я бы имя твоё причитала как мантру Божью,
героиня моих ночных грёз и несбыточных песен,
– но скажи, Афродита, как тут оставаться вéсел,
если всякую правду здесь пророчат ложью?

знаешь, это больше, чем просто чувства,
и даже больше, чем просто искусство,
безусловно, это больше любви, —
это сверх понимания обычному лю‌ду, mon ami.

в омуте глаз твоих, хранящих златовласую осень,
я замечу тоску, неподвластную кем-то вовсе.
я забуду всю прозу, города, океаны, войны,
лишь видеть, что робкий взгляд твой всё тот же – спокойный.

я бы стала ярко-красным шарфом, что висит зимой на твоей шее,
мне бы знать, что я грею тебя, всë равно:
хоть в пургу,
хоть в мороз,
хоть в метели.

вижу тебя — теряю дар речи,
будто в лёгкие впустили частицу арктической зимы,
и в районе, конечно, предплечий,
ощущаю укусы ядовито-коварной змеи.

я бы имя твоё причитала как мантру Божью,
даже если я антихрист и я пью, и курю,
если жизнь мою можно назвать лишь ложью,
тогда
я тебя
не
люблю.

не уверовай в бога, ты и есть воплощение
всех дьявольских мук и добротных грехов.
ты наждачной бумагой по частям себя выкроишь,
пока каждый попутчик в отчаянии ищет кров.

ты фигура, ты статен, ты был бы морем бескрайним, –
наверное, жить тобой и впрямь тяжело,
и если мутное солнце именуется ранним,
то знай: мне бы с тобой всё ещё было темно.

тепло. моя кожа окутана поступью
твоих нежных и, может быть, лестных слов.
нам симбиоз называют похотью, -
я плюю на их мнение, пока течёт моя кровь.

мы контрастное общество, живущее чем-то, что станет улыбкою, —
если ты полнолуние, то имя моё станет месяцем.
я бы вечность отдала, лишь смущение кроткое
скрыла своим желанием в петлю вешаться.

переродившись стихийным бедствием, то безукоризненно будешь
ужасающим штормом, что убьёт наповал.
мы не художники, просто так им не станешь,
но рядом с тобой не стоит айвазовский («девятый вал»).

циферблат часов показывает восемь
и, возможно, грядёт холодная осень.
сейчас снег разбивается оземь,
- а я всё также люблю тебя.

люблю тебя так, что боль сковывает всё конечности.
люблю так, что нет предела бесконечности.
люблю так, что для лжи здесь нет места, лишь честности.
люблю так, что с тобою хочу провести все свои вечности.

где же ты? болишь сердцу мне слишком часто.
мы с тобой совершенно два разных контраста.
ты молчалив, а я, порой, чрезмерно языкаста.
если ты полная грудь воздуха, я - астма.

страшно идти в завтрашний день без тебя.
я Бога молю об одном, зубами скрипя:
тихо шепчу лишь слово «семья».
но ты оставишь меня.

покорно склоняю голову, хотя раньше был оскал.
знаю, ты изначально понимал,
что грубостью душу мою протыкал,
и пока я раны зализывать - меня взгляд провожал.

ты не ватка на ранах моих прекрасных –
пуля меж рёбер очерком кровавых капель красных.
и итогом всех деяний твоих опасных
будут слова о любви.

я бы писала тебе разную чушь,
возможно, о комедии «мертвых душ»,
а может просто о ценностях нового мира,

а может просто о том, как бы я тебя ненавидела, если бы так сильно не любила.

я бы привязала тебя к себе. да покрепче. чем сильнее - тем на душе становится легче. мне кислород заменяют твои сладостные речи, а голос твой как красивый заката вечер.
вошел в мою жизнь так резко, как вскользь брошенное «здрасьте». клянусь, ты мёд по моему запястью. и я молитвами за твоё безграничное счастье, лишь бы в жизни твоей незаменимой запчастью.
пожалуйста, я прошу тебя - приезжай. мои мысли теперь не скулёж, а собачий лай. я бы шею свою и мольба: «кусай, дорогой, кусай» и подарок на память - любовь размером с красноярскй край. только б с тобой. из года в год. май в май.
конфликты с тобой - для кровавых ушей черта услада. я до жизни с тобой ощущала себя как вечная триада: отчаянье, боль и отрада. с тобой по-другому: ты хозяин моего цветущего сада. ты победа, любовь и награда.
ты пьянишь, как хмель, как наркотик - самый запретный вид. доза, от которой в глазах рябит. от которой мурашки по телу и в голосе дрожь. поклянись, что от меня не уйдёшь.

я бы канула в детство и сердце своё заперла на замок. чтобы цепь толщиною с кулак.

увидела где-то на просторах интернета.

я надеюсь, что счастье будет сопутствовать каждому, кто этого заслуживает.

«...я вновь целую ту, которую предам,
и думаю о той, которой буду предан..»
© tymanoff.

люби.

мне больно, понимаете? я ободранный человек, а вы все в броне. у всех вас: искусство, общественность, дружбы, развлечения, семья, долг - у меня, на глубину, ни-че-го.