухсотый подписчик никак не появится из-за обычной суеверности.

Почему в науке сложно

Теперь напишу об одной из фундаментальных трудностей научной работы. Она является по сути обратной стороной многочисленных плюсов, перечисленных вчера.

Итак, встречайте: тотальная самоорганизация. Как только учёный выходит из совсем уж зелёного студенческого возраста, он оказывается один на один со своей прокрастинацией и ленью. Посудите сами: даже при полном нежелании что-либо делать врач, продавец или водитель будут лечить, продавать или рулить, иначе их выгонят с работы.

В науке же всё не так. Дело в том, что внешняя активность учёного (публикация статей, доклады на конференциях, заявки на гранты) обычно базируется на исследованиях, которые были выполнены 2-5 лет назад - если очень грубо. Тут работает аналогия с Солнцем: если оно погаснет, мы узнает об этом только через 8 минут. Если некий исследователь перестанет получать новые научные результаты, он сможет ещё несколько лет показывать научную активность на старом материале.

Что получается? Возникает сильный соблазн отложить почти любое дело на "после майских" или вообще его не делать. Можно не заканчивать расчёт, не проверять выкладки, не переделывать эксперимент, не сочинять письмо коллеге с новой идеей. Этого маленького бойкота никто не заметит, ведь очень редкий начальник будет заниматься микроконтролем подчинённого. Тем более, всегда можно ответить "я думаю вот над этим", уставившись на пять файлов со статьями на экране. Крыть, собственно, нечем: залезть человеку в голову невозможно. Последствия бездеятельности будут видны лишь через те самые 2-5 лет, но вот мгновенно поправить их не удастся. Потому что полный цикл исследования был, фактически, упущен.

Мой скромный опыт показывает, что неспособность к самоорганизации - это одна из основных причин ухода из науки или отсутствия прогресса в работе (при наличии вполне понятных перспектив, хорошего коллектива и т.д.). К счастью, это качество проверяется и замечательно тренируется хорошим высшим образованием. Не потому что проектная деятельность и рисование на флипчарте, а потому что без самоорганизации ты не выучишь матан и не сдашь курс теор.физики, анонимус.

Так что знайте: зачастую в науке надо быть не очень умным, а достаточно собранным на длинных дистанциях.

Эх, Васильева уходит из министерства. А я даже не успел отшутиться как положено в своём канале.

Надеюсь, следующий министр не подведёт в плане материала для постов.

Канал Русский research празднует маленький юбилей - 200 подписчиков
От автора - читателям

Спасибо, что читаете и реагируете на посты: обратная связь мотивирует лучше всего. Обещаю не бросать канал, здесь по-прежнему будут НЕминистерские новости из мира науки и образования. Только реальная повестка и альтернативная точка зрения без истерики. 

Приглашаю всех подписчиков и гостей канала, неравнодушных к науке и образованию, присылать на @RResearcherBot сводки с полей, мысли и комментарии. Зарплаты, гранты, статьи, диссертации, закупки оборудования, студенты, ФГОСы - пишите обо всём, обсудим и опубликуем. Так уж вышло, что я выкладываю в канале много "инсайдов наоборот" - не тайны министерств и АП, а описание реального положения дел, которое для многих чиновников является как раз таки тайной. 

Канал работает на некоммерческой основе. Ваша лучшая благодарность - рассказать знакомым, репостнуть, подписаться. Едем дальше! 

Спасибо за поддержку!

Я в свою очередь рекомендую канал Аспирантура 2.0 всем, кто готовит диссертацию или диссертантов, особенно по гуманитарным наукам.

https://t.me/aspirantura_dva_nol/170

Не раскачивай спагетти

Представлен новый состав правительства РФ. А теперь к действительно важным темам: минутка пищевого научпопа.

