#КультурныйГлеб на этот раз в Кабаре. В Кабаре, после которого выходишь другим.

Есть спектакли, после которых обсуждаешь декорации. Есть те, после которых вспоминаешь актеров. А есть такие, после которых несколько часов не можешь перестать думать о том, что только что увидел.

Для меня таким стало «Кабаре» в Театре Наций.

Вообще Театр Наций — отдельное явление. У него нет постоянной труппы в привычном понимании. Для каждого спектакля сюда собирают артистов из разных театров и кино, приглашают режиссеров с совершенно разным почерком. Именно поэтому каждый новый проект здесь становится событием сам по себе.

Режиссером «Кабаре» стал Евгений Писарев — художественный руководитель Театра Пушкина. Я был на его спектакле «Женитьба Фигаро» в Большом театре с декорациями, вдохновленными Питом Мондрианом. Здесь почерк совершенно другой, но внимание к визуальному языку осталось таким же точным.

С первых минут понимаешь, что тебя ждет не привычный музыкальный спектакль. Здесь нет ощущения мюзикла, где песня двигает сюжет вперед. Скорее вспоминается Брехт с его зонгами, когда музыкальные номера становятся способом выразить отношение к происходящему, усилить эмоцию, а иногда и вступить в спор со зрителем. И работает это великолепно.

Действие переносит нас в Берлин 1931 года. На сцене знаменитое кабаре KitKat, вокруг которого постепенно разворачивается история о любви, свободе и о том, как незаметно рождается то, что позже перевернет весь мир.

Честно скажу, я давно не видел настолько смелого спектакля на российской сцене. Настолько откровенные костюмы, пластика, атмосфера настоящего европейского кабаре того времени, что временами ловишь себя на мысли: «Неужели это действительно сейчас происходит на сцене?»

Но самое интересное, что эпатаж здесь никогда не существует ради эпатажа. Все очень оправдано временем, местом действия и историей. Именно поэтому происходящее не вызывает ощущения дешевого шока. Наоборот, начинаешь верить каждому персонажу.

Отдельный восторг — сценография. Она постоянно меняется, трансформируется, живет вместе с артистами.

И отдельно хочется отметить конферансье - Денис Суханов - Заслуженный артист России. Это один из самых сильных образов спектакля. Он одновременно смешит, раздражает, завораживает и пугает. Кажется, что именно через него зритель постепенно начинает понимать, насколько стремительно меняется мир вокруг героев.

Еще один момент, который меня приятно удивил, — актеры поют на немецком и английском. Не отдельные фразы, а полноценные музыкальные номера. И делают это настолько органично, что уже через несколько минут перестаешь обращать внимание на язык.

Но главное здесь даже не музыка. Главное — история. На фоне легкого, шумного, почти безумного кабаре постепенно появляется тревога. Она растет почти незаметно. Сначала кажется, что это просто фон, потом отдельные реплики, потом символы, а к финалу понимаешь, что перед тобой уже совсем другой спектакль.

Последние сцены производят очень сильное впечатление. Именно в этот момент осознаешь, насколько точно режиссер использовал жанр кабаре, чтобы рассказать историю рождения нац*зма. Без нравоучений, без громких лозунгов. Просто через человеческие судьбы.

Наверное, именно поэтому спектакль цепляет.

Ты приходишь посмотреть красивое музыкальное представление, а выходишь с ощущением, что только что посмотрел очень серьезный разговор о времени, в котором люди слишком поздно заметили перемены. Для меня это один из самых сильных спектаклей последних месяцев.

Если любите музыкальный театр, сильную режиссуру, продуманную сценографию и спектакли, после которых хочется молчать еще какое-то время, обязательно сходите. Но помните, что некоторые сцены могут шокировать)

Лично я уже решил, что вернусь на «Кабаре» еще раз. Некоторые спектакли действительно хочется прожить дважды.

Бывает так, что идёшь в театр с надеждой увидеть одно, а выходишь с ощущением, что посмотрел совсем другое.

Именно так у меня случилось со спектаклем «Сильва» в Театре Ермоловой.

