На досуге читал книжку про украинизацию во внутренних районах РСФСР (Дроздов К.С. “Политика украинизации в Центральном Черноземье 1923-1933 гг.”). С величайшим удивлением узнал несколько фактов, коими спешу поделиться.

1⃣ Украинская Держава Скоропадского проводила достаточно экспансионистский и агрессивный курс расширения. Покойный Лимонов в своё время называл Украину “империей внутри империи” и книжка в общем подтверждает, что изначально проект Украины как модернового nation state носил ярко выраженный ирредентистский и великодержавный характер.

Мало того, что войска Украинской державы при помощи немцев оккупировали часть Курской губернии (захватили даже город Белгород) и претендовали на часть губернии Воронежской на основании того, что это “историческая часть” Слободской Украины, хотя на тот момент уже более половины населения региона составляли русские. Теоретические претензии Киева распространялись так же на Крым и Кубань и даже еще дальше - на дальневосточный Зеленый Клин, где исторически проживало много переселенцев с Украины (до 30% от всего местного населения). Все это должно было стать частью Большой Украины.

Установление советской власти смягчило, но не привело к ликвидации территориальных претензий, ибо партийно-государственная бюрократия уже Советской Украины в период размежевания 1924-26 гг. так же активно и на тех же самых основаниях (наличие украинского населения в “смешанных” пограничных районах) требовала передачи УССР тех же самых территорий, а провозглашение политики коренизации/украинизации расширило горизонты “украинского национального пробуждения” не только на Кубань, Крым и Дальний Восток, но и на Сибирь с Поволжьем (здесь в некоторых районах выходцы с Украины тоже составляли до половины населения). Сюда отправлялись подготовленные в УССР методисты для навязывания (об этом ниже) местным жителям новой идентичности.

Иными словами, даже внутри СССР с его постулатами об интернационализме и мировой революции, национальный проект Украины приобретал неизбежные для всякого такого модернового проекта сомнительные черты, типа “борьбы за священные границы” и стремления к насильственному насаждению единой унифицированной идентичности.

Как тут не вспомнить к месту и о сопротивлении харьковской бюрократии (Харьков - столица УССР до 1934 года) созданию на территории Украины молдавской автономии, которая должна была стать своеобразным “Пьемонтом” для “революционаризации” Румынии. На примере борьбы украинских коммунистов против опасных молдавских “румынизаторов” (тоже коммунистов) ясно прослеживается противоречие между романтикой босяцко-юношеского “интернационализма” и взвешенным подходом государственного чиновничества, озабоченного не иллюзорной мировой революцией, а укреплением контроля над “собственной” национальной территорией. Опять ссылаюсь на Милована Джиласа и его рассуждения о неизбежном перерождении коммунистической власти в бюрократический “национал-коммунизм”.

продолжение

2⃣ Украинизация на территории самой РСФСР (в Курской, Воронежской, Брянской губерниях, в нижнем Поволжье, Западной Сибири и на Дальнем Востоке) вообще не вызывала восторгов у местного партийного и государственного чиновничества. Которое всеми силами саботировало и срывало постановления московского центра, на которые опирались разъехавшиеся по всей России украинские инспектора-методисты.

В Москву массово шли отписки и доклады о ненужности украинизации, об “обрусении” местного населения, которое не считает себя украинцами, об опасности “петлюровщины” и “контрреволюционной самостийности”, об отсутствии кадров. В итоге до 1928 года украинизация в РСФСР практически не проводилась, а на Дальнем Востоке, где в 1923-24 гг. прошел суд над местными украинскими националистами (Читинский процесс), она и вовсе была прекращена.

Общее отношение русской коммунистической бюрократии ко всем этим мероприятиям в 1925 году выразил заведующий Сталинградским ГубОНО, который, в ответ на претензии украинского инспектора, заявил следующее: “Да, сообщу для вас печальную новость: среди хохлов работы не вести, не нужно учить хохлов на хохляцком языке” (стр.157).