Вы ведь замечали, что когда вы втягиваете в себя длинную макаронину, в конце она начинает сильно мотаться, разбрызгивая соус на вас и на окружающих? Знайте, что во всём виноват закон сохранения момента импульса. Тот самый, который заставляет раскручиваться фигуриста, сводящего широко расставленные руки к туловищу, или моего читателя, пробующего проделать такой же трюк на офисном кресле (да-да, у вас получится).

Изначально макаронина не может висеть совсем неподвижно, она всегда немного раскачивается (либо станет колебаться, как только вы начнёте втягивать её в рот). Закон сохранения момента импульса говорит, что скорость движения макаронины обязана расти при укорочении висящей части: общий вращательный момент должен сохраняться. Если вы проделываете эксперимент (едите) достаточно быстро, то колебания не успеют затухнуть, кончик спагетти наберёт большую скорость и вы гарантированно получите маленький фонтан из соуса.

Закон абсолютно беспощаден, единственный выход - не спешить и ждать полной остановки макаронины или чем-то её придерживать. Кстати, ровно по той же причине измерительная рулетка стремится хлестнуть вас по руке, когда сматывается слишком быстро.

Забавно наблюдать, как политические ТГ каналы разделились на те, которые срочно копают компромат, и те, которые торопятся запостить побольше комплиментов и поздравительных интервью про новых назначенцев.

Иностранные студенты как культ
Ну сколько можно...

На фоне супер-яркой политической повестки последних дней незаметно прошёл Гайдаровский форум, на котором были заявления и об образовании. Я обратил внимание на очередное воспевание иностранных студентов и не мог пройти мимо. Привожу наиболее симптоматичные цитаты из поста Научно-образовательной политики:

"...именно категория «мобильных студентов» определяет технологическое развитие государства", - Андрей Волков, директор Института общественных стратегий, научный руководитель Московской школы управления «Сколково».

"...в качестве приоритетных направлений стоит рассматривать увеличение числа студентов из стран Азии и Африки", - Татьяна Клячко, директор Центра экономики непрерывного образования РАНХиГС.

Михаил Алашкевич, старший вице-президент ВЭБ.РФ: сегодня стоит задача удвоить количество иностранных студентов. Они приносят новые идеи и являются двигателями прогресса.

На форуме были и чуть более адекватные высказывания на эту тему, однако ментальные проблемы всё равно выпирают. Итак, давайте я скажу очевидную вещь: иностранные студенты - это следствие сильного высшего образования в стране, а не его причина. К вам строятся очереди из сильных абитуриентов со всего мира лишь если вы хорошо учите. В противном случае можно свезти в страну хоть половину жителей ближнего зарубежья, качество образования всё равно не вырастет. В США много крутых университетов не потому, что туда понаехали китайцы и индусы. Они понаехали именно из-за крутости университетов.

Если (как обычно) перепутать причину и следствие, получаем идиотскую гонку за процентом иностранных студентов, победа в которой достаётся самым неразборчивым вузам, готовым тянуть до защиты диплома несчастных таджикских парней, владеющих русским на уровне насяльника интермидиэйт.

Безусловно, у экспорта образования есть совершенно не-научно-образовательная цель: это средство "мягкой силы". Грубо говоря, иностранный студент будет уважать нашу страну, если с ним тут хорошо обращались и чему-то научили. Так вот, эта цель фактически никак не связана с задачами технологического развития и повышения качества образования. Не надо мешать всё в одну кучу: одно дело - подготовка высококлассных специалистов для сложных современных отраслей, другое дело - развлекать студентов "из стран Азии и Африки", чтобы они потом Россию любили.

Да, прошу заметить, что это не какой-то гнусный национализм, а констатация сложившейся ситуации. Подавляющее большинство иностранных студентов в вузах РФ просто не владеет в достаточной степени русским языком (да и английским), чтобы получать на нём высшее образование. Даже годичные подготовительные языковые курсы не спасают ситуацию, их недостаточно. В реальном вузе "второго эшелона" иностранные студенты либо изолируются в специальных группах, либо отсиживают положенные 4-6 лет на задних партах в общем потоке.