Перед походом я наткнулся на любопытную деталь. В описании спектакля говорилось, что постановка вдохновлена эстетикой кабаре. А после недавнего знакомства с настоящим Кабаре в Театре Наций мне стало особенно интересно: неужели можно увидеть его театральную интерпретацию в совершенно другом жанре?

Тем более команда внушительная. Художественный руководитель театра — Олег Меньшиков, режиссёр Крейва - Василий Козарь, хореограф — Владимир Варнава, один из самых интересных современных российских хореографов, который умеет превращать движение в полноценное художественное высказывание. Ожидания были высокими, и первые минуты спектакля их полностью оправдали.

Сценография оказалась невероятно выразительной: перед глазами буквально оживали картины Сальвадора Дали. Плавающие часы, знаменитые губы, сюрреалистические предметы мебели, конструкции из костей — всё это легко считывалось как оммаж художнику. Более того, сразу вспоминались и показы Джона Гальяно, и Леди Гага, и десятки поп-культурных цитат, выросших именно из эстетики Дали.

Портал сцены собирался из гигантских костей. Декорации постоянно трансформировались. Открывались занавесы, работала кинетика, выезжали новые конструкции. Девушки буквально появлялись из огромного рта, а финальный батут стал одним из самых эффектных визуальных решений спектакля. Именно на этом этапе я поймал себя на мысли: «Кажется, сейчас будет очень интересно».

Но дальше случился странный разрыв между формой и содержанием. Визуально спектакль существовал в мире изысканного сюрреализма. Музыкально — словно в советской оперетте. А драматургически всё неожиданно превращалось в набор современных шуток про скуфов, сигма-боев, подростков и цены на бензин.

Вот здесь у меня и возник главный вопрос:
Когда сценография говорит на языке высокого искусства, а текст — на языке случайных интернет-мемов, они перестают существовать вместе. Для меня это не современность. Это просто отсутствие единого художественного языка. Особенно тяжело было переживать длинные разговорные сцены.

Если спектакль заявляет эстетику кабаре, хочется постоянного ритма, музыкальности, ощущения праздника. А вместо этого музыка надолго исчезает, действие останавливается, персонажи бесконечно разговаривают, и темп спектакля буквально рассыпается.

Несколько раз я ловил себя на том, что начинаю терять внимание. Хотя отдельные актёрские работы действительно радовали. Настоящим украшением вечера стала Ольга Тумайкина.

Вот это была настоящая театральная грандам.

Каждый её выход мгновенно собирал внимание зала. Роскошные костюмы, пластика, самоирония, чувство жанра — именно она существовала в том самом мире кабаре, который спектакль обещал с самого начала.

А вот с остальными персонажами у меня такого ощущения не возникло.

Отдельная боль — костюмы. Когда вокруг сюрреалистические конструкции, огромные кринолины, перья и фантазийные силуэты, внезапно появляется музыкант... в обычных джинсах, белой рубашке и кроссовках Nike. И ты пытаешься найти этому хоть какое-то художественное объяснение. Но его просто нет.

То же ощущение возникало и от многих других костюмов. Каждый словно существовал сам по себе, без общей стилистики. Всё выглядело слишком разрозненно, хотя сценография буквально просила цельного визуального мира.

Наверное, именно поэтому после спектакля осталось чувство упущенной возможности. Потому что потенциал у этой постановки огромный: сценография действительно впечатляет, есть сильные актёрские работы, есть красивые пластические решения. Но всё это словно существует параллельно друг другу и так и не складывается в единое режиссёрское высказывание.

И именно поэтому после финальных аплодисментов я думал не о том, что увидел хороший спектакль. А о том, каким сильным он мог бы быть.

Последние месяцы мы очень активно развиваем направление продакшена. Все больше снимаем, тестируем новые форматы, экспериментируем и ищем способы рассказывать о шоу-индустрии еще интереснее.

Недавно вышел новый выпуск #ТБШ_лекции. А еще… совсем скоро вас ждет экспериментальный формат, который мы давно хотели попробовать.

🤫Ну вы же не думаете, что мы просто так пропустим концерт Егора Крида?