А еще сегодня хотим на мгновение вернуться в Вену, где мы провели прекрасные пять дней, — и сделаем это с помощью дневника одной из участниц нашей поездки, Марии Табачниковой.

Это мы гуляли по венским кофейням и рынкам с Михаилом Устиновым:

«С негодованием выяснили, что до 1900 года женщина не могла сидеть в кофейне без сопровождения мужчины... Зато теперь в кофейнях сидят и мило беседуют… в основном женщины... Историческая справедливость восстановлена, штрудель и Захер отвоёваны.»

Это были в музеях с Натальей Василенко:

«…посмотрели выставку „Рембранта в юбке“ — художницы XVII века Микаэлины Вотье, современницы Рубенса, совершенно не уступавшей ему в мастерстве (по крайней мере, на мой неискушённый взгляд)... Долго рассматривали „Триумф Вакха“ и пытались разгадать, где и как молодая женщина XVII века могла научиться рисовать полуобнажённое мужское тело.»

Ну и наконец, ходили в Концертхаус с Лялей Кандауровой:

«На бис [Патриция Копачинская] объявила: композитор любил неожиданности — давайте и мы проведём эксперимент. Зал поделила на четыре части и предложила спеть песенку, найденную на полях партитуры Бартока:
Der Esel ist ein dummes Tier,
Der Elefant kann nichts dafür.
Iah, Iah, Iah.
(Осёл — существо простодушное, слон ни в чём не виноват, Иа-Иа-Иа.)
Так что теперь совершенно официально можем рассказывать, что пели в Венском Концертхаусе. Да, партии ослов. Но это уже нюансы.»

Больше историй — в дневнике Марии по ссылке. А больше поездок — тут.

@territoryclb

Две потери Венецианской биеннале

После тяжёлой болезни 14 февраля ушла из жизни немецкая художница Хенрике Науманн. Несмотря на её кончину, проект немецкого павильона на Венецианской биеннале будет реализован по её замыслу.

Науманн разрабатывала павильон вместе с Сунг Тьеу, над проектом продолжает работать куратор немецкого павильона Кэтлин Райнхардт. Райнхардт называет участие в биеннале большой мечтой Науманн и подчёркивает, что команда сделает всё «как задумала Хенрике».

Науманн завершала концепцию в последние недели жизни, и для неё было принципиально успеть оформить проект целиком. В её искусстве это чувствовалось всегда: она умела собирать историю из вещей — мебели, интерьеров, дизайна, звука и видео, превращая «домашнее» в разговор о памяти и о том, как прошлое остаётся в быту.

Пару раз Науманн работала и в России. На Уральской биеннале в Екатеринбурге в 2021 она показала «Передовые достижения» — сюрреалистический объект из предметов, которые она собрала по городу, тот же подход лёг в основу «Остальгии», показанной в Третьяковке.

К сожалению, это была не первая потеря биеннале. Весной 2025 года после продолжительной болезни, в возрасте 57 лет, умерла куратор выставки Койо Куо. Венецианская биеннале приняла принципиальное решение полностью сохранить её кураторскую концепцию.

Проект In Minor Keys («В минорных ключах») был сформулирован заранее — с теоретической рамкой и общей архитектурой выставки. Сейчас команда и советники продолжают работу, следуя её записям и планам.

Родившаяся в Камеруне и выросшая в Швейцарии, Куо привыкла жить «между» — и принесла это чувство в кураторскую практику: внимание к контекстам, миграциям смыслов и «географиям» опыта. Её интересовали «минорные» регистры — тихие, периферийные, не-парадные голоса, которые обычно остаются вне больших институциональных прожекторов. В этом смысле In Minor Keys звучит как манифест её метода.

Biennale Arte пройдёт с 9 мая по 22 ноября 2026 года. Полная программа станет известна 25 февраля.

@territoryclb

Нешат — одна из самых заметных фигур в современном искусстве последних десятилетий. Её медиум — фотография и видео, а главные темы почти всегда связаны с телом, религией, насилием и тем, как политика вторгается в частную жизнь.

Художница стала известна в 1990-е благодаря серии «Women of Allah» — это чёрно-белые портреты женщин, поверх которых нанесены строки персидской каллиграфии. Серия была придумана после того, как Нешат впервые после Исламской революции 1979 года оказалась на родине и увидела, в каком положении находятся иранские женщины. Визуальной формуле, заданной в этих фото, — контраст, графичность, письмо как «шрам» на изображении — она не будет изменять.

В видеоинсталляциях конца 90-х и 2000-х — прежде всего в циклах Turbulent и Rapture — она строит мир из противопоставлений: мужское и женское, ритуал и свобода, голос и молчание. Её пока единственная киноработа Women Without Men (приз за режиссуру в Венеции) продолжает тот же разговор: история и травма, коллективное и личное, героиня как участница и свидетель.

Сегодня Нешат всё чаще переносит этот язык в театр, но делает это не как режиссёр, а как художница, которая мыслит сцену продолжением выставочного пространства. Отсюда её любовь к чёрно-белой палитре, к крупным планам, к видео как равноправному участнику действия и к образам, которые не иллюстрируют сюжет, а спорят с ним.

@territoryclb

Кинопятницы. Часть вторая 🎬

Илья Кухаренко продолжает рассказывать о кинематографистах на оперные подмостках.

Патрис Шеро

Шеро, конечно, универсален и его сложно назвать «кинорежиссером в опере», но его фильмы – это слишком большая и важная страница в истории кино, чтобы игнорировать. Люк Бонди, например, тоже снимал прекрасное кино, но в театре и опере значил больше. Поздние работы Шеро в опере («Электру», «Из мертвого дома», «Тристана»), как и великое «Кольцо» найти в сети несложно, и многие видели, в том числе в кинотеатрах. Поэтому в ссылках неочевидное: совершенно великие добайротские «Сказки Гофмана» Оффенбаха 1976 года и умопомрачительная «Лулу» (часть первая, вторая и третья) с Булезом и Терезой Стратас 1979-го.

Джон Шлезингер

Автор «Полуночного ковбоя» (1969) и многих других знаменитых фильмов несколько раз заходил в оперу – и самая известная его работа «Сказки Гофмана» Оффенбаха на сцене Covent-Garden. Спектакль, кажется, идет до сих пор. Вот запись премьеры с Пласидо Доминго, а вот недавний ревайвл.

Вернер Херцог

Понятно, что создатель фильма «Фитцкарральдо»(1982) с Клаусом Кински – одного из самых мощных кинопанегириков оперному безумию, не мог не зайти в оперу как постановщик. В его байройтском «Лоэнгрине» 1990 года (часть первая, вторая и третья) киноэстетика супер-очевидна – там волнуется, замерзает и оттаивает настоящая озерная волна. Это очень красиво и поют прекрасно, но еще я бы отметил его короткометражку 2009 года La Boheme, где встреча Рудольфа и Мими и теноровая ария O soave fanciulla накладывается саундтреком на съемки из современной Эфиопии.

Первая часть

@territoryclb