Типичная картина: в деканат приходит 5-6 парней, из которых один выполняет роль переводчика, потому что только он нормально говорит по-русски. Такой вот экспорт образования.

Конечно, никакая аккредитация это не выявляет и ни один ректор об этом не расскажет. Более того, неуспевающих даже не попытаются отчислить. Ведь иностранные студенты приносят много денег и много очков крутости своему вузу. В этом свете очень смешно читать про задачу "удвоить количество иностранных студентов", которые "приносят новые идеи и являются двигателями прогресса".

Короче, когда иностранные абитуриенты будут превосходить по подготовке российских и стоять в очереди на поступление, тогда и поговорим о качестве наших университетов. А пока ректоры продолжат трясти киргизских и таджикских чиновников от образования, чтобы те хоть кого-нибудь прислали учиться.

https://t.me/scienpolicy/7479

Оборонные исследования в институтах РАН

Заседания Президиума РАН, по-видимому, остаются чуть ли не единственной площадкой, где регулярно обсуждаются реальные проблемы и задачи российской науки. Видеозапись заседаний выкладывается на портале Научная Россия, там же доступна краткая стенограмма.

Вот пример вопиющей ситуации, которая всплыла в репортаже газеты МК после первого заседания Президиума в этом году:

"...председатель Сибирского отделения РАН Валентин Пармон поднял еще одну больную тему российских институтов: «Самая большая проблема для нас сейчас — это ликвидация 1-го отдела (отдела, отвечающего за контроль за ведение оборонной тематики в институте). Есть замкнутый круг: получить заказ на разработку секретных технических средств нельзя без такого отдела, но и он не появится, если нет соответствующих тем».

- Когда началось закрытия «секретных» отделов? - поинтересовалась я у Валентина Николаевича после заседания.

- Это началось с началом реформы академии в 2013 году. Такое распоряжение давало Федеральное агентство по научным организациям".

Прогнозов не даю, просто фиксирую.

Узнать бы статистику, сколько человек за прошедшие неполные сутки удалили свой ЖЖ.

Россия - страна возможностей дедлайнов 
Срочное включение из реальной жизни - от подписчика 

Мне прислали прекрасные подробности того, как организуется федеральный проект "Учитель будущего". О самом проекте можно прочитать на официальном сайте Минпросвещения, кипучая деятельность кипит в рамках нацпроекта "Образование". Если коротко, то по итогам к 2024 году должно произойти "повышение уровня профессионального мастерства 50% педагогических работников" и многое другое. По плану в 2020 году должны повысить квалификацию 5% всех российских учителей, то есть примерно 50 тысяч человек (!!). 

А теперь об уровне подготовки и осмысленности. Во-первых, содержанием программ повышения квалификации никто не озаботился. Право на их проведение в авральном режиме "разыграли" между региональными вузами и Институтами развития образования (что такое местные ИРО - тема отдельного поста, пока с трудом воздерживаюсь от комментариев). На подготовку программ времени не было, никаких указаний по существу или хотя бы относительно общей концепции также не поступало. 

Подписчик сообщает, что в его вузе ответственными за эту работу назначили фактически случайных преподавателей; в основном - далеко не самых передовых, ибо передовые и так заняты на всех фронтах. Дедлайн по предоставлению почасовой программы, тематического планирования и аннотации - одни сутки (!!). Информация об обучаемых и о целях повышения квалификации отсутствует. Каково будет качество и полезность таких программ?... Ну ты понел. 

Что я могу сказать? Всё как обычно: великие инициативы сверху, нулевое время на подготовку, хаоточное исполнение для галочки. Организаторы отчитаются количеством учителей и вузов, до содержания никому дела нет. 

Есть и более глубокий вопрос: а почему вообще преподаватель вуза может чему-то научить школьного учителя? Один преподаёт студентам, другой - школьникам, это разные виды педагогической деятельности. Повышение квалификации учителей - отдельная профессия, хоть и связанная в целом с педагогикой. Речь ведь не о повышении уровня знаний учителей по профильному предмету, а о методах преподавания. 

