🔢❎Я беру копьё, и за моей спиной вспыхивают молнии - пустыня напоминает о себе даже здесь, в этой комнате, за стенами таверны. Я застываю, потому что даже моё тело знает - если я упаду сейчас, то уже не поднимусь.

- Ты не обязан всё время держать его в руках, - говорит Тигнари.

- Обязан, - отвечаю я. - Если я выпущу копьё, то упаду. А падать в пустыне - значит умереть, даже если ты ещё дышишь.
— Ты помнишь его имя? - спрашиваю я у древка. Оно молчит. И за это молчание я люблю его больше, чем всех живых.
- Ты станешь как мы, - шепчет голос из угла.
- Нет, - отвечаю я. - У меня есть копьё. И нет желания умирать. Только желание перестать чувствовать грехи других людей.
Потом я замахиваюсь, и молнии за спиной вспыхивают в такт моему движению, будто пустыня дышит вместе со мной. Тигнари отступает на шаг, но не отворачивается.

- Ты мог бы уйти, - говорю я, не опуская копья. - Сказать, что со мной слишком тяжело.

- Я мог бы, - отвечает он. - Но не уйду.

- Почему?

- Потому что если я уйду, ты перестанешь себя контролировать.

Перед ударом всегда наступает тишина. В этой тишине я слышу голос - того, чьё имя я боюсь забыть.

- Опоздал, Сайно. На шаг. Как всегда.

- На два, - отвечаю я. - В этот раз на два.

Копьё светится, молнии бьют в потолок. Я замахиваюсь сильнее, будто могу достать его. Но он уже мёртв.

- Если я перестану замахиваться, - говорю я Тигнари, - мне придётся признать, что он ушёл навсегда. А я не готов.

- Ты никогда не будешь готов, - говорит Тигнари. - Но это не значит, что ты должен бить пустоту вечно.

🔢❎ Вокруг меня жизнь и смерть, прошлое и то, что никогда не вернётся.

- Зачем ты надеваешь маску, Сайно? - спрашивает Тигнари.

- Чтобы скрыть слёзы, - отвечаю я. - Под маской их не видно. Лишь капли текут по подбородку и падают на грудь, холодные, как ночной песок.

- А шар ?

Он - сгусток того, что осталось от моей воли. Он рвётся наружу, когда я шепчу имена. Каждое имя - как удар грома. Он ненавидит грех. Он жаждет возмездия. Он - моя совесть, принявшая форму молнии.

Я шепчу имена. Слишком много. Каждый раз, когда произношу имя, шар вспыхивает ослепительным светом, будто пытается выжечь саму память о падших.

- Ты сожжёшь себе лицо, Сайно, - предупреждает Тигнари.

- А зачем мне лицо? Под маской пустота. Под пустотой - только песок и голоса, что никогда не утихнут. Но шар… он не даёт мне стать пустотой до конца. Он бьётся в ладони, как живое сердце, требуя очищения. Он хочет спасти даже тех, кто уже не спасётся. Он хочет победить зло, которое мы носим внутри. И каждый раз, когда я сжимаю его, я чувствую: это не гнев. Это надежда, перекованная в боль.

- Ты - не пустота, - говорит Тигнари. - Просто боишься признать, что жив.

Я молчу. Ведь он прав..