Помимо всего прочего, происходило это еще и потому, что среди русских коммунистов по-прежнему бытовал заложенный в 19 веке консервативный взгляд на “общерусскую идентичность”, который не выделял украинцев (и белорусов) в качестве отдельной от русских нации. А московско-харьковские инициативы воспринимались средними и низшими слоями чиновничества либо как уже упомянутая “петлюровщина”, либо как непонятная и дорогостоящая блажь, вносящая в работу один только хаос.

Фактически, основной импульс украинизации на территории РСФСР был дан XVI съездом ВКПб в июле 1930 года, провозгласившим курс на форсированную индустриализацию и коллективизацию.

Связано это было с низкой эффективностью организационно-пропагандистской работы на русском языке в национальных районах Нижне-Волжского края, что препятствовало колхозному строительству. Игнорирование “национальных чувств” вкупе с жесткой политикой раскулачивания в итоге приводило к росту “кулацкого антирусского национализма”. Которому решено было противопоставить, условно говоря, “антикулацкий колхозный национализм”, для чего те же самые бюрократы, которые ранее слали в Москву писульки о нецелесообразности украинизации, теперь, - стремясь исполнить задачи коллективизации, - радушно принимали командированных из УССР специалистов по внедрению украинской культуры.

Правда вся эта кампания продолжалась недолго: в декабре 1932 года, на фоне массового голода в самой УССР, виновниками которого были выставлены пробравшиеся в партию “петлюровцы”, “махновцы” и “буржуазные националисты”, украинизация на территории РСФСР была резко свернута и больше к этой щекотливой теме ВКПб не возвращалась. Ну а с 1935 началась и постепенная ликвидация национальных районов, которые к 1938 году исчезли совершенно. Понятно, что в этот же момент (37-38 гг.) исчезло кое-куда и большинство российских украинизаторов, оказавшихся “врагами народа”.

продолжение

3⃣ Основными жертвами борьбы двух национальных проектов (украинского и советско-русского) стали люди, державшиеся локальной идентичности.

Автор приводит пример “кубанских” и “слобожанских” хохлов (это не оскорбление, а самоидентификация), которые и русскими себя не считали в полной мере, - держась народной черкасской традиции, - и украинцами не желали быть, т.к. “официально утвержденная” в Харькове “украинская культура” была весьма далека от традиций, языка и нравов крестьян Кубани или Слобожанщины (части Курской, Воронежской и Брянской губерний).

С Кубанью вообще интересный кейс: автор указывает, что здесь, несмотря на огромное количество “украинцев” (в 1928 году - более полутора миллионов, т.е. 44% населения края), украинизация провалилась не только потому, что “кубанские хохлы” уже были существенно русифицированы, но и благодаря активному выступлению части местного партийно-государственного актива против “чуждой украинизации” в защиту “кубанизации” и даже изучения “кубанского языка” (?). Самое смешное, что провал украинизации в силу значительного расхождения между местным и украинским языком и культурой признавали даже украинские инспектора-методисты.

Но, отбившись от навязанной Москвой и Харьковом украинизации, “кубанские хохлы” не сумели сберечь свою самобытную “переходную” идентичность: благодаря суровой коллективизации и индустриализации к концу 30-х годов процесс русификации Кубани был в основном завершен. Ровно то же самое случилось и со “слобожанскими хохлами” на пограничных с УССР территориях: российско-советское государство форсировало шедшую неспешным естественным темпом ассимиляцию, быстро искоренив локальную идентичность, уходящую корнями в черкасские пограничные поселения 16-17 веков.

Таким образом, модерн с его неумолимой логикой формирования индустриальных и конкурирующих между собой больших национальных проектов, смел с исторической сцены оригинальные локальные культуры. И те, кто утверждал, что “мы не украинцы, но мы и не русские”, вынуждены были либо становиться украинцами, либо становиться русскими. Потому что есть только два класса и кто не за один, тот, значит, за другой.

