«Итак, вот дом молитвы под одним покровом с домом любомудрия. Святилище таин приглашено в жилище знаний, и ступило сюда, и здесь основалось и утвердилось своими тайнодейственными способами. Видно, что религия и наука хотят жить вместе и совокупно действовать к облагораживанию человечества».

Он мог бы стать врачом — его юношеское письмо Н.А. Семашко, исполненное веры в «источники вечной юности и радости» в самом себе, открыло ему дорогу на медицинский факультет Московского университета. Но переутомление и тяжелая болезнь стали точкой духовного перелома. Юноша, писавший стихи и мечтавший о музыке, нашел настоящий источник жизни не в науке, а во Христе. Ученик оптинского старца Нектария, он был рукоположен в священники в 1925 году, когда выбор этот был равносилен подписанию собственного приговора.

Первый арест и лагерь последовали уже в 1931-м. Чудом освободившись, он поселился в Муроме, где был арестован вновь. На допросах отец Петр свидетельствовал: «Власть признаю... не за страх, а за совесть... Верой в Бога не могу пожертвовать никому». В Можайске он устроил в своей комнате домовую церковь. Последний арест в 1937-м и абсурдный обвинительный ярлык — «руководитель филиала контрреволюционной организации». 27 сентября 1937 года приговор был приведен в исполнение на Бутовском полигоне.