Mamma Maria
Приближается время к полуночи, глухо доносятся разговоры на чужом мне языке, в окне автобуса проносятся еле заметные темные поля, которые сливаются в одно большое пятно, редкие фары машин мгновенно ослепляют и также мгновенно пропадают в темноте, будто их никогда и не было, дорожные указатели ускользают мимо, но я успеваю захватить их взглядом и посчитать сколько еще часов предстоит до конца пути, на небе ни одной звезды, так темно, что можно спокойно уснуть здесь и сейчас, но мне не удается.

Водитель едет под музыку, не слишком тихую чтобы мне уснуть, но и не слишком громкую, чтобы спящим проснуться, по первым секундам я узнаю песню, которая начинает заполнять пространство от передней части автобуса и потихоньку разливается до самого конца, туда где я неудобно сижу. Звучит итальянская песня «Mamma Maria», и хотя я не знаю перевода, я могу спеть ее от начала до конца. Воспоминания ловко подхватывают меня из тесного кресла в дом, где я, сестра, мама и папа в нашей кухне. Мне 14 лет и к празднику разных стран, где наш класс представляет Италию, нужно приготовить блюдо национальной кухни, сыграть какие-то сценки, станцевать, а мне с двумя одноклассницами нужно будет исполнить песню на итальянском языке. У нас дома как раз есть сборник этих песен на кассете, что-то из коллекции, которую любит слушать мама.

Чтобы выучить песню нужно было сначала записать весь итальянский текст на русский язык. Мама принесла большой магнитофон с ручкой и решительно поставила его прямо на обеденный стол. Я нашла нужную кассету и мы начали слушать песню построчно, я часто нажимала на паузу и мы пытались проговорить вслух то, что услышали. Были моменты, когда не получалось ничего разобрать, слова казались размытыми и мне приходилось перематывать на предыдущий момент, а потом, затаившись, внимательно слушать снова. Мама записывала своим аккуратным почерком слова песни, выделяя строчки «курьезита а-а-а», чтобы я и мои одноклассницы поняли, что в этот момент нужно протянуть слова голосом. Транскрипция на русском языке звучала странно и смешно, особенно когда мы пытались пропеть еще незаконченный текст. За этим занятием прошел весь вечер: я сидела напротив магнитофона и перематывала кассету то вперед, то назад, мама успевала делать записи, сестра разгадывала с нами слова, а папа расслабленно наблюдал за нами и нашими стараниями.

Этот вечер так живо возникает перед глазами, как будто я наблюдаю за нами со своего места в автобусе, вижу как мы старательно пытаемся написать текст, спеть его вместе, убедиться, что наша транскрипция хоть немного напоминает оригинал. Мы веселимся и не подозреваем, насколько ценным будет этот момент и сам вечер, который уже остался в прошлом, но так ярко вспыхнул в моей памяти. Я снова ощущаю тесное кресло, мое тело устало, но душа оживает, пронизываясь теплом, вокруг царит глубокая ночь. Мне хочется спать, но я не могу уснуть. Беззвучно провожу рукой по щекам, как будто боюсь разбудить кого-то, пальцы становятся чуть влажными, ощущаю внутри как переплетаются и сливаются воедино время, пространство, прошлое и настоящее. Находясь вдали от всего родного и привычного, услышав эту итальянскую песню, я чувствую дом и пока она звучит, в своих мыслях я полностью проживаю заново этот вечер.

Приближается время к полуночи, глухо доносятся разговоры на чужом мне языке, в окне автобуса проносятся еле заметные темные поля. Звучит итальянская песня «Mamma Maria», и хотя я не знаю перевода, я могу спеть ее от начала до конца.