Впрочем, подготовка программ на коленке за один вечер полностью устраняет необходимость вникать в такие тонкости. Так что желаю всем участникам полезно провести время. Бюджет проекта "Учитель будущего" на 6 лет - более 15 млрд рублей. Не путайте с конкурсом "Учитель для России", который продуман в тыщщу раз лучше. 

И снова о науке в вузах
Резюме дискуссии нескольких каналов и их читателей

Во-первых, хотел бы поблагодарить каналы @aspirantura_dva_nol и @VetusDepartment за возможность вести диалог с независимыми представителями научно-образовательного сообщества.

В ответ на мой недавний пост о сложности работы в науке Аспирантура 2.0 выдала целую серию грустных эссе о "научной" атмосфере в типичном российском университете. Основной посыл - копеечные зарплаты, престарелые профессора, имитация науки, лень, неспособность к переменам. Тут же последовал комментарий одного из читателей, выразившего самую суть проблемы: "несмотря на то, что университеты в России до сих пор ориентированы в первую очередь преподавание (поэтому такая сумасшедшая педагогическая нагрузка), доплаты в основном идут за научные публикации". Кроме того, параллельно может действовать система премирования, но она чаще всего непрозрачна для коллектива.

На мой взгляд, корень сегодняшних проблем действительно в том, что от сотрудников университетов требуют науку мирового уровня и платят в основном за неё, но заставляют заниматься преподаванием. Объективная ситуация такова, что для получения базового оклада (редко более 30 т.р.) обычно нужно вести около 20 часов занятий в неделю. Как я уже неоднократно писал, при нормальной подготовке к занятиям и с учётом всей вузовской бюрократии, эта нагрузка уже превосходит стандартную 40-часовую неделю. Любые исследования на этом фоне выглядят как трудовой подвиг.

Кроме того, в подавляющем большинстве университетов просто нет условий для научной работы преподавателей: кабинетов, столов, компьютеров. "Местом жительства" доцентов и профессоров является чаще всего родная кафедра, где стоит 2-3 общих компьютера на пару десятков человек. Об экспериментальных работах ради приличия умолчим.

Необходимо определить на федеральном уровне, чего мы хотим от сотрудника вуза. Если преподавания высокого качества, то нужно платить конкурентную заработную плату за те самые 10 пар в неделю, с небольшой доплатой за научную деятельность. Если мы хотим передовую науку, то нужно радикально снижать педагогическую нагрузку и создавать условия для занятий исследованиями. Естественно, второй вариант требует существенных затрат. К сожалению, решение таких вопросов сброшено на уровень вузов: руководство само определяет размер ставки, штатное расписание, нагрузку преподавателей и размеры премий.

Министерство как бы говорит: у вас полная свобода, можете выделять полноценных научных сотрудников, вводить любые системы поощрения, стратегии и т.д. Но нахрена тогда министерство? Тут есть огромная доля лукавства: всем ясно, какое количество бюджетных мест получает вуз и каково государственное финансирование одного места. Университет в реальности не имеет пространства для манёвра, с него требуют тонны научной продукции, но и студенты никуда не деваются. Мне известно буквально 2-3 вуза, которые могут содержать сильные полностью научные подразделения (не нагруженные преподаванием) - это происходит исключительно "вопреки" всему, за счёт выигрывания крупных грантов и организационных качеств руководителей конкретных лабораторий. Ещё есть вариант сотрудничества с институтами РАН, но здесь часто речь идёт о простой покупке статей или сотрудников.

По моему мнению, если выбор приоритета наука vs. преподавание не будет сделан на государственном уровне, ситуация не выправится. Позиция "ведите занятия целый рабочий день, но деньги мы вам будем платить только за публикации" выглядит по-хамски. По-прежнему будут никому не нужные тезисы и сборники трудов, один скопус на десятерых, а также различные попытки усидеть на десяти стульях, поставив в статье несколько аффилиаций.