В современном украинско-русском конфликте мы, кстати, наблюдаем трагическую гибель не менее самобытной идентичности: идентичности населения Донбасса, которое нельзя назвать ни в полной мере русским, ни в полной мере украинским. Но кто будет интересоваться мнением местного населения, которое, - волею раскладов кровавой геополитической борьбы, - теперь вынуждено делать либо “русский”, либо “украинский” выбор, становясь частью новых национальных проектов, для которых локальная культура является чуждой, непонятной и (как в случае с украинской стороной) вообще дегенеративной.

Зы. Еще пара моих постов по теме:

Про советскую украинизацию

Про “несоветскую украинизацию” за пределами Украины

Если Дуров - террорист (осуждаю), то значит ли это, что созданный им ВК - террористический (осуждаю)?

По поводу пиздеца, который происходит на Эльбрусе. Возмущена тем, что огромное количество людей транслирует свои «истории спасения», как они весело проводят время в грозу на высоте. При этом гиды сознательно ведут их в плохую погоду, потому что 1) клиенты требуют восхождения, заплачено же, 2) думают проскочить , 3) или как минимум срубить бабла за восхождение до 5000. А люди потом еще восторгаются как их спасли, хотя их сначала и поставили в такое положение. В общем коммерциализация горы привела к тому, что куча неподготовленных людей лезет за деньги , не понимая риски. А потом еще и другим транслируют , создавая ощущение, что любой человек с дивана может подняться

Zelensky claims the USSR killed the languages of its peoples. The Soviet Union created written alphabets for many that had never had one.

In a recent interview with far-right US commentator Laura Loomer, Ukrainian President Volodymyr Zelenskyy claimed that the USSR "killed all the languages" of its peoples.

Quote: "During 70 years plus of the Soviet Union period, they killed all the languages... They came, occupied the territories, then killed your traditions, killed churches... Killed religion. There is no religion, only the Communist Party. This is the only one religion".

Context. Zelensky made these claims while trying to win over the MAGA base after earlier pressure from Trump to end the conflict. Loomer is a MAGA influencer, openly admits she was previously anti-Ukraine, and has direct access to Trump as an informal advisor. Republican backing for military aid to Ukraine has fallen from 51% in July 2025 to 43% in February 2026.

► This follows a broader pattern of capitalist officials distorting the history of the Soviet Union to justify anti-communist politics today. In the US alone, Secretary of State Marco Rubio recently convened 60 countries to coordinate against "far-left political terrorism," describing the left as a "scourge" and "cancer". At the same time, House Speaker Johnson has defended a $350 billion increase in Pentagon spending to fight "communism on our own shores".

In reality, Communists have long upheld the right of nations to self-determination. Stalin defined this in “Marxism and the National Question”: “The right of self-determination means that only the nation itself has the right to determine its destiny, that no one has the right forcibly to interfere in the life of the nation, to destroy its schools and other institutions, to violate its habits and customs, to repress its language, or curtail its rights”.

► The USSR comprised 15 Union Republics and dozens of Autonomous Soviet Socialist Republics and regions, each operating in its own national language and with its own nationally-specific constitution.

► The early Soviet Union reversed Tsarist Russification. The soviet constitution forbade discrimination based on language. Policy adopted in 1923 actively promoted non-Russian languages in education, government, and the press. Under Soviet power, 48 nationalities acquired a written alphabet for the first time. Before the revolution, the majority of the population in the national regions was illiterate; by 1939, the overwhelming majority had become literate.

► The Communist Party was not a "religion" and religious belief was not outlawed. The 1936 constitution enshrined "freedom of conscience," separating religion from the state. Religious worship was permitted as a private affair, but so too was freedom of anti-religious propaganda; the state simply did not fund places of worship or allow religious instruction in public schools.

Lenin on What Unites the Proletariat

Благодарим ребят из Тут короче педали за подгон и студию ШУМ BOX за классную репетицию. Желаем развития местному производителю музыкальных плюшек ✊🏻

RedProlet (@redprolet)

РКП(и) Москва и Московская область (@ucp_rf)