Час я вчера не мог уснуть, потому что было ужасно жалко «Ньюкасл».

Эти парни выдали не просто героический матч на St. James Park против «Барселоны».

Он был вкусный, эстетичный, про комбинационную игру в пас на высокой скорости, а не про вынос куда-нибудь подальше. Про атаку, а не про автобус.

Один. Один удар в створ нанесла «Барса» за весь матч до седьмой добавленной минуты, когда это случилось. Глупый, банальный пенальти при счете 1:0.

Мне казалось, этот чудесный парень Харви Барнс, забивший на 86-й (этот гол обязан был быть победным!) заплачет вместе со всем стадионом.

Эти парни выгнали с поля Педри и Левандовски, сожрали Рафинью и Ямаля, превратили одну из самых красивых и доминирующих команд мира в беспомощного кролика, молящего дотерпеть под оглушительный свист.

«Ньюкасл» наиграл примерно на 3:0, а в итоге даже не выиграл. Возможно поплатившись за свое нежелание остановиться и перестать бежать в атаку впятером даже в компенсированное время.

Без преувеличений это был самый дерзкий, хлесткий, отважный футбол команды, сильно уступающей в классе сопернику, против топа, который я видел в этом сезоне. Это был футбол в полный рост – где стеночки и забегания, где крайние защитники порой перемещаются на позиции крайних форвардов, где дриблинг и разрезающие вертикальные передачи низом без страха получить контратаку. У «Барсы», говорили, выпал самый легкий жребий в 1/8.

Грустно, очень грустно. Не всегда результат определяет, насколько хороша была та или иная команда. Вопрос, наверное, не в том, что эта ничья – трагедия. Просто есть вечера, которые обязаны закончиться овацией – «Ньюкасл» заслужил ее после финального свистка – но получил лишь тяжелый вздох множества растерянных лиц, не вполне понявших, какого черта такая глупость как подножка на последней минуте на краю штрафной может перекрыть столько усилий.

Зафиналили российскую серию Гран-при очень энергичным эпизодом «Чистого хвоста», который получился бодрее, чем сам Финал.

Поговорили:

💃 об уместности заимствований в танцах (Василиса Кагановская никак не дает покоя девушкам)

🤣 о том, есть ли что-то интересное в катании Николая Угожаева кроме буквы «ж» в его фамилии (клянусь, это не моя шутка!)

📺 о том, что общего у катания Анны Фроловой и вкуса сценаристов российских мелодрам на телеканале «Россия»

😔 о том, чем меня сильно расстроил Алексей Ягудин

Музыкальная критика, модный приговор, обретение себя – на всех платформах.

Вероятность пересечения Louis Vuitton с фигурным катанием в одной вселенной ничтожно мала, но никогда не равна нулю

Написал в наш платный канал «Чистый хвост: версия для своих» текст о том, чем особо знаменательно прикосновение Louis Vuitton к фигурному катанию, причем здесь Роналду и Месси и знаменитый чемодан на Красной Площади.

Рекомендую последовать примеру почти полутора тысяч человек и подписаться – в ближайшее время большинство моих текстов о фигурном катании будут выходить там.

Антон Сихарулидзе – после того, как прочитал слишком много текстов Ивана Кузнецова:

https://t.me/figurexing/62768

Антон Сихарулидзе – после того, как выучил все тексты Ивана Кузнецова наизусть:

https://t.me/figureskatingfan/36055

Антон Сихарулидзе – после того, как его заменили на нейросеть, обученную на текстах Ивана Кузнецова

Я уже нашутился в своем телеграм-канале, что интервью Антона Сихарулидзе шоу «Каток» вышло настолько громким, потому что Антон учил мои тексты наизусть.

Если серьезно, поразительно много тезисов, которые я отстаиваю весь сезон, сегодня были озвучены боссом нашей фигурки.

Я настаивал, что четверные прыжки в программах Петросян существуют исключительно самооценки ради – и Антон Сихарулидзе называет их «понтами»:

Люди не готовы к тому, чтобы прыгать по два-три четверных прыжка в программе. Ну, например, девушки. Это просто понты. Мы идем на это. По телевидению ведущие говорят, что у людей заявлено столько-то четверных. Но послушай, вот с таким катанием, вот с этими понтами из трех-четырех четверных, когда ты приземляешься на рога, на чемпионате мира ты будешь 28-й. Поэтому тут надо понять, какая задача у людей стоит. Я хочу показать, что у меня в группе все пытаются прыгнуть четверные?

Я подчеркивал, что пять квадов Гуменника вовсе не являются критерием сложности его программы – и Сихарулидзе констатирует мировоззренческий перекос всей российской фигурки в сторону прыжков:

Мы, русские – прыгуны. Нам элементы, сложность, вкручиваемость – сопли вытер, с четверного упал, на второй пошел, опять упал, на третий пошел. Вообще-то это круто. Но мы должны понять: мы хотим разговаривать о том, как будем выигрывать, или мы реально хотим выигрывать? Это две разные вещи.

Ты говоришь про выступление Пети на Олимпиаде? Это, кстати, яркая красочная штука, которая доказывает то, что я сейчас говорю. В произвольной программе Петя, по-моему, был чуть ли не 4-й по технике и 12-й по компонентам. Да, он напрыгал что-то. И что? Это его не приближает к медали. Потому что сегодня программа должна быть в балансе: катание, скольжение, вращения, постановка и прыжки. Тогда это круто.

А характеристика катания Алисы Лью через «открытость миру», «любовь к своему делу» и отсутствие «борьбы с собой» и вовсе звучит как абзац из моего текста о том, почему победа Алисы на Олимпиаде – лучшее, что вообще могло случиться с фигурным катанием.