Ужасно смешная история. Весь Китай негодуэ: кто-то случайно наткнулся на статью 2013 некоего XU Zhongmin в научном журнале Journal of Glaciology and Geocryology. И запостил к себе скрины. И понеслось.

Оказывается, XU Zhongmin посвятил все 35 страниц своего научного труда (фактически отчета по работе по гранту на 300 тысяч долларов) исключительно объяснениям того, какой замечательный, великодушный и эффективный его научный руководитель Ченг Годун, и как чудесна и непередаваемо прекрасна жены Ченга — Чжоу Юфен. Он график даже приложил с демонстрацией того, как "гармоничны семейные отношения" его руководителя.

Но нелепому, странному стечению обстоятельств научный руководитель проказника Ченг оказался заодно главным редактором этого журнала. Сам Ченг сообщает журналистам, что и понятия не имел, о чём статья. Ну хорошо, так бывает - но рецензенты-то в журнале есть? Это ведь научный журнал. У журнала Journal of Glaciology and Geocryology, вы будете смеяться, очень неплохой импакт-фактор (3.261).

Статью, разумеется, немедленно выпилили. Если хотите, можете почитать три другие статьи XU Zhongmin (они вроде бы норм) на http://www.bcdt.ac.cn/EN/1000-0240/home.shtml.

А тем временем ежегодные ассигнования на науку в Китае достигли 370 миллиардов долларов в год.

https://t.me/chinaposter/877

ЕГЭ как хороший повод завести канал

Один подписчик так внимательно читал Русский research, что завёл свой собственный канал.

Из последнего в канале - серия постов про плюсы и минусы ЕГЭ. В целом, плюсы всем хорошо известны: сильное снижение коррупции в процедуре поступления и возможность попасть в любой вуз страны.

Пост про минусы, на мой взгляд, написан интереснее. Здесь автор отмечает ряд вполне конкретных проблем: например, вопросы в ЕГЭ по литературе из разряда "какого цвета платье". Ещё выделена нетривиальная проблема в экзамене по математике - он слишком предсказуем и позволяет готовиться методом зубрёжки инструкций:

"...экзамен слишком структуризирован. Он прям создан для того, чтобы его заучить, чтобы "поднатаскаться" на задания. И это было еще в моё время, сейчас все еще печальнее. Задания в ЕГЭ четко привязаны к определенным темам. Например, условно говоря, b2 - квадратные уравнения, b3 - тригонометрия и так далее. Более того, сами задания до крайности однотипные. И школьники просто заучивают ход решения задач по этим темам, особо не вникая в смысл. В итоге, ЕГЭ теряет свою репрезентативность... Баллы ЕГЭ из года в год растут, а реальные знания остаются на том же уровне".

Моя личная позиция (trueresearch) состоит в том, что оставьте школу в покое просто сделайте ставку учителя в Рязани 40 т.р. ЕГЭ действительно не так плох, и надо уже прекратить истерику. Возможно, существуют и более оптимальные формы вступительных и выпускных экзаменов, но радикальные изменения такого рода поставят школы с ног на голову ещё лет на десять. Естественно, задания ЕГЭ можно и нужно улучшать; речь о том, что не стоит делать революции при каждом втором министре.

Здесь надо учитывать две вещи: а) система школьного образования очень инертна; б) хорошие начинания постепенно развиваются в школах и сами по себе, без приказов из министерства. Если у сообщества учителей и преподавателей вузов сформируется понимание, что ЕГЭ приводит к пресловутому заучиванию ответов и недостатку системных знаний, то в течение нескольких лет появятся механизмы компенсации: дополнительные занятия в школах для желающих, ликбез на подготовительных курсах, кружки по подготовке к олимпиадам и тому подобное.

Собственно, это уже и происходит на наших глазах: чуть ли не на всех известных мне физико-математических факультетах первые полтора-два месяца занятий заменяются форсированным "латанием дыр" в школьной программе по математике (в первую очередь). Не вижу в этом ничего хорошего, но не вижу и катастрофы: система образования приспособилась к новым правилам игры и сравнительно легко компенсировала появившиеся минусы.

Короче, я за то, чтобы постепенно убирать из ЕГЭ очевидный маразм и не рассматривать его как тест на гениальность. Олимпиады, научные работы, инженерные проекты - всё отдельно от экзамена.

70000 человек в год в Европе и США погибают от гриппа. Примерно 200 человек в день.
Без всякой паники.

- А семь шапок можешь?!

Добьём же тему требований к преподавателям вузов и поговорим про "эффективные контракты". Для самых дотошных читателей: этот документ обязательно лежит на сайте вуза, в нём должен быть в деталях прописан алгоритм начисления стимулирующих выплат всем категориям сотрудников. Формально эффективный контракт составляет сама организация, министерство не при делах. В реальности, конечно, всё заточено под безудержную публикацию статей и отращивание индекса Хирша всеми способами.

Анализ случайно выбранных университетов показывает, что приличные баллы за научную работу достанутся лишь тому, кто пишет каждый семестр по монографии, либо по статье в журналы Scopus или Web of Science, да ещё плюс по несколько ВАКовских статей. Желательно ещё руководить кафедрой, обновить программу нескольких дисциплин и подготовить какой-нибудь курс на английском. Вот тогда-то и будет у вас зарплата выше средней по региону. Это не шутка, потому что оклад без стимулирующей части обычно заметно ниже.

Стимулирующие выплаты в вузах - прекрасная тема для исследования, показывает реальные приоритеты: будь я экономистом, написал бы про это диссертацию. Когда речь идёт о деньгах, вся шелуха как-то отлетает. Например, мы всё говорим о росте экономики за счёт инноваций, а при этом в типичном эффективном контракте статья в журнале Web of Science стоит 2-4 раза больше, чем патент на изобретение. Иногда патенты не упоминаются вовсе.

В целом эффективные контракты в университетах вызывают стойкую ассоциацию со сказкой, где жадный главный герой просил сшить семь шапок из одной овечьей шкуры. Преподаватель должен вести занятия, писать научные статьи, привлекать абитуриентов, издавать учебные пособия и программы, проводить конференции... Как мы знаем, в кульминационной сцене сказки ни одна шапка не налезла даже на нос заказчику.

Не на пустом месте
Как избежать китайского пути в науке

Давно хотел написать о научных школах, но тема оказалась непростой, даже само понятие - многозначное. В понимании здорового человека научная школа - это сложившийся коллектив из нескольких поколений под руководством известного учёного или совокупность методов, научного языка и области исследований, присущая такому коллективу.

Эффективность научной школы связана с тем, что все участники а) непрерывно обмениваются идеями, не дожидаясь завершения работы и публикации результатов; б) говорят на одном языке и понимают общую постановку проблем; в) "рецензируют" исследования друг друга уже на стадии выполнения. Классический признак научной школы - это регулярные семинары, на который докладываются и защищаются новые результаты; особенно ярко это проявляется в математике и теоретической физике, где можно выяснять отношения лишь с помощью мела и доски.

На мой взгляд, одна из главных функций современной научной школы - это страховка от повторения старых результатов и прививка от дилетантства. Сегодняшние объёмы публикации научных статей не позволяют молодому учёному осилить хотя бы десятую часть от выдачи гугла и понять, насколько его исследование оригинально. Только квалифицированный научный руководитель вместе с коллегами, следящие за развитием области лет двадцать, могут это определить достаточно достоверно. В идеальном случае работа аспиранта должна быть продолжением исследований научной школы - и, если школа находится в лидерах по своей тематике, то и молодой учёный автоматически стартует с переднего края науки. Это очевиднейший и мощнейший плюс. Кстати, публикация сходных результатов параллельно с сильной группой из-за рубежа никого обычно не огорчает, скорее добавляет интереса и интриги.