Мне хочется верить, что эта речь Антона Сихарулидзе – программная. Что с нее начнется трансформация не просто подходов к подготовке фигуристов в российском фигурном катании, а ревизия самой идеи фигурного катания, завирусившейся на российский рынок, его смысла и формы.

Пока людям нужно объяснять, что может отталкивать в катании Петра Гуменника и в чем он уступает Илье Малинину, пока существенная часть публики не видит в программах Алисы Лью ничего, кроме психотропных препаратов, когда ставка на четверные прыжки даже в ущерб себе вызывает гордость и овации – мы бесконечно далеки от того, чтобы уловить, куда идет фигурное катание, и, более того, куда оно должно прийти.

В прошлом сезоне главный идеолог позиционного футбола, так называемого possession-based soccer Пеп Гвардиола поразил всех, признав в интервью TNT Sports, что позиционный футбол более не является современным – он устарел. От Гвардиолы потребовалось невероятное мужество не просто чтобы отвесить респект командам вроде «Ньюкасла», «Борнмута» или «Брайтона» (уступающим в классе любой команде, что тренировал Пеп: по его версии, они и есть современный футбол). А чтобы де-факто признать неуместность философии, что сделала из него икону стиля в футболе, что породила невероятное число подражателей и консенсусное представление футбольного коммьюнити о том, что только футбол Пепа и является современным и прогрессивным. Фактически Пеп выбил собственную идентичность из-под своих же ног, чтобы констатировать ее никчемность в меняющемся виде спорта.

Возможно, однажды такое мужество посетит и российское фигурное катание: ведь единственное, что мешает ему стать современнее – вовсе не разрыв в классе. А неспособность отказаться от специфической идеи, что лежит в основе его невероятной гордости и высокодержавной самооценки. Утопия ультра-си – это та самая доктрина, обеспечивающая ответ на запрос «Почему мы намного сильнее всех?» Тот самый «особый путь».

Риторический вопрос: неужели был хотя бы один день, когда он был путем прогресса, а не саморазрушения?

Наверное, нельзя найти более точную иллюстрацию тишины, которой ответила наша фигурка на интервью Антона Сихарулидзе, чем эта картинка из материала Маши Селенковой.

Интерпретировать эту тишину можно лишь в одном ключе: люди не хотят даже допускать, что могут быть не правы.

Хотя было бы очень странно ждать от них каких-то сомнений в своей системе ценностей после того, как с некоторых пор приблизительно каждый сезон происходит одно и то же.

Перед очередным чемпионатом Европы или мира группа журналистов начинает стандартный обзвон списка на обзвон – и они выдают примерно следующее:

«Буду ли я смотреть чемпионат Европы? Скорее всего, нет. Может быть, отрывки парного катания и сильнейших мужчин, женщин. Что там смотреть-то? Чемпионат Европы и в прошлом году был неинтересен. И чемпионат мира после Олимпийских игр был неинтересен. Но им иногда нужно почувствовать себя королями, потому что когда есть наши спортсмены, они всегда чувствуют себя «шестерками».

База от Ирины Родниной родом из января 2024 года.

Вероятно, в такой же яркой тональности, полной презрения ко всему, что находится за занавесом, вы откопаете разве что цитаты Тарасовой. К примеру, об арбитрах CAS, которые не поверили в пирожное с триметазидином:

«Мерзавцы и беспредельщики. Конечно, нужно подавать апелляцию на это решение. С подонками надо бороться их же методами. Будь они прокляты, свиньи поганые. Всю злость к нашей стране вымещают на маленькой девочке».

Иронично, что в нашем последнем эпизоде шоу-подкаста «Чистый хвост» моя соведущая Полина Крутихина сильно настаивает, что нужно идти восстанавливать справедливость из-за дискриминации российских спортсменов… в тот самый CAS.

Остальные, в целом, регулярно выдавали похожие смыслы, пусть и в менее агрессивной форме. От Авербуха до Жулина, от Железнякова до Бестемьяновой, и т.д.

В нашем спорте крайне мало людей, способных на рефлексию. Тем более в виде, где СССР, а затем и Россия традиционно претендовали на самые высокие награды.

Один небезызвестный человек нашего фигурного катания через пару дней после выхода интервью Антона написал мне: «а ты не знаешь, чего все так возбудились?» Вопрос скорее о комментах.

Если люди фигурки отреагировали тишиной, то болельщики – воем. Нередко встречающийся комментарий на YouTube под выпуском «Чистого хвоста» об интервью Антона: после такого интервью Сихарулидзе обязан подать в отставку.

Я попытался объяснить человеку, что он слишком хорошего мнения об окружающих. Хотя он о них не то чтобы очень хорошего мнения.

Все это мне напоминает одну великую книгу Ремарка:

Передовицы в газетах были ужасающие. Лживые, кровожадные, заносчивые. Мир за пределами Германии представал в них выродившимся, коварным, глупым, пригодным лишь на то, чтобы им завладела Германия. Газеты были не местные и раньше имели хорошую репутацию. Не только их содержание, но и стиль просто в голове не укладывались. Я посмотрел на соседа. Он ел, пил и с удовольствием читал. Оглядевшись вокруг, я нигде не заметил на лицах читателей ни тени возмущения, они привыкли к своей ежедневной духовной пище, как к пиву.

​
Если выкинуть непомерную гордость из душ большинства спикеров российского фигурного катания и их клакеров, в них останется такая же пустота, как на той самой картинке из поста Маши.​