Под дилетантством я имею в виду вот что. После изучения того или иного курса в университете знания находятся в весьма зыбком состоянии, они не обросли примерами и взаимосвязями. Грубо говоря, на лекции рассказали только про логические цепочки a-b-c-d и z-x-y, а на связь d и z времени не хватило. Начинающий учёный может убить уйму времени на восстановление таких связей, разрешение мнимых парадоксов и вообще на изобретение велосипеда. Это совершенно реальная проблема, которая приводит немало талантливых людей к опровержению всей науки от самого Ньютона. Присутствие даже одного старшего коллеги, который уже сходил всеми этими логическими путями, направит процесс в правильное русло. Суть феномена вполне понятна: знания в голове человека намного ценнее, чем написанная им же книга, статья или письмо; они доступны мгновенно и вместе со всеми взаимосвязями.

Причём здесь Китай? При том, что сегодня наука в Иране, Индии или, особенно ярко, в Китае развивается при остром дефиците компетентных людей, но при профиците денег (это как у нас, только наоборот). Европейские и американские журналы страдают от потока статей, где китайские учёные переоткрывают вещи, известные советским учёным с 50-х и переоткрытые американцами через 20 лет. Уже не секрет, что высокорейтинговые журналы чаще всего даже не принимают к рассмотрению статьи, где все соавторы представляют китайские научные организации. Собственно, такие работы я видел лично и рецензировал своими собственными руками. Звучит удивительно, но в отсутствие сложившейся научной школы невозможно "перешагнуть" через историческое развитие науки, приходится встать на все грабли, которые никто не убирал.

Не менее яркий пример - это немецкая математическая школа, которая была фактически разрушена Гитлером и, насколько мне известно, не восстановила былое величие до сих пор. Опять же, несмотря на доступность любых учебников и статей, а также экономическое благополучие.

В общем, наука развивается в виде дерева, а точнее в виде леса из научных школ. К сожалению, даже самое обильное обкладывание навозом финансирование не заставит это дерево вырасти в сто раз быстрее срока. Разве что будут бурно цвести паразитические растения до полного истощения кормовой базы.

Правда про проекторы

Еще никому, никогда и нигде в мире не удалось просто приехать на переговоры и за минуту подключиться к проектору, чтобы показать презентацию.

Ни в Силиконовой долине, ни в любом банке, ни даже в Кремле.

Везде люди бегают минимум 15 минут в поисках переходника, провода, драйвера, пульта и пр. Абсолютно везде.

- А что, лекция уже началась?
- Нет, проектор подключают пока.

Газета "Троицкий вариант" продолжает публиковать весьма глубокий анализ публикационной активности по мегагрантам, на этот раз под прицелом проекты по физике. Крайне рекомендую прочитать всем причастным.

Выводы в целом не слишком радостные, но ожидаемые. По-видимому, в большинстве случаев никакого создания новых лабораторий не происходит, в лучшем случае поддерживаются известные сильные коллективы, которые прожили бы и без мегагранта на имеющиеся средства. Приглашённый учёный и местные исследователи занимаются своими привычными делами, не забывая указывать правильные благодарности в статьях.

Ну а я продолжаю утверждать, что корень проблемы лежит в самом принципе - "пофинансировать" какую-то научную деятельность 3-5 лет, требуя мгновенно начать публиковать результаты мирового уровня. Поскольку цикл научного исследования от идеи до публикации составляет как раз около 3-5 лет, практически все статьи, вышедшие во время выполнения гранта, будут основаны на более ранних результатах.

Прибавьте к этому вероятность одобрения заявки 10-20% и поймёте, почему в большинстве работ указано от 2 до 4 источников финансирования: сколько смогли выиграть в рулетку, столько и выиграли.

Кстати... а смогло бы Минобрнауки сделать такой анализ? Побежали бы объявлять тендер на работу, которую сделали три журналиста на чистом энтузиазме, или нет? Посмотрим, как теперь будет.

https://t.me/trvscience/5114